Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Aliens Vs Predator |#5| I'm returning the supercomputer
Aliens Vs Predator |#4| New artifact
Aliens Vs Predator |#3| Endless factory
Aliens Vs Predator |#2| New opportunities

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Классика - Бунин И.А. Весь текст 184.21 Kb

Тень птицы (рассказы)

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 4 5 6 7 8 9 10  11 12 13 14 15 16
Верхний карниз барабана и пространство между его окнами - все в лазурных
и белых майоликах, испещренных золотою вязью куфических надписей.  Широ-
кая, блистающая полировкою лента белых и лазурных изразцов, тоже  вся  в
золотой вязи, идет и над большими полукруглыми окнами  по  стене  самого
восьмиугольника.
   Худой, живоглазый мулла быстро распахнул дверь, и,  разутые,  скользя
по желтым камышовым циновкам, вступили мы в  прохладу  и  сумрак,  слабо
озаренный голубым и розовым светом драгоценных разноцветных стекол. "Что
это кажется странным в этой мечети?" - думал я, пока глаза мои  привыкли
к ее полусвету. И, наконец, понял: ах, то, что нет в ней обычного  прос-
тора!
   Простора нет потому, что стоит в ней восьмиугольная колоннада: восемь
широких столпов и шестнадцать колонн,  соединенных  архитравом.  Пролеты
между ними - арками. Как старинная парча, покрывает эти столпы и  архит-
рав блеклая зелень, матовое серебро и золото мозаики, переносящей  мысль
к Византии. Византийскими капителями увенчаны и колонны.
   Но мало того: за этой аркадой высится вторая - круг из четырех  стол-
пов и двенадцати колонн, поддерживающий барабан с куполом,  круг  колонн
яшмовых и порфировых - наследие Соломона и Адриана. И уже совсем необыч-
но то, что с великим изумлением видишь в этом круге, за этими колоннами,
за соединяющей их невысокой бронзовой  решеткой:  под  зеленым  шелковым
балдахином, нарушая всякое представление о всяческой человеческой  пост-
ройке, тяжко и грубо чернеет дикая морщинистая глыба гигантского  камня!
Купол выстлан внутри той же матовой зелено-золотой парчой мозаики.  Ска-
зочно-разноцветное сияние льют рубиновые, сапфировые, топазовые  стекла.
Неясно блистает весь храм мраморами и загорающимися гранями хрусталя  на
несметных люстрах. Тонким ароматом кипариса и розовой воды напоен  прох-
ладный сумрак... Зачем же так первобытно вторглась в  этот  божественный
молитвенный чертог сама природа?
   Талмуд говорит:
   "Камень Мориа, скала, на которой первый человек принес первую  жертву
Богу, есть средоточие мира. Скалу Мориа, что была покрыта некогда храмом
Соломона, а ныне хранима мечетью Омара, положил  в  основание  вселенной
сам Бог".
   Древние книги и легенды Иудеи и Аравии говорят:
   "В Иерусалиме Бог сказал Скале: ты - основание, от коего начал я соз-
дание мира... От тебя воскреснут сыны человеческие из мертвых".
   "Сойдя в пещеру под Скалой, Медшир-ед-Дан видел чудо чудес:  колеблю-
щаяся глыба Скалы, ничем и никем не поддерживаемая, висела в высоте, по-
добно парящему орлу".
   Магомет - в ночь своего путешествия из Медины в Иерусалим на  верблю-
дице Молнии - "стал своей священной стопою на Скалу Мориа, раскачивающу-
юся между небом и землею". Был взмах, почти достигший врат рая, - и Ска-
ла издала крик радости. Но пророк повелел ей молчать - и вошел во  врата
рая. А Скала вновь пала к земле - и вновь вознеслась - и в движении сво-
ем пребывает и доныне: "не мешаясь с прахом и не смея преступить неба".
   Кабалистические книги говорят:
   "Адонаи-Господь воздвиг в Бездне Камень и начертал на Камне имя  свя-
тое. Когда поднимаются воды Бездны до Камня, они отбегают вспять в  ужа-
се. Когда произносится ложное слово, Камень погружается в воды - и  смы-
ваются буквы святого имени. Но ангел Азариэла, имеющий 17 ключей  к  та-
инству святого имени, снова пишет его на Камне, и оно снова гонит  прочь
воды".
   "В дни пророков Камень был внутри святилища храма Соломона, и первос-
вященник ставил на нем курящуюся кадильницу. На нем же  стоял  и  Ковчег
Завета, урна с манной и лежал вечно цветущий жезл  Аарона.  Ныне  Ковчег
Завета скрыт в тайниках под Камнем, где сохранял его от врагов сам Соло-
мон, которому Камень давал неземную силу: с него видел царь весь мир  от
края и до края - и понимал язык птиц и зверей".
   Но вот в день падения храма, в девятое число месяца Аба, Камень Жизни
останавливается. Сила его иссякает. Тайну Тайн,  неизреченные  письмена,
означающие святое имя, прочел Иисус. И к нему же перешла и  сила  Камня.
"Иисус, воспринявший силу его, творил чудеса этой силой". Где же  теперь
силы Камня?
   После Иисуса, говорит Ислам, сила Камня перешла к пророку. И прав Ис-
лам: пророк дал "движение" Камню. "Но недолго  сияло  солнце  Ислама  во
всей славе своей". Что же готовит миру будущее?
   1908
 
   ШЕОЛ
 
 
   В сумерки, проходя по базару в Яффе, я нечаянно поднял глаза и увидел
тонкий серп луны. Закрывались в полумраке рядов  лавочки,  проносили  от
фонтана последние кувшины. Собаки, горбясь и сливаясь с темнотой  внизу,
подбирали остатки торга. Неожиданно дошла откуда-то нежная сладость цве-
тущего дерева. Я поднял глаза и увидел в легком и прозрачном небе  вихор
пальмы, а над ним - острый, чистый, тонкий "лук Астарты".
   На берегу, под городской стеной, тянуло теплым  ветром  с  неоглядной
мелкой зыби взморья. Чуть видные, мягко и красиво намазанные сизой мутью
облака терялись на закате... "Сумерки, море,  угол  ханаанско-аравийских
берегов..." - подумал я. Над стеной, в старом  каменном  домишке,  зияет
черная оконная дыра без стекол. Слышно, как там, в каморке без огня, ук-
ладываются спать и, плача, ссорятся дети. На западе, над лиловатой тьмой
моря, склоняется покрасневший, меркнущий и теряющийся в небе  полумесяц.
И так пустынны сумерки над гаванью бесследно исчезнувшего с  лица  земли
Ханаана, так все просто и бедно вокруг, точно я один в мире, у его  без-
людного начала...
   На другой день я покинул Яффу. Убирали трапы, вечерело. Жаркое солнце
склонялось к золотому морю. Рейд стоял как зеркало, рифы обнажились, от-
дыхали, белые чайки, плававшие над кормой, казались  огромными.  В  упор
освещенная Яффа, громоздясь на холме перед нами, переливалась зеркальным
отражением воды и вся была цвета банана. Задрожала, поворачиваясь,  кор-
ма, забурлил винт - и Яффа тронулась. Но я не спускал с нее глаз до  тех
пор, пока она, все отдаляясь, не слилась, наконец, с песками на юге, фи-
олетовыми от голубой дымки воздуха и опускающегося солнца.
   А потом я смотрел на Саронскую долину, вдоль которой мы шли на север.
Все смутней и печальней становилась долина. Солнце погасло, и вода у бе-
регов стала тяжелой, кубовой. Одиноким, затерянным казалось какое-то се-
леньице, далеко-далеко белевшее в сини равнины. Я смотрел и дивился без-
людности этого побережья. Вон где-то там, в устьях мелких  рек,  бегущих
от Кармила, лежала Кесария. Некогда это был славный порт и город  Ирода;
теперь только пески, камни и колючий кустарник... И так - по всему побе-
режью.
   С вечера было тепло и ясно. Палуба, испещренная легкими тенями  снас-
тей, блестела. В вышине, сквозь снасти, тепло сиял полумесяц. Но близил-
ся Ливан. На ночь я открыл в каюте иллюминатор - и после полуночи  прос-
нулся: стало прохладно, по темной каюте ходил сильный влажный  ветер.  Я
заглянул в иллюминатор: и там была серая темь. Пахло морем. Ливан  дышал
мглою. Во мгле, как на краю  земли,  висели  два  мутных  маячных  огня.
Дальний был красноватый. Я подумал: это Тир или Сидон. И мне стало  жут-
ко.
   За Кесарией - следы Египта и Финикии. Во времена служения Астарте  на
месте Кесарии был какой-то большой ханаанский город, упоминаемый в надг-
робном заклятии царя Эзмунацара. Ранее, во времена поклонения "богу все-
пожирающего времени", крокодилу, был египетский Крокодилопос. И  в  пес-
ках, затянувших останки этих городов, и теперь еще находят разбитые сие-
ниты, погребальные колодцы крокодилов...
   В полночь мы прошли Кармил, горный мыс Ваала Громовержца.  С  Кармила
иудейские пророки метали самые ярые проклятия язычеству. На  Кармиле,  в
одной из пещер троглодитов, жил Илия, лютейший враг Ваала. Но  жизнь  на
Кармиле, бывшем ипостасью Ваала, не прошла для Илии даром. Тысячи преда-
ний слили его образ с образом солнечного бога: Илия был питаем  вранами,
повелевал громами и бурями, низводил огнь и дождь с  неба,  превращал  в
камни растения, заживо, как истый сын Солнца, вознесся к нему на пламен-
ной колеснице. И все это сделал Кармил, на котором не было даже капищ, -
только каменные жертвенники, - Кармил, у  подошвы  которого  Лемех  убил
одичавшего Каина, приняв его за зверя. Необозримое море, с  трех  сторон
лежащее под Кармилом, бушует круглый год.  И  богослужения  в  монастыре
кармелитов, стоящем теперь на Кармиле, принимают  порой  жуткое  величие
древних языческих богослужений. "Море заглушало голоса поющих и орган, -
говорит один паломник. - Над горою стоял непрерывающийся гул - глас  Бо-
жий, потрясающий пустыню и приводящий в содрогание горы..."
   Качало у Кармила и нынче. Засыпая, я  чувствовал,  как  темная  каюта
опускается и поднимается, слышал скрип переборок. Теперь было тихо. Кар-
мил был уже далеко. Ровно, с однообразным плеском бежала вода вдоль бор-
та погруженного в сон и тьму парохода. Мы шли уже мимо "блудилищных гро-
тов Астарты" и погребальных спэосов, мимо каменисто-песчаной полосы  под
волнистыми отрогами и скатами Ливана, - мимо самого Шеола, этого  сплош-
ного некрополя между Тиром и Сидоном. Когда-то от Тира до Сидона  "можно
было пройти под землею - по гробовым пещерам и колодцам". И  как  дерзко
мешались когда-то с ними "гроты" Астарты!  Ее  поклонники  и  поклонницы
чертили мистический знак треугольника даже на  стенах  спэосов.  А  Тир?
Разве думал он о смерти, - он, "Сын Солнца и  Моря,  рожденный  в  веках
баснословных, превзошедший все народы жаждой жизни, алкавший земель все-
го мира"?
   И все же победила - смерть. "Тир, умолкший среди моря! Кую мзду  при-
обрел ты от него? Сия глаголет Адонаи-Господь: се аз на тя, Сур, и  при-
веду на тя языки многи, яко же восходит море волнами своими..."  Ужасные
слова! Но есть еще ужаснее: "Вот я приведу на тебя. Тир, лютейших из на-
родов, и они обнажат мечи свои против красы твоей... Сделаю тебя городом
опустелым, подобно городам необитаемым, когда подниму на тебя  пучину...
Низведу тебя с отходящими в могилу, к народу, давно  бывшему,  и  помещу
тебя в преисподних земли... Ибо вознеслось сердце  твое  и  сказало:  аз
есмь Бог!"
   "Аз есмь Бог..." Библейские пророки до  потрясающей  высоты  вознесли
проклятия слишком "вознесшейся" жизни. И по слову их и  вышло:  тиро-си-
донский берег, столь щедро оплодотворяемый Богиней Жизни, дал начало об-
разу Шеола - преисподней. Его погребальные камеры и колодцы,  перемешан-
ные с гротами страсти, получили страшные названия "сетей  смерти",  "ко-
лодцев гибели". И "простерся страх смертный над радостной  страной  Ваа-
ла-Солнца". Это ведь он, этот страх, внушил царю Эзмунацару  мольбу  его
скорби и беззащитности:
   "В месяц дождей, в год четырнадцатый царствования... Поражен,  пленен
я, наследник дней героев, сошел в ад, сын бога  смерти...  Заклятие  мое
перед всем царством и всем человечеством: да не  вскрывает  никто  входа
моего, не сдвигает гробницы моей, не оскорбляет меня  внесением  другого
гроба!"
   Бог ли человек? Или "сын бога смерти"?
   На это ответил сын Божий.
   1909
 
   ПУСТЫНЯ ДЬЯВОЛА
 
   I
 
   "Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте
стези ему..."
   Глядя с крыш Иерусалима на каменистые окрестности  -  чаще  всего  на
восток, на пустыню Иудейскую, - каждый раз вспоминаю я эти слова, - про-
лог величайшей из земных трагедий.
   Дьявол, Азазел, имя и образ которого так и остались тайной, был  изд-
ревле владыкой пустыни. Это он обитал в ее знойном  серо-каменном  море,
некогда взбудораженном подземными силами и навсегда застывшем.  Это  ему
каждый год - в десятый день седьмого месяца - посылали левиты и  первос-
вященники Козла Отпущения - от лица всего Израиля, за все грехи  его.  И
не странно ли, что именно оттуда прозвучали первые глаголы предтечи!
   После бури и молний Бог пришел в пещеру Илии в сладостном веянье вет-
ра. Сладостным ветром было и пришествие в мир Иисуса. Но лежала  "секира
при корне дерева". Жуткими пророчествами возвестил предтеча  о  грядущем
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 4 5 6 7 8 9 10  11 12 13 14 15 16
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама