Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Aliens Vs Predator |#2| And again the factory
Aliens Vs Predator |#1| To freedom!
Aliens Vs Predator |#10| Human company final
Aliens Vs Predator |#9| Unidentified xenomorph

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
История - Валентин Пикуль Весь текст 2293.8 Kb

Фаворит (роман-хроника времен Екатерины I)

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 183 184 185 186 187 188 189  190 191 192 193 194 195 196
   - Да? - захохотал Потемкин. - Так вы, моя воздушная прелесть, к  тому
времени превратитесь в старуху...
   Он увлек женщину в спальню, оркестр Сарти при этом исполнил  лиричес-
кое вступление, а Попов велел пушкам салютовать победу  светлейшего  над
красавицей.
   После чего Потемкин указал Попову:
   - Готовь перья острее, буду писать  Суворову...  Измаил  может  взять
только граф Рымникский!
   - Граф Рымникский станет тогда и князем  Измаильским,  -  предупредил
его Попов.
   - Нет, не станет, - отвечал Потемкин.
   ПИСЬМО ПОТЕМКИНА СУВОРОВУ ИЗ БЕНДЕР
   Моя надежда на Бога и на  Вашу  храбрость.  Поспеши,  мой  милостивый
друг! Рибас будет Вам во всем ни пользу... Будешь доволен  и  Кутузовым.
Сторону города к Дунаю я почитаю слабейшей... Сын принца де-Линя - инже-
нер, употребите его по способности. Боже, подай Вам свою помощь... Князь
ПотемкинТаврический.
   ПИСЬМО СУВОРОВА ПОТЕМКИНУ ИЗ ГАЛАЦА
   Получа повеление Вашей светлости, отправился я к стороне Измаила. Бо-
же, даруй нам свою помощь! Пребуду с глубочайшим почтением. Вашей  свет-
лости нижайший слуга - граф Александр Суворов-Рымникский.
   Через неделю Суворов уже подъезжал к Измаилу, за ним казак  на  лоша-
денке вез котомку с вещами. Летел мокрый снег, было  зябко.  К  великому
удивлению полководца, он встречал войска, идущие по слякоти прочь от Из-
маила.
   - Стойте, богатыри! - задержал их Суворов. - Я-то в Измаил стопы нап-
равил, а вы куда, братцы, собрались?
   - Да нам генералы велели, - хмуро отвечали солдаты. -  Сказывают  меж
собою, что Измаил не осилить. Стенки и впрямь высоченные - глянешь,  так
и шапки кувыркаются.
   - Командую здесь я - Суворов, так и скажите всем, что я снова с вами.
А воля светлейшего князя такова, что отступать не ведено. Посему возвра-
щайтесь обратно...
   Потемкин был ошеломлен известием, что генералы, без его ведома, нача-
ли отводить войска. Он переслал Суворову еще один ордер -  секретнейший:
делай как хочешь и как умеешь, руки тебе развязываю, а твое решение ста-
нет моим решением. Этот ордер вполне устраивал  Александра  Васильевича,
давая ему власть главнокомандования. Измаил, гордость султанов,  примос-
тился к Дунаю, нерушимо высясь на путях к сердцу Оттоманской  империи...
Осмотрев крепость в поисках ее слабейших мест, Суворов честно рапортовал
в ставку Потемкина: "КРЕПОСТЬ БЕЗ СЛАБЫХ МЕСТ". Этим он признал  неприс-
тупность Измаила, но Суворов не писал  светлейшему,  что  Измаил  нельзя
взять. Александр Васильевич повидался с Голени щсвым-Кутузовым,  который
предостерег:
   - Ежели очаковское сидение повторится, так турки и правы, что хохочут
над нами: с голоду да холоду перемрем.
   - Я не светлейший, - ответил Суворов, - и мучить армию не  намерен...
Отчего ты грустен, Ларионыч мой?
   - Беда у меня. Жена пишет, что все детки оспою перестрадали, но выжи-
ли. А единый сыночек мой Николенька, рода  моего  продолжатель,  умер...
охти, горе мне!
   - Смерть уже дважды чрез главу твою промчалась, словно комета  огнен-
ная, и уцелел ты. Не будь скорбен - не ищи смерти в  третий  раз,  когда
вступишь на стены измаильские.
   - Возможна ль эскалада сия?
   - Для русских нет невозможного... верь!
   Суворов сразу начал ломать  ретирадные  настроения,  готовя  людей  к
штурму, и солдаты кричали ему:
   - Живые аль мертвые, а в Измаиле побываем! Веди нас,  батюшка,  -  мы
тебя знаем, а ты нас помнишь...
   Среди офицеров было немало скептиков; один из них писал  родителям  в
Петербург: "С тех пор, как существует Россия, такого горячего дела,  ка-
кое нам предстоит, никогда еще не видывали: ибо это не  безделица  взять
одним разом город, так хорошо укрепленный, как Измаил...  словом,  будем
начинать тем, чем обыкновенно кончают - приступе м!"
 
 
   13. ПРИСТУП И "СТЫД ИЗМАИЛЬСКИЙ"
 
   Де Линь очень высоко чтил Суворова, именуя его  Александром  Диогсно-
вичсм или Александром Македонским. Суворов за эти годы успел полюбить дс
Линя за юмор, он писал ему в Вену: "Мы пожнем толпы врагов,  как  стено-
битное орудие поражает крепости, и я обниму тебя в тех вратах,  где  пал
последний Палеолог, и скажу: видишь -  я  сдержал  слово  -  победа  или
смерть".
   Каждую нацию по-своему воодушевляют перед генеральным сражением. "Ка-
валеры, - говорил король Генрих IV, - не забывайте, что вы  французы,  а
неприятель перед вами". Фридрих Великий внушал войскам: "Ребята! Сегодня
у нас теплый денек, не потеряйте шляпы, и пусть все идет как по маслу".
   Суворов на гнедой казацкой лошадке объезжал войска:
   - Чудо-богатыри! Два раза вы подходили к Измаилу, первый раз с князем
Репниным, второй с дс Рибисом, и дважды вы отступали. Бог троицу  любит.
В третий раз победим или умрем!
   - Веди нас, батюшка, - отвечали ему солдаты. - Стыло нам здсся, мокро
и голодно... хоть штурмом согреемся!
   Турки в Измаиле не казались столь озверелыми, как  в  Очакове,  голов
никому не резали, подвергая русских с высоты фасов  лишь  оскорбительной
брани: "Вы перед нами - как жабы, раздувшиеся перед быком!" Де Рибас до-
ложил Суворову:
   - Я уже предлагал им сдачу, но турок очень вежливо отвечал  мне,  что
не видит причин для этого...
   Крепость имела форму  вытянутого  треугольника,  гипотенузу  которого
омывали волны Дуная, а протяженность всех стен Измаила составляла десять
верст. Камень. Валы и рвы. Полисады. Овчарки. Пушки. Помимо янычар и та-
тар в гарнизоне Измаила собрали "штрафников": сдавшие Аккерман, Килию  и
Тульчу, они теперь клятвенно обязались кровью искупить свою вину в Изма-
иле, - и это было опасно! Снег засыпал оголенные  сады,  холодные  ветры
перетирали жесткие камыши...
   - Я жду лишь прихода фанагорийцев, - сказал Суворов.
   Фанагорийский полк был его любимым. По ночам он тренировал солдат  во
взятии искусственных валов, учил, как быстро заваливать рвы  фашинником.
Потемкин, всегда боявшийся пролития крови,  переслал  сераскиру  Измаила
письмо с предложением капитуляции. Суворов дополнил его своим ультимату-
мом: "Я с войском сюда прибыл. 24 часа на размышление для сдачи - и  но-
ля; первые мои выстрелы-уже неволя; штурм-смерть!.." Два трубача  сопро-
водили парламентера до ворот Измаила, и они почти  приветливо  распахну-
лись. Вышли два пожилых турка, с поклоном приняли послание и  предложили
парламентеру войти внутрь крепости.  Он  отказался.  Но  ждать  пришлось
очень долго. Уже стемнело, когда турки снова появились в воротах:
   - Вам советуют убираться, пока не поздно, иначе вы все передохнете от
стужи и голода. Впрочем, сераскир, уважая вашего Топал-пашу, изволит пе-
редать ему поклон. Окончательный же ответ будет дней через десять.
   - Почему такой долгий срок? - спросил парламентер.
   - Надо посоветоваться с визирем, а он  имеет  пребывание  в  тридцати
двух верстах от Измаила...
   Суворов на другой ответ и не рассчитывал. Он  собрал  военный  совет.
Как водится, выслушали сначала мнение младших.
   - Штурм! - сказал донской казак Матвей Платов.
   - Иного и не мыслю, - добавил Голенищев-Кутузов.
   За штурм высказались все, кто был в совете, включая и де Рибаса,  га-
леры которого качались на стылой воде под стенами Измаила. В боевом жур-
нале было записано: "Приступить к штурму неотлагательно. Уже нет  надоб-
ности относиться к его светлости (Потемкину). Обращение осады в  блокаду
исполнять не должно. Отступление же предосудительно".
   Суворов встал и поклонился собранию:
   - Крайне признателен вам всем, господа...
   К туркам в Измаил подбросили его прокламацию. Суворов еще раз предуп-
редил, что лучше им сдаться: "В противном же случае поздно  будет  посо-
бить человечеству, когда не могут быть пощажены не только  никто,  но  и
самые женщины и невинные младенцы от раздраженного  воинства,  и  за  то
никто, как вы и все чиновники (ваши) пред Богом ответ дать должны..."
   Ответ сераскира сохранился для истории:
   - Скорее Дунай повернет вспять, нежели сдастся Измаил!
   Все стало ясно. Но в приказе по армии Суворов строжайше  предупредил:
"Христиан и безоружных отнюдь не лишать жизни, разумея то же о всех жен-
щинах и детях". Люди мерзли, но пища еще была: в котлах варили капусту с
рисом, на вертелах жарили дичь, солдаты пили анисовку из штофов, офицеры
баловались молдаванским из бочек. Суворов назначил штурм на 11  декабря,
и турки об этом узнали. Из крепости они расстреливали  команды  землеко-
пов, русские батареи и корабли отвечали огнем мортирным.  Суворов  приз-
нался офицерам:
   - На штурм Измаила можно решиться лишь единожды в жизни, благо повто-
рить сей опыт вторично никому не дано...
   У него был секрет: все штурмующие колонны должны верить, что  направ-
ление каждой есть самое главное, но, веря в  это,  они  не  должны  были
знать, что их боевой порыв послужит лишь отвлечению турок от направления
решающего удара по крепости - со стороны реки! Этого секрета не знал да-
же Голенищев-Кутузов, которому предстояло штурмовать в  Килийских  воро-
тах... Настала ночь, во рвах густела вода, к палисадам янычары привязали
турецких овчарок - лютейших в злобе, с клыками волчьими. Собаки всю ночь
лаяли.
   В три часа ночи офицеры двинули свои колонны вперед. Войска  устреми-
лись к Измаилу, неся на себе горы ломкого фашинника, штурмовые лестницы,
доски, топоры, веревки и крючья. Турки  были  настороже,  их  артиллерия
застилала картечью пространство перед крепостью; это не остановило войск
российских. В грохоте стрельбы слышались резкие скрипящие звуки -  егеря
руками раздирали палисады из досок и бревен. Начиналось первое для Суво-
рова сражение, в котором он лично не принимал участия, руководя битвою с
ближнего пригорка...
   Свите своей он напомнил:
   - Велик человек, кто первым взойдет на стены!
   Длины лестниц иногда не хватало, их наскоро связывали, чтобы колеблю-
щейся верхушкой дотянуться до фаса крепости, над гребнем которого свиса-
ли орущие рожи янычар, лезвия ятаганов и стволы ружей, фыркающих свинцом
и пламенем - прямо в тебя! Вот и лезь, солдат, если жизнь не дорога  те-
бе... Лезли! Турки отталкивали хрупкие сооружения от стен, лестницы, об-
лепленные гроздьями повисших на них людей, срывались в пропасть. Где  не
хватало лестниц, карабкались, как ящерицы, по  стенам  валов,  втыкая  в
пролезли, втыкали мерзлую землю штыки, подтягивались выше на крючьях и -
лезли, лезли...
   Смерть или победа! Офицеры шли первыми, а там, где их  убивали  всех,
офицеров заменяли полковые священники:
   - Православные, с Божьей помощью... жми!
   Ветераны обадривали молодых:
   - Не раззевайся, орлы! Все будет наше...
   От дыма у Суворова стали болеть глаза, напряженные во внимании к бит-
ве. Кто-то прокричал ему в самое ухо:
   - Взошли! Глядите, вот он-первый...
   Леонтий Яковлевич Неклюдов - майор по  чину  первым  форсировал  ров,
первый приставил лестницу, первым взошел по ней на верх крепостной  сте-
ны, первым водрузил на ней знамя  и  получил  в  награду  за  подвиг  18
ран-пулями и штыками.
   - Убит, - сказал Суворов, опуская трубу оптическую.
   Он видел, как янычары затаптывали  Неклюдова  ногами,  словно  хотели
размазать дерзкого по своей стене. [41] Но майор Неклюдов свой долг  ис-
полнил: за ним уже взбирались другие, и на плоскости Измаила, высветлен-
ной пожаром, как театральная сцена, началась сеча, вниз полетели мертвые
турки. А со стороны Дуная подходили галеры, выбрасывая на берег нестрой-
ные, но дружные ватаги черноморцев и  запорожцев,  кидавшихся  на  штурм
столь беззаботно и весело, будто за праздничные столы... Треугольник Из-
маила все плотнее опоясывала жаркая дуга беспримерной битвы!
   Голенищеву-Кутузову выпало едва ли не самое кровавое дело. В  Килийс-
ких воротах он принял на себя последний удар последних Гиреев - ханов  и
султанов, которые в Измаиле  отстаивали  свое  право  на  бахчисарайский
престол, на возрождение Крымского ханства. Нет слов, чтобы  выразить  их
безумную ярость! Каплан-Гирсй дрался  на  саблях  вместе  с  шестью  сы-
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 183 184 185 186 187 188 189  190 191 192 193 194 195 196
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама