Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
SCP-381: Pyrotechnic polyphony
Почему нет обещанного видео
Aliens Vs Predator |#6|
Aliens Vs Predator |#5| I'm returning the supercomputer

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
История - Валентин Пикуль Весь текст 2293.8 Kb

Фаворит (роман-хроника времен Екатерины I)

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 175 176 177 178 179 180 181  182 183 184 185 186 187 188 ... 196
   Сии умы и чувств широкие каналы,
   На расписных столах разложены лежат
   И любопытством всех читателей манят.
   Чего угодно вам? Газет каких? Французских?
   Немецких, аглицких, отечественных - русских?
   Для возбуждении душевного в вас жару
   Хотите ль раскурить гаванскую сигару?
   К услугам гостей Вольф и Беранже все важные события в мире  представ-
ляли в виде кондитерских изделий. По взятии Бастилии ими  был  изобретен
торт, точно воспроизводивший сию мрачную обитель, а  штурм  Очакова  был
ознаменован пасхальными яйцами с изображением павшей цитадели султана...
   - С чего начнем шиковать? - спросил братец братца.
   Выбор был богатый. После "Фокшан" и "Рымника"  пришла  очередь  брать
"Килию" и "Бендеры", но более всего впечатлял гигантский торт из шокола-
да, изображавший неприступный Измаил, украшенный башнями из  марципанов,
вокруг него торчали пушки из леденцов, фасы были обложены мармеладом.
   - Возьмем "Измаил"? - робко спросил Петр.
   - Дорогой. Может, попробуем "Бендеры"?
   - Да там ничего нет, одни цукаты.
   - Боюсь, "Измаил" нам не по карману, - сказал Петр. - А, ладно!  Чего
спорим-то? Одна матушка породила нас в одночасье, и  деньги  у  нас  об-
щие... Берем!
   Заказали они "Измаил", разрезали его на четное число кусков  и  стали
истреблять их. Скоро от шоколадно-крсмовой  цитадели  остался  ничтожный
фундамент - из вафель.
   - Пожалуй, - изрек Петя, - и с подлинным Измаилом станется нечто  по-
добное. Оставит от него Суворов  один  фундамент!  Хорошо,  что  нам  не
кровью, а рублями расплачиваться...
   Однако расплата за "Измаил" была жестокая: Курносовы покинули  конди-
терскую, невольно ощутив первые признаки надвигающейся  бедности.  И  не
было у них в Петербурге родственников, чтобы подкормиться обедами, и  не
были ребята испорчены, чтобы посещать дома купеческие, выдавая  себя  за
женихов приглядных.
   Скоро жить стало невмоготу. Кормились близнецы копеечными  сайками  с
лотков уличных торговцев. Дорого далось им взятие "Измаила"! Выручил  их
флотский бригадир Слизов, приехавший на побывку из Фридрихсгама; заметив
мичманское убожество, он кормить их не стал, зато пожалел -  от  чистого
сердца:
   - Эх, беднота наша флотская! Сам бывал в таких случаях,  ребятушки...
Неужто вы каждый день хотите обедать?
   - Хотим, - жалобно отвечали близнецы.
   - Тогда научу я вас, как за счет царицы кормит-ься...
   Слизов открыл им секрет. Оказывается, балтийские офицеры  давно  кор-
мятся с царской кухни, что расположена в подвалах Зимнего дворца.  Слуги
и повара дворцовые воруют безжалостно, от свиты тоже много чего остается
вкусного, потому офицеры флотские там обедают чуть ли не каждый день.
   - Только меня не выдавайте! - сказал Слизов. - Берут за обед  гривен-
ник, но всего там горой. И вина царские текут по усам, виноград да дыни,
иной день и ананасы бывают...
   Когда близнецы Курносовы спустились в подвал  кухонь  дворцовых,  там
столы были уже накрыты, за ними в ряд сиживали господа офицеры, иные уже
в чинах, но бедность флотская всему миру известна... Петр шепнул Павлу:
   - Гляди, и вино и фрукты - ого! Теперь заживем...
   Но в самый разгар дешевого пиршества, громко шелестя одеждами, в под-
вал кухонный спустилась императрица. Все едоки мигом вскочили из-за сто-
ла, начали кланяться.
   - Так вот куда мои денежки вылетают! - сказала Екатерина. - По мунди-
рам вижу, кто вы такие: щит и надежда столицы моей,  флот  славный  Бал-
тийский... Что ж, - усмехнулась императрица, - на флоте всегда было мно-
го науки, зато денег мало платят. Я не сержусь. Виноваты не вы,  а  воры
мои дворцовые... Прошу вас всех, господа, продолжать кушать.
   Очень плотная, с высоким бюстом, величавая в жестах, она старалась не
раскрывать рот широко, чтобы офицеры не заметили отсутствия передних зу-
бов.
   - Вы какой фамилии? - спросила она близнецов.
   - Курносовы. Дворяне херсонские.
   - О! Не ваш ли батюшка флота сюрвайер?
   - Так точно, ваше величество. Он и поныне в Николаеве у строительства
фрегатов состоит на верфях тамошних.
   - А ваша мать из какого роду вышла?
   - Из турчанок. Была женой янычарской. Ее наш папенька в Кафе за  пять
рублей выторговал.
   Это заинтересовало императрицу:
   - Турецкий говор ведом ли вам?
   - Понаслышке. От матушки научились.
   - Так вам, молодые люди, прямой резон остаться сейчас на  флоте  Бал-
тийском - на галерах послужите мне...
   Курносовы получили назначение: провести до  Выборга  колонну  пленных
турок, взятых еще при Очакове, для служения их на гребной флотилии прин-
ца Нассау-Зигена. Турки были удивлены, когда мичманы сказали им,  что  у
них маменька из турчанок. Хотя конвоя и не было, до  самого  Выборга  ни
один турок не убежал.
   Они вышли из столицы пешком как раз в день коронации императрицы - 22
сентября, когда Екатерина объявила при дворе - в присутствии всего  дип-
ломатического корпуса:
   - Шестьдесят лет мною прожито, но у меня  наберется  сил  царствовать
еще двадцать лет! Уж я постараюсь конечно же, чтобы  никакая  Европа  не
посмела задеть престиж России, ставший за эти годы моим  личным  прести-
жем!
 
 
   6. ПОД МУЗЫКУ
 
   В ставку Потемкина атаман Платов с казачьим конвоем доставил  пленен-
ный при Рымнике янычарский оркестр - со всеми инструментами,  сваленными
на телегу. Но даже сейчас, опутанные веревками,  янычары  еще  рыпались,
рассыпая плевки в сторону нсверных.  Молодой  Матвей  Платов,  белозубый
ухарь и пьяница, сказал Потемкину, что башибузуков в Россию везти  бояз-
но: они же по дороге весь конвой передушат.
   Потемкин велел ему пленных развязать:
   - И пусть разберут с телеги погремушки свои...
   Он взял медные тарелки, сдвинул их с удовольствием выслушав звон, за-
вершенный таинственным "шипением".
   - Ага! - сказал Потемкин. - Не эти ли турецкие  тарелки  и  употребил
Глюк в опере своей "Ифигения в Тавриде"?
   Янычар развязали. Один из них рассмеялся.
   - Ты разве понял меня? - спросил его Потемкин.
   - У меня бабушка была... калужская.
   - Это твои тарелки?
   - Мои. Вот как надо! - И он воспроизвел гром, в конце которого  зага-
дочно остывало ядовитое "шипение" меди.
   Потемкин пригляделся к лицам янычар. Лица  вполне  европейские,  иные
как у русских парней. Янычарский корпус турки формировали из детей хрис-
тиан. Похитив мальчиков у матерей, турки обращали их в свою веру, а  фа-
натичное воспитание превращало их в озверелых  головорезов.  Нехотя  они
разобрали инструменты с телеги. Над головами янычар качался шест  с  пе-
рекладиной, на шесте висели, позванивая, колокольчики.
   - Ну, играйте! Хотя бы свой знаменитый "Марш янычар"...
   Разом сомкнулись тарелки, заячьи лапки выбили первую тревогу из бара-
банов. Полуголый старик лупил в литавры с такой яростью,  словно  убивал
кого-то насмерть. Звякали треугольники, подвывали тромбоны, звенели три-
акгсли и колокольчики. В это варварское созвучие деликатно (почти нежно)
вплетались  голоса  гобоев,  торжественно  мычали   рога,   а   возгласы
труб-нефпров рассекали музыку, как мечи. Янычары увлеклись  сами,  играя
самозабвенно, словно за их оркестром опять двигались в атаку боевые бай-
раки...
   "Марш янычар" [39] закончился. Платов спросил:
   - Ну дык што? Опять мне вязать эту сволочь?
   Потемкин взял "нсфир" и выдул из него хриплое звучание.
   - Не надо. Лучше мы их покормим, дадим выспаться. А утречком вместе с
инструментами поедут они в Петербург, и пусть наши гудошники еще поучат-
ся, как надо играть, чтобы кровь стыла в жилах от ужаса, чтобы от музыки
шалел человек, не страшась ни смерти, ни черта лысого, ни ведьмы стриже-
ной...
   Столичные аристократки, падкие до низменных удовольствий, слетались в
ставку Потемкина, как мухи на патоку. Образовался гарем из женщин, мужья
которых, будучи в чинах генеральских, состояли в подчинении светлейшего.
Среди рогоносцев один только князь Василий Голицын посмел вступиться  за
свою жену. Это дорого ему обошлось: Потемкин запустил в князя  шахматной
доской:
   - Я ее не принуждаю - она сама тому рада!
   Была поздняя осень. Усталые лошади едва вытаскивали разломанный шара-
бан из грязи молдавских дорог. Кое-где еще догнивали разбухшие тела уби-
тых и скотины. Каркало воронье. Потемкин грыз  чеснок,  а  доктор  Массо
сказал ему:
   - Подумайте о своей печени, раздувшейся от угождения вашей светлости.
Вчера вы осилили кадушку соленых огурцов, утром почтили светлейшим  вни-
манием жареного гуся, сопроводив его в дальнюю дорогу кастрюлькою  шоко-
лада. Сейчас чеснок, а в ближайшей деревне вас ожидает ветчина с  ведром
винограда... Какой организм выдержит все это?
   - Пл евать, - хмуро отозвался Потемкин и послал казака, чтобы  нарвал
для него с поля гороху. - Мой желудок подобен самой великой России,  ко-
торая способна переварить все, как переварила она и татар, и шведов...
   После побед Суворова воевать стало легче. Матвей  Платов  с  казаками
взял Аккерман (Белгород на Днестре), молдаване радостно встретили  русс-
ких в Кишиневе, австрийцы вступили в Белград, но тут Вена  выклянчила  у
турок перемирие, очень невыгодное для русских... Потемкина сейчас беспо-
коило поведение Берлина: при войне на два фронта опасно заиметь третий-с
Пруссией.
   - Где-либо, - рассуждал он, - то ли здесь, то ли на Балтике, но  одну
лапу из грязи надо скорее вытаскивать...
   Эски-Гасан, сидючи в Измаиле, тоже подумывал о мире. Он слал курьеров
к Потемкину, выведывая в письмах его настроение. Потемкин  с  учтивостью
дипломата отвечал "крокодилу", что Россия не ради удовольствия войну на-
чала и согласна к миру прочному, но с земель освоенных назад не сдвинет-
ся...
   Он приехал в Вендоры, выбрался из шарабана. К нему, выдирая  ботфорты
из слякоти, поспешал племянник Самойлов.
   - Ну, что у вас тут, Санька?
   - Деремся по малости. Вылазки отразили. В атаке взяли сераскира,  ко-
торый открыто сказывал мне, что жители Бендср склонны сдаться,  да  паши
побаиваются.
   - А лишней крови не надобно, - напомнил Потемкин.
   Он представил гарнизону Бендер все ужасы сопротивления, заслал в кре-
пость жителей Аккермана, которые поведали осажденным о добром  отношении
русских, - и паша бендсрский сам выехал к Потемкину на белом коне:
   - Можете войти в Бонд еры, и я надеюсь на ваше благородство. Но в Се-
рале султана меня ждет шелковая петля.
   - Не волнуйтесь, - утешил его Потемкин, - я напишу ЭскиГасану, что вы
отчаянно и храбро сопротивлялись...
   О бескровном взятии Вендор он сообщил Екатерине,  как  всегда,  забыл
письмо датировать. (Часов тоже при себе не носил: "Зачем, если часы име-
ются у моих адъютантов!") Бендеры казались страшным захолустьем. Но если
здесь после Полтавы рсзиденствовал шведский король Карл XII,  почему  бы
не пожить тут и Потемкину? Ставка его перебралась под Бендеры.
   Сюда заехал польский чиновник из Вены, захвативший и варшавскую  поч-
ту. Потемкин спросил его:
   - Какие новые сплетни в Варшаве?
   - В свете блистают три замужние дамы. Это княгиня Любомирская, обога-
щающая любовников, это княгиня Чарторыжская,  обирающая  любовников,  и,
наконец, прекрасная Софья Витт, понимающая любовь как продолжение  поли-
тики.
   - А что поделывает нежная пани Ланскоронская?
   - Она бежала от мужа в Вену, где и пост под музыку Моцарта. Дирижиру-
ет ей Сальери, который недавно выругал  герцогиню  Доротею  Курляндскую,
имевшую неосторожность заметить, что музыка Моцарта для нее темна и  не-
понятна.
   - Так многие говорят, - призадумался Потемкин...
   Андрей Разумовский из Вены оповестил светлейшего, что Моцарт ("лучший
композитор Германии") не совсем-то счастлив на родине и, если ему  пред-
ложить независимую жизнь в России, наверное, не откажется покинуть Вену.
Попов с удивлением сказал Потемкину:
   - Покинуть блистательную Вену... ради чего? Ради проживания в  Вендо-
рах, где главный аккорд-пушки?
   - Моцарт меня поймет, - отвечал Потемкин. - Композитор Шампсн в своей
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 175 176 177 178 179 180 181  182 183 184 185 186 187 188 ... 196
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама