Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
SCP-381: Pyrotechnic polyphony
Почему нет обещанного видео
Aliens Vs Predator |#6|
Aliens Vs Predator |#5| I'm returning the supercomputer

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Проза - Джон Пристли Весь текст 214.65 Kb

Дженни Вильерс

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 7 8 9 10 11 12 13  14 15 16 17 18 19
карточку.  -  Отлично  известен  миссис  Броуэм  и  всем ведущим  импресарио
Лондона, мистер Напье.
     - Вы были на спектакле, мистер Манглс?
     - Имел удовольствие, мистер Напье, и должен вас поздравить с прекрасным
исполнением роли Благородного  Датчанина.  Чрезвычайно ловко сыграно, мистер
Напье.
     - Благодарю вас, мистер Манглс. Выпьете со мной?
     - Не сейчас, сэр, благодарю вас - мой друг миссис Броуэм ожидает меня в
своем  кабинете.  Но  хочу  вам  сказать,  мистер  Напье,  что для  вас  уже
приготовлена целая куча  долларов и двести тысяч  наших достойнейших граждан
мечтают о  том  дне,  когда Джекоб Манглс даст им возможность увидеть вас  в
роли  Гамлета и во  всех ролях,  которые  вам  желательно  будет  сыграть на
Бродвее или где-либо в другом месте. Ваши условия, мистер Напье?
     Напье улыбнулся.
     - Это  очень любезно с вашей стороны, мистер Манглс. Но пока что у меня
нет желания отправляться в Америку.
     Мистер Манглс посмотрел на часы.
     - Я не могу заставлять женщину ждать,  мистер Напье, но позже, если  вы
еще будете в театре...
     - Я приглашен  на ужин,  мистер Манглс, и  я тоже не  люблю  заставлять
женщину ждать...
     - Менее чем через четверть часа, мистер Напье, я  расскажу  вам о своем
предложении,  и  вы будете бесконечно поражены  его  щедростью; речь идет  о
сезоне в моем нью-йоркском театре.
     - Едва ли мои намерения изменятся в ближайшие десять минут... однако...
     - Случались и более странные вещи, мистер Напье. С вашего  позволения я
все же рискну. - И он вышел.
     Напье развеселился. Сделав новый глоток бренди, он начал снимать грим и
целиком погрузился в это занятие. Он стирал последние следы краски со своего
мрачного красивого  лица,  когда  в  уборную  без  стука  ворвался следующий
посетитель. Это был Уолтер Кеттл, еще  более возбужденный и измученный,  чем
обычно, и похожий на пугало.
     - Уолтер Кеттл! - Напье был поражен. -  Ты-то для чего в Лондоне?  Ушел
наконец от старика Ладлоу?
     - Она умерла, Напье!  - вскричал  Кеттл, с трудом переводя дыхание. - И
это ты убил ее!
     Напье поднялся и стоял, возвышаясь над ним.
     - О чем ты говоришь? Кто умер?
     - Дженни умерла.
     - Дженни Вильерс?
     -  Да, да, да,  умерла, умерла! - Кеттл словно обезумел. Он  вцепился в
Напье, свирепо глядя на него и крича: - Мы хороним ее послезавтра. И клянусь
богом, Напье, это ты убил ее,  ты, и больше никто,  убил  так же  верно, как
если бы всадил ей пулю в сердце. Ты убил ее...
     -  Пусти,  дурак,  - зарычал  Напье, -  или я  сломаю  тебе руку.  - Он
отшвырнул  Кеттла так,  что тот  перелетел  через  всю комнату.  Униженный и
обессилевший, Кеттл  прислонился к стене. - Что  случилось? Я даже не  знал,
что она болела. Болела она?
     - Да, - пробормотал Кеттл. -  Это началось в то утро, когда она узнала,
что ты сбежал  от нас. - Он дышал с трудом, словно каждый вздох причинял ему
боль.
     - Ну? - нетерпеливо спросил Напье.
     - Она ждала ребенка, ты знаешь.
     - Откуда мне знать? Она ничего не говорила.
     Кеттл не взглянул на него.
     - Она избавилась  от ребенка. Но лучше ей не стало. Да  она и не хотела
поправиться. Твое  бегство прикончило ее. Ты убил ее, Напье. И покуда я жив,
я не дам тебе забыть об этом. - Но в его словах не чувствовалось ни силы, ни
настоящей угрозы.
     - Забыть? Ты думаешь, я нуждаюсь в твоих напоминаниях?
     - Нуждаешься или нет, а я буду тебе  напоминать. - Теперь  Кеттл поднял
на него глаза.
     От этого взгляда Напье сорвался с места и в два прыжка оказался рядом с
Кеттл ом.
     - Не смей говорить со мной таким тоном, Кеттл. А то смотри, как бы я не
затолкал тебе все  твои слова  обратно в глотку. Я  играл с ней  на сцене. Я
любил ее. Я жил с ней. Запомни это.
     - И бросил ее.
     Удивительно, до  чего их диалог, хоть и потрясающий своей искренностью,
напоминал тот Театр, который оба они знали так хорошо. Оба оставались самими
собой, притом едва  собой  владели, и все  же возникало впечатление, что они
разыгрывают спектакль, что  и  сама эта уборная находится на сцене какого-то
таинственного огромного театра.
     -  Я бросил ее, - сказал Напье, теперь  осторожно, словно ему надо было
оправдаться перед самим собой  не  меньше,  чем перед Кеттлом, - потому  что
хотел  получить  этот лондонский  ангажемент.  Нельзя  было  упускать  такой
случай,  а  я  знал,  что,  расскажи  я ей, она  уговорит  меня  отказаться,
подождать, пока нам предложат  двойной  ангажемент. Вы  все знали, где я,  и
когда она  не стала мне писать, я решил, что она рассердилась... несомненно,
она имела право сердиться... и что со мной у нее все кончено...
     - Она была слишком горда, чтобы писать...
     - Да, да, я  понимаю,  -  нетерпеливо  перебил Напье.  -  Можешь мне не
объяснять, какова она. - Помолчав, он спросил: - Как она умерла?
     - Ужасно. - Кеттл был очень мрачен. - Жизнь уходила из нее по капле.
     - Замолчи, - вдруг закричал Напье в бешенстве, - не то я...
     - Я думал, ты хочешь знать.
     - Ладно, - сказал Напье, - теперь я не хочу знать. -  Он снова вскипел.
- Проваливай! - Кеттл не шевельнулся, и тогда он снова крикнул: - Проваливай
и оставь меня  в  покое! -  Он круто повернулся и с маху сел на стул лицом к
зеркалу.
     Кеттл медленно пошел к двери и у порога обернулся.
     -  Желаю успеха в твоей славной карьере, Напье, - сказал  он  тихо. - И
удачи. Она тебе скоро пригодится. - И вышел.
     Напье одним  глотком допил  бренди, торопливо налил себе новую  порцию,
больше прежней, и вскоре проглотил и ее. Он приступил к третьей порции и был
уже изрядно пьян, когда вернулся мистер Манглс.
     -  Итак, мистер Напье,  на случай,  если  вас может заинтересовать  мое
предложение...
     Напье вскочил и впился в него глазами:
     -  Да, да.  Вы хотите,  чтобы я играл  для вас и для ваших достойнейших
граждан...
     - Разумеется, мистер Напье.
     - Гамлета, Макбета, Отелло...
     - Все великие роли, мистер Напье.
     Голос Напье понизился до странного шепота.
     - По рукам, мистер Манглс. Они  у меня все попадают со стульев. Клянусь
богом, я нарисую им такую картину страха, ужаса и угрызений совести, что она
будет преследовать их каждую ночь. Выпьем, мистер Манглс, выпьем, а?
     -  Ну  что ж,  - сказал мистер Манглс,  улыбаясь, - немного я, пожалуй,
выпью.
     - Выпьете? -  вскричал  Напье, наполняя  бокалы. -  Вот,  пейте! За мое
появление на вашем Бродвее!..
     -  С удовольствием, сэр. В вас  есть блеск,  который придется  по вкусу
моим согражданам, мистер Напье.
     Напье окончательно захмелел.
     - Вы находите? Ну что ж, посмотрим.
     - Теперь, сэр, что касается условий...
     - К черту условия! Поговорим завтра. Сейчас я не в настроении обсуждать
условия. - И,  уставив трясущийся палец в  посетителя, он  продекламировал с
пьяной страстностью:

            Я любил
     Офелию, и сорок тысяч братьев
     И вся любовь их - не чета моей{13}.

И пустил свой бокал в стену.
     Мистер Манглс понимал толк в зрелищах.
     -  Превосходно,  мистер  Напье.   Наша  публика,   сэр,  романтична   и
возвышенна...
     - Тогда, клянусь небом, мистер Манглс, - вскричал Напье как безумный, -
мне надобно спросить с вас побольше, а вам - поднять цены, если уж мы решили
быть и  романтичными  и  возвышенными  сразу.  Нет,  нет,  мистер  Манглс, -
прибавил он,  видя,  что  тот  пытается что-то вставить, -  завтра,  завтра,
поговорим завтра...
     Он упал на стул возле гримировального столика, обхватил голову руками и
зарыдал  сухо и  сдавленно.  Мистер  Манглс  метнул на  него  проницательный
взгляд, поставил  свой  бокал  и  бесшумно  вышел.  Напье,  ничего не  видя,
неподвижно сидел перед зеркалом.
     Свет начал убывать, и Чиверел подумал:  "Так вот как  это было. Жаль. И
знала ли она - могла ли она знать, - что сталось с тобой, мой друг?"
     Теперь  перед ним  был  лишь бледный  призрак этой сцены, но он все еще
различал  Напье, уронившего  голову на руки среди коробочек с гримом, мелкой
бутафории,  писем  и графинов,  и  зеркало, слабо  мерцавшее  над ним. Потом
что-то   возникло  в  глубине   зеркала...  какое-то  белое  пятно...  лицо,
искаженное горем... Дженни Вильерс...

     16

     Это, несомненно,  снова была Зеленая Комната. Но Зеленая Комната теперь
или тогда? Тут  ли два стеклянных шкафа и портреты на стенах? И на месте  ли
другая дверь  - та, что исчезла за сто лет, прошедших после 1846 года? Бурый
сумрак  стал гуще  и  плотнее, чем  когда-либо, он напоминал  темный  туман.
Чиверел  не  знал,  что  делать.  Если   сосредоточиться  слишком  поспешно,
вооружившись острым скальпелем сознания, все  может внезапно исчезнуть раз и
навсегда, он окажется узником настоящего, и тогда ничего не останется, кроме
портрета, перчатки,  имени да скудных, мелких биографических фактов. Но если
он позволит  своему  вниманию заблудиться в буром тумане  времени, он  может
никогда больше ее не встретить. Наступал  самый важный момент, все остальное
было лишь подготовкой к  нему. Дженни! Крик вырвался из глубины  его сердца,
которому было  все  равно,  кто  это -  живая девушка, избежавшая  смерти  и
освободившаяся из плена своего времени, или просто плод его воображения. Где
она? Дженни Вильерс!
     Ни  звука.  Ни  проблеска  света  в  сумраке.  Ничего,  кроме  смутного
ощущения, что  Зеленая  Комната по-прежнему здесь. Сейчас  он был  не просто
утомлен; его  захлестнула огромная холодная волна страдания, которое  вскоре
могло стать острой болью. Если  он потерял  ее, если это конец  всего, тогда
лучше бы ему было умереть час назад в этом кресле.
     - Дженни! -  кричал он  упрямо  и настойчиво,  словно они  давным-давно
уговорились и сто раз поклялись друг другу встретиться именно на  этом месте
в этот самый час, и вот, наконец, он здесь.
     И ответ пришел к нему в Зеленую Комнату: это был смех, звонкий и ясный,
как серебряный колокольчик.
     Прежний  таинственный  янтарно-золотистый  свет  залил   большую  часть
комнаты,  и только узкое кольцо тени отделяло Чиверела от последней  и самой
странной сцены из  всех  увиденных  им  в  этот  вечер. Дженни была в  белом
платье, юная  и веселая, совсем как в  тот  день, когда Кеттл представил  ее
труппе;  вначале ему  показалось, что  она стоит  в  дверном проеме, залитая
ослепительным светом. И свет  этот был совсем другой. Словно позади нее  был
узкий  короткий  коридор,  уходивший   в  сияющие  солнечные  лучи,  которые
пробивались к ней, и плясали,  и сверкали вокруг ее головы. Она стояла там в
каком-то своем зачарованном мае,  точно пришла из прекрасного золотого века,
из той  мечты, что  вечно  бередит  человеческое  воображение. Однако  потом
Чиверел разглядел,  что  ее обрамляет  не дверной проем, а высокое зеркало в
нише - зеркало, в которое с давних пор  смотрелись актеры и которое пережило
все перемены в Зеленой Комнате. Знакомое зеркало, но сейчас оно было также и
дверным  проемом, потому что Дженни стояла в  нем,  грациозно  балансируя на
самом краю, и таинственным образом  излучала столько света, что все прочие в
комнате казались тусклыми и какими-то поникшими.
     Они напоминали фигуры со старого дагерротипа - оба Ладлоу, Стоукс,  Сэм
Мун  и остальные.  Все были  в  черном и сидели неподвижно, вплотную  друг к
другу, и что-то  слушали с унылым видом. Чиверел  не сразу понял,  что здесь
происходит, ибо  не  только  они  сами  казались  всего  лишь  потемневшими,
обшарпанными  могильными  памятниками  рядом  с ослепительной и полной жизни
Дженни, но  и все их речи были тоскливым, вялым бормотанием  после ее смеха.
Лицом  к  собравшимся  сидел  какой-то   взволнованный  пожилой  человек,  и
постепенно Чиверелу  стало ясно, что  это самая  обычная для старых  зеленых
комнат сцена, а именно - авторская читка новой пьесы на труппе. Автор, некий
Спрэгг,  читал  один  из  ужасных маленьких  фарсов  того  времени,  которые
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 7 8 9 10 11 12 13  14 15 16 17 18 19
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама