Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Фэнтези - Дяченко М.и С Весь текст 175.38 Kb

Рассказы

Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4 5  6 7 8 9 10 11 12 13 14 15
рубахе до щиколоток.
     Горячие  ладони  колдуна  снова  легли  ей  на  бедра,   теперь   она
чувствовала их так ясно, будто не тонкой ткани, а собственной ее кожи  они
касались. Когда-то жесткие пальцы теперь ласкали ее - ласкали  так  нежно,
так бережно, так ласково, что она  согрелась  наконец,  и,  справившись  с
дыханием, смогла длинно, прерывисто вздохнуть.
     - Хорошо, - шептал колдун в самое  ее  ухо,  и  шепот  этот  тихонько
щекотал ее, - хорошо...
     Руки его скользнули по рубашке вверх, провели по  спине,  по  тяжелым
косам, по плечам, по голове... Ей уже не были противны эти прикосновения -
она дивилась себе, она даже немного расслабилась, будто  не  с  ней,  а  с
кем-то другим происходило это странное действо; дрогнули завязки на вороте
рубахи - и сам ворот ослаб, и рубаха  медленно  поползла,  не  держась  на
плечах...
     Она вцепилась  в  ткань  мертвой  хваткой;  запястья  ее  снова  были
пленены, и тихий, твердый голос снова велел:
     - Нет.
     И столько силы, столько  скрытой  власти  было  в  этом  голосе,  что
Вирлена не решилась сопротивляться, хоть как ни мучительно стыдно ей было,
когда рубаха упала на пол и она осталась стоять, совершенно нагая.
     Горячие ладони  коснулись  обнаженного  тела.  Вирлена  вскрикнула  и
сжалась, ожидая неминуемого и ужасного; но ужасного  не  случилось.  Горел
огонь в очаге, облизывая ее тело волнами приятного тепла; сильные и нежные
мужские руки успокаивали, осторожно подбадривали, путешествуя по бедрам, и
вдоль спины, и по плечам, и по тонкой шее:
     - Ты красавица... Пугливый звереныш  с  атласной  шкуркой.  Не  бойся
меня... Ты видишь, я сам дрожу перед тобой...
     И он тихонько привлек ее к себе, и она почувствовала, как в груди его
под черной хламидой неистово колотится сердце:
     - Нет тебе равных... Королева не сравнится с тобой... Не бойся же...
     Руки его чуть сильнее сжали ее грудь - и, застонав, Вирлена выгнулась
дугой, сотрясаемая новой, невиданной дрожью  -  то  была  дрожь  страха  и
стыда, смешанная с дрожью неизъяснимого, неясного желания.
     Сама не зная как, она очутилась лежащей на теплой, мохнатой  звериной
шкуре; пальцы колдуна бегали по ее телу, как пальцы  дудошника  бегают  по
дырочкам флейты. Она металась, пытаясь прикрыться руками, потом  почему-то
заплакала, потом перестала.
     - Хорошо, - колдун отвел ее ладони, защищающие вздрагивающую грудь, -
хорошо...
     И губы его коснулись сначала белого холма, а  потом  розовой  вершины
его; она, сама не зная зачем, обхватила вдруг его шею - не  то  оттолкнуть
хотела, не то, наоборот, притянуть поближе...
     - Хорошо, - шептал он успокаивающе, - вот как  хорошо...  Разве  тебе
плохо? Разве тебе страшно?
     И рука его оказалась там, где Вирлена боялась ее больше всего.
     Где-то горел очаг, и багровые отсветы падали на потолок; и тогда  она
внезапно, вдруг осознала, что она сейчас - его, что  принадлежит  ему  без
остатка, и ей радостно было бы снять перед ним не  только  одежду  -  саму
кожу...
     Потом было больно и горячо. Она снова дрожала, и  снова  всхлипывала;
осторожно оглаживая ее грудь, он успокаивал:
     - Все, все... Не бойся. Не надо бояться. Уже все.
     Потом она долго лежала в кромешной темноте, обессилевшая, безвольная,
разомлевшая... В дымаре дышал ветер, и тихо поскуливал дом, и снова  пахло
терпкими, горькими травами - и в  их  запахе  она  ощущала  едва  уловимый
дурманящий аромат, и ласковая рука лежала на ее голове; потом ее заботливо
накрыли шкурой - точно такой же, как та, что  была  под  ней.  Она  хотела
думать - но мыслей не было, только теплая пустота...
     Утром, пошатываясь, она шла домой.
     Вставало солнце; подставляя  ему  лицо,  Вирлена  поняла  вдруг,  что
сегодня увидит Кирияшика, что они поженятся,  что  каждый  день  их  будет
праздником, а каждая ночь... И тело ее сладко застонало, предчувствуя, как
же сладко любить - любимого...
     ...В  тот  же  день  в  село  вернулся   -   радостный,   напуганный,
растерянный, но целый и невредимый - Кирияшик. Какой-то  там  вышел  новый
указ, и четвертый сын в семье, да еще неполных семнадцати  лет,  никак  не
подлежал уже набору; родичи счастливчика чуть не рехнулись от  радости,  а
матери других парней, уведенных вместе с Кирияшем, зачастили на  дорогу  -
высматривать сыновей. Надежда их скоро сменилась отчаянием - больше  никто
не вернулся домой. Никто.
     И вот сыграли свадьбу - пышную и веселую, и  всем  хватило  хмельного
вина, но молодые были пьяны и так - от  счастья...  В  какое-то  мгновение
Вирлена готова была признаться мужу в своем грехе ради его спасения  -  но
будто что-то удержало ее, и она не призналась.
     И пришла первая брачная ночь, и  душа  Вирлены  пела  в  предвкушении
счастья, и  даже  страх,  что  Кирияшик  разоблачит  ее,  не  мешал  этому
сладостному предвкушению; и вот молодые остались одни.
     Тонкими простынями устлана  была  широкая  постель,  и  ровно  горела
свеча, но Кирияшик,  смущенный,  поспешил  задуть  ее.  В  полной  темноте
Вирлена обвила руками его шею - и услышала, как неровно, испуганно  бьется
в груди его сердце.
     И она излила на него  свою  нежность  -  всю  огромную,  накопившуюся
любовь и нежность, и он, кажется, даже испугался. Влажные губы его неловко
тыкались ей в лицо, ладони взмокли, и пальцы никак не могли  справиться  с
застежкой собственных штанов:
     - Вирлена... - шептал он приглушенно,  -  я  люблю  тебя...  Я...  ты
знаешь, я люблю тебя...
     Она молча улыбалась в темноте и обнимала его все крепче...
     Утром она  увидела  его  лицо  -  Кирияшик  спал  на  боку,  подложив
сложенные ладони под пухлую со  сна,  розовую  щеку.  Долго,  очень  долго
Вирлена боялась шелохнуться, чтобы  не  разбудить  его;  по  всей  деревне
кричали петухи и хлопали калитки - люди брались за дневную работу. Вирлена
лежала и думала, что вот она и стала женой любимого,  что  Кирияшик  такой
юный, такой нежный и такой целомудренный, и что, по счастью, он так ничего
и не понял; она лежала и мечтала о детях, о долгой счастливой  жизни  -  и
вместе с тем в глубине души у нее зрело чувство потери.
     Но что за тень набежала на  это  ясное,  первое  утро?  Что  потеряла
Вирлена, обретя наконец любимого?
     Но Кирияшик вдруг заворочался - и, отогнав  беспокойство  прочь,  она
ласково поцеловала его в розовую щеку...
     ...И дни пошли за днями, и двое любили друг  друга,  и  работали,  не
покладая рук, и почти  готов  был  для  них  дом,  где  заведут  они  свое
хозяйство и будут жить долго и счастливо.
     Каждую  ночь  Кирияшик  заключал  жену  в  объятья,  и  восторженные,
поспешные ласки его вызывали в ней материнскую нежность - и только. Каждое
утро Вирлена улыбалась мужу - а чувство потери росло, как яма под  лопатой
землекопа, и было это чувство холодно, как могильная земля, и  безнадежно,
как осенний ливень. А Кирияшик ничего не замечал - слишком наивен, слишком
беззаботен был муж, слишком слепо любил он свою молодую жену...
     Свекровь ее сушила травы  на  зиму;  однажды,  помогая  ей  вязать  и
развешивать по углам травяные пучки, Вирлена почувствовала вдруг знакомый,
терпкий и горький запах.
     "Что с тобой?" - спросила свекровь.
     Вирлена молчала, прислонившись к стене и белая, как  стена  -  только
сейчас поняла она, что за тоска грызет ее душу.
     Долго-долго думала она, и  много  бессонных  ночей  провела  рядом  с
посапывающим Кирияшиком; уж и родичи встревожились -  щеки  ее  ввалились,
плечи опустились, вся она исхудала, как щепка - уж не больна ли?
     И, когда упал первый глубокий снег, Вирлена осознала, что в  душе  ее
совсем не осталось радости - одна огромная потеря,  одна  тянущая  боль  и
тоска по безвозвратно ушедшему.
     И  вот  мутным,  снежным  зимним  утром  Вирлена  тихонько  встала  и
отправилась... за озеро, туда, где на опушке леса жил колдун.
     Полгода не виделись они; полгода Вирлена старалась все забыть. Теперь
нехоженая тропинка завалена была сугробами, и Вирлена  увязала  в  них  по
колено, и ветер хлестал ей в лицо.
     Колдун был дома - отворачивал лопатой снег от крыльца.
     - Ого, - сказал он, обернувшись, - редкие гости... Но ты мне не нужна
- стало быть, я тебе нужен?
     Вирлена остановилась перед ним, ни жива ни мертва.  Снегом  присыпаны
были его черные спутанные волосы, и так же выдавался на  лице  крючковатый
нос, и так же  горели  угли-глаза.  Вирлене  показалось,  что  в  морозном
воздухе чуть слышно повеяло травами.
     - Я пришла, - сказала Вирлена, - потому что не могу больше  жить  без
вас. Возьмите меня или убейте.
     Печально усмехнулся колдун:
     - Но разве ты не получила свое счастье? Разве твой  муж,  которого  я
вызволил, не любит тебя  больше  жизни?  Разве  ты  сама  не  готова  была
умереть, лишь бы вернуть его?
     - Да, - сказала Вирлена, - все так. Но горько и тоскливо мне жить  на
свете, и серо, и пусто, и больше не будет лета -  только  зима  да  осень.
Плачу я, думая о бедном Кирияшике - но люблю его, как мать,  а  а  не  как
жена. Не быть нам счастливыми; умоляю, возьмите меня к себе.
     Снова усмехнулся колдун, и еще печальнее:
     - Разве ты не видишь, что я страшен и уродлив, а твой муж -  молод  и
красив?
     - Да, - сказала Вирлена, - но он не может  быть  таким  сильным...  и
таким нежным, таким ласковым... и таким безжалостным!
     Молчал колдун, и глубоко запали  его  горящие  глаза.  Снег  валил  и
валил, и все глубже утопала в нем Вирлена.
     - Что ж, - сказал наконец колдун. - Твое прозрение запоздало. Ты ушла
от меня на рассвете, а я ведь не гнал тебя... Я вернул тебе Кирияшика, как
ты хотела. Сейчас ты хочешь  наоборот;  кто  знает,  что  тебе  вздумается
завтра? Нет, уходи, ты не нужна мне!
     И он вернулся к своей работе.
     И Вирлена пошла назад.
     Улегся снег, и вышло солнце, и ярким-ярким  был  новый  день.  Вот  и
околица; треглавая осина  стояла  голая  и  чуть  поскрипывала  на  морозе
ветвями.
     ...На своих же косах.


     Светало. На месте костра осталась только груда угольев.
     - Вот так штука, - пробормотал юноша, - ты будто сам был  там  и  все
видел...
     Обладатель  трубки  усмехнулся,  по  своему   обыкновению.   Седоусый
крякнул, в замешательстве потирая затекшую спину:
     - Да... Вот это да уж...
     Стоял тот самый предрассветный час, когда ночь уже  сбежала,  а  утро
еще не вступило в свои права.
     - Вот так штука... - снова протянул юноша, -  но  какая  же  из  этих
историй... Я хотел спросить, как оно было на самом деле?


     Марина и Сергей Дяченко.
     Сказка о золотом петушке

     x x x

     ...Он проснулся за секунду до крика и долгих несколько  мгновений
лежал, глядя верх - спеленутый темнотой,  истекающий потом,  скованный
ужасом немолодой человек. Потом темнота содрогнулась.
     Так не кричат ни люди,  ни звери;  так умеет вопить только то же-
лезное чудовище,  та уродливая,  в шелухе позолоты птица,  которая все
последние годы хранила его покой. Точно так же она кричала восемь дней
назад; и за восемь дней перед тем она кричала тоже.
     Он лежал,  пытаясь успокоить дыхание и унять полчища холодных му-
рашек, бегающих по груди и спине.  Он знал  заранее.  Он  все  заранее
знал.
     За дверью панически заметались шаги.  Напряженные  голоса;  потом
неподобающе громко застучали в дверь:
     - Государь... Государь, опять... Проснитесь...
     Он нашел в себе силы усмехнуться:  после крика позолоченной птицы
на много верст в округе не бывает спящих. И покойники, верно, содрога-
ются в гробах...
     Кто пустил слух,  будто птица золотая? Господи, какая безвкусица.
Безвкусный чародей в пестром наряде и смешном колпаке.  Могучий чудот-
ворец - и он же скопец,  вызывающий презрительную жалость...
     Дадон поначалу не верил в его подарок. То было время страха и от-
чаяния, и навалившиеся орды торжествовали, и страна кричала от ужаса -
Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4 5  6 7 8 9 10 11 12 13 14 15
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама