Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Aliens Vs Predator |#3| Endless factory
Aliens Vs Predator |#2| New opportunities
Aliens Vs Predator |#1| Predator's time!
Aliens Vs Predator |#5| Final fight

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Зарубежная фантастика - Станислав Лем Весь текст 642.34 Kb

Осмотр на месте

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 21 22 23 24 25 26 27  28 29 30 31 32 33 34 ... 55
сомневается,  сказал  Отец  Хиксион  Второй,  тот  ни  о  чем  не  просит.
Напоминать Господу о себе - значит относиться к Нему как к заблокированной
в час пик телефонной станции; молиться - все равно что тыкать в розетку  и
стучать по аппарату, а горячо молиться - значит повышать внутренний  голос
до  крика,  чтобы   тебя   услышали.   Все   это   ставит   под   сомнение
а_б_с_о_л_ю_т_н_о_е_,   а    значит,    _н_е    _м_о_г_у_щ_е_е    _б_ы_т_ь
у_л_у_ч_ш_е_н_н_ы_м_  Всеведение  и  Всемогущество  Добра.  Думать,  будто
Господь смотрит в другую сторону, не туда, где находится  просящий,  могут
только младенцы. Если же Он все видит и обо всем ведает, то незачем  лезть
Ему на глаза и добиваться Его внимания торжественными обетами и высочайшей
концентрацией набожности: Господь способен всмотреться в нас куда  глубже,
чем  мы  сами  с  нашими  молитвами  и  обетами.  До  второго  собора  еще
разрешалось молиться за других, хотя и не за себя; после него -  уже  нет.
Психологическое  облегчение,  достигаемое  молитвой,  было  упразднено;  в
противном случае, утверждают энциане, эгоизм, то  есть  забота  каждого  о
личных делах, восторжествовал бы над верой  в  непогрешимость  Всевышнего.
Служение другим и есть служение Богу, ибо тем  самым  исполняется  замысел
Творения, понимаемый как движение к совершенству.
     Представляется непонятным, как могла сохраниться неизменной  доктрина
веры в условиях  слияния  духовной  и  светской  власти,  -  казалось  бы,
вероучение должно было меняться в соответствии с интересами правящих,  как
это  было  у  нас  на  Земле  (именно  таково,   например,   происхождение
англиканской религии). Немалую роль  сыграл  тут  устремленный  в  будущее
догмат о "посюстороннем рае", который будет построен, когда  появятся  все
необходимые для этого  средства.  Такое  кунктаторство,  проистекающее  из
самой  догматики,  то  есть  признание   неизбежности   оттяжки   в   деле
усовершенствования общества, действительно можно счесть обычным ухищрением
власти с целью отвлечь внимание простого народа от нынешних бед и забот, и
именно  в  этом  упрекали  церковь  энцианские  свободомыслящие,  а  также
еретики. Во всяком случае,  "встроенное  в  веру  запаздывание  исполнения
желаний"  немало  способствовало  распространению  в  обществе  настроений
"молчаливого выжидания", когда у власти оказывались чудовища  вроде  троих
Лжексиксаров (не знаю, почему принято говорить именно о троих, коль  скоро
ни об одном в отдельности ничего не известно; но  думаю,  что  по  меньшей
мере столько же неясностей встретил бы энцианин в нашей всеобщей истории).
Вряд ли средневековые священники и богословы имели возможность хоть как-то
предвидеть развитие, или, лучше сказать, _в_о_з_н_и_к_н_о_в_е_н_и_е_ науки
(ведь ее еще не было и в помине), которая позволила  бы  энцианам  реально
взяться за исполнение заповеди "усовершенствования этого  света".  Похоже,
однако, что они, хотя и не могли ожидать  ничего  подобного  на  основании
знаний, которыми располагали, тем не менее верили в это не  менее  твердо,
чем христиане -  в  спасение  после  смерти.  Влияние  веры,  сдерживавшее
общественное развитие, стало ослабевать в народе к  концу  XXII  столетия.
Предложение   товаров   возрастало,   социальная   пирамида   все    более
сплющивалась, и, как это обычно  бывает  при  индустриальном  скачке,  все
начало  ускоряться:   производство,   торговля,   коммуникации,   миграции
населения. Умеренное благосостояние стало вполне достижимым, и именно  это
подорвало фундамент веры. Так по крайней мере утверждают  историки.  Народ
ждал обещанного церковью исполнения желаний, исполнения тем более  полного
и великолепного, что никто не представлял себе, как оно должно  выглядеть,
а зачаточное благоденствие, которого удалось вкусить, разочаровывало,  как
если бы все вдруг подумали: "и  это  все?"  Тогда-то  и  началась  мировая
война, удивительная тем,  что  она  до  конца  оставалась  государственной
тайной. Называют ее по-разному - "утаенной войной", "дивной войной", и  уж
меньше всего можно узнать из люзанских источников о противнике, с  которым
велась эта тайная схватка. От самого же противника  узнать  вообще  ничего
нельзя, так как по прошествии двадцати с чем-то лет  он  бесследно  исчез,
словно его и не было никогда на планете.  Даже  само  название  вражеского
государства не сохранилось сколько-нибудь надежно. Известно, что размерами
оно не уступало Люзании, располагалось на антиподах, у Южного  полюса,  на
Цетландском континенте, и что  люзанцы  называли  его  Черной  Кливией,  а
курдляндцы - Голивией.  От  него  ничего  не  осталось,  кроме  пустыни  с
уходящей на  несколько  сот  метров  вглубь  вечной  мерзлотой.  Люзанское
правительство  установило  на   этой   вымершей,   выморочной   территории
бессрочный карантин и не позволяло - во всяком случае, согласно  доступным
источникам - ни одной научной или  военной  экспедиции  ступить  на  землю
Цетландии. Наши люзанисты строят по этому поводу  многочисленные  догадки,
но в сколько-нибудь отчетливую картину они не складываются. Черная Кливия,
или Голивия, никогда не объявляла войну Люзании и никогда  не  вступала  с
ней в вооруженный конфликт, но пыталась овладеть всею  Энцией  потихоньку,
исподволь, окольным путем. Ее обитатели, правда,  были  тоже  энциане,  но
другой расы и чуть ли даже не другого вида. Дело в  том,  что  когда  орды
кочевников  по  экваториальному  перешейку  пробирались  из  Тарактиды   в
Цетландию  (примерно  тогда  же,  когда  другая  их  часть   проникла   на
вулканическое плоскогорье на севере Тарактиды,  где  впоследствии  суждено
было возникнуть Люзании), - после  ряда  природных  катаклизмов  разверзся
глубокий подводный  ров,  отрезавший  друг  от  друга  соединенные  доселе
материки; так началось великое разделение праэнциан, и через  каких-нибудь
сто тысяч лет  покорители  Цетландии  изменились  физически  под  влиянием
суровых условий этого полярного континента. Они были ниже ростом, не столь
длинноноги, осанка их, прежде совершенно прямая, стала слегка  наклоненной
вперед; в древности и в средневековье они отличались особой жестокостью  к
чужеземцам, то есть энцианам Тарактиды, и  будто  бы  истребляли  одну  за
другой все экспедиции, добиравшиеся до  них  через  грязеан.  Поначалу  их
племена занимались охотой, затем на  протяжении  столетий  объединялись  и
вновь распадались на мелкие государства, но  достоверных  сведений  об  их
истории нет. Объясняется это, по-моему, тем, что  люзанцы,  страдавшие  от
необъявленной и даже не ведущейся официально войны,  нанесли  им  страшный
удар, и эффективность его оказалась настолько чудовищной, что  победителей
охватило чувство неизбывной вины. Над кливийцами будто бы довлел  какой-то
особый императив, то ли религиозный, то ли светский, который  требовал  от
них не жалеть ничего ради всеобщего Ка-Ундрия. Чем был этот  Ка-Ундрий,  я
так толком и не узнал, хотя перерыл целый библиотечный зал, а это  не  так
уж мало. Впрочем, само  название  придумали  искупленцы  -  гилоистический
орден  кающихся,  который  предается  воспоминаниям  о   страшной   участи
кливийцев; люзанское правительство относится к искупленцам терпимо, однако
они не имеют права обращаться к люзанскому обществу и разглашать какие  бы
то ни было сведения о внутренних делах ордена.  И  лишь  благодаря  утечке
информации известно, что кливийцы, в отличие от северных энциан,  говорили
почти бесшумно,  словно  были  способны  лишь  к  хриплому  шепоту,  а  их
беззвучный язык  не  имеет  близких  аналогов  ни  в  курдляндском,  ни  в
люзанском наречиях. Ка-Ундрий - это символ, которым искупленцы  обозначили
- но,  собственно,  что?  Национальные  интересы  кливийцев?  Сущность  их
государственности? План покорения планеты? Путь к счастью?  Или  само  это
счастье? Я охотно потолковал бы с каким-нибудь монахом из этого  ордена  о
том,  как  оно  было  на  самом  деле,  поскольку,  как  я  уже   говорил,
распространять любые публикации о Кливии  запрещено.  Ка-Ундрием  называли
какую-то идею  универсального  характера,  требовавшую  величайших  жертв,
вплоть до самой жизни, - это представляется  несомненным.  Всех  остальных
энциан кливийцы называли Хс-Хсце, что значит "Ничего-Не-Разумеющий". А так
как Ничего-Не-Разумеющих нельзя было заставить уверовать  в  Ка-Ундрий,  и
эта бестолочь, по их представлениям, стояла на пути к Исполнению -  уж  не
знаю чего, - то они старались подчинить или уничтожить  всех  некливийцев.
По-видимому, тут  произошло  весьма  любопытное  превращение:  сперва  они
боролись с Ничего-Не-Разумеющими лишь символически и магически (и  убивали
каждого, кто попадался им в руки, называя это  Обращением),  а  потом  все
более и более реально, по мере того, как овладевали зачатками  технологии.
Они были мастера по части всевозможных механических ремесел.  Похоже,  это
они первыми сконструировали самодействующие боевые устройства, из  которых
позже возникли так называемые Ультиматы, и мало-помалу втянули  Люзанию  в
гонку вооружений. Но так как кливийскую версию этих событий,  охватывающих
Верхнее Средневековье и первое столетие Нового времени, услышать нельзя, а
люзанцы, конечно, в этом вопросе пристрастны, добросовестный исследователь
должен поставить над всем этим  большой  знак  вопроса.  Так,  впрочем,  и
поступает большинство люзанистов. Поначалу  восемь  тысяч  миль  грязеана,
разделяющего  Тарактиду  от   Цетландии,   превращали   гонку   сухопутных
вооружений в  какое-то  обоюдное  помрачение,  лишенное  всякого  военного
смысла. Были, правда,  воинственные  штабисты,  которые  требовали,  чтобы
люзанские вооруженные силы высадились в Цетландии, но ничего подобного  не
произошло, и все эти планы пресекались в  зародыше  более  здравомыслящими
политиками. Кливийцы были весьма сильны в математике и умели  хладнокровно
рассчитывать. Мистический, или, во всяком  случае,  таинственный  характер
Ка-Ундрия, направляющего все их усилия, отнюдь не мешал им действовать  на
трезвую голову. Хотя движущая ими идея  завоевания  была,  быть  может,  и
бессмысленной  (а  разве  бывают  иные?),  однако  осуществлялась  она  на
удивление методично. Расходов она требовала, безусловно,  громадных,  ведь
это был уже век промышленного ускорения, и  приходилось  каждые  несколько
лет проектировать и запускать в производство совершенно новые,  все  более
дорогие виды вооружения. Люзания, с  ее  природными  богатствами  и  более
благоприятным климатом, которая к тому же первой вступила в индустриальную
эру, не отставала от соперника ни на шаг, однако поеживалась при этом, ибо
финансовое бремя вооружений, именуемых чисто  оборонительными,  непрерывно
росло. Великая мировая война началась втихомолку,  без  единого  выстрела,
без вступления в бой крупных войсковых соединений, поскольку все  операции
были криптовоенными. Неизвестно даже, насколько верны сообщения  некоторых
курдляндских   источников   (Курдляндия   сохраняла   в   этом   конфликте
нейтралитет, весьма относительный, как увидим), будто противники пробовали
вредить  друг  другу,  вызывая  дистанционное   расстройство   климата   и
землетрясения; возможно, то  были  всего  лишь  угрозы,  попытка  запугать
неприятеля или же психологическая атака с целью заставить врага вкладывать
средства в методы борьбы, которые не дадут ожидаемых результатов.  Правда,
большие центральные озера Цетландии действительно исчезли  в  сейсмической
трещине,  однако  ничто  не  указывает  на  искусственный  характер   этой
катастрофы. Как бы то ни было, до  прямого  столкновения  дело  не  дошло.
Почти одновременно Тарактида и Цетландия  вступили  в  эру  биотехнологии.
Невозможно установить,  кто  применил  первым  так  называемое  зачаточное
оружие.  Следует  помнить,  что  сражающиеся   через   океанский   простор
противники были энцианами, а оплодотворение совершается у  них  опылением.
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 21 22 23 24 25 26 27  28 29 30 31 32 33 34 ... 55
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (1)

Реклама