Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Aliens Vs Predator |#2| And again the factory
Aliens Vs Predator |#1| To freedom!
Aliens Vs Predator |#10| Human company final
Aliens Vs Predator |#9| Unidentified xenomorph

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Проза - Сергей Михайлов Весь текст 193.26 Kb

Тумак фортуны или услуга за услугу

Следующая страница
 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 17
   Сергей Михайлов.
   Тумак Фортуны или Услуга за услугу

-==Глава первая==-
     В тот вечер я был зол, как тысяча голодных  Шерханов. Я готов был рвать
и метать. А  все потому, что жизнь снова подкинула мне подлянку. И вечно вот
так: шагу не ступишь, чтобы в дерьмо не вляпаться.  Такая уж, видать, у меня
фортуна: как ни крути, ни верти, а все худо выходит. Это уж точно.
     Да-а, подвезло  мне  нынче  с Новым  годом,  уж так подвезло,  что хоть
башкой  о кирпичную стенку бейся. Хорош праздничек, нечего сказать! Всю ночь
в одиночку прокантоваться да  в телек  пялиться,  смотреть,  как богема наша
московская шампанское хлещет да в конфетти купается -- удовольствие, скажу я
вам, ниже среднего. Да  что  я,  в конце  концов,  бобыль-холостяк какой или
монах на епитимье, чтобы такую ночь в единственном числе коротать?!
     И  не монах я, и не бобыль,  а все ж таки один я остался, это уж точно,
один как перст. Светке, жене моей, подфартило ночное дежурство в ее дурацкой
больнице (еще  бы! ей всегда "везет"  с этими ночными дежурствами,  леший их
забодай), а я,  как последний идиот, топаю  со  смены домой через полгорода,
хотя  на  часах  уже  десять  вечера,  старый  год  вот-вот издохнет, словно
бродячий пес под забором, и  пилить мне еще до дому о-го-го сколько... И-эх!
Житуха наша никудышная!  Напьюсь  сегодня до поросячьего визга,  это  уж как
пить дать... Два часа!  Каких-то вшивых два часа  осталось  до боя курантов,
черт  бы  их  побрал  совсем, а  я  тут  грязный  снег  мешу  своими драными
сапожищами, зубами выклацываю морзянку на языке суахили и медленно  околеваю
от холода и обиды.
     Город  будто вымер. Словно  холера всех скосила. Автобусы давно уже  на
приколе, такси тоже, похоже, волной смыло, все до единого, а к частнику я ни
в жизнь не сяду.  Одного моего кореша, в самый  что ни на есть день получки,
один такой частник-рецидивист так хватанул монтировкой по чайнику, что кореш
тот до сих пор вспомнить  не может, в каком  году Кант родился  и чему равно
число "пи" с точностью до двадцать третьего знака. Газеты  же  теперь  снизу
вверх  и слева  направо  читает, все  равно  что Саддам Хусейн какой-нибудь.
(Раньше, бедолага, он  газеты вообще не читал,  а все  больше  колбасу в них
заворачивал). Вот  и пить, говорят, завязал, а это  уж, прямо скажем, совсем
аномальное явление. Видать,  забыл,  горемычный, что нет у  нас,  у работяг,
иного  счастья, как  опрокинуть  стаканчик-другой  после  тяжелой  смены  и,
воспарив душой, возвернуться в дом родной, где  ждет тебя не дождется вторая
твоя  половина,  единственная  и ненаглядная. Да как  же не пить, когда жить
иначе становится невмоготу? Я и сам-то выпить не дурак, хотя в запой никогда
не уходил, Бог миловал, это уж точно. Так,  раздавишь с корешами поллитровку
после  трудового дня  -- и  по хатам. Светка-то  моя  с  пониманием  к этому
относится, мордобоем не  увлекается, мораль не читает и  о вреде алкоголизма
не  нудит.  Вникает, знать,  в суть  проблемы,  душу простого  трудяги видит
насквозь, недаром к ним в больницу намедни новый рентген завезли.
     Так что к частнику  не  сяду  ни за  какие  коврижки,  хоть режь. Лучше
околею прямо здесь, на улице, вон в том, скажем, сугробе, но черепок свой от
монтировки лиходея-террориста уберегу. Жаль черепок-то, чай не чужой.
     Да и зря я, собственно, беспокоюсь. Все частники, поди, по  норам своим
да халупам  давно уж  разбрелись,  слюной  да соком  желудочным  истекают  в
предвкушении грядущих  возлияний,  а кто-то  наверняка уже  хряпнул по  паре
стопок, если не  все три, и  пялится теперь  в телеящик,  ожидая продолжения
банкета.
     Я  же истекаю исключительно  желчью.  Злой, холодный и голодный, словно
один  в поле  не  воин. Ну ничего, вот приду  домой, врежу  сто пятьдесят, а
потом  еще разок, вдогонку -- и тогда,  глядишь, оттаю,  и душой, и телом. У
меня  ведь две ноль-пять припасено, в загашнике,  заранее все  обмозговал  и
припрятал. Две  "Столичные" рязанского разлива.  Парень я не промах,  это уж
точно, люблю  в перспективу глядеть, в корень, выражаясь иносказательно. Как
только прознал,  что Светке в новогоднюю ночь вкалывать предстоит, так сразу
и припас. Уважаю я это  дело, когда выпивки вдоволь, а мне ведь больше  двух
пузырей и не надо, я и  от одного заметно  окосею, уж мне-то свою натуру  не
знать!  Шампанское? А ну  его в  баню.  Меня от него  пучит и рожа краснеет,
словно у запойного алкаша.  Я  не аристократ  какой  и не  дегенерат,  чтобы
шампанское в одиночку глушить. То ли дело водочка!
     Где-то  пробило   пол-одиннадцатого.   Тут  уж  я  совсем  обозлился  и
закостенел душой. А тут еще какой-то патлатый придурок выволок на балкон две
колонки и... надрываясь от натуги, завопил, захрипел  на всю  округу  Санька
Буйнов.

Пропади все пропадом!
Пропади все пропадом!..
     Санек орал так, что в желудке сделалось щекотно. Глухо бухали по мозгам
буйновские  децибеллы. А  ведь верно орешь, Санек, пропади оно все пропадом!
Не жизнь, а дерьмо собачье. На кой ляд она мне сдалась, а? Сам-то ты, Санек,
поди, еще  загодя  укатил  к Алле  Борисовне  на  своем  халявном  "ягуаре",
прихватив пару ящиков "амаретто". И теперь, поди, уплетаешь икру половниками
-- так, что аж за ушами у тебя пищит да очки от кайфа потеют. И снуют вокруг
тебя, это уж как пить  дать, гетеры голозадые, с подносами  да со  всяческой
выпивкой  заморской,  а  рядом-то  все  друзья  да  кореша  твои, коллеги  и
сотрудники  по  работе,  жены  чужие  и  разные  прочие  женщины,  и  все  в
бриллиантах,  все разукрашены, размалеваны,  расфуфырены. Богема, мать твою.
Эти-то уж точно знают, как надо Новый год встречать. У этих-то наверняка все
схвачено, кем надо за все заплачено.
     Так что не дери, Санек, луженую глотку свою,  не  верю я  тебе,  ну вот
хоть  тресни --  уж для кого для  кого, а для тебя-то жизнь явно не  собачье
дерьмо.
     Я двинулся  дальше. Путь  мой  пролегал вдоль набережной. Морозец в тот
день, последний день уходящего  года, завернул  такой, что аж  вдыхнуть было
боязно.  Я и дышал-то через раз, опасался носоглотку застудить. Весь декабрь
был  теплым, сырым, а тут  -- на  тебе!  -- лютые холода подоспели, как  раз
вовремя, чтобы Новый год не казался нам, трудягам,  Восьмым марта. Вокруг --
ни зги, хоть глаз коли. На душе было  муторно и тошно, словно сунули меня не
в  мою тарелку. Уж не забрел  ли я ненароком в не то измерение или, на худой
конец,  в  иной   пространственно-временной  континуум?  (Во,  завернул!)  В
новогоднюю ночь, говорят, всякие чудеса случаются.
     И тут я увидел его, Деда Мороза.
-==Глава вторая==-
     Не скажу, чтобы  я шибко  удивился или, например, обрадовался. Нынче, в
последние  предновогодние  деньки,  этих  Дедов Морозов  все равно  что  кур
нещипанных, так и шастают по  Москве в театральных реквизитах,  с шампанским
под мышкой -- и  все же на душе у меня  слегка потеплело, когда понял я, что
не один остался на этой вымершей и холодной планетке.
     Я  зашагал  к  нему. Подойдя  поближе,  заметил,  что  с Дедом  Морозом
творится  что-то неладное.  Ситуация вырисовывалась  явно  нестандартная.  А
когда  до  меня  дошло,  что же все-таки стряслось,  у меня  аж уши на башке
зашевелились.
     Бедняга  суетился вокруг  своего "жигуленка", а  тот,  стервец,  словно
норовистый  жеребец, пробив своей лакированной мордой чугунное  заграждение,
что тянулось  вдоль всей набережной, завис, мерзавец, передними колесами над
самой  рекой-Москвой  и  плавно  так  покачивался,  в  любой  момент готовый
сигануть  вниз. Занесло его,  видать,  на  скользкой  дороге,  а Дед  Мороз,
сердешный,  не справился  с рулем  и-и-и... эх!  И вот  ведь  вопрос: как он
только сумел выбраться из своей колымаги!  Да тут не  только Дед Мороз,  тут
сам  черт ногу  сломит,  это уж  точно.  А  ему, гляди-ка,  все нипочем, сам
выбрался, да еще "жигуленок" свой  норовит  утянуть назад, на твердь земную,
подальше  от крутого гранитного берега. Только одному-то ему не  справиться,
это  уж как пить  дать.  Вертится вокруг "жигуля", снует туда-сюда,  колдует
чего-то, а "жигуль" все ни с места. Потому как слабо ему одному.
     И тут он  увидел  меня.  Замер, выпрямился,  перестал скакать вокруг да
около и стал терпеливо ждать, когда я подойду поближе.
     -- Бог в помощь, приятель, -- приветствовал я его и,  критически окинув
сложившуюся  ситуацию, сплюнул  сквозь дырку в передних зубах. -- Хреново-то
дело, как я погляжу.
     -- Да, неудачно все вышло, -- ответил он и в упор уставился на меня. --
Сударь, помогите  мне  вытащить мою машину.  В  долгу  не останусь,  честное
слово.
     Сударь, ха! Не товарищ, не гражданин, не даже господин, как нынче стало
модным именоваться, а именно  сударь. Что-то новенькое на нашей одной шестой
части суши.
     Я отмахнулся.
     -- Да ладно, чего уж там. За так помогу, бесплатно.  Мне ваши деньги не
нужны, я не из таковских.
     --  О'кей,  приступим,  --  тут  же  заявил Санта-Клаус  и  снова  стал
деятельным.  --  Давайте-ка  возьмемся вот здесь и  попытаемся  вытащить мою
старушку на мостовую.
     Я  хоть  ростом не  велик,  но силенками  Бог  явно не  обидел, чего уж
скрывать. Вот,  видать, и не рассчитал я  своих  силенок-то. А тут  еще, как
нарочно, ветер рванул, завьюжил, да так  крепко, что чуть было с ног меня не
сшиб. Словом, схватились  мы за зад  его "жигуленка", поднатужились,  и  так
легко оно  пошло вдруг,  так ходко, словно  не  стальную  колымагу мы  с ним
тягаем, а пуховую перину или декорацию из папье-маше. Я и глазом моргнуть не
успел,  как  все это  приключилось. "Жигуленок" вдруг встал на дыбы, как  бы
желая взбрыкнуть, и... плавно так, неслышно сиганул в речную пучину. Лишь на
миг  замер над гранитной кладкой его  новенький  блестящий  зад и --  ку-ку,
Гриня, поминай как звали. Глухой далекий всплеск -- бул-тых! -- завершил это
трагическое событие.
     -- Перебор, -- пробормотал я сконфуженно.  -- Не  рассчитали.  Вот ведь
какая незадача.
     С минуту Дед Мороз стоял неподвижно, смиряясь  с свершившимся фактом. Я
в  этот  момент  как раз  собирался дать  деру  -- да  не  успел.  Он  резко
повернулся ко мне. Глаза его были серьезны.
     -- М-да, сударь, сослужили вы мне службу. -- Он еще раз кинул взгляд на
расходящиеся по темной воде круги.
     -- Я  дико  сожалею,  приятель,  -- начал было оправдываться я,  но  он
остановил меня движением руки.
     -- Забыто, сударь. Забыто и погребено на дне морском.
     -- Речном, -- брякнул я, не подумав, и тут же понял, что сморозил чушь.
     Взгляд его стал строгим.
     -- Давайте не будем больше об этом.  Вы  пытались оказать мне услугу, и
за это я вам искренне  благодарен. Не  ваша  вина, что все вышло именно так.
Благое намерение должно  быть вознаграждено, сударь,  и  я вознагражу вас по
мере моих сил. Услуга за услугу, как говорится.
     Я упрямо замотал головой.
     -- Не нужны мне ваши деньги.
     -- Кто  здесь говорит о  деньгах?  Деньгами  здесь и не пахнет, клянусь
моей бородой. Эта услуга несколько  иного рода. Впрочем,  не услуга даже,  а
подарок, новогодний подарок. Все-таки я Дед Мороз, и дарить людям подарки --
моя прямая обязанность. Если хотите, долг.
     Я   пожал  плечами.  Подарок  так  подарок.  В  конце  концов,  я  ведь
действительно хотел ему помочь. А оно вон как вышло.
     Дед Мороз тем временем сунул руку в обширный карман своей шубы и выудил
из него пухлый бумажник. Открыв его, он стал в нем копаться.
     --  Вот!  -- сказал  он  наконец,  выхватывая  двумя  пальцами какую-то
бумаженцию. -- Вот именно то, что я искал. Это вам, сударь. От меня.
     Билет  в цирк или на новогоднюю елку, подумал было  я.  Зачем  он  мне?
Детей  у  меня  нет,  а  сам  я на  подобных  мероприятиях  не бывал уже лет
тридцать, не меньше. Однако обижать Деда Мороза мне не хотелось.
     Я протянул руку и  взял  бумаженцию. Это был не билет, это  было что-то
совсем другое.
Следующая страница
 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 17
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама