Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Проза - Владимир Хлумов Весь текст 212.9 Kb

Книга писем

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 6 7 8 9 10 11 12  13 14 15 16 17 18 19
она, когда мы остановились у трамвайного разворота, в конце Чистопрудно-
го бульвара.
   Да, ведь и в самом деле сегодня  двадцать  второе  декабря,  чуть  не
вскрикнула моя изболевшаяся душа, как же все удачно сошлось?!
   Мы договорились встретиться здесь же потом, позже, и  я,  счастливый,
бесконечно довольный жизнью, еще  долго  смотрел  вослед  желто-красному
трамваю, крепко сжимая клочок бумаги с ее телефонным номером.  О,  прек-
расная чугунная музыка, музыка колес и рельс, музыка окружности, развер-
нутой в прямую гладкую блестящую дорогу на тот край  бульвара,  к  косым
запутанным переулкам со старыми военными названиями, в каменный лес, под
исчезнувшие в доисторические времена и все-таки вечно зеленые сосны.
   Конечно, все эти городские подробности приобрели  настоящее  значение
много позже, а вначале я часто путался и терялся, провожая ее ранними  и
поздними, одинаково темными вечерами к домашнему очагу. Я медленно учил-
ся жить, заново проходя мучительно длинный промежуток, разделявший  наше
будущее содружество на два разных человека. Слава богу, я был теперь  не
одинок. Мы оба хотели узнать, зачем госпожа случайность снова  столкнула
нас в день солнцеворота, а главное, важнейшее, как же и чем все это  мо-
жет окончиться.
   Нельзя сказать, будто наступили сплошные счастливые безоблачные  дни.
Наоборот, исковерканная атлантическим теплом, зима хлестала с неба  мок-
рой, тут же чернеющей вязкой кашей, твердеющей  ночью  и  расползающейся
лавовыми потоками в самое нужное для ходьбы время. Но беспорядочная зим-
няя суматоха казалась лишь легким шевелением по сравнению с  непрерывной
шквальной сумятицей, с долгими глубокими перепадами, бушевавшими в  моей
душе.
   Меня просто бесила та легкость, с которой она разрешала  мучительные,
непрерывно терзающие меня вопросы.
   - Вы сами перестали мне звонить, - почти  мгновенно  ответила  она  на
поставленный с отчаянной прямотой вопрос.
   Так вот почему мы расстались, оказывается, я и никто другой виноват в
нашей бесконечной разлуке. Оказывается, я сам,  по  своему  собственному
желанию провалился в пустоту, из которой меня чуть ли не насильно  пыта-
лись все время вытащить. Я, как провинившийся  второгодник,  проглатывал
ее простые уроки об изменчивости женской натуры,  о  непростых  семейных
отношениях, наконец, вообще чуть ли не о смысле бытия. Все это  делалось
легко, безответственно, остроумно, и мне ничего другого  не  оставалось,
как с многозначительной миной и, кажется, при весьма посредственной  иг-
ре, поддерживать полусерьезный уровень наших бесед.
   Я ничего не соображал, во мне как будто что-то заклинивало, как в ме-
ханических часах, притянутых магнитом, я только мог глупо улыбаться и до
боли, до слез всматриваться в прекрасные, теперь почти родные черты. Де-
ло даже не в том, что она была красивейшей  во  всем  миллионном  городе
женщиной, лучше бы это было просто отчаянным преувеличением, но она была
чертовски интересной, неуловимой, вечно ускользающей... Нет,  не  то,  с
этим покончено раз и навсегда.
   Но было и другое. Полегоньку, как бы нехотя, со скрипом,  с  трением,
вослед развитию зимы, все чаще и длинней становились светлые  промежутки
наших уединений. Если в начале она постоянно оглядывалась  по  сторонам,
будто опасаясь быть обнаруженной кем-то из ближайшего окружения, то  те-
перь, к середине января, ее внимание нет-нет да и переключалось от внеш-
него мира, и мы несколько раз ухитрялись оставаться наедине даже посреди
какого-нибудь музейного  или  театрального  многолюдья.  Впрочем,  я  не
обольщался. Ее  вечное  решительное  "пора",  ее  холодноватая  требова-
тельность к качеству предстоящего свидания (она легко  могла  отказаться
от встречи под предлогом - это не интересно) обдавали меня таким отрезв-
ляющим душем, что вмиг  пугливо  исчезала  даже  возможность  какой-либо
удовлетворенности. Я, всегда выступавший инициатором наших встреч, тайно
мечтал лишь об одном, о самом светлом, самом счастливом мгновении, когда
она наконец доверится мне и спросит:
   - Что вы делаете завтра?
   Эти придуманные слова, озвученные ее голосом, так  глубоко  засели  в
моем сознании, так укоренились в самом ранимом  и  нежном  уголке  моего
сердца, вытеснив оттуда старое горькое признание, что написанные  сейчас
напрочь потеряли свою временную привязку.
   - Что вы делаете завтра? - она повторила вопрос, а я ничего не слышал.
Многократно усиленные резонансом четыре слова электрическим громом оглу-
шили меня. Я оглох от счастья или счастливо притворился  глухим  и  ждал
третьего раза.
   - Что вы делаете завтра?
   - Я буду мечтать о тебе, - довольно развязанно  брякнул  я  и  тут  же
спохватился, - почему ты спрашиваешь?
   - Просто так.
   - А я думал, ты хочешь увидеться завтра.
   - Завтра не получится, разве что вечером.
   - Но почему опять вечером, почему не днем? - Я  оптимистически  приве-
редничал, воодушевленный долгожданным вопросом. - Я хочу видеть  тебя  в
естественном свете зимнего дня.
   - Днем я буду занята.
   - Чем ты будешь занята днем? - Ощущая какое-то неприятное смутное  по-
дозрение, я сделал ударение на "чем", желая придать ему более одушевлен-
ный характер.
   - Это неинтересно.
   - Ах ты господи, как же не интересно, очень даже интересно, просто-та-
ки до смерти как таинственно.
   - Мне предстоит дальнее путешествие за город, нужно проведать  челове-
ка.
   Ну слава Богу, я обрадовался прояснению. Конечно, все просто,  долгая
дорога вдвоем, рука об руку, плечом к плечу, что может быть лучше?  Ведь
мы уже не раз путешествовоали по ее важным делам.
   - Нет, не стоит, это так утомительно, - вполне искренне,  не  раздумы-
вая, она отказывалась от предложенных тут же услуг. - Нет,  зачем  такие
жертвы.
   Но меня уже трудно было остановить. Она сама, первая спросила о  моих
планах, она хочет привлечь меня к какому-то необходимому трудному мероп-
риятию, следовательно, что-то на самом деле сдвинулось, сошло наконец  с
проклятого неподвижного места, и я стал нужен, желаем, необходим.
   - Когда мы выступаем?
   - Мне нужно быть там после обеда, но право, не  стоит  утруждаться,  и
потом, мне придется там задержаться на некоторое время.
   - Я подожду, займусь осмотром достопримечательностей.
   - Там нет ничего интересного.
   - А что там вокруг?
   - Плоское безбрежное пространство...
   - Гм, - от радости я потерял дар речи.
   Она вспомнила то, от чего я уже сам давно отказался. Это ли не  приз-
нак? У меня даже перехватило дыхание.
   - Правда, там унылое, заснеженное поле... и, кажется, лес.
   - Ах, все-таки лес, - я беззлобно ерничал, уже точно веря  в  неизбеж-
ность нашей завтрашней встречи. - Я люблю подмосковный лес...  -  Я  уже
собрался процитировать что-нибудь подходящее, но не успел.
   - Да ведь этот человек, к которому я должна ехать - мой муж.
   Невозможно даже приблизительно изобразить странный  булькающий  звук,
исторгнутый мною в тот момент.
   - Да, у меня есть муж, - она с любопытством посмотрела на меня, - неу-
жели вы думали иначе?
   Любовь делает людей глупыми, точнее, такими, какие они есть на  самом
деле, всплыла давняя романтическая мысль.  Через  мгновение  я  уже  сам
удивлялся своей бурной реакции: конечно, муж, конечно, должен, иначе как
же? Кажется, она что-то такое даже говорила, но в абсолютно  законченном
прошедшем времени, в смысле некоторой тени, наподобие своеобразного  ос-
таточного явления, вроде бы и реального, но только  как  результат,  как
осложнение после тяжелой, но излечимой болезни. Снова возник, пришел  из
далекого доисторического прошлого, замаячил в непосредственной  близости
молодой человек из той неудачной жизни, когда я  наотмашь  стучал  в  ее
наглухо закрытые двери. Значит, он  был,  существовал  и  угрожал  моему
счастью на самом деле. И вот теперь  она  удивляется  моему  запоздалому
открытию, а я осматриваю весь долгий, тернистый путь к сегодняшнему сос-
тоянию, тоже удивляюсь, но уже не собственной недогадливости,  а  наобо-
рот, терпению и даже прозорливости. Так ведь и она не торопилась! Не то-
ропилась, не спешила, а теперь поставила в известность, причем не просто
ради торжества истины, а явно с какой-то тайной целью.
   - Вот и нет теперь проблем... - с преувеличенной легкостью она подвела
черту моим мечтам.
   - Да нет, я все же не отказываюсь наотрез от  нашего  путешествия,  но
просто теперь оно возможно лишь в одном случае, - я сделал паузу, в  на-
дежде подтолкнуть ее к важному признанию (в конце концов она сама начала
этот разговор), но она молчала. - Понимаешь, я не умею жить втроем.
   - Я тоже.
   Так закончился этот странный разговор. Я понимал - наступил  какой-то
действительно важный для нашей судьбы момент. О, я, конечно, не поверил,
будто здесь вполне обычное затруднение  и  неудобство  для  нашей  новой
встречи, мол, не окажется ли кто-нибудь из нас троих  в  слишком  глупом
положении, а конкретно, не выйду ли я слишком смешным на фоне ее  выздо-
равливающего, соскучившегося, как она сама выразилась, мужа. Или  наобо-
рот, не получится ли он тем назойливым препятствием нашей близости,  ис-
чезнувшим на время недомогания, а теперь вновь замаячившим на горизонте.
Последнее, по ее словам, вообще не соответствовало ходу вещей,  да  и  я
сам не принимал такой постановки вопроса. Нет, тут  было  что-то  совсем
другое, что-то глубокое, сердечное из области, где решаются  самые  важ-
нейшие вопросы. Ведь не могла же она первой напрашиваться на свидание и,
следовательно, весь разговор был затеян ради ее самой, будто до того она
еще колебалась, а теперь в середине января решилась. Я так это  понимал,
что просто-таки опустил руки,  решив  ничего  не  предпринимиать.  Может
быть, я уже тогда знал правильный ответ и потому лишь не радовался, что-
бы не сглазить. Мы расстались, ничего  не  решив.  Все  переносилось  на
завтра, на следующий решительный день, день колебаний, сомнений и  окон-
чательного выбора. Я полностью доверился ей: пусть, как решит, то и  бу-
дет.
   Никакое преувеличение, никакая остроумная метафора или, говоря  сухим
языком, аналогия, не могут превзойти  реальную  комбинацию  естественных
событий. Мог ли я в любом случае не последовать в тот день за ней  к  ее
мужу? Хватило бы у меня сил отказаться от свидания только из-за унижения
оказаться в положении стороннего наблюдателя? Не уверен, не знаю, не мо-
гу гарантировать. Слава Богу, сию чашу пронесли мимо меня кому-то друго-
му.
   Да, мы были там. Сначала это походило на испытание, на некий хитроум-
ный опыт с неясными, изменявшимися по ходу дела предпосылками, и  с  еще
более неясным исходом. От страха потерять то, чего я еще не имел, но на-
верняка мог бы получить, все мысли свело в  одну  безобразную,  отврати-
тельно малых размеров точку, из которой  рождался  лишь  один,  нарочито
серьезный, мрачный, даже, я бы сказал, исторический  взгляд  на  природу
вещей. Временами, казалось, все рухнуло - такими долгими показались  мне
тридцать-сорок минут ожидания на краю третьего Рима.  Наверное,  оттуда,
из того места, где они были вместе, меня трудно было различить  на  фоне
черных северных пиний. Я исчезал, растворялся, таял во временах, как та-
ет бритвенное лезвие в лимонной кислоте. Я превращался в маленького  ма-
лозначительного человечка, брошенного в реторту средневекового алхимика.
Она уже не вернется, ныло под ложечкой, и тут  же  уточнялось  в  мозгу,
т.е., конечно, вернется, дорога-то назад одна, но уже совсем не той, что
раньше, холодной, чужой, не нуждающейся в моих  навязчивых  притязаниях.
Вспомнилась отвратительная сцена, случившаяся некоторое  время  назад  в
какой-то полутемной кофейне, куда мы зашли передохнуть и  обогреться,  и
где пьяная нахальная рожа, схватив меня за грудки, грозила тут  же  меня
измордовать, а я так же унизительно испугался,  и  не  столько  действи-
тельно быть измордованным, сколько открыться пред нею мелким слабохарак-
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 6 7 8 9 10 11 12  13 14 15 16 17 18 19
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама