Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
SCP-381: Pyrotechnic polyphony
Почему нет обещанного видео
Aliens Vs Predator |#6|
Aliens Vs Predator |#5| I'm returning the supercomputer

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Русская фантастика - А&Б Стругацкие Весь текст 324.84 Kb

Хищные вещи века

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 11 12 13 14 15 16 17  18 19 20 21 22 23 24 ... 28
Сырость прохватывала до костей, и отвратно пахло - не то  падалью,  не  то
испорченной канализацией. Нет, это было совсем не то, что  нужно.  Мне  не
хотелось терять времени даром, и я подумал, что, пожалуй, сейчас вернусь и
скажу, что приду в другой раз. Но сначала я решил - просто из  любопытства
- пройти немного по тоннелю. Я пошел направо,  на  свет  далеких  ламп.  Я
перескакивал  через  лужи,  спотыкался  о  прогнившие  шпалы,  путался   в
оборванных кабелях. Дойдя до первой лампы, я снова остановился.
     Рельсовый путь бы разобран. Шпалы валялись вдоль стен,  а  на  пустом
полотне зияли дыры, наполненные водой. Затем я увидел рельсы. Никогда  мне
не приходилось видеть рельсы в таком состоянии.  Некоторые  были  скручены
штопором. Они были начищены до блеска и напоминали огромные сверла. Другие
были с огромной силой вбиты в полотно и в стены  тоннеля.  А  третьи  были
завязаны в узлы. У меня мороз пошел по коже, когда я увидел  это.  Простые
узлы, узлы с бантом, узлы с двумя бантами, как шнурки на  ботинках...  Они
были сизые от окалины.
     Я посмотрел вперед, в глубину тоннеля. Оттуда тянуло гниющей падалью,
тусклые желтые огни редких ламп мерно мигали, словно что-то  раскачивалось
на сквозняке, заслоняя и снова открывая их.  Нервы  мои  не  выдержали.  Я
чувствовал, что это не более чем дурацкая шутка, но  я  ничего  не  мог  с
собой поделать. Я присел на корточки и осмотрелся. Скоро я нашел  то,  что
искал: метровый обломок железного прута. Я взял его под мышку  и  двинулся
дальше. Железо было холодное, влажное и шершавое от ржавчины.
     Косой мигающий свет  далеких  ламп  озарял  скользкие,  блестящие  от
сырости стены. Я уже давно заметил на  них  странные  круглые  потеки,  но
вначале не обратил на это внимание,  а  потом  заинтересовался  и  подошел
посмотреть. По стене, насколько хватал глаз,  тянулись  два  ряда  круглых
следов, разделенных метровым интервалами. Это выглядело так, как будто  по
стене здесь пробежал слон, и пробежал не очень  давно  -  на  краю  одного
такого следа слабо  шевелилась  раздавленная  белая  сороконожка.  Хватит,
подумал я, пора  возвращаться.  Я  посмотрел  вдоль  тоннеля.  Теперь  под
лампами впереди были отчетливо видны черные качающиеся  гирлянды.  Я  взял
прут поудобнее и пошел вперед, держась поближе к стене.
     Это тоже впечатляло. Под сводами тоннеля тянулись провисшие кабели, а
на них, связанные хвостами  и  собранные  в  тяжелые  щетинистые  гроздья,
покачивались на сквозняке сотни и сотни мертвых крыс.  В  полумраке  жутко
блестели мелкие оскаленные зубы,  торчали  во  все  стороны  закостеневшие
лапки, и эти гроздья  длинными  гнусными  гирляндами  уходили  в  темноту.
Густой тошнотворный смрад опускался из-под свода и растекался по  тоннелю,
шевелящийся, плотный, как кисель...
     Раздался пронзительный визг, и под ноги мне вдруг бросилась  огромная
крыса. Потом еще одна. И еще. Я попятился. Они мчались оттуда, из темноты,
где не было ни одной лампы.  И  оттуда  вдруг  толчками  пошел  воздух.  Я
нащупал  локтем  пустоту  в  стене  и  вдвинулся  в  нишу.  Под  каблуками
заверещало и задергалось живое - я  не  глядя  отмахнулся  своей  железной
палкой. Мне было не до крыс, потому что я  слышал,  как  кто-то  тяжело  и
мягко бежит по тоннелю, плюхая по  лужам.  Зря  я  ввязался  в  это  дело,
подумал я. Железный  прут  показался  мне  таким  легким  и  ничтожным  по
сравнению с завязанными в узлы рельсами. Это не  летучая  пиявка...  И  не
динозавр из Конго... Только б не гигантопитек, все что угодно,  только  бы
не  гигантопитек.  У  этих  ослов  хватит  ума  выловить  гигантопитека  и
запустить в тоннель... Я плохо соображал в эти секунды. И неожиданно ни  с
того ни с сего подумал о Римайере. Зачем он послал меня сюда? Что он  -  с
ума сошел?.. Только бы не гигантопитек...
     Он пронесся мимо меня так быстро, что я не успел разобрать,  что  это
такое. Тоннель гудел от его галопа. Затем  где-то  совсем  рядом  раздался
отчаянный  скрежещущий  визг  пойманной  крысы,  и  наступила  тишина.   Я
осторожно выглянул. Он стоял шагах в десяти, под самой лампой, и ноги подо
мной обмякли от огромного облегчения.
     -  Умники-затейники,  -  сказал   я   вслух,   чуть   не   плача.   -
Остряки-самоучки... Это же надо было додуматься! Таланты доморощенные...
     Он услышал мой голос и, задрав кормовые ноги, произнес:
     - Температурка у нас будет два  метра  тринадцать  дюймов,  влажности
нет, чего нет, того нет...
     - Доложи свое задание, - сказал я, подходя.
     Он со свистом  выпустил  из  присосков  сжатый  воздух,  бессмысленно
подрыгал ногами и взбежал на потолок.
     - Слезай вниз, - приказал я строго, - и отвечай на вопрос.
     Он висел у меня над головой среди заплесневелых проводов, этот  давно
устаревший кибер,  предназначенный  для  работ  на  астероидах,  жалкий  и
нелепый, весь в  лохмотьях  от  карбонной  коррозии  и  в  кляксах  черной
подземной грязи.
     - Слезай вниз! - рявкнул я.
     Он швырнул в меня дохлой крысой и умчался в темноту.
     -  Базальты!  Граниты!..   -   вопил   он   на   разные   голоса.   -
Псевдоморфические породы!.. Я над Берлином! Как слышите? Пора спать!
     Я бросил палку и пошел за ним следом. Он добежал до следующей  лампы,
спустился  вниз  и  стал   быстро,   по-собачьи,   рыть   бетон   рабочими
манипуляторами. Бедняга, у него и в лучшие-то времена мозг был способен  к
нормальной работе только при тяжести в одну сотую земной, а сейчас он  был
совершенно невменяем. Я нагнулся над  ним  и  стал  шарить  под  панцирем,
отыскивая  узел  регулировки.  "Вот  поганцы",  -  сказал  я  вслух.  Узел
регулировки был расплющен, словно но  нему  ударили  кувалдой.  Он  бросил
копать и мягко схватил меня за ногу.
     - Стоп! - гаркнул я. - Прекратить!
     Он прекратил, лег на бок и сообщил басом:
     - Надоел он мне до смерти, Эль. Бренди бы сейчас выпить...
     Внутри  у  него  щелкнули  контакты,  и  заиграла  музыка.   Шипя   и
посвистывая, он исполнял "Марш охотников". Я смотрел на него и думал,  как
это глупо и отвратительно, как смешно и страшно одновременно. Если бы я не
был межпланетником, если бы я испугался и побежал, он бы  почти  наверняка
убил меня... А ведь здесь никто не мог знать, что  я  был  межпланетником.
Никто.  Ни  один  человек.  И  Римайер   тоже   не   знал,   что   я   был
межпланетником...
     - Встань, - сказал я.
     Он зажужжал и принялся ковырять стену, и тогда я повернулся  и  пошел
обратно. Все время, пока я шел до поворота в коридор, мне было слышно, как
он гремит и лязгает в груде исковерканных рельсов, шипит электросваркой  и
несет околесицу на два голоса.
     Противоатомная дверь  была  уже  открыта.  Я  шагнул  через  порог  и
захлопнул ее за собой.
     - Ну как? - спросил круглоголовый.
     - Глупо, - ответил я.
     - Я же не знал, что вы межпланетник. Вы работали в космосе?
     -  Работал.   Все   равно   глупо.   На   дураков.   На   неграмотных
экзальтированных дураков.
     - На каких?
     - Экзальтированных.
     - А-а... Ну, это вы зря. Многим нравится. А вообще я вам говорил, что
приходили бы вечером. У нас вообще для одиночек развлечений мало...  -  Он
налил виски и добавил содовой из сифона. - Хотите?
     Я взял стакан и облокотился на барьер. Эль с сигареткой, прилипшей  к
губе, угрюмо смотрел на экран. По экрану метались осклизлые стены тоннеля,
скрюченные рельсы, черные лужи, летели искры электросварки.
     - Это не для меня, - заявил я. - Пусть этим занимаются  бухгалтеры  и
парикмахеры. Я против них, конечно, ничего не имею, но мне-то надо  такое,
чего я никогда в жизни не видел.
     - Сами, значит, не знаете, чего хотите, - сказал круглоголовый. - Это
тяжелый случай. Вы, извиняюсь, не интель?
     - А в чем дело?
     - Нет, вы только не  подумайте  чего-нибудь,  перед  костлявой,  сами
понимаете, все равны. Я только  что  хочу  сказать?  Что  интели  -  самые
капризные клиенты, вот и все. Верно, Эль? Если приходит,  скажем,  тот  же
бухгалтер или парикмахер, он хорошо знает, чего ему надо.  Кровь  погонять
ему надо, чтобы себя показать, собой погордиться, чтобы девчонки  визжали,
чтобы показывать всем дырки в шкуре... Это парни простые, каждому  хочется
считать себя  мужчиной.  Ведь  кто  он  такой,  наш  клиент?  Способностей
особенных у него нет, да они ему и не требуются... Вот раньше, я  в  книге
читал, хоть завидовали друг другу, сосед, мол, как сыр в масле катается, а
я на холодильник накопить не могу - разве это можно вытерпеть?  Цеплялись,
конечно, зубами за барахло, за деньги, за место выгодное... Жизнь  на  это
клали! У кого кулак крепче или голова хитрее, тот и  наверху...  А  теперь
ведь жизнь стала жирная, тихая, всего в достатке. К чему себя применить? Я
же не карась, я же человек все-таки, мне же скучно, а придумать сам ничего
не умею. Это ведь надо особые способности иметь - придумывать! Это надо же
гору книг прочитать, а попробуй-ка их читать, когда тебя от них  тошнит...
Прославиться там в мировом масштабе или выдумать чего-нибудь вроде  машины
- это мне и в голову не сразу придет, а если и придет - что толку?  Никому
ты в общем-то не нужен, даже жене  и  детям  собственным  не  нужен,  если
разобраться, верно, Эль? Да и  тебе  никого  не  надо...  Теперь,  значит,
придумывают для тебя умные люди что-нибудь новенькое, то  ароматьеры  эти,
то дрожку,  то  новую  пляску...  Питье  вот  новое  придумали...  "Хорек"
называется... Хотите, я вам собью? Он этого "хорька"  хватит  -  глаза  на
лоб, он и доволен... А пока глаза у него на  месте,  жизнь  для  него  все
равно что дождевая вода. Вот к нам тут один  интель  ходит  и  каждый  раз
жалуется: жизнь, говорит, пресна, ребята... А отсюда  я  выхожу  -  герой!
После, скажем, пульки или "один на двенадцать" я же совсем  по-другому  на
себя смотрю. Верно, Эль? Мне все снова сладко  делается  -  бабы,  жратва,
вино...
     - Да, - сказал я сочувственно. - Я вас хорошо понимаю. Но для меня-то
все это тоже пресно.
     - Слег ему нужен, - сказал вдруг Эль басом.
     - Что-что? - спросил я.
     - Слег, говорю.
     Круглоголовый весь сморщился.
     - Ну брось, Эль. Ну что ты сегодня какой-то...
     - Кашлять я на него хотел, - сказал Эль. - Не люблю я этих... Все ему
пресно, все ему не так...
     - Вы его не слушайте, - сказал круглоголовый.  -  Он  ночь  не  спал,
утомился...
     - Нет, почему же? - возразил я. - Очень интересно. Что это за слег?
     Круглоголовый опять сморщился.
     - Неприлично это, понимаете? - сказал он. - Вы Эля  не  слушайте,  он
хороший парень, простой, но ему обложить человека ничего не стоит. А слово
это нехорошее. Повадились сейчас какие-то на стенах его везде писать.  Вот
ведь хулиганье, а? Сопляки, толком и не знают, что это такое,  а  пишут...
Вон, видите, мы барьер обстругали... Сволочь какая-то вырезала, поймал  бы
его - наизнанку бы вывернул... Ведь у нас здесь и женщины бывают.
     - Ты скажи ему, - произнес Эль, обращаясь к круглоголовому,  -  чтобы
раздобыл себе слег и утихомирился. Пусть найдет Бубу...
     - Да заткнись ты, Эль! - сказал круглоголовый сердито. - Не  слушайте
вы его.
     Услышав имя Бубы, я снова наполнил стакан и устроился поудобнее.
     - Что же это такое, - сказал я, - тайный порок какой-нибудь?
     - Тайный! - сказал Эль басом и нехорошо заржал.
     Круглоголовый тоже засмеялся.
     - У нас тайного ничего быть не может, - сказал он. - Какие могут быть
тайны, когда народ с пятнадцати лет закладывает? Дураки эти,  интели,  все
секреты разводят... Хотят двадцать восьмого заварушку устроить,  шепчутся,
минометы давеча за город повезли, чтобы спрятать, значит,  ну,  как  дети,
ей-богу! Верно, Эль?
     - Ты ему скажи, - простой хороший парень Эль  гнул  свое.  -  Ты  ему
скажи: пусть валит ко всем чертям. Ты за него не  заступайся.  Так  ему  и
скажи: пусть идет к Бубе в "Оазис", и весь разговор.
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 11 12 13 14 15 16 17  18 19 20 21 22 23 24 ... 28
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама