Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Проза - Митчел Маргарет Весь текст 4183.05 Kb

Унесенные ветром. Скарлетт.

Предыдущая страница Следующая страница
1  2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 357
дератов сдались.
   Передовые силы праздновали победу. Но, как выяснилось,  дело  свободы
продвинулось недалеко. На поверженные пространства пришел строй, о кото-
ром сказал поэт: "Знаю, на место цепей крепостных люди  придумали  много
иных". Финансовая аристократия сменила  земельную.  В  стране,  лишенной
опыта истории, противоречия прогресса сказались с особой остротой:  хищ-
ничество, спекуляции и циничное ограбление труда расцвели, почти не  ве-
дая препятствий. "Лучшие американские авторы, - писал К. Маркс, - откры-
то провозглашают как неопровержимый факт, что хотя война против  рабства
и разбила цепи, сковывавшие негров, зато, с другой стороны, она  порабо-
тила белых производителей". Явились новые хозяева, о которых  недвусмыс-
ленно сказано в романе: То были "некие Гелерты, побывавшие уже в десятке
разных штатов и, судя по всему, поспешно покидавшие каждый, когда  выяс-
нялось, в каких мошенничествах они  были  замешаны;  некие  Коннингтоны,
неплохо нажившиеся в Бюро вольных людей одного отдаленного штата за счет
невежественных черных, чьи интересы они, судя по всему, должны были  за-
щищать; Дилсы, продававшие сапоги  на  картонной  подошве  правительству
конфедератов и вынужденные потом провести последний год войны в  Европе;
Караханы, заложившие основу своего состояния в игорном  доме,  а  теперь
рассчитывавшие на более крупный куш, затеяв на бумаге строительство  не-
существующей железной дороги на деньги штата..." и т.д. Нравы,  вводимые
ими, быстро сказались на образе жизни страны.
   Отсюда пришло то удручающее сочетание дикости  и  цивилизации,  минуя
культуру (то есть представление о смысле), которое всегда так останавли-
вало друзей Америки и стало чувствоваться теперь через соприкосновение с
нею в прессе, психологии, быту - везде. Здесь родилось  то  удивительное
состояние, когда могучая страна, полная инициативы, богатств и техничес-
кого совершенства, оказалась столь бедной по части обыкновенных  понятий
- к чему все это существует и куда движется.
   Смысл жизни? Вам ответят: любой смысл для жизни, причем для моей жиз-
ни, а если не подходит, к черту его. А чтобы не разодралось в клочья об-
щество, установить правила, как на охоте, да и в любой мафии они сущест-
вуют; впрочем, тоже не абсолютные, их можно и переходить - но только  уж
если переломают кости и выбросят, не обижайся: знал, на что шел.  Попро-
буйте возразить этой логике; интересно, сразу ли найдетесь?
   Потом ведь это и свобода. Мало ли какие у меня  могут  быть  желания:
хотите подавлять их, насиловать - увольте. Скажите такому, что эта  сво-
бода помещает вас в рабство, - тому,  кто  умеет  раздробленные  желания
быстро удовлетворять, потакать им, разжигать их,  по  своему  усмотрению
управлять ими; что это-худшее из рабств, потому что исключает самую воз-
можность слышать смысл и делает вас абсолютной пешкой в руках  потакате-
ля; скажите - не услышит.
   В самом деле, здесь ведь был проведен этот опыт -  жить  без  власти,
без правительства - мечта! В Америке была провозглашена эта доктрина,  и
обобщил ее американский гуманист Генри Торо, сказав, что  лучшее  прави-
тельство то, которое менее всего правит. Чего  бы,  кажется,  лучше.  Но
свято место пусто не бывает, и на место человека явилось  правительство,
никакому лицу действительно не принадлежавшее и никакому принципу (нако-
нец!) не подчинявшееся, зато и прибравшее своих  подданных  как  никогда
раньше: деньги...
   Короче, Маргарет Митчелл имела достаточно оснований протестовать про-
тив отождествления Америки с янки и повернуть свой роман  к  изображению
того, о чем сказал, вглядываясь в Новый Свет, неведомый ей Пушкин:  "Все
благородное, бескорыстное, все возвышающее душу человеческую - подавлен-
ное неумолимым эгоизмом и страстию к довольству (comfort)".
   Другое дело, что задача, которую писательница  себе  поставила,  была
необычайно трудна. Решая ее одиноко, нелегко было избежать  ошибок,  из-
вестных в истории. Америка - это не янки, хорошо, но кто же тогда? Уж не
те ли, кого Север беспощадно разорил? Потерянный, невозвращенный  уклад,
очистившийся  в  памяти  и  готовый  сойти  за  реальность...  Искушение
сильное, и ушла ли от него писательница вполне, сказать трудно. Так,  по
крайней мере в первом впечатлении можно было понять заглавие  ее  книги,
взятое из стихотворения Горация в популярном у  американцев  переложении
Эрнста Доусона: "Я забыл многое, Цинара; унесенный ветром,  затерялся  в
толпе аромат этих роз...", и название поместья - Тара  (древняя  столица
ирландских королей), также широко известное по балладе  английского  ро-
мантика Томаса Мура:
   Молчит просторный тронный зал,
   И двор порос травой:
   В чертогах Тары отзвучал
   Дух музыки живой.
   Так спит гордыня прежних дней.
   Умчалась слава прочь, -
   И арфы звук, что всех нежней,
   Не оглашает ночь.
   (Перевод А. Голембы.)
   Правда, вглядевшись, можно было понять, что писательница  не  слишком
жалует обитателей этих романтических времен. В ее романе они  обрисованы
такими, какими они, вероятно, и были: запоздалые дворяне, которые в дру-
гих странах стали отмирать,  давая  дисциплинированных  выходцев-ученых,
писателей, или вырождаться в рантье, а здесь, с щедрой землей и  рабами,
сложились в барскую вольницу; темпераментная дичь, независимая и  безна-
казанная. Лучшие из них, как отмечено в романе, сознавали это сами: "Наш
образ жизни так же устарел, как феодальная система средних  веков".  Ци-
ничный Ретт высказался еще жестче: "Это порода чисто орнаментальная".
   Строчка из баллады Мура "Так спит гордыня прежних дней" тоже  звучала
недаром. "Дети гордости" - так назвал историк Роберт Мэнсон Майерс  свой
трехтомник, вышедший в 1972 году, где он собрал  переписку  одной  южной
семьи за четырнадцать лет (с 1854 по 1868 г.), то есть до,  во  время  и
после Гражданской войны. Если наши издательства заинтересуются когда-ни-
будь документальным вариантом описываемых событий, лучшей книги не  най-
ти. История преподобного Ч. - К. Джонса, его жены, детей, тетки, сестер,
племянниц и т.д., чуть не полностью совпавшая с романом Митчелл  (вплоть
до ребенка, рождающегося в заброшенном доме), открыла поразительную кар-
тину упорства, способного принимать мир только с высоты, пусть и вообра-
жаемой. Слова из "Автобиографии" основателя нации Бенджамина  Франклина:
"... из наших природных страстей труднее всего, может быть, совладать  с
гордостью" - подходили к ним как нельзя более.
   Сложнее, что сама писательница оказалась  несвободной  от  этих  нас-
ледственных пристрастий. Так, в ее книге, несомненно, дает о себе  знать
патерналистский подход к неграм - дружелюбно-покровительственное отноше-
ние, готовность оценить и понять их сколько угодно, но - "на своем  мес-
те". Читатель без труда уловит его в том, как она противопоставляет  ис-
торию своего дядюшки Питера известному дяде Тому Г. Бичер-Стоу, как  ри-
сует кормилицу Мамушку, Большого Сэма и др. Эти ноты у  Митчелл  сквозят
даже намеренно вызывающе, когда, например,  она  начинает  рассказывать,
как "в области, давно знаменитой своими добрыми отношениями между рабами
и рабовладельцами, начала расти ненависть и подозрительность" (не  желая
замечать, что если подобные отношения где-то и существовали, то это зна-
чило лишь, что одобряемые ею невольники были не просто по положению, а и
по чувствам рабы; не желая знать ничего о том действительном сопротивле-
нии, которое с самого начала все сильнее охватывало негритянское населе-
ние и принимало самые разные формы, от пассивного притворства до побегов
и организованных восстаний, - как у Габриеля и Ната Тернера); или усмат-
ривает в нарождавшемся ку-клукс-клане защиту белых  женщин  от  насилий.
Подобные утверждения, разумеется,  никакого  сочувствия  и  прогрессивно
мыслящих американцев вызвать не могли; они противоречили основной тради-
ции американской литературы от Марка Твена до Фолкнера. Все  это  сильно
затруднило отношения Митчелл с демократической  Америкой,  которая  одна
могла поддержать ее сопротивление чистогану.
   Однако судить роман по этим всплескам сословного высокомерия было  бы
большим упрощением. Мы знаем и великие примеры, - как Толстой в  предис-
ловии к "Войне и миру" объявлял, что его не интересуют низшие  сословия,
а его Николай Ростов одним молодецким ударом усмирял мужицкий  бунт.  Но
именно эпическая правда этой книги подготовила его поворот к  "Воскресе-
нию", "Не могу молчать" и открытый переход на сторону народа.  Неизвест-
но, куда бы пошла дальше Митчелл, не  оборви  ее  жизнь  пьяный  таксист
(1949 г.). Но ясно, что крушение рабства вытекает из ее романа с очевид-
ностью необратимой. Что касается ее критики неожиданного расизма освобо-
дителей - холодного,  брезгливо-отчужденного  и  куда  более  последова-
тельного, чем прежняя дикость, то исторический опыт, к сожалению, ее оп-
равдают. Когда волна негритянского движения в  стране  заставила  заново
взглянуть на историю и реальное положение негритянского населения, выво-
ды специалистов ее полностью подтвердили: "Права негров были  немедленно
выброшены за борт, как только северные политические и экономические  ли-
деры решили, что для защиты своих интересов больше не нуждаются в их го-
лосах".
   Одно в книге Митчелл не требовало никаких подтверждений:  сама  Скар-
летт.
   Литература отличается от подделок, между прочим, и тем, что  читатель
чувствует себя в чужой душе, как в собственной.  В  век  разобщения  эта
черта незаменима. Со Скарлетт добавилось и то, что она попала в  положе-
ние, близкое в новой Америке многим. Человек без культуры, с  сильным  и
острым умом и бешеной жаждой жизни, на которого обрушились все проблемы,
- несоизмеримые с ним и, кажется, непосильные, - стал побеждать их,  ни-
чего о них заранее не зная; этот опыт, конечно, притягивал каждого, кому
он был по-своему знаком.
   Вопрос был все тот же: как пронести и развить внутренние  ценности  в
мире оголенно-практического интереса. "Ах, какою леди до кончиков ногтей
она станет, когда у нее опять появятся деньги!  Тогда  она  сможет  быть
доброй и мягкой, какой была Эллин, и будет печься о других  и  думать  о
соблюдении приличий... И она будет доброй ко всем несчастным, будет  но-
сить корзинки с едой беднякам, суп и желе-больным, и "прогуливать" обде-
ленных судьбой в своей красивой коляске". А пока... пока "она  не  может
вести себя как настоящая леди, не имея денег", и бросила все силы  своей
богатой натуры на их добывание.
   Так сплелся клубок противоречий, нерасторжимо связавший в ней чистоту
и перерождение, идеал и порок, где  главное  было  не  потерять  дороги,
как-то выбраться. Все соединило в себе и ее имя, удачно найденное в пос-
ледний момент, прямо в издательстве, в английском звучании которого есть
и алый цветок, наподобие нашего горицвета, и болезнь
(сохранившееся и в русском названии -  скарлатина),  и  "блудница  на
звере багряном"...
   Не поддавался этот характер и мнениям, в которые  его  пытались  уло-
вить. Напряжение и сила, с  какими  боролась  эта  душа  против  обстоя-
тельств, терпя поражения, падая, часто не понимая смысла  происходящего,
но не сдаваясь, - не позволяли этого сделать. Напрасно говорил ей  Ретт,
выдавая желаемое за правду: "Мы оба негодяи". Он - циник по убеждению  и
точному расчету наперед; она  -  под  давлением  необходимости,  которую
обычно не сознавала до последней минуты, пока не вынуждена была  преодо-
леть ее, выстоять, выжить ("выживание" - так определила тему своего  ро-
мана Митчелл). Ее прыжки навстречу опасности, не предвиденной ею,  мета-
ния, взлеты и временный мрак составили незабываемую картину души, за ко-
торой стали следить затаив дыхание миллионы читателей.
   Видя, как приняли ее Скарлетт, писательница  растерялась.  А  попытки
репортеров расспросить ее, не списала ли она эту женщину с себя, привели
ее в бешенство. "Скарлетт проститутка, я - нет!"  "Я  старалась  описать
Предыдущая страница Следующая страница
1  2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 357
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (1)

Реклама