Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
SCP-457: Burning man
SCP-081: Spontaneous combustion virus
SCP-381: Pyrotechnic polyphony
Почему нет обещанного видео

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Детектив - Питер Бигль Весь текст 717.72 Kb

Архаические развлечения

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 15 16 17 18 19 20 21  22 23 24 25 26 27 28 ... 62
широкими, хитрыми улыбками, и  в  памяти  его  всплыло  вдруг  обыкновение
Брисеиды прижимать голову к щеке Зии так, чтобы обе могли смотреть на  все
одними глазами.
     - Итак, назовите нам  ваше  имя,  -  Эйффи  произнесла  эти  слова  с
бесцветным оживлением женщины, встречающей в клубе гостей, чтоб  закрепить
на их лацканах бирки с именами. Фаррелл сознавал, что с  формальной  точки
зрения он мог бы кое-что оспорить - {внуки Гарта будут творить  чудеса  по
части животных и поисков рудных залежей} - прекрасно понимая, однако,  что
ему не хватит на это ни отваги, ни подлости. Оглянувшись, он  увидел,  что
Никлас Боннер, позлащенное диво, пристально  смотрит  на  него,  и  ощутил
вдруг головокружительное, дразнящее желание открыть  свое  подлинное  имя,
гордо и громко выпалив: "Я Джозеф Малахия Лопе де Вега  Фаррелл,  Розанна,
ну, и что вам за прок от этого?" {Господи-Боже, имен же никто  не  крадет,
крадут кредитные карточки. Почему я обязан играть по их правилам?}
     Но из-за спины Никласа Боннера проталкивалась между танцорами Джулия,
с такой силой качая головой, словно соблазн, охвативший Фаррелла,  воссиял
над  ним  в  виде  шарика,  каким  изображаются  в  комиксах  мысли.  Близ
ошеломленного Короля Богемонда  покачивался  изумленно  таращившийся  Кроф
Грант, напевая себе под нос: "Ужель  тебе  возврата  нет?".  Струйка  пота
скользнула по ребрам Фаррелла, и графиня Елизавета  Баторий  едва  заметно
наклонилась вперед.
     - Ну что же вы, честный рыцарь? - сказала Эйффи, - Ваше имя.
     Она  прижала  к  себе  отцовскую  руку,   трепеща   от   наслаждения,
наделившего ее сходством со щенком, что, радостно ухмыляясь, скачет вокруг
палки, которую он и не думает тащить обратно к хозяину. Свободную руку она
ладонью вверх протянула к Фарреллу, скрючив длинные, с обкусанными ногтями
пальцы.
     Ни единого имени в  голове  у  него  не  осталось.  Впоследствии  это
тревожило его не меньше всего остального: как случилось, что он,  человек,
собирающий  хлам,  оставляемый  прошлым,  хранитель  всего   по-настоящему
бесполезного, проникновенный ценитель бессвязного, плакальщик и попечитель
- как это он оказался загнанным в угол, и  ни  единый  из  третьеразрядных
рыцарей, восседавших некогда за Круглым Столом, ни единый из странствующих
сверхчеловеков итальянских романов не откликнулся  на  его  зов.  Странные
глаза Эйффи расширились в потугах на обольстительность или в  издевке  над
нею, и Фаррелл обнаружил, что не способен отвести от нее взгляда.  Он  все
же  попробовал,  но  от  сделанного  усилия  у  него  закружилась  голова,
перехватило дыхание и тошнота подступила к горлу. Он  ощутил,  как  улыбка
Никласа Боннера скользит по его спине, обжигая  ее  там,  где  улыбка  эта
ненадолго задерживалась. Эйффи  произнесла  три  коротких  слова,  никогда
прежде не слыханных Фарреллом. Тошнота поплыла, густо  растекаясь  внутри,
словно нечистая умудренность, которой ему, он сознавал  это,  не  вынести.
Она опять повторила те же слова, и опять, и Фаррелл, желая лишь  одного  -
чтобы она замолчала - начал произносить свое имя.
     Где-то поблизости пел или скорее декламировал нечто мужской  голос  -
то было ритмическое гудение, звук  которого  походил  на  рокот  камней  и
ракушек, сползающих с пляжа вослед уходящей  волне.  Фаррелл  не  имел  ни
малейшего представления, как давно звучит этот голос.

                {С гневным воинством фантазий,
                Коему лишь я владыка,
                С копьем в огне, на воздушном коне
                В глуши я скитаюсь дикой...}

     Эиффи отвела взгляд и  Фаррелл,  освобожденный,  качнулся  вперед  на
один-единственный шаг, повернул голову и увидел Хамида ибн Шанфара.  Голос
Сарацина еще раз сыграл с расстоянием шутку -  Сарацин  одиноко  стоял  на
голой кочке рядом с шатром, отведя назад плечи и  засунув  руки  за  кушак
своего белого облачения. Он неприметно кивнул Фарреллу  и  легко  коснулся
указательным пальцем вновь развязавшегося индигового тюрбана.
     Фаррелл, которому казалось,  что  горло  его  забито  сухой  соломой,
рассмеялся, и  следующие  строки  песни  тоскующего,  нежного,  одержимого
безумца смешались с его смехом. Повернувшись к Эйффи, он сказал:
     - Завет все так же тяготеет надо мной. Я могу назвать  свое  имя,  но
только вам, так чтобы никто иной не услышал.
     Эйффи вновь впилась в него глазами, но на этот раз никакая  сила  его
не сковала, и он видел, что Эйффи знает об этом. Она не шелохнулась,  пока
Фаррелл не прошептал с насмешкой:
     - Иди же сюда, Розанна - играть, так по-честному.
     Только тогда она шагнула к нему, и Фаррелл почти ожидал увидеть,  как
земля маленькими пузырьками вздымается под ее стопами, подобно поверхности
горного озера, по которому проходит гроза.
     Она подошла вплотную, и Фаррелл назвал ей имя,  удерживая  его  между
девушкой и собой, словно чашу причастия или кухонную табуретку.
     - Я - рыцарь Призраков и Теней.
     На висках Эйффи вздулись мышцы, как будто  она  старалась  прижать  к
голове уши; губы ее стали почти невидны. Фаррелл отвесил ей поклон.
     Никлас Боннер в восторге обхватил себя руками за  плечи,  подскакивая
на цыпочках, широко открывая рот, в котором за крепкими  голубовато-белыми
зубами порхал и приплясывал  язык.  Опустив  глаза,  Фаррелл  увидел,  что
клеверный браслетик у него на запястье - забытый дар Джулии  -  побурел  и
того и гляди рассыпется  в  мелкие  крошки.  Фаррелл  поднял  руку,  чтобы
вглядеться в него, и браслетик царапнул кожу. Судя по  виду,  его  слишком
долго держали вблизи огня.





                                    X


     Ни в тот вечер, ни на следующие день и ночь Бен  домой  не  вернулся.
Зия дала  его  отсутствию  три  никак  не  связанных  объяснения.  Вечером
третьего дня Фаррелл приготовил обед, и  они  поели  в  натянутом,  словно
тугая проволока, молчании, в котором мысли  Фаррелла  звенели,  лязгали  и
скрежетали так же громко, как грозно  гудевший  на  бесчисленных  семейных
сборищах пищеварительный тракт его тети Долорес. Никому не  дозволялось  и
неприметнейшим знаком показать, что  он  слышит  нечто,  даже  когда  дело
доходило до залпов над солдатской могилой или большого ночного  первенства
в кегельбане - в итоге все кончалось тем,  что  разговор  замирал  еще  до
десерта, смешливых малышек-кузин шиканьем изгоняли  из  столовой,  а  мать
Фаррелла   пересказывала   рецепты,   составляя   горестный    контрапункт
устроенному тетей Долорес салюту в честь прибывших с  визитом  королевских
особ. Теперь  вот  пришла  его  очередь  слушать,  как  сам  он  бессвязно
тарахтит, перескакивая с чесночного супа на работу в зоопарке,  в  надежде
заглушить кегельбанный грохот своих  мыслей,  а  Зия  смотрит  на  него  с
другого конца стола, невозмутимая, как тротуар.  Она  съедала  и  выпивала
все, что он перед ней ставил, так, словно в этом состояла ее работа.
     После обеда она разожгла в камине огонь - присела, не  отрывая  пяток
от  пола,  на  корточки,  шустро,  как   карточный   шулер,   перетасовала
предназначенную для растопки щепу, со  вкусом  приладила  один  к  другому
расколотые надвое кругляки земляничного дерева, поворачивая их  туда-сюда,
пока они не притерлись, только что не потрескивая,  в  совершенную,  будто
сугроб, поленицу, чиркнула единственной спичкой, подожгла  ее  и  с  тихим
ворчанием распрямилась, едва пламя, словно артериальное давление, скакнуло
вверх. Так и не повернувшись к Фарреллу, она сказала:
     - Незаданные вопросы могут и убить человека.  Почему  ты  никогда  не
спрашиваешь меня о том, что тебе хочется знать?
     Захваченный  врасплох  -  они  только  что  вяло  обсуждали  недавнее
предложение Муниципального совета  Авиценны  наложить  местный  запрет  на
торговлю  напоминающими  о  войне  игрушками,   а   также   мясом   скота,
вскормленного  на  пшенице,  и  любыми  куклами,  у  которых   отсутствуют
гениталии - Фаррелл, не задумываясь, спросил:
     - Как получилось, что ты никогда не выходишь из дому?
     До последней минуты он даже не сознавал, что это ему известно.
     - Ничего себе  вопрос!  -  в  голосе  Зии  слышалось  снисходительное
удивление и насмешка. - А почему это ты решил, что я не выхожу?
     Фаррелл ответил:
     - Клиенты к тебе сами приходят. Покупками занимаемся мы с Беном. И  с
ним ты никуда не выходишь - ни в рестораны, ни в гости, ни в кино,  ни  на
концерты - никуда, за все время, что я здесь. Я даже  ни  разу  не  видел,
чтобы ты доставала почту.
     - А много ли ты меня видишь, Джо? И чем вообще я занимаюсь у тебя  на
глазах?  -  голос  ее  оставался  странно  игривым,   почти   озорным.   -
Единственное, в чем ты при твоем распорядке дня можешь быть уверенным, так
это в том, что я завтракаю, принимаю в непонятное время непонятных людей и
люблю по вечерам слушать, как ты играешь. Откуда ты можешь знать, что я не
провожу послеполуденные часы, произнося на автобусной остановке  проповеди
насчет  покаяния  и  преисподней?  Я  могу,  например,  состоять  в  шайке
мошенников или магазинных воров. Я могла бы иметь с  полдюжины  любовников
или разносить газеты, а ты бы все равно об этом не знал.
     Фаррелл нехотя хохотнул, а Зия сказала:
     - Задай настоящий вопрос.
     - Куда, к дьяволу, делся Бен?
     Зия словно и не услышала Фаррела, она по-прежнему сидела на корточках
спиной к нему. Фаррелл продолжал:
     - Зия, сорока восьми часов многовато для заседания  кафедры,  но  как
раз хватает, чтобы превратить Бена в пропавшего без вести.  По-моему,  нам
следует обратиться в полицию.
     - Нет, - глядя в огонь, сказала она. - Никуда мы обращаться не будем.
     Она обхватила себя руками,  потирая  плечи,  словно  никак  не  могла
согреться. В голове Фаррелла мелькнула строчка из песни: {"Вчера  я  видел
новую луну со старой на руках."} Он сказал:
     - Когда я увидел его в Бартон-парке, он меня не узнал. Об этом я тебе
не рассказывал.
     - Тебе и не нужно было рассказывать.
     Фаррелл принял ее спокойствие за снисходительность и вдруг обнаружил,
что его охватывает безудержный гнев.
     - Разумеется, мне не нужно было  рассказывать,  -  передразнивая  ее,
выпалил он. - Разве мадам Ля Зонга можно чем-нибудь удивить? У тебя  же  в
кухонном эркере прямой провод из космоса, и боги дважды в  неделю  выходят
на связь, а твое кресло-качалка опутано вечной пеленой дьявольской  тайны!
Только мне наплевать на все это, я знать не хочу  устройства  вселенной  -
вращается ли она за большие деньги или так, от  нечего  делать.  Я  просто
немного тревожусь за своего друга, только и всего.
     Зия расхохоталась еще о того, как  он  закончил  -  грубым  и  щедрым
хохотом, заставившим и огонь пригнуться и захихикать. Фаррелл,  сообразив,
что она пытается встать, подсунул Зие под локоть ладонь, дабы она могла на
нее опереться. Вес, обрушившийся на ладонь, оказался столь велик,  что  он
едва не повалился на  Зию;  на  миг  его  охватил  ужас,  какой  одолевает
утопающего. Ощущение это исчезло, как только  Зия  выпрямилась,  ничем  не
показав, что заметила его неловкость или испуг.
     - Как мило, - сказала она. - Бен был прав, чтобы разозлить тебя, надо
как следует потрудиться, но зато труды вознаграждаются сторицей.
     Уже не смеясь, она сжала его предплечье.
     - Прежде всего, я не вижу ни в окно, ни из кресла ничего такого, чего
не способен увидеть любой другой человек. Это чистейшая правда,  и  должна
тебе сказать, правда чертовски обидная. Что же до тайн и посещений, -  тут
уголки ее губ поползли вниз и  ползли,  пока  Зия  не  обрела  сходство  с
Уинстоном Черчиллем, пародирующим греческую трагедийную маску, -  сожалею,
но за долгое-долгое время боги не прислали мне  даже  открытки.  Возможно,
они попросту потеряли адрес, который я им оставила, когда переезжала.
     Она ласково встряхнула Фаррелла, показав в усмешке мелкие белые  зубы
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 15 16 17 18 19 20 21  22 23 24 25 26 27 28 ... 62
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама