Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Русская фантастика - А&Б Стругацкие Весь текст 397.84 Kb

Гадкие лебеди

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 7 8 9 10 11 12 13  14 15 16 17 18 19 20 ... 34
     Виктор ошеломленно молчал. Голем тоже  молчал.  Он  очень  ловко  вел
машину, огибая многочисленные выбоины на старом асфальте.
     - Ну, ну, не напрягайтесь так, - сказал он наконец. - Я  пошутил.  Он
был один. И нога его зажила в ту же ночь.
     - Это тоже шутка? - осведомился Виктор. - Ха-ха-ха, теперь я понимаю,
почему ваши больные никогда не выздоравливают.
     - Мои больные, - сказал Голем, - никогда не  выздоравливают  по  двум
причинам. Во-первых, я, как  и  всякий  порядочный  врач  не  умею  лечить
генетические болезни. А во-вторых, они не хотят выздоравливать.
     - Забавно, - пробормотал Виктор. - Я уже столько наслушался  об  этих
мокрецах, что теперь, ей богу, готов поверить во  все:  и  в  дожди,  и  в
кошек, и в то, что раздробленная кость может зажить за одну ночь.
     - В кошек? - спросил Голем.
     - Ну да, - сказал Виктор.  -  Почему  в  городе  не  осталось  кошек?
Мокрецы виноваты. Тэдди от мышей пропадает... Вы бы посоветовали  мокрецам
вывести из города заодно и мышей.
     - А ля гаммельнский крысолов? - сказал Голем.
     - Да, - легкомысленно подтвердил Виктор. - Именно а ля.  -  Потом  он
вспомнил, чем  кончилась  история  с  гаммельнским  крысоловом.  -  Ничего
смешного тут нет, - сказал он. - Сегодня  я  выступал  в  гимназии,  видел
ребятишек.  И  видел,  как  они  встречали  какого-то  мокреца.  Теперь  я
нисколько не удивлюсь, если в один прекрасный день  на  городскую  площадь
выйдет мокрец с аккордеоном и уведет ребятишек к черту на рога.
     - Вы не удивитесь, - сказал Голем. - А еще что вы сделаете?
     - Не знаю... Может быть, отберу у него аккордеон.
     - И сами заиграете?
     - Да, - вздохнул Виктор. - Это верно. Мне этих  детей  увлечь  нечем,
это я понял. Интересно, чем они увлекают? Вы ведь знаете, Голем.
     - Виктуар, перестаньте бренчать, - сказал Голем.
     - Как угодно, - сказал Виктор. - Вы очень  старательно  и  более  или
менее ловко уклоняетесь от моих вопросов. Я  это  заметил.  Глупо.  Я  все
равно узнаю, а вы потеряете возможность придать выгодную вам эмоциональную
окраску этой информации.
     - Сохранение врачебной тайны! - изрек Голем. - И потом, я  ничего  не
знаю. Я могу только догадываться.
     Он притормозил. Впереди, за вуалью дождя, появились какие-то  фигуры,
стоящие на дороге. Три серые фигуры и серый дорожный столб с  указателями:
"Лепрозорий - 6 км" и "Сан. "Теплые ключи" - 2,5 км". Фигуры отступили  на
обочину - взрослый мужчина и двое детей.
     - А ну-ка остановитесь, - сказал Виктор, сразу охрипнув.
     - Что случилось? - Голем затормозил.
     Виктор не ответил. Он смотрел на людей у столба, на рослого мокреца в
тренировочном костюме, пропитанном водой, на мальчика,  который  тоже  был
без плаща, в промокшем костюмчике и в сандалиях, и на  девочку,  босую,  в
платье, облепившем тело. Затем он рывком распахнул дверцу  и  выскочил  на
дорогу. Дождь и ветер ударили ему в  лицо,  он  даже  захлебнулся,  но  не
заметил этого. Он ощутил приступ нестерпимого бешенства, когда хочется все
ломать, когда еще осознаешь, что намерен делать глупости, но это  сознание
только радует. На негнущихся ногах он подошел вплотную к мокрецу.
     - Что здесь происходит? - выдавил он сквозь зубы.  А  потом  девочке,
глядевшей на него с удивлением: - Ирма, немедленно иди в машину! - А потом
снова мокрецу: - Черт бы вас побрал, что это вы делаете? - И снова Ирме: -
Ирма, в машину, кому говорят?
     Ирма не двинулась с места. Все трое стояли, как прежде, глаза мокреца
над черной повязкой спокойно помаргивали. Потом Ирма сказала с  непонятной
интонацией:  "Это  мой  отец",  и  он  вдруг  сообразил,  спинным   мозгом
почувствовал, что здесь нельзя  орать  и  замахиваться,  нельзя  угрожать,
хватать за шиворот и тащить... и вообще нельзя беситься. Он  сказал  очень
спокойно:
     - Ирма, иди в машину, ты вся промокла. Бол-Кунац, на твоем месте я бы
тоже пошел в машину.
     Он был уверен, что Ирма послушается, и  она  послушалась.  Не  совсем
так, как ему хотелось бы. Нет, не то, чтобы она хотя бы взглядом испросила
мокреца разрешения уйти, но осталось такое впечатление, будто что-то было,
некий обмен мнениями, какое-то краткое совещание,  в  результате  которого
вопрос был решен в его пользу. Ирма задрала нос и направилась к машине,  а
Бол-Кунац сказал вежливо:
     - Благодарю вас, господин Банев, но право, я лучше останусь.
     - Как хочешь, - сказал Виктор.
     Бол-Кунац его мало волновал. Сейчас нужно было что-то  сказать  этому
мокрецу на прощание. Виктор заранее знал, что это будет нечто  глупое,  но
что делать? - уйти просто так он не мог. Из чисто престижных  соображений.
И он сказал:
     - Вас, милостивый государь, - сказал он надменно, - я  не  приглашаю.
Вы здесь, по-видимому, чувствуете себя как рыба в воде.
     Затем он повернулся,  и,  отшвырнув  воображаемую  перчатку,  зашагал
прочь.  "Произнеся  эти  слова,  -  с  отвращением  думал  он,  -  граф  с
достоинством удалился..."
     Ирма, забравшись с ногами  на  переднее  сидение,  отжимала  косички.
Виктор пролез назад, покряхтывая от стыда, и, когда Голем  тронул  машину,
сказал:
     - Произнеся эти слова, граф удалился... Просунь сюда ноги, Ирма, я их
разотру.
     - Зачем? - с любопытством спросила Ирма.
     - Воспаление легких получить хочешь? Давай сюда ноги!
     - Пожалуйста, - сказала Ирма и, скособочившись на сидении,  просунула
ему одну ногу. Предвкушая, что вот  сейчас  он  сделает,  наконец,  что-то
естественное и полезное, Виктор взял обеими руками  эту  тощую  девчоночью
ногу, мокрую и трогательную, и вознамерился ее растирать - до красноты, до
багровости, добрыми суровыми отцовскими  руками,  эту  грязную,  костлявую
лодыжку, извечный проводник насморков, гриппов, катаров дыхательных  путей
и двухсторонних пневмоний - когда обнаружил, что его  ладони  холоднее  ее
ноги.  По  инерции  он  сделал  н  сколько  оглаживающих  движений,  затем
осторожно опустил ногу. Да ведь я же знал это, подумал он вдруг, я же знал
это, еще когда стоял перед ними, знал что здесь есть какой-то подвох,  что
детям ничего не грозит, никакие катары и воспаления легких, только мне  не
хотелось этого, а хотелось спасать, вырывать из когтей, исполнять долг,  и
опять меня обвели вокруг пальца, я не знаю, как они это  делают,  но  меня
опять обвели вокруг пальца, и я опять дурак дураком,  второй  раз  в  этот
день...
     - Забери свою ногу, - сказал он Ирме. Ирма забрала ногу и спросила:
     - Мы куда - в санаторий едем?
     - Да, - ответил Виктор и посмотрел на Голема - не заметил ли тот  его
позора.
     Голем  невозмутимо  следил  за   дорогой,   грузно   расплывшись   на
водительском сидении, седой, неряшливый, сутулый и всезнающий.
     - А зачем? - спросила Ирма.
     - Переоденешься в сухое и ляжешь в постель, - сказал Виктор.
     - Вот еще! - сказала Ирма. Что это ты придумал?
     - Ладно, ладно... - пробормотал Виктор. - Дам тебе книжку,  и  будешь
читать.
     Действительно, на кой черт я ее туда везу? - подумал он. Диана...  Ну
это мы посмотрим. Никаких выпивок, и вообще ничего такого,  но  как  я  ее
повезу обратно? А, черт, возьму чью попало машину и  отвезу...  Хорошо  бы
сейчас чего-нибудь глотнуть.
     - Голем... - начал было он, но спохватился. Дьявол, нельзя, неудобно.
     - Да? - сказал Голем не оборачиваясь.
     - Ничего, ничего, - вздохнул  Виктор,  уставясь  на  горлышко  фляги,
торчащее из кармана Големова плаща. - Ирма, - сказал он утомленно.  -  Что
вы там делали на этом перекрестке?
     - Мы думали туман, - ответила Ирма.
     - Что?
     - Думали туман, - повторила Ирма.
     - Про туман, - поправил Виктор. - Или о тумане.
     - Зачем это - про туман? - сказала Ирма.
     - Думать - непереходный глагол,  -  объяснил  Виктор.  -  Он  требует
предлогов. Вы проходили непереходные глаголы?
     - Это когда как, - сказала Ирма. - Думать туман - это одно, а  думать
про туман - это совсем другое... и кому это  нужно  -  думать  про  туман,
неизвестно.
     Виктор вытащил сигарету и закурил.
     - Погоди, -  сказал  он.  -  Думать  туман  -  так  не  говорят,  это
неграмотно. Есть такие глаголы - непереходные: думать, бегать, ходить. Они
всегда требуют предлога. Ходить по улице. Думать про... что-нибудь там...
     - Думать глупости... - сказал Голем.
     - Ну, это исключение, - сказал Виктор, несколько потерявшись.
     - Быстро ходить, - сказал Голем.
     - Быстро - это не существительное, - запальчиво сказал Виктор.  -  Не
путайте ребенка, Голем.
     - Папа, ты не можешь не курить? - осведомилась Ирма.
     Кажется, Голем издал какой-то звук, а может быть это мотор чихнул  на
подъеме. Виктор смял сигарету и растоптал ее каблуком. Они  поднимались  к
санаторию, а сбоку, из степи, навстречу надвигалась плотная белесая стена.
     - Вот тебе туман, - сказал Виктор.  -  Можешь  его  думать.  А  также
нюхать, бегать и ходить.
     Ирма хотела что-то сказать, но Голем перебил ее.
     - Между прочим,  -  сказал  он,  -  глагол  "думать"  выступает,  как
переходный также и в сложно-подчиненных предложениях. Например:  я  думаю,
что... и так далее.
     - Это совсем другое дело, - возразил Виктор. Ему надоело.  Ему  очень
хотелось курить и выпить. Он с вожделением поглядывал на горлышко фляги. -
Тебе не холодно, Ирма? - спросил он с надеждой.
     - Нет. А тебе?
     - Познабливает, - признался Виктор.
     - Надо выпить джину, - заметил Голем.
     - Да, неплохо бы... А у вас есть?
     - Есть, - сказал Голем. - Но мы уже почти приехали.
     Джип вкатил в ворота, и началось то, о чем Виктор как-то не  подумал.
Первые струи  тумана  еще  только  начинали  просачиваться  через  решетку
ограды, и видимость была прекрасная. На подъездной дорожке лежало  тело  в
промокшей пижаме, лежало с таким видом, словно пребывало здесь  уже  много
дней  и  ночей.  Голем  осторожно  объехал  его,  миновал  гипсовую  вазу,
украшенную  незамысловатыми  рисунками  и  соответствующими  надписями,  и
приткнулся к стаду машин, сгрудившихся перед подъездом правого крыла. Ирма
распахнула дверцу, и сейчас же испитая морда высунулась из окна  ближайшей
машины и проблеяла: "Деточка, хочешь, я тебе  отдамся?"  Виктор,  обмирая,
полез наружу. Ирма с любопытством озиралась. Виктор крепко взял ее за руку
и повел к подъезду. На ступеньках сидели под дождем обнявшись, две девки в
белье и кличными голосами пели  про  жестокого  аптекаря  -  не  отпускает
героин. Узрев Виктора, они замолчали, но когда он проходил мимо,  одна  из
них попыталась ухватить его за брюки. Виктор втолкнул  Ирму  в  вестибюль.
Здесь было темно,  окна  занавешены,  воняло  табачным  дымом  и  какой-то
кислятиной,  трещал  проекционный  аппарат,  и  на  белой  стене   прыгали
порнографические изображения.  Виктор,  стиснув  зубы,  шагал  по  чьим-то
ногам,  волоча  за  собой  спотыкающуюся  Ирму.  Вслед  неслась   сердитая
нецензурщина. Они выбрались из вестибюля, и Виктор пошел шагать через  три
ступеньки по  ковровой  лестнице.  Ирма  помалкивала,  и  он  не  рисковал
взглянуть на нее. На лестничной площадке его  уже  ждал  с  распростертыми
объятиями синий и раздутый член  парламента  Росшепер  Нант.  "Виктуар!  -
просипел он. - Др-руг! - Тут он заметил Ирму и пришел в восторг:  Виктуар!
И ты тоже!.. На малолетних малолеточек!.."  -  Виктор  зажмурился,  крепко
наступил ему на ногу и  толкнул  в  грудь  -  Росшепер  повалился  спиной,
опрокинув  урну.  Обливаясь  потом,  Виктор  зашагал  по  коридору.   Ирма
неслышными прыжками неслась рядом. Он ткнул в дверь  Дианы  -  дверь  была
заперта,  ключа  не  было.  Он  бешено  застучал,   и   Диана   немедленно
откликнулась: "Пошел к чертовой матери! - заорала она яростно. -  Импотент
вонючий! Гавнюк, дерьмо собачье!" "Диана! - рявкнул Виктор.  -  Открывай!"
Диана замолчала, и дверь распахнулась. Она стояла на  пороге  с  импортным
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 7 8 9 10 11 12 13  14 15 16 17 18 19 20 ... 34
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (2)

Реклама