Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Русская фантастика - Андрей Лазарчук Весь текст 557.62 Kb

Кесаревна Отрада - 2

Следующая страница
 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 48
Андрей Лазарчук

                 Кесаревна Отрада между славой и смертью.
                               Книга вторая.
  
  я видел секретные карты
  я знаю, куда мы плывем	
	Илья Кормильцев	

  		
                               Часть первая.
  
                               Глава первая.
  
  На исходе июля восемь дней непрерывно шли дожди, а потом налетел
ледяной ветер и до стеклянного блеска огладил взявшуюся непрочным льдом
траву. Земля же и вода под травою хранили покуда еще немалый запас тепла.
  Ноги с легким хрустом, давя то ли елочные игрушки, то ли засохшую пену,  -
проходили сквозь стеклянно-зеленый ковер и вминались в грязь - уже до
странности беззвучно. Иногда грязь отпускала ногу легко, разве что вздыхала;
чаще  -  чавкала и пыталась засосать поглубже; а иногда расступалась, вмиг
исчезала совсем, и нога оказывалась в холодной жидкой бездне,  -  тогда только
веревка и спасала, колючая оледеневшая веревка... впрочем, не всегда спасала и
она: в утренней мгле, в сгустившемся вдруг тумане безвестно канул пастушок, имя
которого Отрада запомнить не успела, он пробыл в сотне едва ли день: догнал их
с котомкой предыдущим утром... на краю черной дымящейся ямы нашли его
лиственничный лук, черный, тяжелый, тугой  -  на волка; конец веревки был
разлохмачен, несколько жил вытянулось, и Алексей, внимательно осмотрев,
пропустив между пальцами  ее всю, только скрипнул зубами и велел всем
держаться поближе друг к другу, не вплотную, но все-таки поближе...
  Пейзаж был нереален: рифленого стекла равнина, такая ровная и плоская,
что становилось тоскливо и страшно; граненые серо-фиолетовые горы Монча
слева и впереди  -  и силуэт бесконечного фантастического города справа: шпили,
башенки, купола... Отрада знала, что это не настоящий город, а просто скалы,
прихотливо изрезанные бушевавшим здесь когда-то прибоем; озеро ушло,
осталось бескрайнее и бездонное болото... и вот этот силуэт чудесного города на
горизонте. Города, которого нет и не было никогда.
  Но каким-то другим рассудком, который, возможно, просто приснился,
привиделся умирающему от холода и усталости ее собственному рассудку, тому,
с которым она жила так долго и с которым прошла через столь многое,  -  этим
другим рассудком она спокойно и безучастно постигла безусловную истину:
  именно тот город был настоящим, единственным по-настоящему настоящим
городом... просто он был как бы внутри, по ту сторону изрезанной ноздреватой
поверхности скал, и скалы нужно вывернуть наизнанку... тогда все, что сейчас
живое и прозрачное, тонкое и холодное, грязное и небесное  -  все это окажется
плотно упакованным: корни дерева к птице, звук колоколов, плывущий над
холодным полем, прикрытым серым предрассветным туманом  -  к жарко
натопленной бане, а медленно бредущая по недозамерзшему болоту девушка,
похожая уж и не на девушку вовсе, а на поганую метелку  -  к тени старого
арочного моста, увитого виноградом... и ведь никто ничего не заметит, подумала
она равнодушно и тупо.  Никто  -  и  -  ничего.
  Она давно растратила все свои запасы отчаяния...
  Купа деревьев, которая еще недавно была безнадежно далекой, внезапно
оказалась рядом, под ногами запружинили корни, а потом пришлось даже лезть
куда-то наверх, на высоту вытянутой руки  -  по сухой осыпающейся серой земле,
напоминающей порох. Из земли торчали палки и веревки.
  Сразу стало темно.
  Будто внутри земли. Среди корней.
  Она потрогала рукой. Это действительно была земля, полная
переплетенных корней. И тут же над головой возник тусклый свет, а за ним и звук.
  -:Парило-мудрец был такой, он сказывал: будет день, когда убиенные
встанут с земли и пойдут в страну Тучу. Два века тому. И что? Сам видел: туча
была, и мертвые ночью встали и ушли:
  - Видел сам, что ушли? Ты, дядь, ври:
  - Врать не буду, вот этого сам не видел. Но степняк один, с которым мы
потом наскоро потолковали, видел и говорил. Да и то: парню двадцати нет, а
седой:
  Отрада попыталась привстать. Голова была пустая, но тяжелая. В горле
скребло. Она хотела сказать: чтобы: уже забыла, что: все равно не
получилось: лишь писк, равно котенок проголодался:
  Кто-то сверху тихо фыркнул:
  - Очухалась... эх, немного надо, дядя...
  - Так'ить... совсем дитя. Который день идем...
  - А который? Я уж...
  - Двунадесятый.
  - Ой-тя!..
  Отрада тронула запястьем лоб, потерла глаза. Во рту был мерзкий
привкус железа. Она кашлянула раз и другой. Голос будто бы вернулся.
  - Я долго... так?
  - Нет, кесаревна. Всего какой часок. Старший велел не беспокоить вас. А
похлебку вашу мы вон, кожушком укутали, не простынет...
  Часок, подумала она. Похлебку сварили, да еще и остыть могла успеть. Но
вот не остыла... Она ногами чувствовала спрятанное тепло.
  - Спасибо, дядя Евагрий,  -  Отрада приподнялась на локте. На
освободившееся место тут же набился холодный воздух. Ветер, как обычно, к
ночи набрал силу. Спасались от него заячьим способом: рыли ямки. В такой ямке
она и лежала, в истерзанной лисьей шубейке, сверху прикрытая от ветра куском
парусины, натянутым над ямой и присыпанным по краям свежей землей...
  Если гнусное чародейство не прекратится, скоро станет невозможно
укрываться так. Земля промерзнет, сделается каменно-звонкой. Легкие лопаты
будут отлетать, лишь царапая ее бока.
  Но тогда, может быть, выпадет снег...
  Сделав над собой усилие, она откинула парусину и села.
  Дядька Евагрий и с ним молодой слав Прот, из бедного семейства Товиев,
роднившегося когда-то и с кесарями, но давно уже не возобновлявшего родства,
грели ладони над спрятанным от ветра костерком. Свет исходил от этих ладоней...
  - Кушать будете?  -  добро усмехнулся дядька и чуть склонился вперед,
чтобы встать.  -  Или пройтись надобно-ть?
  Она смотрела на него и только поэтому уловила тот миг, в который лицо
человека превращается в лик мертвеца. Негромкий костяной стук и отдаленный
хлопок она с этим превращением связала не сразу, а лишь после, вспоминая...
  Не разгибаясь, как сидел, дядька Евагрий повалился вперед  -  и накрыл
собою костерок. Словно полог, упала тьма.
  Коротко и изумленно вздохнул Прот.
  Этот звук вывел Отраду из мгновенной оторопи. Она сильно оттолкнулась
руками и ногами  -  получился какой-то дикий прыжок из положения сидя,  -  и,
упав на спину, перекатилась раз и еще раз, а потом, чуть приподнявшись на
четвереньки, отползла назад на несколько шагов, замерла  -  и только тогда
протянула руку к закрепленному на бедре ножу-оборотню. Шершавая рукоять,
обшитая кожей морского черта, удобно легла в ладонь.
  Там, где она только что была, осыпалась земля.
  Кровь, кровь, кровь била в ушах, мешая слышать.
  А потом позади нее  -  и в лица нападавшим  -  полыхнуло слепящее белое
пламя.
  Четверо стояли, пригнувшись, совсем рядом  -  притворно одинаковые в
легких черных саптахских доспехах, надетых тоже поверх чего-то черного, и в
черных масках на лицах. Они хорошо владели ремеслом ночных убийц, и даже
сейчас, внезапно ослепленные, немедля бросились на землю  -  но дикий,
нечеловеческий свет странным образом не пускал их, удерживал на весу, не
позволял коснуться земли... так длилось и секунду, и три, и десять... повисшие
люди дергались, в их конвульсиях появилось что-то паническое, как у тонущих...
  Отрада медленно, не вставая, пятилась  -  пока не заползла в пустую, но
еще теплую ямку. А потом она увидела гротескно, чудовищно большие ноги в
высоких сапогах, две пары ног, обогнувшие ее справа и слева  -  маленькую,
съежившуюся. Подсвеченные сзади, ноги остановились между нею и
барахтающимися саптахами.
  - Что будем делать, Хомат?  -  это был голос Алексея. И в голосе этом
слышалась безнадежность  -  будто бы это не враги его, а он сам видел вот так вот
в воздухе, беспомощный, как младенец.
  Чародей ответил что-то неразборчиво, он всегда говорил неразборчиво, у
него не хватало передних зубов и кончика языка, потерянных не так давно в
сражении с призраками. Но Алексей понимал его. Ушан...
  А вот подкрались  -  не услышал.
  Сотня уже была на ногах, метались тени, где-то часто хлопали тетивы  -  и
звуки эти завершились всплеском грязи и бульканьем. И еще кто-то шипел сквозь
зубы, скрывая боль.
  Но уже ясно было, что все кончилось.
  Как-то слишком быстро и просто...
  Хомат протянул руку к одному из висящих  -  тот забился совсем уж
панически, как большая рыба в сачке.
  - Тихо, тихо,  -  сказал Хомат, и теперь было понятно.  -  Давай-ка...
  Он воздел руку вверх, и один из пленников вдруг оказался стоящим на
ногах... нет, показалось: подошвы на пядь не достигали земли. Руки его,
судорожно вытянувшиеся вперед и вниз, пытались крючковатыми пальцами
вцепиться во что-то несуществующее.
  Потом с него упала маска.
  Отрада тихонько встала и шагнула чуть вперед, оказавшись за левым
плечом Алексея. Почему-то именно здесь было ее настоящее место... Лицо
пленника, равнодушное и неподвижное, совершенное в пропорциях и чертах,
казалось ужасным. Оно катастрофически не совпадало с позой, с руками, с
глазами, которые дергались и метались за веками...
  - Так вот вы кто,  -  в голосе Алексея прорезалась какая-то неуместная
нотка.  -  Последние настали времена... Опусти его, Хомат.
  Хомат вновь отозвался неразборчиво, но Алексей оборвал его
повелительным жестом. Тогда тот неохотно опустил руку, и пленный качнулся,
обретя опору под ногами.
  - Ты знал, за что брался, когда шел сюда,  -  сказал Алексей.
  Белое лицо не изменилось, но чуть качнулось.
  - Возьми меч,  -  приказал Алексей.
  И меч мгновенно оказался в руке... кого? Отрада вдруг поняла с ужасом,
что не может назвать это существо даже мысленно.
  Белолицый держал меч почти небрежно, тремя пальцами  -  горизонтально
перед грудью, легко похлопывая обушком по запястью левой руки. На тонких
пальцах Отрада увидела темные массивные перстни...
  Белолицый нанес удар первым  -  свистнула сталь; в пронзающем свете
клинок превратился в острую петлю. Три или четыре удара почти слились в один.
  Потом Алексей медленно отступил на полшага и дернул рукой. Меч его
выскользнул из груди белолицего, дымящийся и черный. Белолицый попытался
было поймать чужой клинок рукой, но пальцы его схватили воздух...
  Потом он упал лицом вперед, еще в падении будто бы ломаясь и
разваливаясь.
  Хомат присел рядом с ним на корточки, тронул рукой голову. Повернул
лицом кверху. Голова повернулась свободно, словно в шее не осталось костей.
  Потом он взялся за отпавший подбородок и стянул белое лицо, будто еще
одну маску.
  Под лицом был голый и еще более белый череп...
  Нет, не череп. Ровная поверхность, похожая на скорлупу большого яйца...
  Хомат постучал по этой скорлупе пальцем, и изнутри тут же донесся
нетерпеливый ответный стук. Тогда чародей, всей позой своей выражая
недовольство, вытащил из-за пояса стилет, примерился  -  и вонзил клинок в
скорлупу. Первый удар, видимо, был недостаточно сильным, острие застряло.
  Хомат ударил еще раз, навалившись сверху  -  теперь клинок вошел по гарду.
  Чародей, морщась, несколько раз провернул стилет в ране, будто размешивая там
что-то. Лежащее тело совсем не по-человечески задергалось, потом замерло
окончательно.
  - Мерзость,  -  сказал Хомат, судорожно сглатывая  -  давя рвоту.
  - Да,  -  согласился Алексей. Голова его медленно повернулась налево,
потом направо.
  И Отрада, вместе с ним посмотрев по сторонам, увидела, что мир
преобразился.
  Стояли поздние сумерки  -  скорее утренние, чем вечерние, хотя она не
сумела бы сказать, почему думает так, а не иначе.
  Все куда-то делись. Отраду и Алексея окружала ровная степь. Туман
стелился над самой землей, не выше колен  -  туман или дым. Под него взгляд
поначалу не проникал, но потом что-то случилось то ли с глазами, то ли с самим
туманом.
  На земле лежали мертвые. Их было немыслимо много: так много, что
между ними просто не проглядывало даже клочка земли. Кто-то чуть обиходил их,
уложив ровно, скрестив на груди руки... тем, у кого руки были...
Следующая страница
 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 48
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (1)

Реклама