Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Aliens Vs Predator |#5| I'm returning the supercomputer
Aliens Vs Predator |#4| New artifact
Aliens Vs Predator |#3| Endless factory
Aliens Vs Predator |#2| New opportunities

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Проза - Николай Прокудин Весь текст 740.03 Kb

Конвейер смерти

Следующая страница
 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 64
ПОЯСНЕНИЯ
Кяризы — разветвленная ирригационная система колодцев для орошения полей.

БРДМ — бронированная разведывательная десантная машина.
«СПС» — стрелковое противопульное сооружение из камней.
«Утес НСВ», ДШК — крупнокалиберные 12,7 мм пулеметы.
«Ураган», «Град» — реактивные системы залпового огня.
«Крокодил» — вертолет огневой поддержки «МИ-24».
«Лепестки» — противопехотные мины в форме лепестка.
«Зеленые», «Сарбосы» — солдаты афганской армии.
МОН-100, МОН-50 — противопехотные мины направленного действия.
АГС — автоматический станковый гранатомет.
Подствольник — подствольный гранатомет.
«Итальянка» — противотанковая мина.
«Охота» — противопехотная мина.
Безоткатка — безоткатное орудие.
«Грачи» — штурмовики «СУ-17».
Ханумка — афганская женщина.
Дувал — стена дома или забора.
БМП — боевая машина пехоты.
Дукан — афганский магазин.
Бача — афганский мужчина.
БТР — бронетранспортер.
«Муха» — одноразовый гранатомет РПГ-18, РПГ-22.
«Василек» —  82-мм автоматический миномет, транспортируемый на автомобиле
или МТЛБ.

Глава 1. Карательная операция

Ночное  небо  простиралось над землей, словно гигантский черный шатер. На
нем мерцали звезды, как всегда холодные и далекие. Легкий ветерок шевелил
волосы, освежал лицо. Я постепенно приходил в себя.
Да  и как в этой ситуации не разнервничаться, если из ста тысяч возможных
претендентов  выбрали  меня, единственного. Один шанс из ста тысяч. А ну,
как  и  правда,  получится? Я — Герой Советского Союза!!! Москва, Кремль,
академия…
Тьфу  ты,  черт!  Совсем  ум за разум зашел. Иду, куда ноги ведут, дороги
совсем  не  вижу.  Удивительно,  что  об  бордюры не запинаюсь и в густые
колючки не забрел. Шальные мысли надо гнать из головы, а то так и до беды
недалеко.  Вознесешься  в мечтах до самых небес — вот тут-то тебя пуля на
земле и срежет. Не летай, не воспаряй. Будь проще! Живи, как раньше жил.

— Эй,  лейтенант,  ты  чего  это  сам  с собой разговариваешь? Пьяный или
совсем от войны чокнулся? Завоевался, служивый? — услышал я сзади веселый
женский голос.
Я запнулся от неожиданности и чертыхнулся в сердцах:
— Черт  побери!  Понаставили  бордюрных  камней,  чуть  в темноте ногу не
сломал.
— А  ты  ходи  и  под  ноги  гляди,  меньше мечтай, — насмешливо сказала,
поравнявшись со мной, кладовщица Лариска.
— Да, что-то я действительно задумался, устал, наверное, очень. Не живем,
а  существуем, как собаки и даже хуже. У собак хоть отдельная будка есть,
а  нас  общаги  и  той лишили. Из батальонного модуля выселили к бойцам в
казарму.  Один  взводный  на сейфе спит, другой — на столе, а я обычно на
полу — в ленинской комнате на надувном матрасе.
— Бедненький! Надоела, наверное, жизнь половая? — расхохоталась женщина.
— Жизнь  половая  не  надоела,  потому  что ее нет совсем, а просто устал
спать в спальном мешке на пыльном полу.
— Тебя даже жалко стало, пойдем чаем напою, хочешь?
— Хочу! Всего хочу-хочу!
— А  вот  насчет  всего ты не угадал, место занято, пролетаешь как фанера
над Парижем!
— Ну, чай так чай, — вздохнул я и побрел следом.
В крохотной комнате стояли шкаф, стол и две застеленные кровати. Близость
женщины  возбудила  плоть, взбудоражила и только лишний раз расстроила. Я
выпил,  обжигаясь,  большой  бокал крепкого душистого чая с вареньем и на
вопрос  о  втором  бокале  ответил согласием. Опустошил второй и попросил
третий.
— Ты  меня  глазами съешь и скоро разденешь! Топай домой. Хватит сидеть и
таращиться.   Скоро  Сашка  должен  объявиться.  Зайдет,  а  тут  молодой
лейтенант  меня  компрометирует! —  рассмеялась  Лариска  и, потянув меня
легонько за руку, вытолкнула за дверь.
«Вот  черт,  как  все  нелепо получилось», — рассердился я на себя. Зачем
пришел?  Сам  не  знаю.  И сердце, вместо того чтобы успокоиться во время
прогулки  на  свежем  воздухе,  наоборот,  еще  пуще колотится. Давление,
чувствую, поднялось до критических пределов.
Поманили  меня  большой  наградой начальники и сбили с толку. А потом еще
мотнула  зазывно  юбкой  ведьма-деваха.  Одни  душевные расстройства… Ну,
хватит напрасно переживать. Конец прогулке — спать пора.

Рано  утром  стремительная  постановка  задач и сбор по тревоге. Батальон
погрузился  на  технику  и  отправился  на  Баграмскую  дорогу  проводить
карательную   операцию.  Отольются  солдатские  слезы  тем,  кто  устроил
фейерверк из «наливняков».
Шедший  впереди  колонны  танк  с  тралом  задавил несколько мин. В конце
концов,  после  подрыва мощного фугаса каток трала отлетел в виноградник.
Пока  танкисты навешивали новый и заменяли контуженого механика, батальон
открыл  по  «джунглям»  шквальный огонь изо всех стволов. Ветви деревьев,
виноградные лозы трещали и падали, скошенные пулями и осколками снарядов.
После  точных  попаданий  артиллерии  завалились  внутрь  крыши  и  стены
нескольких строений. В садах, как песчаные фонтаны или гейзеры, десятками
взметались  вверх взрывы, а затем оседали, барабаня вокруг комьями земли.
Над  кишлачной  зоной  нависла сплошная пелена из дыма и пыли, мешающая и
дышать и смотреть.
Я  залез  в  башню  на  место  наводчика  и  принялся посылать очередь за
очередью  по  кромкам высоких дувалов. Сначала бил по развалинам, а потом
переключился  на  самый  огромный  в  кишлаке  двухэтажный  дом. Довольно
занятное  времяпрепровождение —  высаживание  ворот  и вышибание остатков
стекол.  Чувствуешь  себя  первобытным варваром. Строения вокруг проселка
рушились,  осыпались,  горели,  но  людей  в них не было — ни одной живой
души.  Боеукладка  в  машине  вскоре  закончилась.  Пока оператор занялся
прокачкой  второй  ленты, чтобы продолжить стрельбу, я выбрался из башни.
Канонада  затихла,  перестали  свистеть  пули  и  осколки,  и  можно было
оглядеться.
Вдоль  проселочной  дороги по арыку протекал поток мутной глинистой воды,
вперемешку  с  мусором.  Вода —  это жизнь. А плохая вода — плохая жизнь.
Отплевываясь  от  пыли  и  мошкары, я присел на глиняный край арыка. Сняв
обувь и носки, я окунул ступни в эту жижу. Теплая жидкость освежила ноги,
но  разглядывая этот грязный поток, я содрогнулся от отвращения при мысли
о  том  количестве гепатита, тифа, дизентерии и холеры, которое протекает
сейчас  между  пальцами  ног.  Ведь вся эта нечесть только и мечтает, что
проникнуть в мой молодой, здоровый организм. А сколько этой заразы витает
вокруг  нас  в  воздухе!  Бр-р-р!  По-хорошему,  взять бы территорию этой
страны  да  вымыть  с  хлоркой,  чтоб  обезвредить  и  обеззаразить. Да и
аборигенов  хорошенько  помыть не мешало бы, в русской баньке, с парком и
веничком.  Правда, отмыв тело от всей грязи, они, возможно, сразу вымрут!
С  непривычки.  Мы  тоже  постепенно  привыкаем  к  местным  условиям, но
адаптируемся  к антисанитарии плохо. Пьем воду из арыков, едим из грязных
котелков  немытыми  ложками  (в  горах  вода  дороже  золота)  и часто по
несколько  недель  не  умываемся.  Но вот что странно: я ни разу ничем не
заболел! Мучаюсь только с гудящими от усталости ногами, ноющими коленями,
да  зубы крошатся от отсутствия фтора в воде и от твердокаменных сухарей.
Правда,  большинство  наших бойцов не выдерживают. Медсанбаты и госпиталя
переполнены страдающими от инфекционных заболеваний.
Я отбросил вместе с водой воображаемых микробов: «Кыш, проклятые!»

К  моей  БМП  подошел  озадаченный  и  хмурый Сбитнев, который вернулся с
совещания.
— Ник,  хватит  балдеть! Обувайся, сейчас твои ноги снова вспотеют! Задач
нарезали,  мать  их!  Слева  от  дороги кишлак — название не выговорить —
прочесать!  Одной нашей славной ротой! Справа будет действовать вторая, а
развалины  впереди штурмует третья. Минометчики и артиллеристы с Баграмки
произведут огневой налет, потом авиация отбомбится, и ровно через полчаса
начало движения.
— Охренели, что ли, «боссы»? Ротой — на большущий кишлак? — удивился я.
— Так  этих  кишлаков  тут  вон  сколько!  Цепью  тянутся  на восемьдесят
километров!  Что-то  разведбат  на  себя берет, что-то восемьдесят первый
полк,  что-то десантура, и многие дома останутся непроверенными. Прочешем
только окраину, вдоль дороги. Нам предстоит загнать банду Карима в кяризы
и  там  дымами  отравить.  Будем  забрасывать лабиринты дымовыми минами и
гранатами, минировать выходы из колодцев и, если получится, подрывать.
— С  кем  мне  идти прикажешь? Взводных — полный комплект, поэтому хочу с
тобой вместе вползать в «зеленку». Не возражаешь? — спросил я.
— И  какой  будет  наша  задача  дальше? — поинтересовался вклинившийся в
разговор  Острогин. — Что нам предстоит тут делать, осваивать виноградные
плантации? Помогать дехканам собирать урожай?
— Нет,  сейчас  не  до  шуток!  Приказ:  колодцы,  которые  мы обнаружим,
травить. Пусть угорят к чертовой матери!
— Бедная  чертова  мама!  Ей  будет чрезвычайно тяжело унести эти мириады
душ, —  рассмеялся  Острогин. —  Доведите план действий, командир! Взвода
работают вместе или поврозь? Куда идет мое войско из восьми человек?
— Выстраиваемся  в  линию  и планомерно, не забегая вперед и не отставая,
ползем  по  долине,  сметая все на пути. С краю от дороги — первый взвод.
Затем  второй,  дальше  третий и ГПВ, — распорядился Сбитнев. — Я пойду с
третьим  взводом,  замполит —  с пулеметчиками. Иду с Мандресовым, потому
что он после этой операции (раскрою секрет) уходит от нас.
Мы  недоуменно переглянулись: куда?! Только прибыл! Опять теряем хорошего
парня.
— Грабят! — взвизгнул я.
— Да,  да!  Уходит на повышение. На отдельный взвод. Будет вместо Арамова
командовать гранатометчиками. Никто нас не грабит, — отмахнулся ротный.
— А Бохадыр куда? — удивился Острогин.
— Командир  полка  назначает  Баху  на  место  Габулова.  Комбат приедет,
согласуют  с  ним,  и  цепочка назначений двинется. Так что Мандресов как
Цезарь: пришел, увидел, вырос! Карьерист!
— А почему не Острогин? — удивился я.
— Сержу  нужна  рота!  Зачем  ему  взвод?  А Мандресов новичок, еще нужно
научиться  действовать  самостоятельно, для дальнейшей перспективы роста.
Замполит, тебя же наш Муссолини расспрашивал о Мандресове вчера?
— Ну,  спрашивал.  Так, между делом интересовался, что за человек. Почему
комсомолец,  а не коммунист? Я сказал: хороший офицер, а что комсомолец —
исправится,  «сделаем  коммунистом».  Долго  ли  при обоюдном желании и с
хорошими  товарищами.  Если  упаковку «Si-Si» к тому же поставит и сверху
коньяк!
— Поставишь? — посмотрел вопросительно Сбитнев.
— А  надо  ли?  Может,  я еще не созрел, сойду комсомольцем? — засмущался
Мандресов.
— Тебе   денег   жалко  или  принципиальная  позиция:  «не  расстанусь  с
комсомолом, буду вечно молодым?» — возмутился Сбитнев.
— Жалко! Тем более что я еще получку в глаза ни разу не видел.
— Увидишь!  Ты,  между прочим, и в коллектив не влился! После возвращения
берешь  чеки,  вливаешься,  а  на  следующий день — отвальная! Сдашь дела
тому,  кто  тебя  сменит, и шагай по ступеням карьерного роста. АГС — это
кузница   кадров   нашего   батальона.   Оттуда   двое  роту  получали  и
заместителями   начальника  штаба  становились,  и  это  только  на  моей
памяти, — высказался Сбитнев.
— Он  так  вскоре  нами  командовать  вернется! —  усмехнулся  Ветишин. —
Санька,  дай,  пока  можно,  тебя  в  бок  двину.  Когда  станешь большим
начальником, не получится! — Сережка, смеясь, хлопнул Мандресова кулаком,
и  офицеры  принялись  весело  мять  бока Александру, радуясь возможности
подурачиться  перед  боем.  Мы  заметно  нервничали  перед  вхождением  в
«зеленку», таящую постоянную угрозу.

«Зеленка»  не  подавала  признаков  жизни.  Она  была  похожа на матерого
аллигатора,   затаившегося  в  болотной  тине,  ожидающего  неосторожную,
зазевавшуюся антилопу или газель, чтобы схватить ее за горло и утащить на
дно. Этой антилопой сегодня предстояло быть нам.
Тишина  становилась  гнетущей.  Казалось, вот она рядом, мирная жизнь: по
шоссе  торопливо  снуют  автомобили, стараясь быстрее проскочить в город,
женщины  спешат  с многочисленными детьми по своим делам, птицы щебечут в
Следующая страница
 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 64
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (1)

Реклама