Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Проза - Уильям Сирз Весь текст 270.89 Kb

Бог любит смех

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 4 5 6 7 8 9 10  11 12 13 14 15 16 17 ... 24
Вот откуда брались высокие счета.
   Если отец натыкался на них, когда они стояли в кухне на коленях,  су-
нув головы в духовку, он кричал матери: "Почему ты не вымоешь волосы то-
же, Этель? Тут есть место как раз еще для  одного  полена".  Потом  отец
уходил, бормоча про себя:
   "Почему они всегда вытаскивают меня из реки?" Я догадался,  что  отец
никогда не был в реке, это было просто такое выражение, которое он упот-
реблял. Он употреблял его, говорил он, когда человеческую плоть  толкают
туда, где она лопается, как гнилая резинка. У отца было еще одно любимое
высказывание: "Зачем я тебя ращу?" На это ответа не было. Но то, которое
он употреблял чаще всего, по любому случаю -- важному или  неважному  --
звучало так: "О, Боже, когда все это кончится?" Никто, конечно, этого не
знал.
   Теперь, когда я уговорил отца принять мой табель успеваемости без на-
силия, моей следующей проблемой стало раздобыть  костюм  для  выпускного
вечера. Я, конечно, не мог читать два своих  стихотворения,  стоя  перед
всеми в старых вельветовых штанах и свитере. Я придумал, что можно быст-
ро заработать на него с помощью моего пера.
   Я послал пятьдесят стихотворений в "Снаряд" Капитана Билли. Это  были
те самые, которые вернула "Сатурдей  Ивнинг  Пост",  не  говоря  уже  об
"Угольщике", "Домашнем журнале для женщин", "Деревенском джентельмене" и
одной или двух дюжин других.
   Письмо вернулось. Внутри что-то было. Мои стихи! Письмо сообщало, что
пока я еще не попадаю в самое яблочко. Отец сказал, что я  еще  даже  не
зарядил ружья. Письмо было любезное, но в обескураживающем  смысле.  Оно
говорило, что мне нужно побольше "выдержаться".  И  это  было  все.  Моя
сестра Элла сказала, что на самом деле в письме спрашивается: "Не  моло-
косос ли ты?" Мое отчаяние привело к весьма ужасному и тягостному бытию.
   Г Л А В А 12. СЭМ, ТЫ СЛИШКОМ УКОРОТИЛ ШТАНЫ Всего за  пять  дней  до
выпускных экзаменов я продал еще одно стихотворение, но получил за  него
только доллар. Я продал его своей сестре Мэри.  Я  назвал  его  "Заплати
мальчику деньги" и прочел ей однажды утром до того, как отец спустился к
завтраку.
   Кто время проводит в забаве ночной, Лишь в первом часу заявляясь  до-
мой?
   Кто видит кого-то, крадущимся в дом В наряде знакомом таком голубом?
   И кто все расскажет папаше в момент, Когда за труды не  получит  про-
цент?
   Мэри сказала, что это шантаж, но доллар я получил  --  десять  центов
еженедельно на десять недель. Хуже было то, что мистер Майерс выгнал ме-
ня с чердака на два месяца раньше. Он заявил, что я  снимал  его,  чтобы
писать , но ничего не упоминал о бейсболе в  помещении.  Он  вернул  мне
четверть платы и разорвал контракт. Я пошел в аптеку Грина и одним махом
принял две содовых с шоколадом. Уоллес, брат Лу  Моррей,  приготовил  их
мне.
   "Когда ты отправишься в Голливуд снимать "И бар, и опилки, и пиво  за
никель"? -спросил он. -- Ха!" Я решил потратить последний никель где-ни-
будь в другом месте.
   За три дня до выпуска я понял, что дела  мои  уже  достаточно  плохи,
чтобы приступить к молитвам о костюме. Но мне не хотелось просто просить
Бога дать мне новый костюм, ведь дед всегда говорил:  "Это  не  молитва,
это попрошайничество. Ты не должен крутиться с кружкой  для  пожертвова-
ния, упрашивая Бога, чтобы Он тебе ее наполнил. Ты сам должен что-то де-
лать". Я решил, что буду молиться и буду усердно работать по дому. Может
быть, Бог и пойдет на небольшую сделку со мной.
   Все, казалось, рухнуло, когда отец вызвал меня для личной  беседы.  Я
не любил таких встреч, потому что неизвестно было, что  отец  приготовил
мне -- "разговор начистоту", или "как отец с сыном", или "как  равный  с
равным", или "как мужчина с мужчиной" Но отец удивил меня: новости  ока-
зались хорошими.
   "Ты упорно работал по дому эту неделю, -- сказал он. --  Более  того,
ты всерьез пытаешься стать писателем. Ты изучаешь это, ты читаешь  и  ты
пишешь. Твои дела в школе не блестящи, но ты стараешься".
   И затем он вручил мне свой лучший коричневый  костюм.  "Ты  не  такой
большой, как я, -- сказал он, -- но ты достаточно большой, чтобы  надель
мой лучший костюм на выпускные экзамены".
   Я был почти такого же роста, как и отец, и, прищепив к брюкам подтяж-
ки, я выглядел в них не так уж плохо. Я немножко болтался внутри  пиджа-
ка, но, в конце концов, это был мой костюм.
   "Здорово, отец, -- сказал я. -- Спасибо".
   "Отнеси прямо сейчас к портному, чтобы вичистить и выгладить. Это мой
лучший костюм, смотри, не посади на него ни пятнышка. И держись подальше
от заборов.
   Через пять минут я был у портного и просил его почистить и  отутюжить
костюм. И не знаю, как вышло, но я сказал кое-что еще.  Что-то  на  меня
нашло. Словно ниоткуда возникло некое эхо и проговорило моим голосом: "И
пока я здесь, сделайте поменьше. Сделайте поуже талию, ушейте  пиджак  и
укоротите штаны и рукава".
   Еще не дойдя до дому, я опомнился  и  осознал,  что  натворил.  Разум
подсказывал мне бежать назад и отменить заказ. Но сердце говорило: "Бет-
ти Миллер сразу поймет, что ты мельком шит, если твои штанины  не  будут
волочиться по полу".
   Я рассказал Элле о злом духе, охватившем меня. Мы оба пришли к  выво-
ду, что лучше быть во власти "злого духа", чем отца, хотя на самом  деле
у меня имелись достаточно хорошие шансы оказаться во власти  и  того,  и
другого.
   Не стоит говорить о том, что я выпускался в отцовском костюме.
   Рядом с Бэтти Миллер я даже не обращал внимания на  колкости  Уоллеса
Мюррея.
   "Эй, Сирс! Это костюм твоего старика?" "Так оно и есть, --  сказал  я
ему, -- но я уже подрос для него. Нет смысла носить детскую одежду, если
ты мужчина". Бэтти Миллер посмотрела на меня  такими  большими  глазами,
что я мощно расправил плечи.
   Это было не очень заметно, но внутри я чувствовал именно так, и  ска-
зал: "Жаль, что скоро я вырасту и из этого".
   Судный день наступил на следующее воскресное  утро  в  девять  часов,
когда я играл в "старого кота" с четырьмя парнями на пустыре  и  услышал
еще один голос, который исходил, казалось, ниоткуда. Он был так  громок,
что я услышал бы его даже за Джуно-Парком. Он произнес:
   "Уильям!" Он стоял на нашем парадном крыльце в своем коричневом  кос-
тюме. Ну, пожалуй, не совсем в нем. Элла потом говорила, что отец выгля-
дел как монах Тук в пижаме Румпельстильтскина.
   "Ты звал меня, отец?"  --  спросил  я,  шлепая  вверх  по  ступенькам
крыльца и надеясь, что это от жары так покраснело его  лицо  и  вздулись
жилы.
   "Ты ничего не замечаешь?" -- тихо прошептал он.
   "Ух ты! Твой костюм попал под дождь или еще где вымок?" Отец  простер
палец. Он указал на мою спальню.
   "Наверх", -- сказал он.
   Г Л А В А 13. ТРИ ОТМЕЧЕННЫХ ПРИЗАМИ ПЬЕСЫ, НО НИ ЦЕНТА НА СИГАРЕТЫ Я
выпускался  из  средней  школы  несколькими  годами  позже,  и  в  своем
собственном костюме. Потом я  отправился  в  Висконсинский  университет,
пробыл там достаточно долго, чтобы стать заводилой среди  первокурсников
и заслужить красно-белый свитер, который помогал  мне  автостопом  доби-
раться на уикэнд домой в Милуоки. Я выиграл золотой  баскетбольный  мяч,
как форвард университетской команды, и надеялся  стать  яркой  универси-
тетской звездой, но тренер, Док Минвелл, и  восемь  парней,  наступавших
друг другу на пятки, охладили мой пыл. Чтобы заработать деньги на  кусок
хлеба и угол, я работал официантом, мыл посуду, топил печи, а  чтобы  их
спустить -- я ходил в Кэпитол-театр.
   Это была тяжелая, полная самопожертвования  жизнь,  но,  думаю,  могу
искренне сказать, что это доставляло мне мало удовольствия. И я  возвра-
тился в Милуоки прежде срока.
   Начиналась "великая депрессия": в нашей семье все остались без  рабо-
ты, доходов у нас не было, сбережений тоже, нечего было есть. Таким  об-
разом, я поспешил вернуться домой из университета,  чтобы  помочь  семье
голодать.
   Я износил пару отцовских башмаков, ища работу, пока не выходил  место
в нефтяной компании, благодаря умению печатать и стенографировать, кото-
рому я выучился в средней школе. Через три недели после того,  как  я  к
ней присоединпился, компания обанкротилась (не по моей вине). Дела пошли
от плохого к худшему, но в 1933 году это была короткая дорожка.
   Однажды ночью в постели я составил свой личный свободный баланс, что-
бы посмотреть, нельзя ли обнаружить причину всех этих несчастий, свалив-
шихся на меня. Я провел вертикальную линию посреди листка бумаги и  внес
все скверные факты в список по порядку:
 
   Плохие делаХорошие дела
   1. Компас, позаимствованный у парня, сидевшего со мной по соседству
   на школьном собрании, когда я был старшеклассником. Он обнаружил
   пропажу раньше, чем я успел вернуть. Обещал отлупить меня
   наутро.Должно что-нибудь быть.
   2. На первом, самом тяжелом году депрессии, 5 долларов, занятые у
   помощника директора средней школы, м-ра Вайса. Истрачены на удаление
   двух гнилых зубов у отца. 75 центов отложены; потрачены как-то
   глупо. Еще не возвращены.
   3. Сделан заем в 7,5 долларов у приятеля, Ли Годфри. Или это было
   три-пятьдесят? Или, может быть, полдоллара? Кажется, я истратил это
   на девушку. Или на себя?
 
 
 
   Я снова начал читать Библию. Но совсем по другой причине.  Я  не  мог
себе позволить книгу Фрэнка Мерривелла или рассказы  о  Шерлоке  Холмсе.
Откровенно говоря, я предпочел бы зеленый лист "Милуокской  Газеты",  но
мы не могли себе позволить ни пенни. Но у нас была Библия.
   Мне пришелся по душе Иона. Я начал относиться к нему, как к брату.  Я
даже не был уверен, хочется ли мне еще отгадать смысл моих видений. Иона
слышал голос Бога, говорящий ему: "Ступай в Ниневию!" Я раздумывал о ви-
дении, которое заставляло меня искать что-то удивительное и  прекрасное.
Я начал прибегать к тем же отговоркам, что и Иона. Я думаю, каждый чело-
век имеет свою собственную Ниневию и свои собственные  причины  не  идти
туда, куда он должен идти.
   "У меня совершенно загруженый период".
   "Потом, погодите. У меня сейчас другие планы".
   "Почему бы не отправить Джонатана? Он выглядит безгрешным  и  гораздо
набожнее меня, и у него длинные волосы, и люди его слушают".
   "Как только я заработаю побольше денег и  разбогатею  --  я  пойду  и
возьму город штурмом. Вот увидите".
   Мы были тогда на самом дне "депрессии". Я знал об этом,  потому,  что
Вашингтон так нам говорил в течение трех лет. Мы  постоянно  слышали  по
радио про какого-нибудь финансиста или бизнесмена,  который  бросился  с
пятнадцатого этажа какого-нибудь здания, разбившись насмерть. Отец гово-
рил, что сам поступил бы подобным образом, но от голода так  ослаб,  что
не способен подняться настолько высоко, чтобы причинить  себе  хоть  ка-
кой-то ущерб.
   Более двух лет я не имел в кармане более двадцати пяти центов  налич-
ными. Я ни разу не ходил в кино, ни разу не проехал в такси или на авто-
бусе, не съел ни стаканчика мороженого и не выпил ни одной содовой.
   На обед в День Благодарения в 1932 году у нас было три цыпленка,  два
ломтя черствого хлеба и имбирный кекс, который  испекла  матушка.  Отец,
Элла и я нанесли визиты всем нашим соседям, чтобы позаимствовать необхо-
димые ингредиенты. Кекс в середке просел, потому что никому  из  нас  не
верилось, что он находится в духовке, и мы все время  заглядывали,  дабы
убедиться , что он все-таки там, и весело подталкивали друг друга локтя-
ми. Отец философски заметил, что если целая страна могла впасть  в  деп-
рессию, то почему бы это не сделать кексу.
   "Кроме того, -- сказал он, -- получилось отличное место  для  взбитых
сливок".
   Мать начала смеяться. Из-за взбитых  сливок.  Отец  выдоил  последние
капли из банки сгущенного молока, а я  сполоснул  жестянку  своим  чаем.
Отец наточил большой разделочный нож и с преувеличенными церемониями от-
делил грудку, крылышки и ножку от первого цыпленка.  Отец  поднял  ножку
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 4 5 6 7 8 9 10  11 12 13 14 15 16 17 ... 24
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама