Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Проза - Дудинцев Вл. Весь текст 1428.57 Kb

Белые одежды

Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4 5 6 7 8  9 10 11 12 13 14 15 ... 122
свое  слово:  эта  туманность  предвещает  рождение  сверхновой
звезды. И не ошибся.
     Академик Рядно, крякнув,  уселся  за  свой  стол.  Тут  же
секретарша внесла стакан горячего чаю в подстаканнике. Академик
бросил  в  стакан большую таблетку, молча долго мешал ложечкой.
Потом  отхлебнул,  пробуя  свое  лекарство  и  стуча  при  этом
золотыми  мостами.  Как  будто  конь  шевелил  во  рту стальной
мундштук.
     -- Хочешь прокатиться?  --  спросил  он  вдруг,  отставляя
стакан.  --  Давай,  сынок, собирайся. Правда, ты недавно был в
командировке, но ничего. Время  горячее,  нам  надо  ездить.  А
потом  будем отдыхать. -- Тут он отхлебнул чаю, постучал зубами
и  отставил  стакан.  --  Время  очень  горячее.  Поедешь,  сам
увидишь.  Да  и  видел  уже. Происходит борьба идей. Идеалисты,
мракобесы идут в  наступление.  Там,  куда  ты  поедешь,  а  ты
поедешь  в  город,  где  учился, -- там, сынок, давно сложилось
целое кубло  вейсманистов-морганистов.  После  сессии,  которая
больно  трахнула  по  их  теориям  и  по  ним самим, они заняли
оборону. Но  они  знают,  сволочи,  куда  направить  удар.  Они
замахнулись  на  завтрашний  день  науки  --  на нашу смену, на
молодые умы. Отравляют...
     Наступило молчание. У академика были  крупные,  вылезающие
вперед  желтоватые зубы, и он время от времени натягивал на них
непослушную верхнюю губу.  Он  недовольно  смотрел  в  окно  --
прищурясь, глядел в глаза врагу.
     -- Там  есть профессор -- ух, Федя, старая, битая крыса. А
второй -- академик. Твой учитель, между  прочим.  Он,  конечно,
клялся,  плакал  на  сессии...  Кричал...  Ему теперь ничего не
остается, кроме мертвой обороны. Как и тому, профессору. Только
первый сам лезет, ты только подставь, он сам сядет на  вилы.  А
академик  --  тот сложнее. В драку не лезет. Лекции перестроил,
читает нашу науку. Пусть читает. А что он думает -- сегодня  мы
можем пока оставить его мысли в покое. Пока. Пусть себе думает.
Может,  если  еще одного воспитает мне такого, как ты, может, и
простим. Ради этих двух я тебя не послал  бы.  У  меня,  сынок,
есть  сведения, что там действует подпольное кубло. Молодежь --
студенты, аспиранты... А  возглавляет  их  --  есть  там  такой
Троллейбус.  Дошло  до  меня.  Запомни  --  Троллейбус.  Это не
фамилия, а  просто  студенты  прозвали.  Фамилия  выскочила  из
головы.  Ну,  да  ты  узнаешь.  Их  компанию ты вряд ли сумеешь
накрыть... А вот Троллейбуса -- этого  мне  поймай.  Интересно,
что это за фрухт. Посмотреть бы. Он, конечно, тоже надел маску.
Говорят,  прививки  делает  -- по нашей дороге вроде пошел. Как
его разоблачить -- ты там на месте подумай. До бесед с  ним  не
очень  снисходи.  Знаешь,  как  Одиссей...  Уши воском залепи и
действуй.
     Тут академик, ласково сощурив глаза, весь подался к Федору
Ивановичу:
     -- Что с тобой сынок? Твой вид мне не нравится. Совсем  не
похож  на  Гектора,  которого  Андромаха  снаряжает  в  бой. Не
приболел? Или, может, выпил вчера? Бывает же и такое... А?
     Федор  Иванович,  действительно,  был  бледен  и  вял,   и
настроение у него было такое, что хоть бросайся в ноги к шефу с
покаянием: иссяк родник веры! Вчера почти До полуночи он, может
быть,  в  пятый  или  шестой  уже раз читал книжку Добржанского
"Основы  наследственности",  которую  прятал  на   дне   своего
чемодана.  Странно  --  знаком с книжкой лет семь, но почему-то
лишь вчера простые  рассуждения,  которые  академик  Рядно  так
весело  высмеивал,  --  эти  простые рассуждения вдруг испугали
Федора Ивановича, и он, вытирая вспотевший лоб, впервые  сказал
себе: это все надо проверить.
     -- Так  что?  Едем  или не едем? -- спросил академик. -- Я
могу послать и Саула. Уже  чуть  было  не  послал.  Он  в  двух
городах уже побывал, рвется в третий, ему драку только подавай.
И  личные  интересы у него там есть. Амурные. Я просто подумал:
сынок пусть поедет.  Тут  такой  случай,  что  тонкость  нужна.
Интеллигентность. Пусть, думаю, посмотрит, поглядит, где молоко
науки сосал. Где двойки хватал.
     Услышав  имя  Саула  Брузжака, Федор Иванович тут же решил
все:
     -- Поеду, Кассиан Дамианович. Погляжу, где двойки хватал.
     И академик Рядно, еще раз посмотрев на него, протянул  ему
журнал:
     -- Возьми  вот  в дорогу, посмотри. Там есть две статьи --
Ходеряхина  и  Краснова.  Это  наши  ребята.  Они  тебя   ждут.
Познакомишься.  У  них есть бесспорные достижения. Только помни
-- там  встретишь  и  тонких  казуистов.   Умеют   приспособить
эксперимент к целям метафизики. Помнишь, что у Киплинга говорит
закон джунглей? Сначала ударь, потом подавай голос.
     Он  умолк  и  стал  смотреть с лаской на Федора Ивановича.
Потом достал из кармана большой клетчатый  платок  --  собрался
протереть  лежавшие  на столе очки. Протянул руку к очкам, но в
этот момент из  платка  просыпалась  на  стол  земля.  Академик
развеселился:
     -- Хух-х!  От  черт!  Это  ж  я так и не вытряхнул платок!
Понимаешь, вчера на лекции достаю платок и оттуда  вот  так  --
земля!  Это  я  по  делянкам  лазил  и вот -- набрался... Любит
старика земля, а? Так и лезет везде.
     Растроганно качал головой, смахивая землю  на  пол.  Потом
положил палец на край стола.
     -- С  тобой  поедет Вася Цвях. Ты знаешь, он мужик боевой,
выдержанный, член партии. Ты помоги ему написать доклад.  А  он
тебе поможет. Давай, сынок, собирай чемодан.
     К  сожалению, академик так и не вспомнил фамилию того, кто
возглавляет  подпольное  "кубло".  "Ладно,  --  подумал   Федор
Иванович. -- От меня не скроется этот Троллейбус".
     И  отправился в путь. И перед ним полетела весть, пущенная
"знающими людьми":
     -- Едет   Торквемада.   Начитанный,    цепкий,    ласковый
Торквемада.
     Погуляв  по  парку,  побывав внизу около реки и обойдя все
переулки между трехэтажными институтскими зданиями и  службами,
Федор  Иванович  взглянул на часы и отправился на ту улицу, что
ограничивала опытные поля института. Громадное  хозяйство  было
обнесено  проволочной  сеткой на столбах, и против этой ограды,
среди высоких сосен, стояли, прячась друг от друга,  одинаковые
кирпичные   домики   с  мансардами.  Здесь  жили  профессора  и
преподаватели. Он сразу нашел дом академика  Посошкова,  открыл
калитку  и, пройдя между кустами роз, позвонил у дубовой двери.
Открыла молодая, довольно  рослая,  почти  белая  блондинка,  с
двумя  толстыми короткими косами, которые упруго торчали врозь,
и с глазами, как бы испачканными  черной  ваксой.  У  нее  были
очень  нежные голые руки с цыпками на локтях. "Она", -- подумал
Федор  Иванович.  Его  провели  в  большую  комнату,  увешанную
картинами.  На  видном  месте висел портрет молодой работницы в
красной косынке на фоне кирпичных заводских  зданий  и  красных
знамен.  Федор Иванович сразу узнал работу Петрова-Водкина. Под
портретом на низком столике лежало несколько книг, и среди  них
вызывающе   красовалось   крамольное   сочинение:   Т.  Морган,
"Структурные  основы  наследственности"  с  синим  библиотечным
штампом   наискось:   "Не  выдавать".  Застыв,  Федор  Иванович
невольно расширил глаза. Тут же спохватившись, он отвернулся  и
встретил  внимательный взгляд блондинки, которая сразу опустила
густо осмоленные ресницы.
     Раздались четкие, быстрые удары бегущих ног  по  скрипучим
ступеням.  В  этой комнате, оказывается, была лестница, ведущая
на мансарду. Вздрагивая прижатыми локтями, вниз сбежал академик
Посошков -- все в том же выцветшем тренировочном костюме.
     -- Да? -- сказал он, не узнавая гостя. И тут  же  просиял:
-- Эге,  кто  к  нам  приехал!  Кто к нам приехал! Федя Дежкин!
Кандидат наук Федор Иванович Дежкин! Здравствуй,  дружок...  --
Он  мягко  посмотрел на жену, и она вышла. -- Садись, Феденька.
Можешь не рассказывать, все  знаю.  Приехал  немножко  потрясти
вейсманистов-морганистов.    Правильно.    Наконец-то   Кассиан
Дамианович взялся и за нас... У нас тут говорят, что ты у  него
правая рука. Ему бы еще и левую такую...
     "Тогда  бы  вейсманисты-морганисты  запищали",  -- хотел с
обидой закончить его мысль Федор Иванович. Но ничего не сказал,
только, чуть покраснев, уставился на академика. Тот не  уступил
-- закинувшись в кресле назад, стал как-то сверху рассматривать
своего  бывшего  ученика  черными,  как маслины, мягко горящими
глазами. У него было  очень  худое,  с  зеленоватыми  ямами  на
щеках, почти коричневое лицо и коротко подстриженные серые усы.
     -- Время,  Феденька, время, -- сказал он. -- Все-таки семь
лет. За семь лет, говорят, все вещества  в  организме  проходят
обмен. Замещаются...
     -- Количественно.  --  возразил  Федор  Иванович. -- Но не
качественно.
     Академик,  видно,  принял  эти  слова  за  намек  на   его
вейсманистско-морганистское   прошлое   --  дескать,  горбатого
могила исправит. Шире раскрыл готовые к драке глаза.
     -- Если вы  действительно  считали  меня  когда-то  добрым
человеком,  если  не ошибались, -- Федор Иванович сказал это со
страстью, -- то таким  я  и  уйду  в  могилу.  Человека  нельзя
сделать ни плохим, ни хорошим.
     -- А как же исправляют...
     -- Светозар   Алексеевич,  не  исправляют,  а  обуздывают.
Усмиряют. Для кого существует аппарат насилия?  Для  тех,  кого
нельзя исправить.
     -- Да... -- академик вскочил с кресла и быстро прошелся по
комнате.  Еще раз посмотрел на Федора Ивановича: -- Узнаю тебя,
Федя. Это ты.
     Вошла женщина. Они встретились глазами -- академик и  она,
и   Светозар   Алексеевич,   встав,   склонив   седины,  сделал
приглашающее движение:
     -- Чудеса! Самовар уже вскипел. Давай к столу. Поднимаясь,
Федор Иванович нечаянно  взглянул  на  столик  с  книгами.  "Т.
Морган"  уже  был  прикрыт мичуринским журналом "Агробиология",
где академик Рядно был одним из самых главных сотрудников.
     Открывая   стеклянную   дверь,   академик   обнял   Федора
Ивановича.
     -- В бога еще не уверовал?
     -- В бога нет. Но кое-что открыл. Для себя. Ключ вроде как
открыл.  Чтоб  руководить  своими  поступками  и  разбираться в
поступках других.
     -- Ого!.. Очень интересно, -- Светозар Алексеевич взглянул
на него сбоку.  --  Давай-ка  садись,  бери  пример  с  Андрюши
Посошкова.
     За белым квадратным столом, красиво и по правилам накрытым
для четырех  человек,  уже сидел белоголовый мальчик в холщовом
матросском костюмчике и водил ложечкой в  тарелке  с  оранжевой
смесью:  та"1  был  накрошен  хлеб и залит жидким яйцом. Увидев
гостя, мальчик встал  и  поздоровался,  прямо  взглянув  ему  в
глаза.
     -- Вот  видишь,  здесь  севрюга, -- сказал академик, когда
все сели. -- Ты давай, давай, для тебя поставлено. Вот здесь --
холодная телятина, прекрасно зажарена. Заметь -- желе.  Из  нее
натекло.  А  моя материя, -- тут он снял тарелку с поставленной
около него стеклянной банки, там был  творог.  --  Моя  материя
вступила  в  стадию решающей борьбы за сохранение своего уровня
организации...
     -- Но вы же молодой! Вы же тянете на сорок пять лет!
     -- Тяну? Может быть, может быть... В школе  мне  объяснили
закон  сохранения  энергии.  И я всю жизнь старался эту энергию
экономно расходовать...
     "Не из соображений ли экономии ты уклонился от борьбы?" --
подумал Федор Иванович.
     -- А как же ваши кроссы? -- спросил он.
     -- Экономия -- это уход от ненужных,  бессмысленных  драк,
-- сказал академик, как бы прочитав мысль гостя. -- А кроссы --
это   борьба   с   энтропией.  Лень,  сон,  покой  --  все  это
способствует энтропии, распаду, нашему переходу в  пыль.  Чтобы
противостоять,   приходится  расходовать  энергию!  Так  оно  и
получается -- между двумя огнями. С одной стороны, экономия,  с
другой  --  расход.  Ты  давай,  обязательно  вместе  с  куском
захватывай побольше желе. Вот этот кусочек возьми -- прекрасная
вещь! -- вдруг сказал он и горящими  глазами  проследил,  чтобы
Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4 5 6 7 8  9 10 11 12 13 14 15 ... 122
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама