Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Aliens Vs Predator |#3| Endless factory
Aliens Vs Predator |#2| New opportunities
Aliens Vs Predator |#1| Predator's time!
Aliens Vs Predator |#5| Final fight

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Русская фантастика - А&Б Стругацкие Весь текст 324.84 Kb

Хищные вещи века

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 7 8 9 10 11 12 13  14 15 16 17 18 19 20 ... 28
навстречу и  произнес,  стараясь  придать  голосу  насмешливо-почтительные
интонации:
     - Опаздываете, сударыня, уже третий час.
     Она нисколько не испугалась.
     - Да что вы говорите? - воскликнула она. - Неужели мои часы отстают?
     Это была та самая женщина, которая повздорила с шофером  фургона,  но
она, конечно, не узнала меня. Женщины  с  такой  брезгливой  нижней  губой
никогда не помнят случайных встречных. Я взял ее под руку, и мы  поднялись
по широким  каменным  ступенькам.  Дверь  оказалась  тяжелой,  как  крышка
реакторного колодца. В вестибюле никого не было. Женщина, не  оглядываясь,
сбросила мне на руки накидку и пошла вперед, а я  задержался  на  секунду,
оглядывая себя в огромном зеркале. Молодец, мастер Гаоэй, но держаться мне
все-таки рекомендуется в тени. Мы вошли в зал.
     Нет, это было что угодно, но только  не  метро.  Зал  был  большой  и
невероятно старомодный. Стены были обшиты черным деревом, на  высоте  пяти
метров проходила галерея  с  балюстрадой.  С  расписного  потолка  грустно
улыбались одними губами розовые белокурые ангелы. Почти всю  площадь  зала
занимали ряды мягких кресел, обитых тисненой кожей и  очень  массивных  на
вид. В креслах, небрежно развалясь, располагались  роскошно  одетые  люди,
большей частью пожилые мужчины. Они смотрели в глубину зала, где  на  фоне
черного глубокого бархата сияла ярко подсвеченная картина.
     На нас никто не оглянулся. Дама проплыла в передние ряды, а я  присел
в кресло поближе к двери. Теперь я был почти совершенно уверен, что пришел
сюда зря.  В  зале  молчали  и  покашливали,  от  толстых  сигар  тянулись
синеватые  струйки  дыма,  многочисленные   лысины   покойно   сияли   под
электрической люстрой. Я обратился к картине. Я неважный знаток  живописи,
но, по-моему, это был Рафаэль, и если не подлинный, то весьма  совершенная
копия.
     Грянул густой медный удар, и в ту же секунду рядом с картиной  возник
высокий худой человек в черной маске, весь от шеи до ногтей облитый черным
трико.  За  ним,  прихрамывая,  следовал  горбатенький  карлик  в  красном
балахоне. В коротких  вытянутых  лапках  карлик  держал  огромный,  тускло
отсвечивающий меч самого зловещего вида. Он замер  справа  от  картины,  а
замаскированный человек выступил вперед и глухо заговорил:
     - В соответствии с законами и установлениями благородного  сообщества
меценатов и во имя искусства святого и неповторимого, властью, данной  мне
вами, я рассмотрел историю и достоинства этой картины, и теперь...
     - Прошу остановиться! - раздался позади меня резкий голос.
     Все обернулись. Я тоже обернулся и увидел, что на меня в упор  глядят
трое  молодых,  видимо,  очень  сильных  людей  в  изысканно   старомодных
костюмах. У одного в правой глазнице блестел монокль. Несколько секунд  мы
разглядывали друг друга, затем человек с моноклем,  дернув  щекой,  уронил
монокль. Я сейчас же встал. Они разом двинулись на меня,  ступая  мягко  и
неслышно, как кошки. Я попробовал кресло - оно было слишком массивное. Они
кинулись. Я встретил их как мог, и сначала все шло хорошо, но очень быстро
я понял, что у них кастеты, и еле успел увернуться. Я  прижался  спиной  к
стене и смотрел на них, а они, тяжело  дыша,  смотрели  на  меня.  Их  еще
оставалось двое. В зале покашливали.  С  галереи  по  деревянной  лестнице
поспешно спускались еще четверо, ступеньки скрипели и визжали на весь зал.
Плохо дело, подумал я и бросился на прорыв.
     Это была тяжелая работа, совсем как в Маниле, но там нас  было  двое.
Уж лучше бы они стреляли, тогда бы я отобрал у  кого-нибудь  пистолет.  Но
они все шестеро встретили меня кастетами и резиновыми  дубинками.  Счастье
еще, что было очень тесно. Левая рука у меня вышла из строя, когда четверо
вдруг отскочили, а пятый окатил меня из плоского баллона какой-то холодной
мерзостью. И сейчас же в зале погас свет.
     Эти штучки были мне знакомы: теперь они меня видели, а я их - нет.  И
мне бы, наверное, пришел конец, но тут какой-то дурак  распахнул  дверь  и
жирным басом  провозгласил:  "Прошу  прощения,  я  ужасно  опоздал  и  так
сожалею..." Я ринулся на свет по падающим телам, смел с  ног  опоздавшего,
пролетел через вестибюль, вышиб парадную дверь и, придерживая  левую  руку
правой, пустился бежать по песчаной дорожке. Никто меня не преследовал, но
я пробежал две улицы, прежде чем догадался остановиться.
     Я повалился на газон и долго  лежал  в  жесткой  траве,  хватая  ртом
теплый парной воздух. Сразу собрались любопытные. Они стояли полукругом  и
глазели с жадностью, даже не переговаривались. "Пошли вон..." - сказал  я,
наконец, поднимаясь. Они поспешно разошлись.  Я  постоял,  соображая,  где
нахожусь, а затем побрел домой. На сегодня с меня было достаточно.  Я  так
ничего и не понял, но с меня было вполне достаточно. Кто бы они  ни  были,
эти  члены  благородного  сообщества  меценатов,   -   тайные   поклонники
искусства, или недобитые аристократы-заговорщики, или  еще  кто-нибудь,  -
дрались они больно и беспощадно, и самым большим дураком у них в зале  был
все-таки, по-видимому, я.
     Я миновал площадь, где опять размеренно вспыхивали цветные плафоны  и
сотни истерических глоток орали: "Дрожка! Дрож-ка!" И этого с меня хватит.
Приятные  сны,  конечно,  всегда  лучше  неприятной  действительности,  но
живем-то мы не во сне... В заведении, куда меня проводила  Вузи,  я  выпил
бутылку ледяной минеральной воды, поглазел,  отдыхая,  на  наряд  полиции,
мирно расположившейся у стойки, потом вышел и свернул на свою Пригородную.
За левым ухом у меня наливалась  гуля  величиной  с  теннисный  мяч.  Меня
покачивало, и я шел медленно, держась поближе к изгороди. Потом я  услыхал
за спиной стук каблуков и голоса.
     - ...Твое место было в музее, а не в кабаке!
     - Ничего подобного... Я не пьян. Как в-вы не  понимаете,  всего  одна
бутылка м-мозеля...
     - Гадость какая! Напился, подцепил девку...
     - При чем здесь девка? Это одна н-натурщица...
     - Подрался из-за девки, заставил нас драться из-за девки...
     - К-какого черта вы верите им и не верите мне?
     - Да потому, что ты пьян! Ты подонок, такой же, как они, даже хуже...
     - Ничего! Того мер-рзавца с браслетом я оч-чень хорошо запомнил... Не
держите меня! Я сам пойду!...
     - Ничего ты, братец, не запомнил. Очки с тебя  сбили  моментально,  а
без очков ты не человек, а слепая кишка... Не брыкайся, а то в фонтан!
     - Я тебя предупреждаю, еще одна такая выходка,  и  мы  тебя  выгоним.
Пьяный культуртрегер - какая гадость!
     - Да не читай ты ему морали, дай человеку проспаться...
     - Р-ребята! Вот он м-мерзавец!..
     Улица была пуста, и мерзавцем, очевидно, был я. Я уже мог  сгибать  и
разгибать левую руку, но мне было еще очень больно, и я остановился, чтобы
пропустить  их.  Их  было  трое.  Это  были  молодые  парни  в  одинаковых
каскетках, сдвинутых на глаза. Один, плотный и приземистый, явно веселясь,
очень  крепко  держал  под  руку  другого,  мордастого,  с   разболтанными
движениями и неожиданными порывами.  Третий,  худой  и  длинный,  с  узким
темным лицом, шел поодаль, держа руки за  спиной.  Поравнявшись  со  мной,
разболтанный верзила решительно затормозил. Приземистый  парень  попытался
сдвинуть его с места, но тщетно. Длинный прошел  несколько  шагов  и  тоже
остановился, нетерпеливо глядя через плечо.
     - Попался с-скотина! - заорал  пьяный,  порываясь  схватить  меня  за
грудь свободной рукой.
     Я отступил к забору и сказал, обращаясь к приземистому:
     - Я вас не трогал.
     - Перестань безобразничать! - резко сказал длинный издали.
     - Я тебя а-атлично запомнил! - орал пьяный. - От меня не уйдешь! Я  с
тобой посчитаюсь!
     Он рывками надвигался на меня, волоча за собой приземистого,  который
вцепился в него, как полицейский бульдог.
     - Да это не  тот!  -  уговаривал  приземистый,  которому  было  очень
весело. - Тот же на дрожку пошел, а этот трезвый...
     - М-меня не обманешь...
     - Предупреждаю в последний раз, мы тебя выгоним!
     - Испугался, мер-рзавец! Браслет снял!
     - Ты же его не видишь! Ты же без очков, балда!..
     - Я все а-атлично вижу!.. А если даже и не тот...
     - Прекрати, наконец!..
     Длинный все-таки подошел и вцепился в пьяного с другой стороны.
     - Да проходите вы! - сказал он мне раздраженно. -  Что  вы,  в  самом
деле, тут остановились? Пьяного не видели?
     - Не-ет, от меня не уйдешь!
     Я пошел своей дорогой. До дома  было  уже  недалеко.  Компания  шумно
тащилась следом.
     - Если угодно, я его насквозь в-вижу! Царь  пр-рироды...  Напился  до
рвоты, н-набил кому-нибудь мор-рду, сам получил как  следует,  и  н-ничего
ему больше не надо... Пу-пустите, я ему навешаю по чавке...
     - До чего ты докатился, ведем тебя, как гангстера...
     - А ты меня не в-веди!.. Я их ненавижу!.. Дрожки... Водки...  Бабы...
Студень безмозглый...
     - Да, конечно, успокойся... Только не падай.
     - Довольно ур-п... Упреков!.. Вы мне  надоели  вашим  фарисейством...
Пу-ри-тант... танством... Нужно  рвать!  Стрелять!  Всех  стереть  с  лица
земли!
     - Ох, и нализался! А я было решил, что он совсем протрезвел...
     - Я тр-резв! Я все помню. Двадцать восьмого... Что, не так?
     - Заткнись, балда!
     - Ч-ш-ш-ш-ш! Вер-рна! Враг начеку... Ребята, тут был где-то шпик... Я
же с ним разговаривал... Браслет, сволочь, с-снял... Но  я  этого  стукача
еще до двадцать восьмого...
     - Да замолчи ты!
     - Ч-ш-ш-ш-ш! Все! И ни слова больше... И не беспокойтесь, минометы за
мной...
     - Я его сейчас убью, этого подонка.
     - Па вр-врагам ци... цивилизации... Полторы тысячи литров  слезогонки
- лично... Шесть секторов... Э-эк!
     Я был уже у ворот своего дома. Когда я оглянулся, пьяный лежал  лицом
вниз, приземистый сидел над ним на корточках, а длинный  стоял  поодаль  и
потирал левой рукой ребро ладони правой.
     - Ну зачем  ты  это  сделал?  -  сказал  приземистый.  -  Ты  же  его
искалечил.
     - Хватит болтовни, - сказал длинный  яростно.  -  Никак  не  отучимся
болтать. Никак не отучимся пить водку. Хватит.
     Будем как дети, доктор  Опир,  подумал  я,  по  возможности  бесшумно
проскальзывая во двор. Я придержал створки ворот, чтобы они  не  щелкнули,
закрываясь.
     - А где этот? - спросил длинный, понижая голос.
     - Кто?
     - Этот тип, который шел впереди...
     - Свернул куда-то...
     - Куда, ты не заметил?
     - Слушай, мне было не до него.
     - Жаль... Ну ладно, бери его и пошли.
     Отступив в тень яблонь, я смотрел, как они  проволокли  пьяного  мимо
ворот. Пьяный страшно хрипел.
     В доме было тихо. Я прошел к себе, разделся  и  принял  горячий  душ.
Гавайка и шорты попахивали слезогонкой  и  были  покрыты  жирными  пятнами
светящейся жидкости. Я бросил их в утилизатор. Затем  я  осмотрелся  перед
зеркалом и еще  раз  подивился,  как  легко  отделался:  желвак  за  ухом,
порядочный  синяк  на  левом  плече  и  несколько  ссадин  на  ребрах.  Да
ободранные кулаки.
     На ночном столике я обнаружил извещение, в  котором  мне  почтительно
предлагалось внести деньги за квартиру за  первые  тридцать  суток.  Сумма
оказалась изрядной, но вполне терпимой. Я отсчитал  несколько  кредиток  и
сунул их в предусмотрительно оставленный конверт, а затем лег на  кровать,
закинув здоровую руку за голову. Простыни были  прохладные,  хрустящие,  в
открытое окно вливался солоноватый морской воздух. Над  ухом  уютно  сопел
фонор. Я собирался немного подумать перед сном, но был слишком  измотан  и
быстро задремал.
     Что-то  разбудило  меня,   и   я   открыл   глаза   и   насторожился,
прислушиваясь. Где-то недалеко не то плакали, не то  пели  тонким  детским
голосом. Я осторожно поднялся и высунулся из  окна.  Тонкий  прерывающийся
голос бормотал: "...В гробах мало побыв, выходят и живут, как живые  среди
живых..."  Послышалось  всхлипывание.  Издалека,  словно  комариный  звон,
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 7 8 9 10 11 12 13  14 15 16 17 18 19 20 ... 28
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама