Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Проза - Дудинцев Вл. Весь текст 1428.57 Kb

Белые одежды

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 7 8 9 10 11 12 13  14 15 16 17 18 19 20 ... 122
     Опять прозвучал хрустальный сигнал.
     Это был Василий Степанович Цвях  в  своем  командировочном
темном и несвежем костюме, краснолицый, мускулистый и седой. Он
появился  в  двери и окинул общество доброжелательным взглядом.
Увидел  Туманову,  пронес  свои  желтоватые   седины   к   ней,
представился и, кланяясь, попятился к двери.
     -- Извиняюсь,  --  сказал  он,  вежливо  дернувшись.  -- Я
прервал вашу беседу.
     -- Васи-илий Степанович! -- пропела Туманова баском. --  С
вашим  участием  она  потечет  еще  веселей! Вот кого мы сейчас
спросим. Вы не слышали нашего спора. Как вы  считаете,  Василий
Степанович, может быть в добре заключено страдание?
     -- В  добре?  Вполне.  Это  была  самая любимая тема моего
отца. Я запомнил с его слов несколько  цитаток.  Одна  как  раз
сюда  подходит.  "Сии,  облеченные в белые одежды, -- кто они и
откуда пришли?" -- Тут Цвях поднял палец.  --  "Они  пришли  от
великой скорби".
     -- Ого! -- почти испуганно сказал Стригалев. -- Это он сам
сочинял такие вещи?
     -- Такие  вещи не сочиняют, -- сказал Василий Степанович с
чувством  спокойного  превосходства.  --  Их  берут  из  жизни,
записывают... И текст сразу становится классическим трудом. Это
Иоанн  Богослов,  был такой мыслитель. Ваш вопрос занимал людей
еще тыщу лет назад.
     Наступило долгое молчание.
     -- Василий Степанович... -- осторожно проговорила Лена. --
Мы тут гадали. Хотите погадать?
     -- Никогда не гадаю. Даже в шутку.
     -- Не верите в судьбу, а? -- хитро подсказала Туманова.
     -- Вообще ни во что, -- был скромный ответ с  потупленными
глазами. Федор Иванович удивленно на него посмотрел.
     -- Позвольте, но когда-нибудь вы верили? Кому-нибудь... --
осведомился Вонлярлярский, трясясь от старости и изумления.
     -- Когда-то...  Когда  совсем не думал. Тут или думай, или
верь.... Но, товарищи, у каждого накапливается опыт. И у  меня,
значит, это самое...
     -- Еще  один неверящий! -- Туманова захлопала в ладоши. --
И вы с нами поделитесь?
     -- А что делиться, дело  простое,  --  Василий  Степанович
прошел к столу, уселся и хозяйским движением руки попросил себе
чаю. Лена ответила чуть заметным наклоном головы.
     -- Я  могу  позволить себе верить только на основе личного
опыта, -- сказал Цвях,  принимая  от  нее  стакан.  --  Личного
опыта, который, к примеру, говорит:
     "Дед  Тимофей  всегда верно предсказывает погоду". Здесь я
доверяюсь своему опыту и получается уже не вера  --  а  почитай
что знание. А когда говорить про погоду берется неизвестный мне
человек,  тут  я могу только притвориться для вежливости. Стало
быть, никакой веры. Никаких призраков.
     -- Простите,    простите...    --     послышался     голос
Вонлярлярского.  Эти  мысли  для  него были новы, и он странным
образом  крутил  головой,  чтобы  они  улеглись  как  надо.  --
Простите,  --  сказал  он,  -- как же я могу жить в семье, если
"никакой веры"?
     -- А зачем  верить?  Ты  ведь  знаешь,  что  они  тебя  не
обманут.  Простите,  я  хотел  сказать,  вы  знаете. Так это же
лучше, чем говорить им: "Я допускаю, что вы меня не обманете, я
верю вам". Особенно, если с затяжечкой такой скажу. Нет! Я знаю
вас! И безо всяких там колебаний, без веры отдаю вам все  свое.
Беритя!  -- Иногда у Василия Степановича прорывался деревенский
акцент.
     -- Ив коммунизм нельзя верить, а можно только знать? -- не
отставал Вонлярлярский, округлив глаза,  крутя  головой.  Федор
Иванович посмотрел на него с укоризной.
     -- Не  можно, а нужно знать, -- ответил Цвях. -- Этим он и
отличается от религии.
     -- В общем, да, конечно... А вы-то много знаете?
     -- Если честно сказать, очень мало.  Не  имею  достаточных
данных.
     -- Вот  видите...  А  говорите,  верить нельзя. Как же без
веры?
     -- Очень просто. То есть, вернее,  сложно.  Ищу  данные  и
буду искать, пока не найду.
     -- И  тут  данные! Вы не сговорились с Федором Ивановичем?
-- спросил изумленный Вонлярлярский.
     -- А чего сговариваться? К этому  все  придем.  Зачем  мне
верить,  что  "а"  есть "а", если я знаю это. Зачем мне верить,
что "а" есть "б",  когда  я  знаю,  что  это  не  так.  Правда,
современная  мудрость  говорит...  Ну, пусть докажет. Верить --
это значит  передать  свой  суверенитет.  Можно  матери.  Можно
другу.  Можно  -- испытанному авторитету. Испытанному. И все --
до  определенной  точки.  Я  верю  матери,  но  знаю,  что  она
недостаточно образованна. И когда она говорит об эпилептическом
припадке: "Возьми за мизенный палец, подержи и все пройдет", --
я  мягко,  чтобы  не  обиделась, обхожу ее совет. И никому я не
поверю, кто мне скажет: "Возьми за мизенный палец".  Даже  если
это будет говорить самый что ни на есть... Я вычеркиваю начисто
всякую  веру и отлично, товарищи, обхожусь одним знанием. А так
как я знаю, что его у меня маловато, -- тем более.
     -- То есть как? -- изумился Вонлярлярский.
     -- А так. Не суюсь!
     -- Феденька, а почему это ты ни во что  не  веришь,  можно
узнать?
     -- Я?  Тот  же  путь.  Бывают  встречи,  столкновения... И
налагают печать на всю жизнь.
     -- На тебе так много печатей? Видно, бедокурил  в  юности,
так я понимаю?
     -- А  кто  в  юности  не  бедокурил? -- добродушно заметил
Цвях. -- Все бедокурят.
     -- Федяка, ты что-нибудь  нам...  Случай  какой-нибудь  из
опыта...
     -- Расскажу,  --  и  Федор  Иванович посмотрел на Лену: --
Пожалуйста, мне стаканчик чаю.
     -- Может, мужчины хотят водочки? --  предложила  Туманова.
-- Могу дать.
     -- Не-е,  --  Цвях  отвел  водку рукой. -- С водкой так не
поговоришь. Самовар!  Наливайте  полный  самовар!  Да  чаю  еще
заваритя!
     Получив   свой  чай,  Федор  Иванович  помешал  в  стакане
ложечкой.
     -- Только это будет не та, не первая история, где добро  и
зло.  Ту историю я пока поберегу. А вот некоторую сказку... Про
черную собаку... -- тут он страшно на всех посмотрел и добавил:
-- ...с  перебитой  ногой.  Черная   такая   была,   аккуратная
собачоночка.  Она  была  не  виновата,  что родилась с красивой
блестящей черной шерстью. Как будто черным лаком облитая...  Не
была  она виновата и в том, что люди именно черный цвет назвали
цветом проклятия и несчастья. И тайной всякой пагубы. Не  серый
и не желтый какой-нибудь, а черный.
     Он не спеша, чувствуя, что все заинтересовались и забыли о
своем другом интересе к нему, отпил полстакана чаю.
     -- Вот  так...  Было  это  в Сибири, в тридцатом, кажется,
году. Мне было двенадцать, и родители устроили меня на  лето  в
деревню, к знакомому крестьянину...
     -- Не  мешай! -- гаркнул Вонлярлярский на жену, сбросил ее
руку со своего плеча и уставился на Федора Ивановича.
     -- Ну, понятное  дело,  единоличник.  Изба,  амбар,  рига.
Спали мы с хозяйским сыном в амбаре на ларе. Хозяин, помню, все
говорил  о  нечистой  силе.  Не спите в амбаре, говорит, она, в
основном, шебаршит там, где икон нет -- в амбаре  да  в  овине.
Ходил  я  с  ними  и в поле помогать. Весело работали. Весело и
дрались с соседней деревней  по  праздникам.  Да...  Дрались-то
дрались,  а  вот  ведьму  гнать объединились. Обе деревни. Сама
ведьма жила в нашей деревне,  на  краю.  Учительницей  когда-то
была. Все ее боялись. Хозяин говорил:
     ведьма как ведьма, очень просто. Чувствуете? Он так верил,
что это  казалось  знанием!  Ведьма  она  и  есть.  Как ночь --
перекинется собакой черной и бегает  по  огородам,  вынюхивает,
значит.  А  корова  потом  молока  не дает. И не ест ничего. Не
залюбила ведьма нас, -- это хозяин говорит, -- не подвез  я  ей
дров. Некогда было, да и с ведьмой связываться кто захочет? Все
ему,  хозяину,  было ясно... Вот и отправились две деревни и мы
всей семьей. Родители, дочка -- пятый класс, сын из  техникума,
шестнадцатилетний,  и  я,  ваш  покорный слуга. Чистим оба зубы
"хлородонтом", а в нечистую силу верим! Под  утро  вернулись  с
победой.  Черную  собаку подняли на огородах, погнали. Наш Толя
бросил  удачно  палку,  перебил  ей  переднюю  ногу.  На   трех
ускакала.  А  на  следующий день ведьма вышла из своей избы, мы
глядь -- а у нее рука замотана  тряпкой.  И  на  перевязи...  А
потом  --  через несколько дней -- ведьма исчезла куда-то. Изба
так и осталась пустая. Никто  не  селился.  Думаю,  учительница
вышла  специально  --  попугать дураков, посмеяться. Руку я сам
видел. Ну, а Толю я встречаю лет через восемь -- он уже в  этом
районе  пост  занимал.  В  партии  уже  был.  Я  ему говорю: "А
помнишь, Толя, как ты ведьме руку перебил?". Как  он  смутился,
как  заелозил! "Во-он, что вспомнил. Глупость то была, детство,
нечего и  вспоминать".  А  сам  оглядывается  --  разговор  при
публике был. Я думаю, у многих людей в жизни была такая встреча
с  черной  собакой.  Не  только у отсталых крестьян. Гонят -- и
верят, что гонят ведьму...
     -- Собака и образованных навещает, -- сказала Туманова. --
Только тут собака породистая. Черненькая такая болоночка...
     -- Именно, -- подтвердил Цвях.  --  Тут  даже  дело  не  в
образовании,  а  в вытаращенных глазах. Бывает, образованный, а
глаза вытаращит раньше, чем  подумает.  Я  помню,  в  тридцатых
годах  прямо  полосами  находила  на людей дурь. Безумие такое.
Вдруг начинают  выискивать  фашистский  знак,  будто  бы  ловко
замаскированный  в  простенькой  и  ясной  картинке  спичечного
коробка. Ищут -- и у  всех  вытаращенные  глаза.  И  оргвыводы,
понятно,  для  несчастного  художника.  Или на обложке школьной
тетрадки вдруг высмотрят руку, протянутую к советскому гербу --
чтоб сорвать. И пошло -- шепот на закрытых собраниях,  отбирают
у  ребятишек  тетрадки.  В  огонь!  Знаний  мало, вот и кажется
всякое. Верят! В разную чертовщину...
     -- Вроде вейсманизма-морганизма, -- подсказал Стригалев.
     У гостей повеселели глаза. Но Цвях этого не заметил.
     -- Напомни им сейчас, кто остался жив, про  тетрадки,  про
спичечный коробок. "Что-о? -- закричат. -- Еще что вздумал -- в
старье копаться!"
     -- Я   все  же  до  конца  не  удовлетворен,  --  возразил
обиженный голос Вонлярлярского. -- Что же тогда  нам  делать  с
этими  прекрасными  стихами:  "Честь  безумцу,  который  навеет
человечеству сон золотой"?
     -- Там сказано, Стефан Игнатьевич, во-первых, "если". Если
мир дороги найти не сумеет, -- возразила  Туманова.  --  А  мир
отыщет ее в конце концов. Я, во всяком случае, верю...
     -- Не  верю,  а надеюсь, -- поправил ее Цвях. -- А золотой
сон -- что? Одни будут спать, а  другие  --  шарить  у  них  по
карманам.  Где  вера,  там  больше  всего  спешат  от  верящего
что-нибудь получить. Авансом. Деньгами. Или  подсунуть  бумажку
какую-нибудь подписать. Нет, сна не нужно. Только знание.
     Когда  гости начали расходиться, Туманова подозвала Федора
Ивановича, потянула его к себе, зашептала.
     -- Дай сюда ухо. Как  тебе  моя  компания?  Как  тебе  эта
девочка?  Не правда ли, хороша? У нее и жених подходящий, скажу
я тебе.
     -- Кто?
     -- А вот стоял. Стригалев, ты с ним уже знаком. Они вместе
работают над картошкой. У него есть кличка, студенты  прозвали.
Троллейбус,  хи-хи-и!  Ты  их  уж не трогай, когда начнешь свою
ревизию. Хватит с него, он ведь уже сидел. За это самое  --  за
Менделя -- Моргана. И твой брат, к тому же, фронтовик. Ладно?
     Поэтому,  прощаясь  с Леной, Федор Иванович был сух и даже
невежливым образом продолжал разговор с Цвяхом, показывая,  что
очень  увлечен.  Это у него получилось само собой -- он не смог
бы иначе скрыть свое неожиданное страдание. Она же,  держа  его
руку  и  слегка  пожимая,  не  отрывала  глаз  от  его лица. Но
пришлось все же оторвать,  и,  надев  кофту,  она  поспешила  к
двери,  за  которой на лестничной площадке ее ждал этот угрюмый
Троллейбус.
     Даже тот, кто хорошо знает этот город, попав на его  улицы
вечером,  каждый  раз  примечает  некую  особенность. Если днем
город с его преобладающими двухэтажными домами  дореволюционной
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 7 8 9 10 11 12 13  14 15 16 17 18 19 20 ... 122
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама