Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Юмор - Ильф, Петров Весь текст 936.48 Kb

Двенадцать стульев (полный вариант)

Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4 5 6  7 8 9 10 11 12 13 14 ... 80
дор, переговорив с попадьей, решил украсить свое  меню  кроликами,  мясо
которых превосходит по вкусу мясо цыплят. Из кроликов приготовляли: жар-
кое, битки, пожарские котлеты. Кроликов варили в супе, подавали к  ужину
в холодном виде и запекали в бабки. Это не привело ни к чему. Отец Федор
подсчитал, что при переходе исключительно на кроличий паек семья  сможет
съесть за месяц не больше 40 животных, в то время как ежемесячный  прип-
лод составляет 90 штук, причем число это с каждым месяцем будет увеличи-
ваться в геометрической прогрессии.
   Тогда Востриковы решили давать вкусные  домашние  обеды.  Отец  Федор
весь вечер при лампе писал химическим карандашом на аккуратно нарезанных
листках арифметической бумаги объявления о даче вкусных домашних обедов,
приготовляемых исключительно на свежем коровьем масле. Объявление  начи-
налось словами: "Дешево и вкусно". Попадья наполнила  эмалированную  ми-
сочку мучным клейстером, и отец Федор поздним вечером налепил объявления
на всех телеграфных столбах и поблизости советских учреждений.
   Новая затея имела большой успех. В первый же день явилось 7  человек,
в том числе делопроизводитель военкомата Бендин и заведующий  подотделом
благоустройства Козлов, тщанием которого недавно был снесен единственный
в городе памятник старины, триумфальная арка елисаветинских времен*, ме-
шавшая, по его словам, уличному движению. Всем им обед очень понравился.
На другой день явилось 14 человек. С кроликов не успевали сдирать  шкур-
ки. Целую неделю дело шло великолепно, и отец  Федор  уже  подумывал  об
открытии небольшого скорняжного производства, без мотора*, когда произо-
шел совершенно непредвиденный случай.
   Кооператив "Плуг и молот", который был уже заперт три недели по  слу-
чаю переучета товаров, открылся, и работники прилавка, пыхтя от  усилий,
выкатили на задний двор, общий с двором отца Федора, бочку гнилой капус-
ты, которую и свалили в выгребную яму. Привлеченные  пикантным  запахом,
кролики сбежались к яме, и уже на другое утро среди нежных грызунов  на-
чался мор. Свирепствовал он всего только три часа, но  уложил  всех  240
производителей и весь не поддающийся учету приплод.
   Ошеломленный, отец Федор притих на целых два месяца и  взыграл  духом
только теперь, возвратясь из дому Воробьянинова и запершись, к удивлению
матушки, в спальне. Все показывало на то, что отец  Федор  озарен  новой
идеей, захватившей все его существо.
   Катерина Александровна косточкой согнутого пальца постучала  в  дверь
спальной. Ответа не было, только усилилось пение. Попадья  отступила  от
двери и заняла позицию на диване. Через минуту дверь приоткрылась,  и  в
щели показалось лицо отца Федора, на котором играл девичий румянец.
   - Дай мне, мать, ножницы поскорее, - быстро проговорил отец Федор.
   - А ужин как же?
   - Ладно. Потом.
   Отец Федор схватил ножницы, снова  заперся  и  подошел  к  небольшому
стенному овальному зеркалу в поцарапанной черной раме.
   Рядом с зеркалом висела старинная народная картинка "Зерцало  грешно-
го", печатанная с медной доски и приятно раскрашенная рукой. Отец  Федор
купил эту картинку в последний свой приезд в Москву на Смоленском рынке*
и очень любил ее. Особенно утешило его "Зерцало грешного" после  неудачи
с кроликами. Картинка ясно показывала бренность всего земного. По  верх-
нему ее ряду шли четыре рисунка, подписанные  славянской  вязью,  значи-
тельные и умиротворяющие душу: "Сим молитву деет, Хам пшеницу сеет, Яфет
власть имеет, смерть всем владеет". Смерть была с косою и песочными  ча-
сами с крыльями. Смерть была сделана как бы из протезов и ортопедических
частей и стояла, широко расставив ноги, на пустой холмистой  земле.  Вид
ее ясно говорил, что неудача с кроликами - дело пустое.
   Сейчас отцу Федору больше понравилась картинка: "Яфет власть  имеет",
где тучный богатый человек с бородою сидел в маленьком зальце на троне с
полным сознанием своего богатства.
   Отец Федор улыбнулся и, довольно торопливо, внимательно глядя на себя
в зеркало, начал подстригать свою благообразную бороду. Волосы  сыпались
на пол, ножницы скрипели, и через пять минут отец  Федор  убедился,  что
подстригать бороду он совершенно не умеет. Борода его оказалась  скошен-
ной на один бок, неприличной и даже подозрительной.
   Помаячив у зеркала еще немного, отец Федор обозлился, позвал жену  и,
протягивая ей ножницы, раздраженно сказал:
   - Помоги мне хоть ты, матушка. Никак не могу вот с волосищами  своими
справиться.
   Матушка от удивления даже руки назад отвела.
   - Что же ты над собой сделал? - вымолвила она наконец.
   - Ничего не сделал. Подстригаюсь. Помоги, пожалуйста. Вот здесь,  как
будто, скособочилось...
   - Господи, - сказала матушка, посягая на локоны отца Федора, - неуже-
ли, Феденька, ты к обновленцам перейти собрался?
   Такому направлению разговора отец Федор обрадовался.
   - А почему, мать, не перейти мне к обновленцам? А обновленцы что,  не
люди?
   - Люди, конечно, люди, - согласилась матушка ядовито, -  как  же,  по
иллюзионам ходят, алименты платят*...
   - Ну, и я по иллюзионам буду бегать.
   - Бегай, пожалуйста.
   - И буду бегать.
   - Добегаешься! Ты в зеркало на себя посмотри.
   И действительно. Из зеркала на отца Федора глянула бойкая черноглазая
физиономия с небольшой дикой бородкой и нелепо длинными усами.
   Стали подстригать усы, доводя их до пропорциональных размеров.
   Дальнейшее еще больше поразило матушку. Отец Федор заявил,  что  этим
же вечером должен выехать по делу, и потребовал,  чтобы  Катерина  Алек-
сандровна сбегала к брату-булочнику и взяла у него на  неделю  пальто  с
барашковым воротником и коричневый утиный картуз*.
   - Никуда не пойду! - заявила матушка и заплакала.
   Полчаса шагал отец Федор по комнате и, пугая жену изменившимся  своим
лицом, молол чепуху. Матушка поняла только одно: отец Федор ни  с  того,
ни с сего постригся, хочет в дурацком картузе ехать неизвестно  куда,  а
ее бросает.
   - Не бросаю, - твердил отец Федор, - не бросаю, через неделю буду на-
зад. Ведь может же быть у человека дело. Может или не может?
   - Не может, - говорила попадья.
   Отцу Федору, человеку в обращении с ближними кроткому, пришлось  даже
постучать кулаком по столу. Хотя стучал он осторожно и неумело, так  как
никогда этого не делал, попадья все же очень испугалась и, накинув орен-
бургский платок, побежала к брату за статской одеждой.
   Оставшись один, отец Федор с минуту подумал, сказал:  "Женщинам  тоже
тяжело" - и вытянул из-под кровати сундучок, обитый жестью.  Такие  сун-
дучки встречаются по большей части у красноармейцев. Оклеены они полоса-
тыми обоями, поверх которых красуется портрет Буденного или картонка  от
папиросной коробки "Пляж", изображающей трех красавиц, лежащих  на  усы-
панном галькой батумском берегу. Сундучок Востриковых, к  неудовольствию
отца Федора, также был оклеен картинками, но не было там  ни  Буденного,
ни батумских красоток. Попадья залепила все нутро сундучка фотографиями,
вырезанными из журнала "Летопись войны 1914 года"*. Тут было  и  "Взятие
Перемышля", и "Раздача теплых вещей нижним чинам на позициях", и сам мо-
лодецкий казак Козьма Крючков, первый георгиевский кавалер.
   Выложив на пол лежавшие сверху книги: комплект журнала  "Русский  па-
ломник" за 1903 год*, толстеннейшую "Историю раскола" и брошюрку  "Русс-
кий в Италии"*, на обложке которой отпечатан был курящийся Везувий, отец
Федор запустил руку на самое дно сундучка и вытащил  старый  обтерханный
женин капор*. Зажмурившись от запаха нафталина, который внезапно  ударил
из сундучка, отец Федор, разрывая кружевца и прошвы, вынул из капора тя-
желую полотняную колбаску. Колбаска содержала в  себе  двадцать  золотых
десяток - все, что осталось от коммерческих авантюр отца Федора.
   Он привычным движением руки приподнял полу серенькой рясы  и  засунул
колбаску в карман полосатых брюк. Потом подошел к комоду и вынул из кон-
фетной коробки пятьдесят рублей трехрублевками и пятирублевками.  В  ко-
робке оставалось еще двадцать рублей.
   - На неделю хватит, - решил он.

   Глава IV. Муза дальних странствий*

   За час до прихода вечернего почтового  поезда  отец  Федор,  в  коро-
теньком, чуть ниже колен, пальто и с плетеной корзинкой, стоял в очереди
у кассы и боязливо поглядывал на входные двери. Он боялся, что  матушка,
противно его настоянию, прибежит на вокзал провожать, и тогда палаточник
Прусис, сидевший в буфете и угощавший пивом финагента*, сразу его  узна-
ет. Отец Федор с удивлением и стыдом посматривал на свои обнаженные  по-
лосатые брюки.

   Агент ОДТГПУ* медленно прошел по залу, утихомирил возникшую в очереди
брань из-за места и занялся уловлением беспризорных, которые  осмелились
войти в зал I и II класса, играя на деревянных ложках "Жила-была Россия,
великая держава"*.
   Кассир, суровый гражданин, долго возился с компостерами, пробивал  на
билете кружевные цифры и, к удивлению всей очереди, давал  мелкую  сдачу
деньгами, а не благотворительными марками в пользу детей*.
   Посадка в бесплацкартный поезд* носила обычный кровопролитный  харак-
тер. Пассажиры, согнувшись под тяжестью преогромных  мешков,  бегали  от
головы поезда к хвосту и от хвоста к голове. Отец Федор ошеломленно  бе-
гал вместе со всеми. Он так же, как и все, говорил с проводниками  иска-
тельным голосом, так же, как и все, боялся, что кассир дал  ему  "непра-
вильный" билет, и только впущенный наконец в вагон вернулся  к  обычному
спокойствию и даже повеселел.
   Паровоз закричал полным голосом, и поезд тронулся, увозя с собой отца
Федора в неизвестную даль по делу загадочному, но сулящему,  как  видно,
большие выгоды.

   Интересная штука - полоса отчуждения*. Самый обыкновенный  гражданин,
попав в нее, чувствует в себе некоторую хлопотливость и быстро превраща-
ется либо в пассажира, либо в грузополучателя, либо просто в безбилетно-
го забулдыгу, омрачающего жизнь и служебную  деятельность  кондукторских
бригад и перронных контролеров.
   С той минуты, когда гражданин вступает в полосу  отчуждения,  которую
он по-дилетантски называет вокзалом или станцией, жизнь его резко  меня-
ется. Сейчас же к нему подскакивают Ермаки Тимофеевичи в белых  передни-
ках с никелированными бляхами на сердце* и услужливо подхватывают багаж.
С этой минуты гражданин уже не принадлежит самому себе. Он - пассажир  и
начинает исполнять все обязанности пассажира. Обязанности эти многослож-
ны, но приятны.
   Пассажир очень много ест. Простые смертные по ночам не едят, но  пас-
сажир ест и ночью. Ест он жареного цыпленка,  который  для  него  дорог,
крутые яйца, вредные для  желудка,  и  маслины.  Когда  поезд  прорезает
стрелку, на полках бряцают многочисленные чайники и подпрыгивают  завер-
нутые в газетные кульки цыплята, лишенные ножек, с корнем вырванных пас-
сажирами. Но пассажиры ничего этого не замечают. Они рассказывают  анек-
доты. Регулярно, через каждые три минуты, весь  вагон  надсаживается  от
смеха. Затем наступает тишина, и бархатный голос  докладывает  следующий
анекдот:
   "Умирает старый еврей*. Тут жена стоит, дети.
   - А Моня здесь? - еврей спрашивает еле-еле.
   - Здесь.
   - А тетя Брана пришла?
   - Пришла.
   - А где бабушка, я ее не вижу?
   - Вот она стоит.
   - А Исак?
   - Исак тут.
   - А дети?
   - Вот все дети.
   - Кто же в лавке остался?!"
   Сию же секунду чайники начинают бряцать и цыплята летают  на  верхних
полках, потревоженные громовым смехом. Но пассажиры этого не замечают. У
каждого на сердце лежит заветный анекдот, который, трепыхаясь, дожидает-
ся своей очереди. Новый исполнитель, толкая локтями соседей  и  умоляюще
крича: "А вот мне рассказывали", - с трудом завладевает вниманием и  на-
чинает:
   "Один еврей приходит домой и ложится  спать  рядом  со  своей  женой.
Вдруг он слышит, под кроватью кто-то скребется. Еврей опустил  под  кро-
вать руку и спрашивает:
   - Это ты, Джек?
Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4 5 6  7 8 9 10 11 12 13 14 ... 80
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (9)

Реклама