Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Expedition SCP-432-4
Expedition SCP-432-3 DATA EXPUNGED
Expedition SCP-432-2
Expedition SCP-432-1

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Проза - Николай Прокудин Весь текст 740.03 Kb

Конвейер смерти

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 7 8 9 10 11 12 13  14 15 16 17 18 19 20 ... 64
зампотеха!  Просмотр  такого  хорошего  сна  сорвал! Пляж, девки, солнце,
шампанское!
— Тебе  сейчас  будет  не  до  шуток!  Вставай  быстрее!  Сержанта Алаева
застрелили, — буркнул Артюхин.
— Алаева? Минометчика?
Холодный   пот  прошиб  меня  насквозь.  Черт  побери!  Побыл  замполитом
батальона одну ночь. Сегодня могут уже снять. Проспал должность…
Артюхин продолжил рассказ:
— Он  был  дежурным  по  минометной  батарее.  В  рейд  не ходил, казарму
охранял.  Утром  пришел  со  сторожевого  поста  у казармы сдавать оружие
Рахманкулов.  Во  время  разряжания  произошел неосторожный выстрел. Пуля
попала сержанту в шею и вышла из левого уха. Наповал.
Я мгновенно натянул форму, и мы побежали к минометчикам.

По  казарме  ходил,  пиная табуретки и громко ругаясь, полковник Рузских,
заместитель  командира  дивизии.  Рузских являлся старшим группы офицеров
дивизии по подготовке городка к показу, поэтому он нервничал. ЧП в полку,
и  он  вроде  бы  частично  виноват  в  этом  происшествии.  А  какая его
причастность и вина? Никакой!..
Следом   за  полковником  туда-сюда,  ходил  командир  полка  в  огромных
солнцезащитных  очках-блюдцах.  Последними  явились  замполит Золотарев и
полковой  «контрик»,  подполковник  Зверев.  Оба  были растеряны и сильно
помяты.   После   ночной   попойки   лица   у   них  распухли,  а  вокруг
распространялся крепкий запах перегара.
Особист  полка —  колоритная  фигура!  Спирт  пил стаканами, а из закусок
отдавал предпочтение хорошей русской водке.
Однажды зам по тылу Ломако скрутил гепатит. Когда его на носилках несли в
санитарный «уазик», он, поманив пальцем Муссолини, простонал:
— Женя, под моей кроватью стоит канистра со спиртом. Береги ее как зеницу
ока!
На что замполит-два ответил:
— Выздоравливай, Виктор, не беспокойся! Сохраним!
Оба  политических  руководителя  (Муссолиев и Золотарев), командир полка,
Зверев,  а  также их заезжие друзья-приятели три недели радовались жизни.
Счастье закончилось с последней каплей алкоголя. Когда Ломако вернулся из
инфекционного  госпиталя  и  заглянул  в  горлышко  канистры, то с ужасом
обнаружил, что спирта нет.
— Женя, а где спирт?
Муссолини разгладил усы и, хитро ухмыляясь, ответил:
— Васильич, ты канистру не закрыл. Наверное, забыл в горячке болезни. Она
возьми  и высохни. Я вчера приподнял ее, а там спирт на донышке плещется.
Усох, зараза! Лучше бы выпили, чем так бездарно добро пропало!
…Большую часть того спирта поглотил контрразведчик.

Мы  с  Артюхиным  не стали приближаться к командованию, а встали у входа,
разглядывая мрачную картину.
Сержант  лежал  ногами к оружейной комнате, а головой упирался в тумбочку
дневального.  Вокруг  затылка  образовалось  широкое  кровавое пятно. Над
телом  склонился  начмед  Дормидович,  и  после  недолгих  манипуляций он
грустно вздохнул, констатируя:
— Мгновенная смерть!
— Где  этот  стрелок?  Какого  он  призыва? — спросил Артюхин у командира
батареи.
— Рахманкулов?  Молодой  солдат… —  ответил  Степушкин. — Только прибыл с
пополнением.
— Над ним издевались? Неуставняк? Что тебе известно, Виктор, из всей этой
истории? — посмотрел я с тоской на Степушкина. — Отчего он стрельнул?
— Да  вроде  бы  не били. Врачи бойца осматривали, на Рахманкулове побоев
нет. Черт! Не дожил Алаев месяц до дембеля!
— Куда девали недоумка — снайпера? — переспросил Артюхин.
— В  особый  отдел  забрали.  Его допрос ведет Растяжкин, — уныло ответил
капитан.
Медики  уложили  тело  сержанта  на  носилки  и  унесли в медпункт. К нам
подошел злой и угрюмый Подорожник, и все замолчали. Он хмуро посмотрел на
лужу крови, огляделся вокруг и сказал:
— Степушкин!  Кровь  убрать,  оружейку  проверить  и запереть! Офицерам и
старшине  батареи  написать  рапорта  о  происшедшем.  Доложить  кому что
известно.  Ответственному  по  казарме  во время происшествия, лейтенанту
Прошкину, прибыть ко мне в кабинет.

В штабе Прошкин пояснил:
— До  подъема  ночь  прошла  спокойно.  Солдаты  после  дороги  устали, и
отдыхали.  Никаких  инцидентов  не  было.  В  полшестого  утра  лейтенант
отправился в штаб к дежурному по полку и на ЦБУ (помимо ответственного по
батарее,  он  был  дежурным  по  артиллерии).  В  это  время  и случилось
несчастье.
Подорожника, меня, Артюхина и Степушкина вызвали к Филатову.
В   кабинете  за  длинным  столом  сидела  «инквизиция»:  Рузских,  «кэп»
«особисты»,   оба   замполита   полка.   Закрывая  большой  стол,  лежала
развернутая  карта  Кабула  и  план  полка.  Рузских  хмурился и был явно
удручен случившимся.
— Через  две  недели  прибывает комиссия и подобное происшествие нам ни к
чему.   Для   гражданских  министров  узнать  о  расстреле  будет  шоком.
Необходимо  обставить  события,  как  можно,  приличнее. Ваши варианты? —
спросил Рузских.
Мы переминались с ноги на ногу, и чувствовали себя отвратительно.
— Может быть, обстрел позиции? — подал я несмело голос.
— Ростовцев,  какой  на  хрен  обстрел,  если  в  голове пуля от АК-74? —
возмутился  Филатов. — От казармы до кишлаков больше полутора километров.
Не долетела бы.
— За парком до сих пор стоит полковая колонна. Технику вечером заправляли
топливом.  В принципе, если бы его убили там, то можно было бы рассчитать
необходимую траекторию выстрела, — неуверенно продолжил я.
— Так-так.   Давайте   развивайте   свою  мысль.  Думайте,  начальники! —
поторопил нас полковник.
— А  если  сержант  пошел  проверять  дополнительный  пост  у  техники? —
выдвинул свою версию Артюхин.
— Он  дежурный по батарее, вот и направился осмотреть технику и охрану, —
робко высказался Степушкин.
— Хорошо.  Уже  почти  хорошо! —  воскликнул  замкомдива. —  Где колонна?
Сколько до Даруламана?
— Оттуда  метров четыреста до ближайших афганских строений. Теоретически,
могли  из развалин пальнуть… Могли от заграждений из колючей проволоки, —
поддержал версию Подорожник.
— Как  на  схеме  это  выглядит? —  еще больше заинтересовался Рузских, и
«полководцы», тесня друг друга, склонились над планом.
После   замеров,   подсчетов  начальство  принялось  оживленно  обсуждать
предполагаемый  официальный  сценарий  для проведения следствия. Замполит
полка-один  Золотарев  махнул  рукой,  чтоб  мы скрылись с глаз. Когда он
появился перед нами через полчаса, последние детали были уже уточнены.
— Товарищи  офицеры!  Понятно,  что  мы выбираем в качестве официальной —
версию  с  обстрелом.  Но  за  само  происшествие  спрошу с вас на полную
катушку!  Теперь  решаем, что делать с солдатом. В полку он не жилец. Его
азербайджанцы,  земляки  Алаева,  уничтожат. Сегодня Рахманкулов ночует в
санчасти,  а  завтра  этого  недотепу  отправляем в дивизию. В медсанбате
подлечит  мозги.  Подготовить  документы,  исключить  из  списков  части,
экипировать. Вывезти как можно быстрее. И главное — меньше болтать!

Артюхин  не  стал  затягивать  с  убытием.  Он  быстро  собрал  вещи и на
следующий  день  уехал  домой  в Россию. История с неосторожным убийством
Алаева  завершилась отправкой тела на Родину и орденом — посмертно. Повез
тело  в  «Черном  тюльпане»  наш  старшина  роты  Халитов. Другие офицеры
сопровождать  «груз-200»  в  горный  азербайджанский  аул не решились. Из
такой  командировки  живым  и здоровым славянину вернуться проблематично.
Изобьют  или  убьют многочисленные родственники. Армян отвозят прапорщики
армяне,  грузин —  грузины.  Если  убьют  чеченца,  придется Ошуеву опять
ехать. Коздоева и Эльгамова он отвез лично, другие офицеры отказались.

* * *

Комбат представил меня батальону в новой должности и велел переселяться в
его  комнату.  Я неохотно перебрался на опустевшую койку Артюхина. Что ж,
жизнь   идет   своей   чередой.   Происшествия,   трагедии,   праздничные
мероприятия.   Вот   опять  запланированная  пьянка.  А  куда  денешься —
традиция,  ритуал...  Чапай  два  дня молчал, ухмылялся, а потом спросил:
собираюсь ли я вливаться в коллектив управления батальона?
После  полковой  вечерней проверки собрались комбаты и офицеры управления
батальонов.  Сели  за  столом  в  нашей  комнате.  Чествование  проводили
скрытно,   соблюдая   маскировку  и  конспирацию.  Как  всегда  в  период
развернувшейся  кампании  борьбы  за трезвый образ жизни. После четвертой
рюмки слово взял Ахматов:
— Василий Иванович! Ну, тебе и заместитель достался! Алкаш и дебошир!
— Рома,  ты  чего  это, обалдел? — удивился Подорожник. — Кто? Ростовцев?
Пьяница?  Он,  конечно,  отъявленный  разгильдяй,  но  трезвенник. Это ты
напраслину возводишь на парня.
— Самый   что  ни  наесть  пьянчуга!  А  когда  напивается,  то  орденами
разбрасывается. Бухарик!
Подорожник удивленно уставился на меня, а я с укором посмотрел на Романа.

— Извини,  замполит,  но  ящика коньяка я так и не дождался, — усмехнулся
танкист. —  Дольше  правду  от  своего  друга  Василия  скрывать не могу!
Совесть не позволяет! Месяц назад напился Никифор в моей комнате, да так,
что не помнил, как ушел и куда орден Красной Звезды бросил!
— Почему  не  помнил! —  возмутился  я. —  Все  отлично  помню. Как Роман
Романыч, ты меня к себе тащил, потому что у танкистов спиртное кончилось.
Отчетливо  припоминаю  стриптиз  на  столе,  девку голую в твоей кровати.
Помню, не забыл.
— Молодец! —  хлопнул  меня  по  плечу  Скрябнев. — Уделал «бронелобого».
Правильно, нечего стучать на собутыльников.
— А  он  и сам бывший «бронелобый», танковое училище закончил, — смутился
Ахматов. — Порядочные люди за стриптиз, между прочим, деньги платят, а мы
пехоте бесплатно показали. Эх, хороша была Элька. Огонь-баба!
— Была? А шо так! Куда девалась? — участливо спросил Подорожник.
— Обиделась.  Чертова шалава! Застал с начальником штаба, побил маленько,
для  профилактики.  А она теперь из койки Светлоокова не вылазит. Гадина,
наглая  и  бессовестная. —  Романыч  плеснул коньяка в стакан и с досадой
залпом  выпил.  Офицеры  сочувственно и ободряюще улыбались. — А, вообще,
Никифор  молодец! —  продолжил  Ахматов,  поставив стакан. — Наконец-то у
тебя,  Василий  Иванович,  будет  заместитель  не только в полку, но и на
боевых.  Этот  и  в  горы  пойдет,  и  в  «зеленку».  А то уже четвертого
получаешь политрука за год. Одни теоретики. Резво ты, старлей, начал! Так
дослужишься  до начальника Политуправления какого-нибудь военного округа.
Дай-то, бог! Выпьем за это!
— Жизнь покажет! — нахмурился Подорожник и опустошил рюмку.
— А  что  со  Светлооковым  происходит,  Рома?  Что у него за проблемы? —
поинтересовался Скрябнев.
— Гнусная  житейская  история.  Драма как в кино. Сейчас расскажу. Мне за
Эльку  на  него  обидеться  нужно, а я его даже жалею. Понимаю: должен же
кто-то  утешить  мужика.  Одно  обидно:  почему  утешает моя женщина? Что
других баб в полку не мог найти, потащил эту к себе?
— Так что за история? — живо заинтересовался Подорожник.
— Грустно  и  смешно.  Генка  копил  деньги,  покупал жене подарки, почти
ничего не пропивал. Пару недель назад он особенно заскучал и отпросился в
Кабул.  Решил  домой  позвонить. Международная связь, сами знаете, ужасно
дорогая,  но Геша не поскупился. Разменял Светлооков сто чеков на афгани,
приехал  на  городскую  телефонную станцию, каким-то образом объяснился с
телефонистом.  Звонил,  звонил  и  дозвонился,  наконец,  в Благовещенск.
Снимает  трубку  какой-то  мужик. Спрашивает: «Что нужно?» Гена удивился,
оторопел  и говорит: «Позовите Елену!» А тот: «Ты кто?» — «Это ее муж!» —
ответил Светлооков. Мужчина на том конце провода засопел и злобно рявкнул
в ответ: «Пошел на…, козел! Ее мужик в Афгане! Сейчас я ее муж!» И бросил
трубку.  Генка опешил. Приехал в полк ни жив, ни мертв. Пришел в комнату,
а  там Элька одна сидела в тот момент, я на совещании был. Геша поведал о
беде.  Выпили,  покурили,  выпили  еще.  Она расчувствовалась, пожалела и
приголубила.  Гады  и  сволочи.  Меня-то за что обидели? Прихожу: лежат в
кровати  голые,  пьяные,  грустные  и  курят.  Стол  бутылками и окурками
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 7 8 9 10 11 12 13  14 15 16 17 18 19 20 ... 64
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (1)

Реклама