Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Проза - Владимир Кунин Весь текст 498.44 Kb

Русские на Мариенплац, Рождественский роман в 26 частях

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 4 5 6 7 8 9 10  11 12 13 14 15 16 17 ... 43
   Собрала свои вещи в одну огромную сумку, принадлежавшую когда-то тете
Хесе, поднялась к Лифшицам и вызвала по их телефону такси. Сволокла  тя-
желенную сумку и гитару со второго  этажа,  села  в  такси  и  уехала  в
Тель-Авив, повторяя про себя засевшие в мозгу  дурацкие,  успокоительные
слова:
   - Ничего, все образуется... Все будет хорошо!..
   Оформим мы с Гришкой у этих жуликов с улицы Ха-Негев заграничный пас-
порт для меня за две тысячи шекелей, купим на оставшиеся деньги еще один
билет и умотаем вместе с моим одесситом  в  Южную  Африку,  в  Иоганнес-
бург... То-то Гришаня будет счастлив! Он так  уговаривал  меня  ехать  с
ним! Выучу там английский и... Все образуется! Все будет хорошо!..
   - Он только вчера улетел, - сказал мне хозяин  "Дома  для  бездомных"
Яков. - Подвернулся горящий льготный билет -  на  сто  долларов  дешевле
нормального... Когда устроится, обещал прислать для тебя адрес. Не огор-
чайся. Иди в свою комнату. Живи. Денег не надо. Жди...
   Сутки я пролежала на нашем топчане, тупо уставившись в собственноруч-
но побеленный потолок...
   Приходила жена Якова - приносила какую-то еду. Молча  посидела  рядом
со мной и ушла. Рано утром пришел Яков с младшей дочерью. Отдал ей  нет-
ронутую тарелку и велел идти домой.
   Говорил сам, не нуждаясь ни в моих ответах, ни в возражениях:
   - В тебе нет любви. Тебе не нужно лететь за  Гершеле  в  Иоганнесбург
потому, что ты не любишь его. Это он тебя любил, а ты  только  принимала
его любовь. Тебе не нужно возвращаться в Беэр-Шеву. Если бы ты  там  ко-
го-нибудь очень сильно любила - ты не примчалась бы  сюда  через  четыре
дня. Тебе не нужно оставаться в Израиле. Ты не знаешь и не  любишь  его.
Но это не твоя вина. К счастью, катастрофа мирового еврейства прошла ми-
мо тебя. Но ты хорошая девочка, и тебе сейчас очень плохо.  Иди  к  этим
гангстерам, которые делали паспорт твоему другу. Скажи, что ты хочешь  в
Мюнхен, в Германию. Наври им что угодно, но только в Мюнхен.  Там  живет
мой старший двоюродный брат. Я не видел его двадцать семь лет, но  знаю,
что он большой человек в Мюнхенской еврейской общине. Купи паспорт, а  я
напишу ему письмо. И улетай в Мюнхен. Может быть, там  ты  обретешь  лю-
бовь. Потому, что без любви нельзя жить ни в одной стране.
   - Считаем бабки! - сказала я себе, когда с  огромной  высоты  увидела
под собой Средиземное море.
   Заграничный паспорт мне обошелся всего в полторы тысячи шекелей,  так
как я клятвенно заверила главу этой конторы, что по возвращении в  Изра-
иль обязательно пересплю с ним. А пока, дескать, у меня  -  месячные,  и
ему придется подождать, как бы мы оба ни мечтали это сделать сейчас
   же - на полу, на столе, на люстре - где угодно!
   Итак, я сэкономила пятьсот шекелей. Зато  билет  на  "Люфтганзу"  мне
этот бандит приобрел не за триста сорок долларов  в  один  конец,  а  за
пятьсот восемьдесят четыре - туда и обратно. Он хотел быть точно уверен-
ным, что я через две недели вернусь и буду трахаться с ним до посинения.
   Множим пятьсот восемьдесят четыре на два  сорок...  Тысяча  четыреста
один шекель. Плюсуем полторы тысячи за паспорт... Получаем - две  тысячи
девятьсот шекелей. А у меня после покупок в беэр-шевском "Суперфарме"  и
оплаты ста тридцати шекелей за такси  до  Тель-Авива,  плюс  расходы  на
жратву и разную мелочевку оставалось всего две с половиной тысячи... Хо-
рошо еще, что всю последнюю неделю в Тель-Авиве я со своей гитарой моло-
тила на Дизенгофе  как  умалишенная  и  сумела  заработать  еще  семьсот
пятьдесят шекелей!..
   После того как я расплатилась за "Люфтганзу" и паспорт, у меня  оста-
валось триста пятьдесят шекелей. Яков обменял мне  их  на  доллары,  дал
письмо своему двоюродному мюнхенскому брату и погладил меня по голове.
   В аэропорту Бен-Гурион в ченч-кассе я получила за свои сто  семьдесят
пять долларов - двести семьдесят четыре немецкие марки, подверглась тща-
тельному досмотру всего моего багажа  (особенно  обнюхивали  гитару!)  и
вежливому, настырному допросу на русском языке сотрудницы  службы  безо-
пасности.
   А затем, ровно в пятнадцать ноль-ноль по  израильскому  времени,  наш
самолет мощно и коротко промчался по взлетной полосе и взмыл в воздух...
   Теперь подо мной Средиземное море.
   Ничего, все образуется... Все будет хорошо!..

   Часть Пятая
   (тоже коротенькая), рассказанная Автором, - о том, как  теоретические
размышления Нартая о правде в кинематографе привели его самого к необхо-
димости говорить правду, правду и ничего, кроме правды...

   В отличие от Кати и Эдика, знавших по три-четыре  фильма,  снятых  по
моим сценариям, Нартай, оказывается, видел десятка полтора моих  картин.
Хотя тот фильм, сценарий которого  удостоился  быть  изданным  отдельной
книгой чуть ли не во всем мире, в разное время, в разных  городах  нашей
страны смотрели все трое.
   Это обстоятельство достаточно успешно сбалансировало мой  неприкрытый
интерес к этим ребятам. Я тоже стал в какой-то степени им интересен, как
и любой человек, работающий в кинематографе или еще какой-нибудь  облас-
ти, закулисная сторона которой подчас занятнее конечной продукции.
   А уж после того, как я каждому из них  подарил  по  экземпляру  своей
книжки на русском языке, отношения наши стали совсем доверительными.
   Нартай - тот просто устраивал мне допросы с пристрастием.
   - Нет, вы скажите, - строго говорил он, глядя мне прямо в глаза. - Вы
это писали из головы или из жизни?
   Я как мог, путано и, наверное, не очень  вразумительно,  пытался  ему
объяснить механику возникновения сюжета, систему поиска материала,  пог-
ружения в тему, использования уже накопленных  знаний,  отстаивал  право
сочинителя на домысел, и так далее, и так далее...
   То есть я пытался объяснить Нартаю то, чего  никогда  не  мог  толком
объяснить самому себе.
   Почувствовав в нем явную неприязнь к историям "из головы"  и  беспре-
дельную доверчивость к сюжетам "из жизни", я иногда лукавил и  обманывал
его, говоря, что тот или иной мой сценарий - ну, просто копия  реального
происшествия!..
   - Я так и думал. Потому, что там все очень жизненно, - удовлетворенно
говорил Нартай и длинно сплевывал. - А вот в этом кино -  про  летчиков?
Не про тех пацанов во время войны, а про  гражданских...  Ну,  где  один
старик прямо в воздухе, за штурвалом слепнет, помните? Это вы сами  при-
думали или так было?
   - Кое-что было, кое-что я додумал, что-то представил себе  -  как  бы
это могло быть... - говорил я.
   - Вот это вы напрасно, - обрывал меня в таких случаях Нартай. - Я там
сразу туфту просек. Уж если писать - так только правду!
   - Ты мне уже немножко надоел со своими вопросами, - однажды сказал  я
ему во время такого разговора. - Все  проверяешь  и  проверяешь  меня  -
правду я написал или выдумал... А вот ты сам лучше расскажи  мне  -  как
ты-то попал сюда?..
   Он усмехнулся. Глаза его совсем превратились в щелочки:
   - Это, как говорят немцы, ланге гешихте. Длинная история. Причем -  в
двух сериях.
   - Ну, расскажи хотя бы первую...
   - Правду? - спросил он.
   - Послушай, Нартай! - возмутился я. - Кто из нас отстаивает право  на
фантазию, домысел и сочинение, а кто упрямо требует правду, правду и ни-
чего, кроме правды! Я, что ли?
   - Нет, я, - гордо сказал он.
   - Тогда чего же ты спрашиваешь? Вот правду и валяй!..

   Часть Шестая,
   рассказанная старшим сержантом Нартаем Сапаргалиевым, - о том, как он
получил от командира полка очень важное и ужасно секретное задание...

   - Копыта коней моих предков триста лет топтали весь мир! А уж  таких,
как ты, они усмиряли одним взмахом камчи! - сказал я.
   Когда-то, еще пацаном, в Алма-Ате, я в каком-то кино услышал  это,  и
мне так понравилось, что теперь я иногда думаю, что это я сам сочинил...
   "Копыта коней моих предков..." - хотел я повторить, но не удержался и
засадил ему сапогом в живот.
   Хорошо, что в самом начале толковища, когда он заявил, что  всех  не-
русских - жидов, татар, узбеков, эстонруками оказалась  четырехкилограм-
мовая "серьга" для соединения буксирных танковых тросов, и  я  успел  ею
засветить ему по балде. А то он бы меня, наверное, по  стенке  размазал,
сука...
   Самый здоровый в дивизии, сволочь! Сто десять кило веса, рост -  метр
девяносто. Ручищи - как бревна, и наглый, как бронепоезд!
   А я в обмундировании - пятьдесят четыре кэгэ и сто шестьдесят  санти-
метров вместе со шлемофоном... Есть разница?
   Причем, выпили мы перед этим - ерунду сущую!  Всего  полторы  бутылки
"Корна" по ноль семьдесят пять. А она всего-то - тридцать два градуса...
Причем, кто платил? Кто платил?! Он, что ли? Да он за пфенниг  удавится,
куркуль вологодский! Это я же ему за ремонт фрикциона водку ставил!..  А
он...
   Счастье, что я его за один раз вырубил. А то бы мне потом по всей ре-
монтной зоне пришлось бы пятый угол искать! Он, конечно, сразу отключил-
ся, когда я его этой "серьгой" огулял. Лежит, скучает...
   Я слазил в танк, достал из-за сидения  механика-водителя  здоровенный
моток веревки - он у меня в инструментальном ящике был спрятан, вылез из
танка и связал его.
   Толково связал. Так только казахи и уйгуры вяжут. Руки вяжешь за спи-
ной, потом ноги, а потом как можно сильнее стягиваешь руки и ноги  вмес-
те. Тогда он сразу перестает быть человеком, выгибается и становится по-
хожим на пресс-папье.
   Смотрю, очухался. Хрипит, пузыри пускает.
   - Развяжи, - говорит. - Блядь косорылая!  Развяжи  сейчас  же,  а  то
убью, падла!
   - Лежи, гад, - говорю. - И не чирикай, а то хуже будет.
   - Ах, так?! - кричит. - Чучмек кривоногий! Выблядок казахский!.. Сука
узкоглазая!.. Тварь ты нерусская!!! Вонючка черножопая!.. Да я твою  ма-
му...
   И тут он такое сказал, что я даже сразу протрезвел!
   Выпил стакан "Корна", утерся рукавом комбинезона и  пошел  к  воротам
ремзоны. Аккуратненько закрыл ворота, чтобы никто его криков не  слышал,
и вернулся к нему.
   Вынул я из кармана нож, нажал на кнопку, и как только лезвие  выщелк-
нулось из рукоятки - он как завизжит, как забьется... Пена на  губах  от
страха. А я ему говорю:
   - Не боись, Вася. Я тебя резать не буду. Я тебя просто повешу.  Таким
гадам, как ты, нельзя жить на земле.
   Отрезал я у него за спиной остаток веревки метров в пятнадцать,  сде-
лал хорошую петлю, смазал ее солидолом - благо у нас этого дерьма в рем-
зоне навалом - и накинул ему петлю на шею. А второй конец веревки  завя-
зал на крюк электрического тельфера. Это такое приспособление для подня-
тия разных  тяжестей  -  двигатель  из  танка  вынуть,  орудийную  башню
снять...
   Взял я в руки тельферную пусковую колодку -  там  кнопки:  красная  -
вверх, голубая - вниз. И слегка нажал на красную.
   Тельфер загудел, петля затянулась на его бычьей шее, а он  как  заво-
пит, как задергается!.. Хотя еще на полу лежит.
   Я отпустил кнопку, выпил еще грамм сто и говорю:
   - Ты не волнуйся, Вася. Не нервничай. Никто и не узнает, что  я  тебя
повесил. Когда ты в петле сдохнешь, я тебе  руки-ноги  развяжу,  и  тебя
спишут, как самоубийцу. А я потом всем расскажу, как мы с тобой дружили,
как тебе опротивела эта Германии и как ты тосковал по своей родной Воло-
годчине. Замполит туда напишет, что ты "погиб при  исполнении  служебных
обязанностей", так что тебе еще, может быть, в Вологде и памятник поста-
вят!
   Я снова чуть-чуть нажал красную кнопку, и тельфер поднял его еще сан-
тиметров на десять. Он как заблажит, захрипит, заплачет:
   - Нартайчик!.. Родненький... Не буду больше... Не буду!..
   Смотрю, у него между ног по комбинезону темное пятно расплывается, по
сапогам течет и на цементный пол капает.
   - Врешь, - говорю. - Будешь. Это ты сейчас от страха обоссался, а ос-
тавь тебя в живых - ты хрен знает что натворить можешь. Из-за таких, как
ты, миллионы могут погибнуть!
   Отхлебнул я еще прямо из бутылки, врубил красную кнопку, законтрил ее
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 4 5 6 7 8 9 10  11 12 13 14 15 16 17 ... 43
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (3)

Реклама