Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
SCP-081: Spontaneous combustion virus
SCP-381: Pyrotechnic polyphony
Почему нет обещанного видео
Aliens Vs Predator |#6|

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Классика - Мопассан, Ги де Весь текст 602.9 Kb

Милый друг

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 10 11 12 13 14 15 16  17 18 19 20 21 22 23 ... 52
визитной карточкой г-жи Вальтер, которая  горячо  благодарила  господина
Жоржа Дюруа" и извещала, что она "принимает у себя по субботам".
   В ближайшую субботу он отправился к ней с визитом.
   Вальтер жил на бульваре Мальзерба, в собственном доме, часть которого
он, будучи человеком практичным, отдавал  внаем.  Единственный  швейцар,
обладавший величественной осанкой церковного привратника, носивший  лив-
рею с золотыми пуговицами и малиновыми отворотами и белые чулки, которые
плотно обтягивали его толстые икры, помещался между двумя парадными, от-
ворял дверь и хозяевам и жильцам и придавал всему этому дому вид роскош-
ного аристократического особняка.
   В гостиные, находившиеся на втором этаже, надо было пройти через оби-
тую гобеленами переднюю с портьерами на дверях. Здесь, сидя на  стульях,
дремали два лакея. Один из них принял от Дюруа пальто, другой взял у не-
го тросточку, отворил дверь и, пройдя вперед, выкрикнул  в  пустом  зале
его имя, затем посторонился и пропустил его.
   Дюруа растерянно оглядывался по сторонам и  вдруг  увидел  в  зеркале
несколько человек, сидевших, казалось, где-то очень  далеко.  Сперва  он
попал не туда - его ввело в заблуждение зеркало,  а  затем,  пройдя  два
пустых зала, очутился в маленьком будуаре, обитом голубым шелком с  узо-
ром из лютиков; здесь за круглым столиком,  на  котором  был  сервирован
чай, вполголоса беседовали четыре дамы.
   Столичная жизнь и в особенности профессия репортера, постоянно  стал-
кивавшая Дюруа с разными знаменитостями, выработали в нем привычку  дер-
жаться развязно, но, попав в эту пышную обстановку, пройдя эти безлюдные
залы, он ощутил легкое замешательство.
   - Сударыня, я позволил себе... - пробормотал он, ища глазами хозяйку.
   Госпожа Вальтер протянула ему руку. Дюруа пожал ее, изогнув при  этом
свой стан.
   - Вы очень любезны, сударь, что пришли  навестить  меня,  -  заметила
она, указав на кресло, и Дюруа, которому оно сперва показалось  довольно
высоким, едва не утонул в нем.
   Наступило молчание. Наконец одна из дам нарушила  его.  Она  заявила,
что стало очень холодно, но все же недостаточно холодно для того,  чтобы
прекратилась эпидемия брюшного тифа  и  чтобы  можно  было  кататься  на
коньках. И тут все дамы сочли долгом высказать свое мнение о наступивших
в Париже морозах, а также о том, какое время года лучше, и  привели  при
этом все те банальные доводы, которые оседают в головах, словно  пыль  в
комнатах.
   Чуть слышно скрипнула дверь. Дюруа обернулся и сквозь два  непокрытых
амальгамой стекла увидел приближающуюся полную даму. Как только она вош-
ла в будуар, одна из посетительниц поднялась, пожала всем руки и  удали-
лась. Дюруа проводил глазами черную фигуру этой дамы,  поблескивавшую  в
пустых залах бусинками из стекляруса.
   Когда волнение, вызванное сменой гостей, улеглось, разговор внезапно,
без всякой связи с тем, что говорилось до этого, перешел  к  событиям  в
Марокко, к войне на Востоке и к тем затруднениям, которые  испытывала  в
Южной Африке Англия.
   Обсуждая эти вопросы, дамы словно разыгрывали благопристойную  светс-
кую комедию, много риз ставившуюся на сцене, причем каждая из них  знала
свою роль назубок.
   Вошла новая гостья, маленькая завитая блондинка, и вслед за тем высо-
кая сухопарая немолодая дама покинула будуар.
   Заговорили о Линэ, о том, какие у него шансы попасть в академики. Но-
вая гостья была твердо убеждена, что ему перебьет  дорогу  Кабанон-Леба,
автор прекрасной стихотворной инсценировки "Дон Кихота".
   - Вы знаете, зимой ее собирается ставить Одеон!
   - Вот как? Непременно пойду смотреть, - это настоящее  художественное
произведение.
   Тон у г-жи Вальтер был ровный, любезный и равнодушный: ей не надо бы-
ло обдумывать свои слова, - она всегда высказывала готовые мнения.
   В будуаре стало темно. Она позвала лакея и велела  зажечь  лампы,  но
это не мешало ей думать о том, что  она  забыла  заказать  в  литографии
пригласительные карточки на обед, и в то же время прислушиваться к  раз-
говору, журчавшему, как ручеек.
   Несколько располневшая, но еще не утратившая привлекательности,  г-жа
Вальтер находилась в том опасном для женщины возрасте, когда  закат  уже
близок. Ей удалось сохраниться благодаря тому, что она тщательно следила
за собой, принимала меры предосторожности, заботилась  о  гигиене  тела,
пользовалась разными притираниями. Она  производила  впечатление  натуры
уравновешенной, - казалось, это одна из  тех  благоразумных  и  рассуди-
тельных женщин, внутренний мир которых  напоминает  подстриженный  фран-
цузский сад. Он ничем не поразит вас, но в этом есть своя прелесть.  Во-
ображение ей заменял не показной, проницательный и  трезвый  ум;  в  ней
чувствовались доброта,  привязчивость  и  спокойная  благожелательность,
распространявшиеся на всех и на вся.
   От нее не укрылось, что Дюруа до сих пор не проронил ни слова, что  с
ним никто не заговаривает, что он чувствует себя неловко. Наконец,  вос-
пользовавшись тем, что дамы все еще были заняты  Академией,  этим  своим
коньком, и никак не могли с ней расстаться, она  обратилась  к  молодому
человеку с вопросом:
   - А вы что скажете, господин Дюруа, - в ведь вы должны быть  осведом-
лены на этот счет лучше, чем кто бы то ни было?
   - Я, сударыня, в данном случае придаю больше значения возрасту и здо-
ровью кандидатов, нежели их, всегда спорным, достоинствам, - не  задумы-
ваясь, ответил он. - Я стал бы наводить справки не об их заслугах, а  об
их болезнях. Я не стал бы требовать от них стихотворных переводов из Ло-
пе де Вега, но осведомился бы о состоянии их  печени,  сердца,  почек  и
спинного мозга. На мой взгляд, расширение сердца, сахарная болезнь  или,
еще того лучше, начало мышечной атрофии перевесят многотомные  рассужде-
ния о патриотических мотивах в поэзии варварских народов.
   Его слова были встречены удивленным молчанием.
   - Почему же? - улыбаясь, спросила г-жа Вальтер.
   - Потому что я всюду и всегда стараюсь найти то, что может  доставить
удовольствие женщинам, - ответил он. - Академия же, сударыня, привлекает
ваше внимание лишь тогда, когда кто-нибудь из  академиков  умирает.  Чем
больше их отправляется на тот свет, тем это должно быть для  вас  прият-
нее. Но чтобы они скорее умирали, надо выбирать больных и старых.
   Дамы, видимо, не понимали, к чему он клонит, и Дюруа счел нужным  по-
яснить свою мысль:
   - Откровенно говоря, мне тоже бывает приятно  прочитать  в  парижской
хронике о том, что какой-нибудь академик приказал долго жить.  Я  сейчас
же задаю себе вопрос: "Кто на его место?" И намечаю кандидатов. Это  иг-
ра, прелестная игра, - после кончины кого-нибудь из  бессмертных  в  нее
играют во всех парижских салонах, - "игра в смерть и в сорок старцев".
   Дамы, все еще недоумевая, заулыбались, - они не могли не оценить мет-
кости его наблюдений.
   - Это вы, милостивые государыни, выбираете их, - заключил  он,  вста-
вая, - выбираете только для того, чтобы они скорей умирали. Так выбирай-
те же старых, самых старых, наистарейших, а об остальном можете не  бес-
покоиться.
   И, сделав весьма изящный общий поклон, Дюруа удалился.
   - Занятный молодой человек, - как только он вышел, заметила  одна  из
дам. - Кто он такой?
   - Один из наших сотрудников, - ответила г-жа Вальтер. - Пока что  ему
поручают мелкую газетную работу, но я не сомневаюсь, что он скоро выдви-
нется.
   Дюруа, веселый, довольный собой, танцующей походкой шел  по  бульвару
Мальзерба, бормоча себе под нос: "Для начала недурно".
   Вечером он помирился с Рашелью.
   На следующей неделе произошли два важных события: он был назначен за-
ведующим отделом хроники и приглашен на обед к г-же Вальтер. Связь между
этими событиями он уловил без труда.
   Для коммерсанта Вальтера, которому и  пресса,  и  депутатское  звание
служили рычагами, "Французская жизнь"  была  прежде  всего  коммерческим
предприятием. Прикидываясь простачком, никогда не снимая личины доброду-
шия и веселости, он для своих  весьма  разнообразных  целей  пользовался
только такими людьми, которых он уже проверил, прощупал, распознал,  ко-
торых считал оборотистыми, напористыми и изворотливыми. И, понаблюдав за
Дюруа, он пришел к заключению, что на посту  заведующего  хроникой  этот
малый будет незаменим.
   До сих пор хроникой ведал секретарь редакции Буаренар, старый  журна-
лист, дотошный, исполнительный и робкий,  как  чиновник.  В  продолжение
тридцати лет он перебывал секретарем в одиннадцати разных газетах и  при
этом ни в чем не изменил своего образа мыслей и образа действий. Он  пе-
реходил из одной редакции в другую, как переходят из одного ресторана  в
другой, почти не замечая, что кухня не везде одинакова. Вопросы политики
и религии были ему чужды. Он не за страх, а за  совесть  служил  газете,
какова бы она ни была, отдавая ей свои знания и свой  драгоценный  опыт.
Он работал, как слепой, который ничего не видит, как глухой, который ни-
чего не слышит, как немой, который никогда ни о чем не говорит. Вместе с
тем, отличаясь большой профессиональной чистоплотностью, он ни за что не
совершил бы такого поступка, который с точки зрения журналистской  этики
нельзя было бы признать честным, лояльным и благородным.
   Патрон хотя и ценил его, а все же частенько подумывал о том, кому  бы
передать хронику, которую он называл сердцевиной газеты Ведь именно  от-
дел хроники распространяет новости, распускает слухи, влияет на  публику
и на биржу. Надо уметь, как бы невзначай, между двумя заметками о светс-
ких увеселениях, сообщить какую-нибудь важную вещь, вернее - только  на-
мекнуть на нее. Надо уметь договаривать между  строк,  опровергать  так,
чтобы слух становился от этого еще более правдоподобным, утверждать так,
чтобы все усомнились в истинности происшествия. Надо вести отдел хроники
таким образом, чтобы каждый ежедневно находил там хотя бы одну  интерес-
ную для него строчку, и тогда хронику будут читать все. Надо помнить обо
всем и обо всех, о всех слоях общества, о всех профессиях, о Париже и  о
провинции, об армии и о художниках, о духовенстве,  об  университете,  о
должностных лицах и о куртизанках.
   Руководитель этого отдела, командир батальона репортеров, должен быть
всегда начеку, должен быть вечно настороже; он должен быть недоверчивым,
предусмотрительным, сметливым, гибким, проворным, должен быть во всеору-
жии коварнейших приемов и обладать безошибочным чутьем, чтобы в  мгнове-
ние ока отличать достоверные сведения от недостоверных, чтобы знать  на-
верняка, что можно сказать и чего нельзя, чтобы заранее представлять се-
бе, какое впечатление произведет на читателей то или иное известие. Кро-
ме того, он должен все преподносить в такой форме, которая усиливала  бы
эффект.
   Буаренару, несмотря на его многолетнюю службу в редакциях, недостава-
ло мастерства и блеска. А главное, ему недоставало врожденной  смекалки,
необходимой для того, чтобы постоянно угадывать тайные мысли патрона.
   Дюруа мог великолепно поставить дело, он как нельзя более подходил  к
составу редакции этой газеты, которая, по выражению Норбера  де  Варена,
"плавала в глубоких водах коммерции и в мелких водах политики".
   Вдохновителями и  подлинными  редакторами  "Французской  жизни"  были
шесть депутатов, участвовавших в  авантюрах,  которые  предпринимал  или
поддерживал издатель. В палате их называли "шайкой Вальтера" и завидова-
ли тем солидным кушам, которые они срывали вместе с ним и через его пос-
редство.
   Отделом политики заведовал Форестье, но он был пешкой  в  руках  этих
дельцов, исполнителем их воли. Передовые статьи он писал у себя дома, "в
спокойной обстановке", как он выражался, но по их указаниям.
   А для того чтобы придать газете столичный размах, редакция  привлекла
к участию двух писателей, пользовавшихся известностью каждый в своей об-
ласти: Жака Риваля, автора фельетонов на злобу дня, и Норбера де Варена,
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 10 11 12 13 14 15 16  17 18 19 20 21 22 23 ... 52
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (14)

Реклама