Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Фэнтези - Андрей Столяров Весь текст 459.79 Kb

Монахи под луной

Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4 5 6 7 8  9 10 11 12 13 14 15 ... 40
колыбельную, кого-то поцеловали, их было девять человек, - плакала голубая
ива, и звезда, просияв, отразилась в омуте. Говорят, что грачи после этого
трое суток метались, как оглашенные, вы не слышали?  -  Он  открыл  глаза,
посмотрев удивительно трезво и сердито.  -  Перестаньте  сюда  ходить.  Не
нужно. Я никогда не был знаком с Женей Корецким и никогда не бывал у  него
дома на улице  Апрельских  Тезисов,  квартира  одиннадцать.  И  жену  его,
Виолетту, я тоже не знаю...
     Мелкие катышки желваков передвигались у него  на  скулах,  трепетали,
сужаясь, ресницы. Все было ясно. Я собирался сегодня отыскать  Постникова,
Идельмана, Тялло Венника и гражданку Бехтину Любовь  Алексеевну.  А  также
некоего Б. Бывший следователь Мешков тоже стоял у меня в плане. Но  теперь
можно было не утруждаться. Обо всех уже позаботились. Прочная и невидимая,
непреодолимая для человека стена отгораживала меня от людей. Имя ей  было:
в_р_е_м_я_. Я вдруг почувствовал свою совершеннейшую беспомощность. Вахтер
в телогрейке, наполовину высунувшись из  проходной,  отчаянно  и  тревожно
замахал мне фуражкой: Скорее! Скорее! К телефону!.. - Меня?!  -  изумленно
переспросил я. - Вас! Вас! Немедленно!.. - Столько испуга  звучало  в  его
голосе, что я невольно побежал, - трубка лежала рядом с аппаратом, и когда
я, задыхаясь, поднял ее, то уверенный тонкий голос Батюты, не  здороваясь,
даже не называясь, равнодушной будничной скороговоркой  произнес:  Следует
явиться к двенадцати часам, назначено заседание бюро, центральное  здание,
комната двадцать шесть, второй этаж, просьба не опаздывать! - и сразу  же,
без перерыва, запищал суетливый отбой. Я не  успел  вымолвить  ни  единого
слова - так и стоял с трубкой, пока вахтер, деликатно покряхтев, не  вынул
ее из оцепенелых пальцев: вот мол, как бывает - лично товарищ Батюта.  Его
уважение ко мне значительно возросло. Он даже обмахнул табуретку - чтобы я
мог присесть. Я покачал головой. Комната была  низкая,  тесная,  на  стене
висели "Правила внутреннего распорядка", а под ними коробились двухпудовой
грязью кирзовые сапоги. Стукал будильник.  Я  не  понимал,  откуда  _о_н_и
узнали, что я нахожусь на заводе? Я и сам не предполагал, что пойду  туда.
Это был точнейший смертельный выстрел. Накрытие. Значит, я на  заводе  уже
не в первый раз. Хронос! Хронос! Ковчег! Я подумал,  что  если  сейчас  на
улице меня ждет Циркуль-Клазов, то _о_н_и_ и в самом деле вычисляют каждый
мой шаг. Каждое дыхание. У меня заныло  в  груди.  Стрелки  на  будильнике
показывали десять пятнадцать.
     - Что с вами луч-и-лось?  -  странно  булькая,  неразборчиво  спросил
вахтер. Я его не слышал. Он говорил на неизвестном мне языке. Я  вышел  на
улицу, где  царила  куриная  бархатная  пыль:  Циркуль-Клазов,  клетчатый,
отутюженный, прислонившийся в тени на другой стороне, отклеился от  забора
и непринужденно тронулся вслед за мной, по-гусиному задирая  штиблеты.  Он
шагал, как привязанный, в  крупных  зубах  у  него  дымилась  сигарета,  и
белесые дымчатые слепые очки  тонтон  -макута,  будто  крохотные  зеркала,
отражали небо.
     Все было ясно.


     Все было ясно.
     Ревел умирающий тиранозавр  на  заводе,  и  перетекал  через  колючую
проволоку  рыжий  тягучий  дым.  Вспыхнули  иглы  чертополоха,  врассыпную
бросились перепуганные воробьи.
     Был август, понедельник.
     Карась, догоняя сзади, жестко и уверенно взял меня под руку:
     - Слушай внимательно, не перебивай: Постников _п_о_с_т_а_р_е_л_  -  у
него  выпадают  зубы  и  облетели  все  волосы,  ревматизм,  артрит,  язва
двенадцатиперстной, жутко опухают ноги, водянка, старческая  слабость,  он
уже ничего не помнит, ярко выраженный  склероз,  чавкает  манной  кашей  и
надувает пузыри слюной. Это - один ноль. Достаточно? Венника превратили  в
Пугало, он дежурит на Огородах - отруби  и  солома,  дурацкий  комбинезон,
размалеванная тупая морда,  гусеницы,  зной,  чесотка,  он  кричит,  машет
руками - птицы  расклевывают  затылок.  Это  -  два  ноль.  Достаточно?  С
Кусаковым ты уже разговаривал. Его сварили. Это - три ноль...
     Карась был все тот же - танцующий, как на  резине,  гладкий,  умытый,
любезный, в белой крахмальной рубашке при галстуке - улыбался  квадратными
зубами и оглаживал идиотские, будто приклеенные усы.
     Слабым мужским лосьоном веяло от его бритых щек.
     Он нисколько не изменился.
     - За мною - хвост, - напряженно сказал я.
     - Н_е _в_и_ж_у_, - ответил Карась, мелко подпрыгивая и кося лошадиным
глазом на конверт с документами, торчащий у меня из-под  мышки.  -  Слушай
меня внимательно: Это - четыре ноль! Гупкина закопали  в  городском  саду.
Ночью. Под центральной клумбой. Когда тихо, то слышны  животные  стоны  из
георгинов. Его не отпустят. Достаточно? Некто Б. угодил в Гремячую  Башню.
Механические мастерские в подвалах - электропила, раскаленные  напильники,
керамитовое сверление каждые два часа. Достаточно? Некто В. обитает теперь
в пруду - чешуя и мохнатые жабры, рыбий хвост,  перепонка  на  спине,  его
кормят  кровавым  мотылем.  Достаточно?  Следователь   Мешков   пошел   на
повышение. Он уже подполковник, работает в прокуратуре. Это - пять,  шесть
и  семь.  Достаточно?  А  гражданку  Бехтину  Любовь  Алексеевну  насмерть
защекотал Мухолов. Мухолов обожает престарелых. Он  сначала  интеллигентно
беседует с ними - о жизни, о страстях, а потом бережно, любовно щекочет им
пятки - у него мягкая щетина на пальцах. Это - восемь ноль! Кажется,  весь
твой список! Не оглядывайся, не оглядывайся, прошу тебя!  _Н_и_к_т_о  _з_а
н_а_м_и  _н_е  _с_л_е_д_и_т_. Просто - Ковчег. Началась охота, распахнулся
город, двери стоят без запоров, колеблется земля, дикие прожорливые демоны
целой сворой спущены на прокорм с цепи. Я надеюсь, что о судьбе  Корецкого
тебе хорошо известно?..
     Карась ослепительно улыбался. Он шипел мне в ухо и одновременно,  как
гуттаперчевый, мягко втягивал грудь, кланялся многочисленным встречным:
     -  Здравствуйте...  Здравствуйте...  Обязательно...   Здравствуйте...
Здравствуйте... Очень-очень рад...
     Я прикидывал,  как  от  него  избавиться.  Мне  вовсе  не  требовался
соглядатай. О судьбе Корецкого я,  естественно,  уже  слыхал.  Повернулись
скрипучие шестеренки и утащили изломанное тело внутрь.  Плотно  сомкнулись
зубья.  Пала  чернота.  Тюрьма  в  областном  центре.  Воспаление  легких.
Больница. Женщина без ресниц, точно клейстером,  облитая  до  колен  серым
блестящим  платьем,  поднимала  фальшивый  изгиб   руки:   В   этом   году
удивительный грибной сезон.  У-ди-ви-тель-ный!  По  опушкам  -  где  сухое
болото. В старом тихом березняке - из-под прелых листьев. С краю торфяника
- в кочках, в трухе, в серебристом упругом мху. Срежешь - ножка шевелится,
срежешь - ножка шевелится. Больно. Пищит, как живая мышь. - Она  разливала
по  чашкам  светлый  дымящийся  кипяток.  -  Пейте,  пожалуйста,  у   меня
исключительная заварка, продавали наборы: пачка индийского и  клопомор.  -
Голые резиновые веки, жидкие зрачки, волосы, стянутые на затылке так,  что
дугой подскочили брови. Это было вчера. Я спросил, сатанея: Когда он умер?
- Кто умер? - Ваш муж. - Какой-такой муж? - Обыкновенный. - Ах,  муж!..  -
Вот именно, муж. - Муж мой умер давно. -  Неужели  давно?  -  Целый  месяц
прошел. - Всего один месяц? - Так нам сообщили  _о_т_т_у_д_а_.  -  Женщина
пожимала плечами. Квартира была очень чистая. Маленькая кухня  была  очень
чистая. Очень чистый солнечный свет лился через  очень  чистые,  холодные,
совсем неживые  стекла.  Я  прихлебывал  кипяток.  Дрожала  никелированная
крышка на чайнике.  Все  было  отброшено,  забыто,  развеяно  в  легкий  и
ненужный прах. Уже тогда начала вырастать стена. Длинная угловатая фигура,
словно привидение, бесшумно остановилась в дверях: Мама,  что  этому  типу
надо? - Ниночка, это корреспондент  из  Москвы.  -  Здра-а-асьте,  товарищ
корреспондент! - Здравствуйте, Нина. - А теперь: до свида-а-ания,  товарищ
корреспондент! - Ниночка! - Мама! - Ниночка! - Мама, пусть он уйдет!!..  -
Нина, я приехал сюда, чтобы детально во всем разобраться. -  Спасибо,  уже
разобрались! - Может быть, я сумею хоть немного помочь вам. - Спасибо, уже
помогли! - Честное слово, я ни в чем не виноват. - Хватит!!!..  -  Ниночка
глядела на меня с откровенной ненавистью.  Она  побелела,  как  молоко,  и
вдруг стремительно обернулась к  женщине,  которая  тут  же  закрыла  лицо
руками. - Мама!.. Мы же никого ни о чем не просили!.. Боже  мой!..  Он  же
хочет, чтобы опять - весь этот кошмарный  ужас!..  Мама!..  Я  боюсь  его,
боюсь - он,  наверное,  _д_о_б_р_ы_й  _ч_е_л_о_в_е_к_!..  -  Голос  у  нее
панически зазвенел. Тогда женщина, не отвечая, не отнимая рук, повернулась
к серванту и медленно, но чрезвычайно сильно  ударилась  о  него  головой,
точно в беспамятстве - раз, другой,  третий.  Она  стукалась,  видимо,  не
ощущая,  и  мычала  в  раскачивании  что-то  неразличимо-страшное:  слезы,
почему-то интенсивного красного цвета,  продавливались  сквозь  пальцы.  С
грохотом оборвался дуршлаг. - Уходите!.. Уходите сейчас же!.. - невыносимо
закричала Ниночка, прижимая кулаки к груди. Я не мог пошевелиться. Они тут
все сумасшедшие. Целый город. Хронос! Хронос! Ковчег!  Мутная  струя  пара
вылетала из чайника вверх. У меня отнимались ноги. Ниночка, обхватив  мать
за плечи, силой усадила ее на табуретку и пихала  в  распяленный  мычанием
рот желтую полированную пилюлю. Как спасение.  -  Сонных  корней  хочу,  -
сразу же, очень внятно, сказала женщина, отдирая с  бровей  полиэтиленовые
пальцы. - Хочу корень крапивы, оживающий ровно в полночь, и хочу  звериный
папоротник,  расцветающий  на  крови,  и  хочу  сахарный  сладкий   корень
тысячесмертника... - По-моему, она ничего не видела.  Глаза  у  нее  стали
ярко-зеленые, точно молодая трава, а на лице проступила  отчетливая  бурая
сетка, словно нанесенная йодом, и под сеткой  этой,  переплетаясь  густыми
веточками и набухая синью, чуть не разрывая кожу, выпучивая  бледный  пот,
бились, судорожные, узловатые, жестокие и болезненные вены.
     Мне  хотелось  прижать  их  ладонью.  Всем  теплом.  Мне  хотелось  -
разгладить, успокоить и поцеловать нежный пушистый висок.  Чтобы  замирала
телесная дрожь, рассеиваясь от  прикосновения.  Чтобы  исчезла  постепенно
ужасная медицинская сетка с лица. Чтобы  вернулось  зрение  и  хрустальные
голубоватые яблоки  с  благодарностью  обратились  бы  на  меня  -  озаряя
счастливым светом. Прежде всего, это было необходимо  мне  самому.  Прежде
всего - мне. Я ведь тоже - человек, скомканный страхом. И  у  меня  дрожит
веко, и у меня колотится сердце в гулкой груди. _М_ы_ - как брат и сестра.
Не надо слез,  сестра!  Слезы  никому  еще  не  помогали.  _О_н_и_  только
обрадуются нашим слезам. Не будем _и_х_ радовать. Встань, сестра! Встань и
отряхни горькую влагу со щек. Я ничем не могу помочь тебе. Помни! Мы живем
в такое время, когда человек не может помочь человеку. Он бессилен. Помни!
Мы живем во времени, которое, прорастая  внутри  себя,  паутиною  оплетает
каждого   из   нас.   Тысячи   крепчайших   нитей    заставляют    плясать
один-единственный разрешенный танец. Только такое коленце. Только под  эту
музыку. Помни! Нам дают  кров  и  хлеб,  а  взамен  отнимают  душу.  Мы  с
закрытыми глазами бежим по лезвию - в никуда.  Шаг  влево,  шаг  вправо  -
клацают механические челюсти. Встань, сестра! Тебя заставили отказаться от
мужа, а дочь твою - от отца. Таков наш прекрасный мир. Я  не  в  состоянии
изменить его. Прости меня, сестра! Я теперь оставляю тебя  одну.  Слышишь,
засопели над пахотой гнусавые  утренние  рожки?  За  мною  самим  началась
охота. Слышишь визгливый лай и хорканье разгоряченных глоток?  Это  гончие
несутся по следу. Быстро  поднимается  заря.  Испаряется  последняя  влага
жизни. Прости меня, сестра, вытри  слезы  и  забудь  обо  мне.  Время  мое
Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4 5 6 7 8  9 10 11 12 13 14 15 ... 40
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (1)

Реклама