Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Aliens Vs Predator |#3| Groundhog Day
Aliens Vs Predator |#2| And again the factory
Aliens Vs Predator |#1| To freedom!
Aliens Vs Predator |#10| Human company final

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Классика - Гоголь Н.В. Весь текст 404.49 Kb

Вечера на хуторе близ Диканьки

Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4 5 6 7 8  9 10 11 12 13 14 15 ... 35
ями, надену шапку свою на твои беленькие ножки. Сердце мое,  рыбка  моя,
ожерелье! выгляни на миг.  Просунь  сквозь  окошечко  хоть  белую  ручку
свою... Нет, ты не спишь, гордая дивчина! - проговорил он громче и таким
голосом, какие выражает себя устыдившийся мгновенного унижения.  -  Тебе
любо издеваться надо мною, прощай!
   Тут он отворотился, засунул набекрень свою шапку и  гордо  отошел  от
окошка, тихо перебирая струны бандуры. Деревянная ручка у  двери  в  это
время завертелась: дверь распахнулась со скрытом, и девушка на поре сем-
надцатой весны, обвитая сумерками, робко оглядываясь и не выпуская дере-
вянной ручки, переступила через порог. В полуясном мраке горели  привет-
но, будто звездочки, ясные очи; блистало красное коралловое  монисто,  и
от орлиных очей парубка не могла укрыться даже краска,  стыдливо  вспых-
нувшая на щепах ее.
   - Какой же ты нетерпеливый, - говорила она ему вполголоса.  -  Уже  и
рассердился! Зачем выбрал ты такое время: толпа народу шатается то и де-
ло по улицам... Я вся дрожу...
   - О, не дрожи, моя красная калиночка! Прижмись ко мне покрепче! - го-
ворил парубок, обнимая ее, отбросив бандуру, висевшую на длинном ремне у
него на шее, и садясь вместе с нею у дверей хаты. - Ты знаешь, что мне и
часу не видать тебя горько.
   - Знаешь ли, что я думаю? - прервала девушка, задумчиво уставив в не-
го свои очи. - Мне все что-то будто на ухо шепчет, что вперед нам не ви-
даться так часто. Недобрые у вас люди: девушки все глядят так  завистли-
во, а парубки... Я примечаю даже, что мать моя с недавней поры стала су-
ровее приглядывать за мною. Признаюсь, мне веселее у чужих было.
   Какое-то движение тоски выразилось на лице ее при последних словах.
   - Два месяца только в стороне родной, и уже соскучилась! Может,  и  я
надоел тебе?
   - О, ты мне не надоел, - молвила она, усмехнувшись. - Я  тебя  люблю,
чернобровый козак! За то люблю, что у тебя карие очи, и как поглядишь ты
ими - у меня как будто на душе усмехается: и весело  и  хорошо  ей;  что
приветливо моргаешь ты черным усом своим; что ты идешь по улице, поешь и
играешь на бандуре, и любо слушать тебя.
   - О моя Галя! - вскрикнул парубок, целуя и прижимая ее сильнее к гру-
ди своей.
   - Постой! полно, Левко. Скажи наперед, говорил ли ты с отцом своим?
   - Что? - сказал он, будто проснувшись. - Что я хочу  жениться,  а  ты
выйти за меня замуж - говорил.
   Но как-то унывно зазвучало в устах его это слово "говорил".
   - Что же?
   - Что станешь делать с ним? Притворился старый хрен, по своему  обык-
новению, глухим: ничего не слышит и еще бранит, что  шатаюсь  бог  знает
где, повесничаю и шалю с хлопцами по улицам. Но не тужи, моя  Галю!  Вот
тебе слово козацкое, что уломаю его.
   - Да тебе только стоит, Левко, слово сказать - и все будет по-твоему.
Я знаю это по себе: иной раз не послушала бы тебя, а скажешь слово  -  и
невольно делаю, что тебе хочется. Посмотри, посмотри! - продолжала  она,
положив голову на плечо ему и подняв глаза вверх, где  необъятно  синело
теплое украинское небо, завешенное снизу кудрявыми ветвями стоявших  пе-
ред ними вишен. - Посмотри, вон-вон далеко  мелькнули  звездочки:  одна,
другая, третья, четвертая, пятая... Не правда ли, ведь это ангелы  божии
поотворяли окошечки своих светлых домиков на небе и глядят на  нас?  Да,
Левко? Ведь это они глядят на нашу землю? Что,  если  бы  у  людей  были
крылья, как у птиц, - туда бы полететь, высоко, высоко...  Ух,  страшно!
Ни один дуб у нас не достанет  до  неба.  А  говорят,  однако  же,  есть
где-то, в какой-то далекой земле, такое дерево, которое шумит вершиною в
самом небе, и бог сходит по нем на землю ночью перед светлым праздником.

   - Нет, Галю; у бога есть длинная лестница от неба до самой земли.  Ее
становят перед светлым воскресением святые архангелы; и как  только  бог
ступит на первую ступень, все нечистые духи полетят стремглав  и  кучами
попадают в пекло, и оттого на Христов праздник ни одного злого  духа  не
бывает на земле.
   - Как тихо колышется вода, будто дитя в люльке! -  продолжала  Ганна,
указывая на пруд, угрюмо обставленный темным кленовым лесом и оплакивае-
мый вербами, потопившими в нем жалобные свои ветви. Как бессильный  ста-
рец, держал он в холодных объятиях своих далекое, темное  небо,  обсыпая
ледяными поцелуями огненные звезды, которые тускло реяли  среди  теплого
ночного воздуха, как бы предчувствуя скорое появление блистательного ца-
ря ночи. Возле леса, на горе, дремал с закрытыми ставнями  старый  дере-
вянный дом; мох и дикая трава покрывали его крышу; кудрявые яблони  раз-
рослись перед его окнами; лес, обнимая своею тенью, бросал на него дикую
мрачность; ореховая роща стлалась у подножия его и скатывалась к пруду.
   - Я помню будто сквозь сон, - сказала Ганна, не спуская глаз с  него,
- давно, давно, когда я еще была  маленькою  и  жила  у  матери,  что-то
страшное рассказывали про дом этот. Левко, ты,  верно,  знаешь,  расска-
жи!..
   - Бог с ним, моя красавица! Мало ли чего не расскажут  бабы  и  народ
глупый. Ты себя только потревожишь, станешь бояться, и не заснется  тебе
покойно.
   - Расскажи, расскажи, милый, чернобровый  парубок!  -  говорила  она,
прижимаясь лицом своим к щеке его и обнимая его. - Нет!  ты,  видно,  не
любишь меня, у тебя есть другая девушка. Я не буду бояться; и буду  спо-
койно спать ночь. Теперь-то не засну, если не расскажешь.  Я  стану  му-
читься да думать... Расскажи, Левко!..
   - Видно, правду говорят люди. что у девушек сидит черт, подстрекающий
их любопытство. Ну слушай. Давно, мое серденько, жил в этом доме сотник.
У сотника была дочка, ясная панночка, белая, как снег, как твое  личико.
Сотникова жена давно уже умерла; задумал сотник жениться на другой. "Бу-
дешь ли ты меня нежить по-старому, батьку, когда возьмешь другую  жену?"
- "Буду, моя дочка; еще крепче прежнего стану прижимать тебя  к  сердцу!
Буду, моя дочка; еще ярче стану дарить серьги и монисты!" Привез  сотник
молодую жену в новый дом свой. Хороша была молодая жена. Румяна  и  бела
собою была молодая жена; только так страшно взглянула на свою падчерицу,
что та вскрикнула, ее увидевши; и хоть бы слово во весь день сказала су-
ровая мачеха. Настала ночь: ушел сотник с молодою женой  в  свою  опочи-
вальню; заперлась и белая панночка в своей  светлице.  Горько  сделалось
ей; стала плакать. Глядит: страшная черная кошка крадется к ней;  шерсть
на ней горит, и железные когти стучат по полу. В испуге вскочила она  на
лавку, - кошка за нею. Перепрыгнула на лежанку, - кошка и туда, и  вдруг
бросилась к ней на шею и душит ее. С криком оторвавши от себя, кинула ее
на пол; опять крадется страшная кошка. Тоска ее взяла. На  стене  висела
отцовская сабля. Схватила ее и бряк по полу - лапа с  железными  когтями
отскочила, и кошка с визгом пропала в темном углу. Целый день не выходи-
ла из светлицы своей молодая жена; на третий день вышла  с  перевязанною
рукой. Угадала бедная панночка, что мачеха ее ведьма и что она ей  пере-
рубила руку. На четвертый день приказал сотник своей дочке носить  воду,
мести хату, как простой мужичке, и не показываться в панские покои.  Тя-
жело было бедняжке, да нечего делать: стала выполнять отцовскую волю. На
пятый день выгнал сотник свою дочку босую из дому и куска хлеба  не  лал
на дорогу. Тогда только зарыдала панночка, закрывши  руками  белое  лицо
свое: "Погубил ты, батьку, родную дочку свою!  Погубила  ведьма  грешную
душу твою! Прости тебя бог; а мне, несчастной, видно, не велит  он  жить
на белом свете!.." И вон, видишь ли ты... - Тут оборотился Левко к  Ган-
не, указывая пальцем на дом. - Гляди сюда: вон, подалее от  дома,  самый
высокий берег! С этого берега кинулась панночка в воду, и с той поры  не
стало ее на свете...
   - А ведьма? - боязливо прервала Ганна, устремив на него прослезившие-
ся очи.
   - Ведьма? Старухи выдумали, что с той поры все утопленницы выходили в
лунную ночь в панский сад греться на месяце; и сотникова дочка сделалась
над ними главною. В одну ночь увидела она мачеху свою возле пруда, напа-
ла на нее и с криком утащила в воду. Но ведьма и тут  нашлась:  обороти-
лась под водою в одну из утопленниц и через то ушла от плети из зеленого
тростника, которою хотели ее бить утопленницы. Верь бабам!  Рассказывают
еще, что панночка собирает всякую ночь утопленниц и  заглядывает  пооди-
ночке каждой в лицо, стараясь узнать, которая из них ведьма; но  до  сих
пор не узнала. И если попадется из людей кто, тотчас заставляет его уга-
дывать, не то грозит утопить в воде. Вот,  моя  Галю,  как  рассказывают
старые люди!.. Теперешний пан хочет строить на том месте винннцу и прис-
лал нарочно для того сюда винокура... Но я слышу говор. Это наши возвра-
щаются с песен. Прощай, Галю! Спи спокойно; да не думай об  этих  бабьих
выдумках!
   Сказавши это, он обнял ее крепче, поцеловал и ушел.
   - Прощай, Левко! - говорила Ганна, задумчиво  вперив  очи  на  темный
лес.
   Огромный огненный месяц величественно стал в это  время  вырезываться
из земли. Еще половина его была под землею, а уже  весь  мир  исполнился
какого-то торжественного света. Пруд тронулся искрами. Тень от  деревьев
ясно стала отделяться на темной зелени.
   - Прощай, Ганна! - раздались позади ее слова, сопровождаемые  поцелу-
ем.
   - Ты воротился! - сказала она, оглянувшись; но,  увидев  перед  собою
незнакомого парубка, отвернулась в сторону.
   - Прощай, Ганна! - раздалось снова, и снова поцеловал ее кто-то в ще-
ку.
   - Прощай, милая Ганна!
   - Еще и третий!
   - Прощай! прощай! прощай, Ганна! - И поцелуи засыпали ее со всех сто-
рон.
   - Да тут их целая ватага! - кричала Ганна, вырываясь из толпы  паруб-
ков, наперерыв спешивших обнимать ее. - Как им не  надоест  беспрестанно
целоваться! Скоро, ей-богу, нельзя будет показаться на улице!
   Вслед за сими словами дверь захлопнулась, и только слышно было, как с
визгом задвинулся железный засов.

   II


   ГОЛОВА

   Знаете ли вы украинскую ночь? О, вы не знаете украинской ночи! Всмот-
ритесь в нее. С середины неба глядит  месяц.  Необъятный  небесный  свод
раздался, раздвинулся еще необъятнее. Горит и дышит он. Земля вся в  се-
ребряном свете; и чудный воздух и прохладно-душен, и полон неги, и  дви-
жет океан благоуханий. Божественная ночь! Очаровательная ночь! Недвижно,
вдохновенно стали леса, полные мрака, и кинули огромную  тень  от  себя.
Тихи и покойны эти пруды; холод и мрак вод их  угрюмо  заключен  в  тем-
но-зеленые стены садов. Девственные чащи черемух и черешен пугливо  про-
тянули свои корни в ключевой холод и  изредка  лепечут  листьями,  будто
сердясь и негодуя, когда прекрасный ветреник - ночной ветер, подкравшись
мгновенно, целует их. Весь ландшафт спит. А вверху все дышит, все дивно,
все торжественно. А на душе и необъятно, и чудно, и толпы серебряных ви-
дений стройно возникают в ее глубине. Божественная ночь!  Очаровательная
ночь! И вдруг все ожило: и леса, и пруды, и степи. Сыплется величествен-
ный гром украинского соловья, и чудится, что и месяц заслушался его  по-
середи неба... Как очарованное, дремлет на возвышении село.  Еще  белее,
еще лучше блестят при месяце толпы хат; еще  ослепительнее  вырезываются
из мрака низкие их стены. Песни умолкли. Все  тихо.  Благочестивые  люди
уже спят. Где-где только светятся узенькие  окна.  Перед  порогами  иных
только хат запоздалая семья совершает свой поздний ужин.
   - Да, гопак не так танцуется! То-то я гляжу, не клеится  все.  Что  ж
это рассказывает кум?.. А ну: гоп трала! гоп трала! гоп, гоп, гоп! - Так
разговаривал сам с собою подгулявший мужик средних лет, танцуя по улице.
- Ей-богу, не так танцуется гопак! Что мне лгать! ей-богу, не так! А ну:
гоп трала! гоп трала! гоп, гоп, гоп!
   - Вот одурел человек! добро бы еще хлопец какой, а то  старый  кабан,
детям на смех, танцует ночью по улице! -  вскричала  проходящая  пожилая
Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4 5 6 7 8  9 10 11 12 13 14 15 ... 35
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (4)

Реклама