Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Aliens Vs Predator |#4| New artifact
Aliens Vs Predator |#3| Endless factory
Aliens Vs Predator |#2| New opportunities
Aliens Vs Predator |#1| Predator's time!

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Русская фантастика - А&Б Стругацкие Весь текст 324.84 Kb

Хищные вещи века

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 6 7 8 9 10 11 12  13 14 15 16 17 18 19 ... 28
на груди твердого, как скамейка, человека, и  прямо  перед  моими  глазами
была его широко раскрытая пасть с блестящей слюной на подбородке...  Синий
- зеленый, синий  -  зеленый,  синий  -  зеленый...  Чего-то  не  хватало.
Раздавались пронзительные вопли, ругань, кто-то бился и визжал в истерике.
Над площадью нарастал густой механический рев. Я с трудом  поднял  голову.
Плафоны были прямо надо мной, синий и  зеленый  равномерно  вспыхивали,  а
красный погас, и с него сыпался стеклянный мусор. Тра-та-та-та-та!..  -  И
сейчас же лопнул и погас зеленый плафон.  А  в  свете  синего  неторопливо
проплыли  распахнутые  крылья,  с  которых  срывались  красноватые  молнии
выстрелов.
     Я опять попытался броситься на землю, но это было невозможно, все они
вокруг стояли, как столбы. Что-то гадко треснуло совсем недалеко от  меня,
взвился султан желто-зеленого дыма, и пахнуло отвратительной  вонью.  Пок!
Пок! Еще два султана повисли над площадью. Толпа  взвыла  и  заворочалась.
Желтый дым был едкий, как  горчица,  у  меня  потекли  слезы  и  слюни,  я
заплакал и закашлял, и вокруг меня все тоже заплакали, закашляли и  хрипло
завопили: "Сволочи! Хулиганы! Бей интелей!.." Снова послышался нарастающий
рев мотора. Самолет возвращался. "Да ложитесь же, идиоты!" -  закричал  я.
Все вокруг меня повалились друг на друга. Трата-та-та-та-та!.. На этот раз
пулеметчик промахнулся, и очередь пришлась по дому напротив, зато  газовые
бомбы снова легли точно в цель. Огни вокруг площади погасли,  погас  синий
плафон, и в кромешной тьме началась свалка.



                                    7

     Не знаю, как я добрался до этого фонтана. Наверное, у  меня  здоровые
инстинкты, а обыкновенная холодная вода - это было как раз то, что  нужно.
Я полез в воду, не раздеваясь, и лег. Мне сразу стало легче.  Я  лежал  на
спине, на лицо мне сыпались брызги, и это было необычайно  приятно.  Здесь
было совсем темно, сквозь ветки и воду просвечивали неяркие звезды, и было
совсем тихо.  Несколько  минут  я  почему-то  следил  за  звездой  поярче,
медленно двигавшейся по небу, пока не сообразил, что это  ретрансляционный
спутник "Европа", и подумал, как это далеко отсюда, и  как  это  обидно  и
бессмысленно, если вспомнить безобразную кашу на  площади,  отвратительную
ругань  и  визг,  мокротное  харканье  газовых   бомб   и   тухлую   вонь,
выворачивающую  наизнанку  желудок   и   легкие.   Понимая   свободу   как
приумножение и скорое утоление потребностей, вспомнил я, искажают  природу
свою, ибо зарождают в себе много бессмысленных и глупых желаний,  привычек
и нелепейших выдумок... Бесценный Пек  обожал  цитировать  старца  Зосиму,
когда кружил с потиранием  рук  вокруг  накрытого  стола.  Тогда  мы  были
сопливыми курсантами и совершенно серьезно воображали, будто  такого  рода
изречения годятся в наше время лишь для того, чтобы блеснуть  эрудицией  и
чувством юмора...
     Тут кто-то шумно рухнул в воду шагах в десяти от меня.
     Сначала он  хрипло  кашлял,  отхаркивался  и  сморкался,  так  что  я
поспешил выбраться из воды, потом принялся  плескаться,  ненадолго  совсем
затих и вдруг разразился бранью.
     - Гниды бесстыжие, - рычал он, - пр-р-роститутки... Дерьмо  свинячье,
стервы...  По  живым  людям!  Гиены  вонючие,  пархатые  суки...   Слегачи
образованные, гады... - Он снова яростно отхаркивался. - Свербит у  них  в
заднице, что люди развлекаются...  На  щеку  наступили,  сволочи...  -  Он
болезненно охнул в нос. - Провались они с этой дрожкой, чтобы я  туда  еще
раз пошел...
     Он опять застонал и поднялся. Было слышно, как с него льет. Я  смутно
различал во мраке его шатающуюся фигуру. Он тоже меня заметил.
     - Эй, друг, закурить нету? - окликнул он.
     - Было, - сказал я.
     - Суки, - сказал он. - Я тоже не догадался  вынуть.  Так  во  всем  и
плюхнулся. - Он прошлепал ко мне и присел рядом. - Болван какой-то на щеку
наступил, - сообщил он.
     - По мне тоже прошлись, - сочувственно сказал я. - Ошалели все.
     - Нет, ты мне скажи, откуда они слезогонку берут? - сказал  он.  -  И
пулеметы.
     - И самолеты, - добавил я.
     - Самолет что! - возразил он. - Самолет у меня у самого  есть.  Купил
по дешевке, всего семьсот крон... Чего им надо, вот что я не понимаю!
     - Хулиганье, - сказал я. - Набить им как следует морду,  вот  и  весь
разговор...
     Он желчно рассмеялся.
     - Как же, набил один такой!.. Они тебя так отделают... Ты думаешь, их
не били? Еще как били! Да, видно, мало... Их надо было в  землю  вбить,  с
пометом ихним вместе, а мы прозевали... А  теперь,  они  нас  бьют.  Народ
мягкий стал, вот что я тебе скажу. Всем на все наплевать. Отбарабанил свои
четыре часика, выпил - и на дрожку, и бей ты его хоть из  пушки.  -  Он  в
отчаянии хлопнул себя по мокрым бокам. - Ведь были же, говорят, времена! -
завопил он. - Ведь пикнуть же не смели! Чуть из них кто вякнет -  ночью  к
нему в белых балахонах или там в черных рубашках, дадут в зубы с хрустом и
в лагерь, чтобы не вякал...  В  школах,  сын  рассказывает,  все  фашистов
поносят: ах, негров обижали, ах, ученых совсем затравили, ах, лагеря,  ах,
диктатура! Да не травить надо было, а в землю вбивать, чтобы на развод  не
осталось! - Он с длинным хлюпаньем провел ладонью под носом. -  Завтра  на
работу с утра,  а  мне  всю  морду  свезло...  Пойдем  выпьем,  а  то  еще
простудимся...
     Мы пролезли через кусты и выбрались на улицу.
     - Тут за углом "Ласочка", - сообщил он.
     "Ласочка" была полна мокроволосыми полуголыми людьми.  По-моему,  все
были подавлены, как-то смущены  и  мрачно  хвастались  друг  перед  другом
синяками и ссадинами. Несколько  девушек  в  одних  трусиках,  сгрудившись
вокруг электрокамина, сушили юбки - их платонически похлопывали по голому.
Мой спутник  сразу  пролез  в  толпу  и,  размахивая  руками  и  поминутно
сморкаясь в два пальца, стал призывать "вколотить их, сволочей, в землю по
самые уши". Ему вяло поддакивали.
     Я спросил русской водки, а  когда  девушки  отошли  и  оделись,  снял
гавайку и подсел к камину. Бармен поставил  передо  мной  стакан  и  снова
вернулся  за  стойку  к  пухлому  журналу  -  решать  кроссворд.   Публика
разговаривала.
     - ...И чего, спрашивается, стрелять? Не  настрелялись,  что  ли?  Как
маленькие, ей-богу... Добро только портят.
     - Бандиты, хуже гангстеров, а только как хотите, дрожка  эта  -  тоже
гадость.
     - Это точно. Давеча моя говорит, я, говорит, тебя, папа, видела,  ты,
говорит, папа, синий был, как покойник, и очень уж страшный, а ей всего-то
десять лет, каково мне было в глаза ей смотреть, а?..
     - Эй, кто-нибудь, - сказал бармен, не поднимая головы. -  Развлечение
из четырех букв, это что?
     - Ну, хорошо. А кто все это выдумал? И дрожку, и ароматьеры... А? Вот
то-то...
     - Если промокнешь, лучше всего бренди.
     - ...Ждали мы его на мосту. Смотрим, идет,  очкарик,  и  трубу  такую
несет со стеклами. Мы его ка-ак взяли - и с моста. С  очками  вместе  и  с
трубой, только ногами дрыгнул... А потом Ноздря прибегает, в сознание его,
значит, привели, посмотрел с моста, как тот булькает. Ребята, говорит,  да
вы что, пьяные? Это же совсем не тот,  я  этого,  говорит,  в  первый  раз
вижу...
     - А по-моему, надо издать закон: если ты семейный, нечего  на  дрожку
шляться...
     - Эй, кто-нибудь,  -  сказал  бармен.  -  А  как  будет  литературное
произведение из семи букв? "Книжка", что ли?..
     - ...Так у меня у самого во взводе было четыре интеля, пулеметчики. Я
помню, мы с пакгаузов удирали,  -  ну,  знаете,  там  еще  теперь  фабрику
строят, и вот двое остались прикрывать. Между прочим, никто их не  просил,
вызвались исключительно сами. А потом вернулись мы, а они  висят  рядышком
на мостовом кране, голые, и все у них калеными  щипцами  повыдергано.  Вот
так, понял? А теперь, я думаю: где остальные двое сегодня,  скажем,  были?
Может, они меня же слезогонкой угощали, ведь такие могут вполне...
     - Мало ли кого вешали... Нас тоже вешали за разные места.
     - В землю их вколотить до ноздрей, и все тут!
     - Я пойду. Чего тут сидеть... У меня  уже  изжога  началась.  А  там,
наверное, все починили...
     - Эй, бармен, девочки! По последней!
     Гавайка моя высохла. Я оделся и, когда кафе опустело,  перебрался  за
столик и стал смотреть, как в углу два изысканно одетых пожилых  господина
тянут через соломинку  коктейль.  Они  сразу  бросались  в  глаза  -  оба,
несмотря на очень теплую ночь, в строгих  черных  костюмах  и  при  черных
галстуках. Они не разговаривали, а один  все  время  поглядывал  на  часы.
Потом я отвлекся. Ну, доктор Опир, как вам показалась эта дрожка? Вы  были
на площади? Да нет, вы, конечно, не были. А зря. Интересно было бы  знать,
что вы об этом думаете. Впрочем, черт с вами. Какое мне дело до того,  что
думает доктор Опир? Что я сам об этом думаю? Что ты об этом  думаешь,  ты,
высококачественное парикмахерское сырье? Скорей бы акклиматизироваться. Не
забивайте мне голову индукцией, дедукцией и техническими  приемами.  Самое
главное - побыстрей акклиматизироваться. Почувствовать  себя  своим  среди
них... Вот все они опять пошли на площадь. Несмотря на то, что  произошло,
они все-таки снова пошли на площадь.  А  у  меня  нет,  ну,  ни  малейшего
желания идти на эту площадь. Я бы с удовольствием  пошел  сейчас  домой  и
опробовал бы свою новую кровать. А когда же к рыбарям? Интели,  "Девон"  и
рыбари. Интели - видимо, это местная золотая молодежь? "Девон"...  "Девон"
надо иметь в виду. Вместе с Оскаром. Теперь рыбари...
     - ...И все-таки рыбари - это немного вульгарно, - негромко, но отнюдь
не шепотом объявил один из черных костюмов.
     Я прислушался.
     - Все зависит от темперамента, - возразил другой. - Лично я нисколько
не осуждаю Карагана.
     - Карагана я тоже не осуждаю. Но немного шокирует то, что  он  забрал
свой пай. Джентльмен так не поступил бы.
     -   Простите,   но   Караган   не   джентльмен.   Он    всего    лишь
директор-распорядитель.  Отсюда  и  мелочность,   и   меркантильность,   и
некоторая, я бы сказал, мужиковатость...
     - Не будем так строги. Рыбари - это интересно. И честно говоря, я  не
вижу оснований, почему бы нам не  заниматься  этим.  Старое  Метро  -  это
вполне респектабельно. Уайлд элегантнее Нивеля, но мы же  не  отказываемся
на этом основании от Нивеля...
     - И вы серьезно готовы?..
     - Да хоть сейчас... Кстати, без пяти два. Пойдемте?
     Они поднялись, вежливо-дружески попрощались  с  барменом  и  пошли  к
выходу -  элегантные,  спокойные,  снисходительно-высокомерные.  Это  было
удивительной удачей. Я громко зевнул и, проговорив: "На площадь пойти...",
последовал за ними, раздвигая табуретки. Улица была  еле  освещена,  но  я
сразу увидел их. Тот, что шел справа, был пониже, и, когда  они  проходили
под фонарями, было видно, что волосы у него мягкие и редкие. По-моему, они
больше не разговаривали.
     Они обогнули сквер, свернули в совсем темный переулок, отшатнулись от
пьяного человека, попытавшегося с ними заговорить, и вдруг резко,  так  ни
разу и не оглянувшись, нырнули  в  сад  перед  большим  мрачным  домом.  Я
услышал, как гулко хлопнула тяжелая дверь. Было без двух минут два.
     Я отпихнул пьяного, вошел в сад и присел  на  выкрашенную  серебряной
краской скамейку в  кустах  сирени.  Скамейка  была  деревянная,  дорожка,
ведущая  через  сад,  посыпана  песком.  Подъезд  дома   освещался   синей
лампочкой, и я разглядел две кариатиды, держащие  балкон  над  дверью.  На
вход в метро это не было похоже, но это еще ничего не значило, и  я  решил
подождать.
     Ждать пришлось недолго. Зашуршали шаги, и на дорожке появилась темная
фигура в  накидке.  Это  была  женщина.  Я  не  сразу  понял,  почему  мне
показалась знакомой ее гордо  поднятая  голова  с  высокой  цилиндрической
прической, в которой блестели под  звездами  крупные  камни.  Я  встал  ей
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 6 7 8 9 10 11 12  13 14 15 16 17 18 19 ... 28
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама