Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
SCP-457: Burning man
SCP-081: Spontaneous combustion virus
SCP-381: Pyrotechnic polyphony
Почему нет обещанного видео

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Классика - Мопассан, Ги де Весь текст 602.9 Kb

Милый друг

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 35 36 37 38 39 40 41  42 43 44 45 46 47 48 ... 52
постели.
   - Ну что? - спросил он.
   Никогда еще не видел он ее такой бледной и такой расстроенной.
   - Умер, - прошептала она.
   - А! Что же... он ничего тебе не сказал?
   - Ничего. Когда я приехала, он был уже без сознания.
   Жорж задумался. На языке у него вертелись вопросы, но он  не  решался
задать их.
   - Ложись спать, - сказал он.
   Она быстро разделась и юркнула к нему под одеяло.
   - Кто-нибудь из родственников присутствовал при его кончине?  -  про-
должал он допытываться.
   - Только один племянник.
   - А! И часто бывал у него этот племянник?
   - Никогда не бывал. Они не встречались лет десять.
   - А еще кто-нибудь из родственников у него есть?
   - Нет... Не думаю.
   - Значит... все достанется племяннику?
   - Не знаю.
   - Водрек был очень богат?
   - Да, очень богат.
   - Ты не знаешь примерно, сколько у него может быть?
   - Точно не знаю. Один или два миллиона, что-то в этом роде.
   Больше он ни о чем ее не расспрашивал. Мадлена  потушила  свечу.  Они
молча лежали рядом, в полной темноте, задумчивые и возбужденные.
   Сон у Дю Руа уже прошел. Семьдесят тысяч франков, о которых толковала
г-жа Вальтер, потеряли для него теперь всякое значение. Вдруг ему  пока-
залось, что Мадлена плачет. Чтобы убедиться в этом, он окликнул ее:
   - Ты спишь?
   - Нет.
   Голос у нее дрожал от слез.
   - Я забыл тебе сказать, что твой министр провел нас за нос.
   - Как так?
   Он обстоятельно, со всеми подробностями начал рассказывать ей  о  за-
мыслах Вальтера и Лароша.
   - Откуда ты это знаешь? - когда он кончил, спросила Мадлена.
   - Об этом позволь мне умолчать, - ответил Жорж. - У тебя свои  источ-
ники информации, и я тебя о них не расспрашиваю. У меня - а свои, и я бы
хотел держать их в тайне. Но за достоверность этих  сведений  я  ручаюсь
головой.
   - Да, это возможно, - прошептала она. - Я подозревала, что они что-то
затевают помимо нас.
   Жоржу не спалось; он придвинулся к жене и  тихонько  поцеловал  ее  в
ухо. Она резко оттолкнула его:
   - Прошу тебя, оставь меня в покое! Мне не до баловства.
   Он покорно повернулся к стене, закрыл глаза Ид наконец, заснул.
 
 
   VI
 
   Церковь была обтянута черным, огромный, увенчанный  короной  щит  над
дверями возвещал прохожим, что хоронят дворянина.
   Похоронный обряд только что кончился, и  присутствующие  расходились,
дефилируя перед гробом и перед племянником графа де Водрека; тот раскла-
нивался и пожимал всем руки.
   Жорж и Мадлена вместе пошли домой. Они были озабочены чем-то и храни-
ли молчание.
   - Однако это очень странно! - как бы рассуждая сам с  собой,  заметил
Жорж.
   - Что именно, друг мой? - отозвалась Мадлена.
   - То, что Водрек ничего нам не оставил.
   Мадлена внезапно покраснела, - казалось, будто розовая вуаль,  подни-
маясь от шеи к лицу, закрывала белую ее кожу.
   - А почему, собственно, он должен был нам что-нибудь оставить? - ска-
зала она. - У него не было для этого никаких оснований.
   И, помолчав, прибавила:
   - Очень может - быть, что завещание хранится у какого-нибудь нотариу-
са. Мы еще ничего не знаем.
   - Да, вероятно, - подумав, согласился Жорж, - в конце концов, он  был
нашим лучшим другом, твоим и моим. Обедал у нас два раза в неделю,  при-
ходил в любой час. Чувствовал себя у нас как дома, совсем как дома. Тебя
он любил, как родной отец, семьи у него не было: ни детей,  ни  братьев,
ни сестер - никого, кроме племянника, да и племянник-то не  родной.  Да,
наверно, есть завещание: На что-нибудь  крупное  я  не  рассчитываю,  но
что-то должен же он был подарить нам на память  в  доказательство  того,
что он подумал о нас, что он нас любил и понимал, как мы к нему привяза-
ны. Какого-нибудь знака дружбы мы, во  всяком  случае,  вправе  от  него
ждать.
   - В самом деле, очень возможно, что он оставил завещание, - с  задум-
чивым и безучастным видом заметила она.
   Дома слуга подал Мадлене письмо. Она прочитала его и передала мужу.
   "Контора нотариуса
   Ламанера,
   улица Вогезов, 17
   Милостивая государыня,
   Имею честь просить Вас пожаловать ко мне в контору между двумя и  че-
тырьмя часами во вторник, в среду или в четверг по касающемуся Вас делу.
   Примите и пр.
   Ламанер".
   Теперь уж покраснел Жорж.
   - Это, наверно, то самое. Странно, однако ж, что он приглашает  тебя,
а не меня, законного главу семьи.
   Сперва она ничего не ответила, но, подумав немного, сказала:
   - Хочешь, пойдем туда сейчас же?
   - Да, очень хочу.
   После завтрака они отправились к нотариусу.
   Как только они вошли в контору Ламанера, старший клерк  вскочил  и  с
чрезвычайной предупредительностью провел их к своему патрону.
   Нотариус был маленький человечек, маленький и  весь  круглый.  Голова
его напоминала шар, привинченный к другому  шару,  который  держался  на
двух ножках - до того маленьких и коротких, что в них  тоже  было  нечто
шарообразное.
   Он поклонился, указал на кресла и, обращаясь к Мадлене, заговорил:
   - Сударыня, я пригласил вас для того, чтобы вы ознакомились с  касаю-
щимся вас завещанием графа де Водрека.
   - Так я и знал, - не удержавшись, прошептал Жорж.
   - Сейчас я оглашу этот документ, впрочем, весьма краткий.
   Нотариус достал из папки завещание и прочитал следующее:
   "Я, нижеподписавшийся, Поль-Эмиль-Сиприен-Гонтран граф де Водрек, на-
ходясь в здравом уме и твердой памяти, настоящим выражаю свою  последнюю
волю.
   Так как смерть всегда может застигнуть нас врасплох, то, в  предвиде-
нии ее, я рассудил за благо составить завещание, каковое будет храниться
у нотариуса Ламанера.
   Не имея прямых наследников, я все  свое  состояние,  заключающееся  в
процентных бумагах на сумму шестьсот тысяч франков и в  недвижимом  иму-
ществе стоимостью приблизительно в пятьсот тысяч франков оставляю госпо-
же Клер-Мадлене Дю Руа, не ставя ей при этом никаких условий и не  нала-
гая на нее никаких обязательств. Прошу ее  принять  этот  дар  покойного
друга в знак преданности и почтительной глубокой привязанности".
   - Вот и все, - присовокупил нотариус. - Завещание это помечено авгус-
том прошлого года, и оно заменяет собой другой подобный же документ, ка-
ковой был составлен два года тому назад на имя госпожи  КлерМадлены  Фо-
рестье. Первое завещание также хранится у меня и в  случае  протеста  со
стороны родственников может служить доказательством, что воля  графа  де
Водрека осталась неизменной.
   Мадяена, бледная как полотно, сидела потупившись. Жорж нервно  покру-
чивал усы.
   - Само собой разумеется, - после некоторого молчания заметил  нотари-
ус, - что без вашего согласия супруга ваша не может принять наследство.
   Дю Руа встал.
   - Я должен подумать, - сухо сказал он.
   Нотариус, приятно осклабившись, наклонил голову.
   - Понимаю, сударь: вас заставляет колебаться известная щепетильность.
Считаю нужным прибавить, что племянник графа де  Водрека,  ознакомившись
сегодня утром с последней волей своего дяди, выразил  готовность  подчи-
ниться ей в том случае, если ему будет выдана сумма в сто тысяч франков.
На мой взгляд, завещание неоспоримо, но процесс наделал бы много шуму, а
вы, вероятно, пожелаете его избежать. В обществе всегда могут возникнуть
недоброжелательные толки. Во всяком случае, не могли ли бы вы  дать  мне
ответ по всем пунктам до субботы?
   Дю Руа утвердительно кивнул головой:
   - Хорошо, сударь.
   Он церемонно раскланялся, пропустил вперед жену, которая за все время
не проронила ни слова, и вышел с видом  оскорбленного  достоинства,  так
что нотариус перестал улыбаться.
   Придя домой, Дю Руа с силой захлопнул за собой дверь и бросил на кро-
вать шляпу.
   - Ты была любовницей Водрека?
   Мадлена, снимая вуаль, тотчас обернулась.
   - Я? О!..
   - Да, ты. Кто это станет завещать все свое  состояние  женщине,  если
она не...
   Мадлена вся дрожала и никак не могла отцепить булавки, которыми  была
приколота прозрачная ткань.
   - Полно... полно... - подумав секунду, прерывающимся от волнения  го-
лосом заговорила она. - Ты с ума сошел...  Ты...  ты  не  ты  ли  сам...
только что... высказывал предположение... что он тебе  что-нибудь  оста-
вит?
   Жорж, стоя около нее, точно следователь, который старается поймать на
чем-нибудь подсудимого, сторожил малейшее изменение ее лица.
   - Да... Водрек мог оставить что-нибудь мне...  -  отчеканивая  каждое
слово, заговорил он, - мне, твоему мужу... мне, своему приятелю... пони-
маешь?.. но не тебе... не тебе, своей приятельнице... не тебе, моей  же-
не... Тут есть существенная, огромная разница с  точки  зрения  светских
приличий... и общественного мнения.
   Мадлена тоже смотрела в его прозрачные глаза,  смотрела  пристальным,
сосредоточенным и странным взглядом - как бы для того, чтобы прочитать в
них что-то, заглянуть в темную область человеческого сознания, в которую
никому не дано проникнуть и которая приоткрывается лишь на минуту, в  те
краткие мгновения, когда мы рассеянны, не держим себя в руках, не следим
за собой, в мгновения, приподнимающие завесу над тайниками души.
   - Все же мне думается, что... - медленно, с  расстановкой  заговорила
она, - что по меньшей мере столь же странным показалось бы, если б такое
колоссальное наследство было оставлено... тебе.
   - Это почему же? - резко спросил он.
   - Потому что... - Она запнулась, но сейчас же нашлась: -  Потому  что
ты мой муж... потому что, в сущности, он очень мало знал тебя...  потому
что я его старый друг... я, а не ты... потому что  и  первое  завещание,
составленное еще при жизни Форестье, было в мою Пользу.
   Жорж большими шагами ходил по комнате.
   - Ты должна отказаться от наследства, - заявил он.
   - Хорошо, - равнодушно сказала она, - но тогда нечего ждать  субботы,
мы можем сейчас же известить Ламанера.
   Он остановился перед ней. И снова они  несколько  мгновений  смотрели
друг на друга в упор, - каждый силился разгадать  тайну,  заключенную  в
сердце другого, докопаться до корней его мысли, в глазах у каждого стоял
жгучий и немой вопрос, пытавшийся обнажить  совесть  другого.  Это  была
сокровенная борьба двух существ, которые, живя бок о бок, остаются чужи-
ми, ибо хотя они вечно подозревают, выслеживают, подстерегают друг  дру-
га, но илистое дно души одного из них оказывается недоступным для друго-
го.
   - Послушай, признайся, что ты была любовницей Водрека, -  не  повышая
голоса, неожиданно бросил он ей в лицо.
   Она пожала плечами.
   - Ты говоришь глупости... Водрек был очень привязан ко мне,  очень...
но больше ничего... никогда...
   Он топнул ногой.
   - Ты лжешь. Этого не может быть!
   - И все же это так, - спокойно возразила она.
   Он опять зашагал по комнате и снова остановился.
   - Ну так объясни, почему он все свое состояние оставил именно тебе...
   - Очень просто, - с бесстрастным видом, небрежно процедила Мадлена. -
Ты же сам говорил, что, кроме нас, вернее кроме меня, друзей у  него  не
было, - меня он знал еще ребенком. Моя  мать  была  компаньонкой  у  его
родственников. У нас он бывал постоянно, и так как прямых наследников  у
него нет, то он и подумал обо мне. Что он меня немножко любил, это  воз-
можно. Но кого из женщин не любили такой любовью? Быть  может,  эта  его
тайная, тщательно скрываемая любовь и подсказала ему мое имя,  когда  он
взялся за перо, чтобы выразить свою последнюю волю, - что ж тут  такого?
Каждый понедельник он приносил мне цветы. Тебя это нисколько не  удивля-
ло, а ведь тебе-то он не приносил цветов, правда? Теперь он  по  той  же
самой причине отказывает мне свое состояние, да ему и некому  его  оста-
вить. Напротив, было бы очень странно, если б он оставил его тебе. С ка-
кой стати? Что ты для него?
   Тон у нее был до того естественный и спокойный, что Жорж поколебался.
   - Все равно, - сказал он, - при таких условиях мы не должны принимать
наследство. Это может нам очень повредить. Пойдут пересуды,  все  станут
надо мной смеяться, трепать мое имя. Сослуживцы и так уже завидуют  мне,
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 35 36 37 38 39 40 41  42 43 44 45 46 47 48 ... 52
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (14)

Реклама