Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
SCP-381: Pyrotechnic polyphony
Почему нет обещанного видео
Aliens Vs Predator |#6|
Aliens Vs Predator |#5| I'm returning the supercomputer

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Русская фантастика - Лукьяненко С. Весь текст 620.86 Kb

Звездная тень

Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3  4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 53
сразу  начинают лезть в голову разные мысли. А я не хотел сейчас думать. Ни
о чем. Куда легче оказалось выбрать на потолке точку и не отводить  от  нее
взгляда.
   Так -- легче.  И  можно  слушать голос деда, идущий из пасти счетчика, и
забывать о том, что произошло.
   --  Обширное кровоизлияние, Петр. Инсульт. Я никогда не исключал  такого
варианта,  но  уж очень не вовремя он выпал. Думаю, сутки бы я продержался,
но не больше...
   Голос у деда спокойный. И не потому, что он сейчас в теле Карела. Он  бы
говорил  так  же  ровно  и сухо, валяясь парализованным на койке. Наверное,
таким тоном он и соглашался на предложение счетчика...
   --  Данилов  принял  мое   решение   сразу.   Маша   вот...   почти   не
разговаривает. Ничего, тоже привыкнет.
   --  Как это было? -- с болезненным любопытством спросил я.
   --  Меня  усыпили.  Карел считает, что иначе я сошел бы с ума в процессе
перекачки сознания. А так... словно засыпаешь в одном теле, а  просыпаешься
в другом.
   --  Это  страшно,  дед? -- поинтересовался  я.  И тут же проклял себя за
глупый вопрос. Но дед ответил спокойно:
   --  Не очень. В конце концов, я давно готовился... хм... уйти  насовсем.
А  случившееся  все-таки  вариант  не  из худших. Тяжело привыкать к новому
зрению. Если бы ты знал, _каким_ я тебя сейчас вижу... это очень смешно.  К
этим...  лапкам  трудно  привыкнуть.  К  тому,  что ходишь на четвереньках.
Впрочем, я пытаюсь не двигаться, этим занимается Карел.
   --  Ты... вы... можете общаться? Напрямую? Ты читаешь его мысли...
   --  Нет. Как я понимаю, Карел выделил для моего сознания  локализованный
участок  своего  мозга,-- дед  оживился.-- Интереснейшая раса, Петр!  Какие
огромные возможности! Вот, к примеру...
   Если не смотреть на рептилоида -- то все в порядке. Дед просто  излагает
абстрактную  проблему:  что  чувствует человек, оказавшись в нечеловеческом
теле, да еще и не полноправным хозяином, а случайным гостем...
   Ребенком я однажды подцепил корь. Да и мало кто ухитрялся не болеть ею в
детстве.  У  меня  слезились  глаза,  я  не  мог  смотреть на свет, лежал в
зашторенной комнате и мучился от того, что дед забрал компьютер... от греха
подальше.  Вместо  него  он  купил  и  поставил музыкальный центр, какой-то
невообразимо навороченный, с обилием возможностей, и я, лежа в постели,  на
ощупь  разбирался  с  пультом.  До  сих  пор помню все кнопки на ощупь... и
радость,  когда  нажатие  очередной  вылавливало   в   эфире   какую-нибудь
радиостанцию  или  запускало  сидишник.  Но  лучше  всего  было,  когда дед
приходил, садился рядом и начинал со мной разговаривать. В первый же день я
спросил  его,  почему  от  кори  нельзя  быстро вылечиться, и он прочел мне
десятиминутную лекцию об этой  болезни.  Вряд  ли  дед  разбирался  в  этом
раньше,  но  когда  я  заболел, ему потребовалось полчаса, чтобы вникнуть в
суть проблемы.
   --  Вирусная инфекция, Пит,-- тогда он любил называть  меня  Питом.-- На
этом   фронте  медицины  особых  успехов  нет.  Говорят,  у  чужих  имеются
эффективные препараты для уничтожения вирусов, но с нами  они  делиться  не
собираются...  У  тебя  сейчас  поражена лимфатическая система, помнишь, мы
читали книжку "Как внутри  меня  все  устроено"?   Еще  вирус  гнездится  в
ретикулоэндотелиальной  системе,  но  ты  этим  голову  не  забивай. Ничего
страшного нет, я тоже в детстве переболел корью.
   --  Я не умру? -- спросил я, потому что мне стало немного страшно.
   --  Если  не  начнется  коревый  панэнцефалит -- нет,-- обрадовал   меня
дед.-- Но это маловероятно.
   --  А что такое панэнцефалит?
   Дед объяснил, обстоятельно и подробно. Тогда я не выдержал и заплакал. И
даже выкрикнул, что не хочу ничего этого знать, и лучше бы он молчал...
   Дед положил мне  на  лоб  холодную  ладонь,  подождал,  пока  я  немного
успокоюсь, и сказал:
   --  Ты  не  прав, Пит. Страх -- в неизвестности. Это единственный страх,
который можно себе  позволить.  А  когда  знаешь -- бояться  нельзя.  Можно
ненавидеть и презирать болезнь. Бояться нельзя.
   --  А  ты  не боялся, когда был маленький и болел? -- обиженно выкрикнул
я.
   --  Боялся,-- помолчав, сказал дед.-- Но я был не прав...
   Сейчас он был прав. Сейчас он не боялся.
   Или имел достаточно сил, чтобы этого не показывать. То, что случилось  с
ним,  словно  бы  стало  академическим  случаем,  который  он излагал перед
потрясенными коллегами. А ведь  он  и  впрямь  это  сделает,  с  превеликим
удовольствием, если удастся уговорить счетчика отправится на Землю!  Влезет
на  кафедру  в  лекционном  зале,  оскалится,  удовлетворенно   взирая   на
побелевшие  лица СКОБистов, экзобиологов, ксенопсихологов, экстратерральных
лингвистов, дипломатов-инопланетчиков... И гаркнет: "Как ни странно, я  все
тот   же   старый   хрыч  Андрей  Хрумов,  хоть  и  сижу  в  уродском  теле
рептилоида"...
   --  Как ни странно, я все тот же Андрей Хрумов, хоть и похож немного  на
варана,-- сказал  дед.-- И если Карел не решит очистить свою память, то мне
светит еще долгая жизнь...
   --  Так ты меня переживешь, дед,-- сказал я.
   --  Возможно,-- легко согласился он.
   Я покосился на деда... на Карела. Счетчик лежал на полу. Будь это просто
рептилоид, он забрался бы на спинку кровати.
   --  Что он делает, когда ты... снаружи?
   --  Не  знаю, Петя,-- сказал дед.-- Мне кажется, ему даже нравится такая
возможность. Он же всегда имел два сознания, и вряд ли внешний мир  занимал
его  больше, чем внутренний. Другой бы на месте счетчика стал шизофреником,
а ему все равно...
   --  А ты, деда?
   --  Я?
   Кажется, он попытался вздохнуть, но в теле счетчика это было непросто.
   --  Петя,  в  определенном  возрасте  такие   мелкие   неудобства,   как
негнущиеся   суставы,   слепнущие   глаза,   или,  например,  пребывание  в
нечеловеческом теле, отступают перед самой возможностью жить.
   --  Как ты будешь дальше,  дед? -- тихо  спросил  я.-- Здесь...  хорошо,
здесь только мы и алари. А на Земле?
   --  Часто  ли  я  выходил  из дома в последние годы? -- вопросом ответил
дед.
   --  А счетчик захочет...
   --  Он предложил мне компромисс. Пятьдесят лет  мы  пробудем  на  Земле.
Карел  будет  послом  Счетчиков  у человечества. Потом полвека послом у них
буду я, все равно на их планете человеку не выжить. И по новой.
   Это было очень, очень щедрое предложение. И не только для деда, для всей
Земли.  Дипломатические контакты -- качественно иной уровень в отношениях с
расами Конклава.
   Потом до меня дошел весь смысл его слов.
   --  Сколько живут счетчики, дед?
   --  Очень долго, Петя,-- он ответил не сразу.-- Куда дольше нас.
   --  А про их мир ты что-нибудь узнал?
   И в это мгновение рептилоид  неуловимо  изменился.  Он  дернул  головой,
потянулся и резко сказал:
   --  Петр, я прошу не затрагивать данную тему.
   Секунда -- и  Карел  ушел,  спрятался во второй слой своего сознания. Но
меня словно кипятком обдало. Нет, не с дедом, точнее -- не только с дедом я
разговаривал.  Счетчик  все  время  был  рядом. Слушал, смотрел, делал свои
выводы.
   --  Неудобно снимать комнату в  доме  со  стеклянными  стенами,-- сказал
дед. На этот раз -- именно дед...
   Была  какая-то  злая  и  едкая  ирония  судьбы  в том, что именно Андрею
Хрумову выпало доживать век в нечеловеческом теле. Причем -- именно век, по
меньшей мере.
   Я  присел  на  постели,  посмотрел  на  рептилоида. Нас оставили вдвоем,
вернее -- втроем. Вероятно, чтобы  мы  смогли  уладить  семейные  проблемы?
Увы, бывают ситуации, которые лучше и не пробовать разрешать, ибо разрешить
их просто невозможно.
   --  Дед, что ты решаешь? Я имею в виду Геометров.
   --  Дальнейшие  решения  будут  принимать   те,   кто   имеет   на   это
право,-- просто  ответил  он.-- Я  предоставлю  свои рекомендации, но не от
меня зависит, с кем пойдет Земля. Надеюсь все же, что с Геометрами.
   --  Дед, это ошибка.
   --  Петр! -- рептилоид   дернулся,   в   тщетной   попытке    изобразить
человеческое  возмущение.-- Все,  описанное  тобой,  не  выходит  за  рамки
нормального общества.
   --  Выходит,-- твердо сказал я.-- И далеко.
   --  Петр,  тобой  сейчас  движет  чисто  эмоциональная   реакция.   Тебя
возмутила их структура власти? Власть, построенная на воспитании?
   --  И это тоже. Понимаешь, это система, не оставляющая шансов. При любой
тирании, любой диктатуре, всегда есть сопротивление  со  стороны  общества.
Это  от  рождения,  наверное,  закладывается.  Пока  есть  деление  мира на
внешний -- враждебный, и  на  внутренний -- семью,  всегда  существуют  две
логики, две модели поведения... Даже три,-- не удержался я,-- на стыке двух
систем возникает личность как таковая, сплав общества  и  наследственности.
Это  дает  свободу.  Но  мир,  уничтоживший  семью  как таковую, становится
монолитен. Нет конфликта.  Нет  двойной  морали.  Нет...  нет  свободы  как
таковой, наверное...
   --  Вот  я  воспитал  тебя  на  свою  голову,-- промолвил  дед,-- и  что
хорошего?
   --  А я не просил меня воспитывать,-- сказал я.
   Дед помолчал, прежде чем ответить:
   --  Удар ниже пояса, Пит.
   Но меня не растрогало детское имя:
   --  У тебя и пояса сейчас нет. Дед, как бы там ни было, но  ты  воспитал
во  мне  именно  право  решать.  Свободу.  Так?  Ты хотел этого? Так вот, я
уверен, что мир Геометров ничего хорошего Земле не принесет.
   --  Петя, ты видел там, у них, нищих?
   Я молчал, мне нечего было ответить, но  к  счастью,  дед  решил  усилить
эффект:
   --  Бандитов, преступников?
   --  Видел. Я сидел в концлагере.
   --  Если  верить  твоему описанию, так это не самое ужасное место, Петя!
Миллионы людей у нас живут в куда худших условиях. Ты видел лагеря беженцев
под  Ростовом?  Или  молодежные трудовые поселения в Сибири? -- дед повысил
голос, выжимая  из  горла  рептилоида  все,  что  возможно.-- Посмотрел  на
изнаночку  чужой  планеты -- своя  медом  показалась? Опомнись, Петя! Земля
вовсе не тот курорт, которым ты привык ее считать!
   Я вспомнил бескрайнюю холодную  тундру.  Цепочку  сторожевых  вышек,  на
которых  обитали  _гибкие  друзья_. Историка Агарда Тараи, знающего слишком
много правды, но даже при этом не способного протестовать.  Баня  почему-то
вспомнилась.  Словно  по  контрасту -- раскаленный  ветер  и  толпа  людей,
боящихся  коснуться  друг  друга.  А  еще  пацаны   из   интерната   "Белое
море" -- славные, ершистые мальчишки, которых бережно и с любовью превратят
в славных, послушных роботов.
   --  Земля -- это рай,-- сказал я.-- Поверь, деда.
   Он как-то даже  осекся  от  моего  тона.  Замотал  треугольной  вараньей
головой, промолвил:
   --  Столкновение  утопии  с  реальностью  всегда приводит к деформациям.
Утопия искажается, но...
   --  Нет, дед. Это не утопия деформировалась, а реальность.
   --  Что  тебя  наиболее  возмутило  в  их  мире,  Пит? -- спросил   дед,
помолчав.
   Это  было  как привет из детства. Умение вычленять главное, которому так
долго учил дед. "Не ной, объясни, что у  тебя  болит!  Не  бросай  учебник,
скажи, что непонятно! Не реви, вспомни, _как_ тебе разбили нос!"
   --  Наставники.  Их  уверенность  в  себе.  Их...  их стремление творить
добро.
   Дед очень натурально крякнул:
   --  Да что же ты заводишься, Петя? Это ведь здорово, что  люди  верят  в
свою правоту! Что они пытаются воспитать детей! Хорошие учителя -- вот чего
не хватает нашему обществу!
   Я вдруг вспомнил Тага. И ответил, пожав плечами:
   --  А детям не нужны хорошие учителя. Им нужны хорошие родители.
   Внезапно дед захихикал:
   --  Петя, меня всегда  поражали  твои  лакуны  в  знаниях  и  умение  их
заполнять. Ты вот сейчас споришь с авторитетами...
   --  А с авторитетами всегда приходится спорить. У них должность такая.
   --  Если  бы  я это знал раньше...-- начал дед.-- Ладно. Чего ты хочешь,
Петя?
   --  Тень, дед. Я должен отправиться...
   --  Почему именно ты?
   --  Я знаю Геометров. Значит, сумею быстрее понять их врагов.
   --  И как ты мыслишь  это  путешествие?  Джампом?  Тридцать  две  тысячи
световых  лет,  делим на двенадцать целых, три десятых... ух ты, всего лишь
Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3  4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 53
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (2)

Реклама