Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Зарубежная фантастика - Роджер Желязны Весь текст 331.31 Kb

Этот бессмертный (в.2)

Следующая страница
 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 29
                              Роджер ЖЕЛЯЗНЫ

                             ЭТОТ БЕССМЕРТНЫЙ



                                                             Бену Джейсону



     - Ты - калликанзарос, - заявила она внезапно.
     Я повернулся на левый бок и улыбнулся в темноту.
     - Копыта и рога я оставил в Управлении.
     - Значит, ты знаешь, о чем я!
     - На самом деле я Номикос.
     Я потянулся к ней и нашел ее.
     - На этот раз ты собираешься разрушить мир?
     Я рассмеялся и притянул ее к себе.
     - Подумаю. Если Земля рассыпается именно от этого...
     - Знаешь, дети, которые родятся здесь на Рождество, -  калликанзаросы
по крови, - сказала она,  -  а  ты  как-то  говорил  мне,  что  твой  день
рождения...
     - Ну хватит!
     До меня вдруг дошло, что  она  шутит  лишь  наполовину.  Если  знаешь
кое-что из того, что творится в Прежних Местах, в  Горячих  Местах,  то  в
мифы поверишь без особых усилий - например, в историю  о  тех  похожих  на
Пана духах, что собираются вместе каждую весну, чтобы десять  дней  пилить
Мировое  Древо  и  в  последний  момент  исчезнуть  при  звоне  пасхальных
колоколов. (Дин-дон-колокола, щелк-щелк-зубы, цок-цок-копыта и т.д.) Мы  с
Кассандрой обычно не говорили в постели о религии, политике  или  эгейском
фольклоре, но я ведь родился в этих  краях,  и  воспоминания  еще  отчасти
живы.
     - Ты меня обижаешь, - сказал я, шутя лишь наполовину.
     - Ты меня тоже обижаешь.
     - Прости.
     Я снова расслабился.
     Через некоторое время я попробовал объяснить:
     - Давно, когда я был еще совсем клопом, другие  клопы  дразнили  меня
"Константин Калликанзарос". Потом я вырос побольше и сделался  пострашнее,
и они перестали это делать. По крайней мере, они перестали  называть  меня
так в глаза.
     - Константин? Тебя так звали? А я думала...
     - Сейчас меня зовут Конрад, так что не думай.
     - Но мне нравится это имя. Я лучше буду звать тебя Константином, а не
Конрадом.
     - Ну, если тебе этого не хватает для полного счастья...
     Рябая луна высунулась из-за подоконника, чтобы подразнить меня. Я  не
мог достать до луны, и даже до окна, и отвернулся.  Ночь  дышала  холодом,
сыростью и туманом, как всегда в этих местах.
     - Уполномоченный по делам Искусств,  Памятников  и  Архивов  вряд  ли
станет подрубать Мировое Древо, - сказал я резко.
     - О мой калликанзарос, - слишком быстро отозвалась она, - я этого  не
говорила. Но с каждым годом колоколов все меньше,  и  не  все  зависит  от
нашего желания. У меня есть  предчувствие,  что  ты  действительно  как-то
изменишь ход вещей. Может быть...
     - Ты ошибаешься, Кассандра.
     - А еще я боюсь и мерзну.
     Она была и в темноте прекрасна, и  я  обнял  ее,  чтобы  защитить  от
туманной сырости.
     Сейчас, пытаясь воссоздать в памяти события прошедших шести  месяцев,
я понимаю, что пока мы возводили стены страсти  вокруг  нашего  Октября  и
острова Кос, Земля уже оказалась в руках сил,  вдребезги  разбивающих  все
Октябри. Торжествующе  наступая  внутри  и  снаружи,  силы  окончательного
распада уже маршировали меж  руин  -  безликие,  неотвратимые,  с  оружием
наизготовку.
     Корт Миштиго уже приземлился  в  Порт-о-Пренсе  на  древнем  "Девятом
Солнечном Автобусе", доставившем его с Титана  вместе  с  грузом  рубашек,
обуви, нижнего белья, носков,  разнообразных  вин,  лекарств  и  последних
новостей из цивилизованных  краев.  Богатый  и  влиятельный  галактический
журналист этот Корт Миштиго. Насколько богатый, нам предстояло узнать лишь
месяцы спустя; насколько влиятельный, я обнаружил всего лишь  пятью  днями
раньше.
     Бродя в одичавших оливковых рощах, разведывая  тропинки  через  руины
франкского замка  или  сплетая  свои  следы  с  иероглифами,  оставленными
серебристыми чайками на влажных песках  бухт  Коса,  мы  убивали  время  в
ожидании искупления, которое не могло прийти, да которого на самом деле  и
не следовало ждать.
     У Кассандры волосы цвета катамарских оливок, и вдобавок блестящие.  У
нее мягкие руки и короткие пальцы  с  тонкими  перепонками.  У  нее  очень
темные глаза. Она всего лишь дюйма на четыре  ниже  меня,  что  заставляет
удивляться ее  грациозности,  поскольку  во  мне  шесть  с  лишним  футов.
Конечно, рядом со мной  любая  женщина  выглядит  грациозной,  складной  и
миловидной, поскольку во мне нет ничего от этих качеств: моя левая щека  в
то время представляла собой карту  Африки  в  багровых  тонах  из-за  того
мутантного грибка, который я подцепил  с  заплесневелого  брезента,  когда
раскапывал  гугенхеймовское  здание  в  Нью-Йорке;  от  бровей  до   волос
расстояние не больше пальца, и у меня разные  глаза.  (Правым,  голубым  и
холодным, я смотрю на людей, когда хочу их смутить; карий я приберегаю для
Открытого Честного Взгляда.) Я ношу  ортопедический  ботинок,  потому  что
правая нога у меня короче.
     Но Кассандре не нужен контрастный фон. Она прекрасна.
     Я встретил ее случайно, ухаживал за ней обреченно и  женился  на  ней
против своей воли (это была ее идея). Сам я не думал об этом всерьез  даже
в тот день, когда привел свою шлюпку в  гавань  и  увидел  там  Кассандру,
загорающую подобно русалке возле гиппократова платана, и решил,  что  хочу
ее. Калликанзаросы никогда особенно не стремились  обзавестись  семьей.  Я
просто снова попался.
     Было ясное утро. Пошел третий месяц нашей совместной жизни.  Это  был
мой последний день на Косе -  все  из-за  того  звонка  накануне  вечером.
Вокруг все было еще влажным после ночного дождя, и мы сидели  во  дворике,
пили турецкий кофе и ели апельсины. День  начинал  свой  путь  над  миром.
Сырой порывистый ветер с моря пробирал  нас  до  костей  даже  под  толщей
свитеров и сдувал пену с кофе.
     - Розовоперстая Эос... - сказала она, указывая рукой.
     - Угу, - кивнул я.  -  Она  действительно  мила,  и  пальчики  у  нее
розовые.
     - Погоди, давай поглядим.
     - Да-да, прости.
     Мы допили кофе и закурили.
     - Я чувствую себя не в своей тарелке.
     - Я знаю, - отозвалась она, - не стоит.
     - Ничего не могу с этим поделать. Приходится уезжать, расставаться  с
тобой - вот душа и не на месте.
     - Это может быть всего на несколько недель,  ты  же  сам  говорил.  А
потом ты вернешься.
     - Надеюсь, - сказал я. - Но если это затянется, я  за  тобой  пришлю.
Правда, пока не знаю, где я буду.
     - А кто такой этот Корт Миштиго?
     - Веганский деятель, журналист. Важная шишка. Хочет написать  о  том,
что осталось от Земли, а я должен ему это показать. Я. Лично. Черт побери!
     - Тот, кто берет десятимесячные отпуска для морского путешествия,  не
может пожаловаться, что перетрудился.
     - Я могу пожаловаться, и пожалуюсь.  Моя  работа  была  задумана  как
синекура.
     - Почему?
     - В первую очередь потому, что я сам ее так задумал. Я  двадцать  лет
трудился как каторжный, чтобы Департамент Искусств, Памятников  и  Архивов
стал таким, какой он есть, и десять лет назад я довел его до того  уровня,
на котором мои подчиненные могут справиться практически со  всем.  А  меня
отпускают на волю  и  призывают  только  иногда,  когда  надо  подписывать
бумаги. В остальное время я волен делать все, что мне взбредет в голову. А
теперь такой подхалимский номер - Уполномоченный  лично  везет  веганского
писаку на экскурсию, которую мог бы провести любой штатный гид! Не боги же
эти веганцы!
     - Стоп, минуточку, - сказала она. - Двадцать лет? Десять лет?
     Я почувствовал внезапную слабость.
     - Тебе же еще нет и тридцати.
     Мне стало еще хуже. Я помолчал немного и сказал:
     - Ну, понимаешь, я, в общем, человек довольно скрытный, и  как-то  не
случилось тебе об этом сказать... Кстати, сколько тебе лет, Кассандра?
     - Двадцать.
     - Угу. Значит... я примерно вчетверо старше тебя.
     - Не понимаю.
     - Я тоже не понимаю. И доктора  не  понимают.  Я  просто  остановился
где-то между двадцатью и тридцатью и остался таким, как есть. Мне кажется,
что это, ну, что ли, одно из проявлений моей индивидуальной  мутации.  Это
имеет значение?
     - Не знаю... Да, имеет.
     - Для тебя не имеет значения моя нога, и то что я такой волосатый,  и
даже мое лицо. Почему тебя беспокоит мой  возраст?  Везде,  где  нужно,  я
вполне молодой.
     - Именно это мне и  не  все  равно,  -  сказала  она  не  допускающим
возражений тоном. - А если ты никогда не состаришься?
     Я закусил губу. - Рано или поздно, придется.
     - А если поздно? Я люблю тебя. И я не хочу стать старше тебя.
     - Ты проживешь до ста пятидесяти. И потом, есть  С-процедуры.  Ты  их
сделаешь.
     - Но это не поможет мне остаться такой молодой, как ты.
     - Я на самом деле не молодой. Я родился старым.
     Но это тоже не сработало. Она заплакала.
     - Впереди еще годы и годы, - сказал я ей. - Кто  знает,  что  за  это
время случится?
     От этих слов она заплакала еще сильнее.
     Я человек импульсивный. Мои мозги обычно работают  хорошо,  но  такое
впечатление, что они это делают уже после того, как я что-нибудь скажу - а
тем временем я успеваю сделать невозможным продолжение разговора.
     Это одна из причин,  по  которым  я  предпочитаю  иметь  компетентных
сотрудников и хорошую радиосвязь, а сам по большей части отсутствую.
     Есть, однако вещи, которые нельзя перепоручить.
     Поэтому я сказал:
     - Но подожди, в тебе же тоже есть что-то от людей  из  Горячих  Мест.
Мне потребовалось сорок лет, чтобы понять, что мне нет сорока. Может быть,
и ты такая же. Я ведь родился как раз в этих краях...
     - Ты знаешь еще какие-нибудь случаи, похожие на твой?
     - Ну...
     - Нет, не знаешь.
     - Нет, не знаю.
     Помню, что в тот момент  мне  захотелось  снова  оказаться  на  своем
корабле - не на блестящем красавце, а на  старой  калоше  "Златой  Кумир",
там, в бухте. Помню, мне хотелось снова войти на нем в гавань,  и  увидеть
там Кассандру в тот первый  сверкающий  миг,  и  иметь  возможность  снова
начать все сначала - и либо сказать ей все прямо тогда, либо  дотянуть  до
расставания, держа язык за зубами насчет своего возраста.
     Мечта была прекрасна, но, черт возьми, медовый месяц закончился.
     Я подождал, пока она перестанет  плакать,  почувствовал  на  себе  ее
взгляд и подождал еще немного.
     - Все в порядке? - спросил я наконец.
     - В порядке, спасибо.
     Я взял ее безвольно опущенную руку и поднес к губам.
     - Розовоперстая, - прошептал я, а она отозвалась:
     - Может быть, это и неплохо, что ты уедешь, хотя бы на время... - тут
снова налетел бриз, сырой и знобящий, и чья-то рука - моя или ее, не  знаю
точно - вздрогнула. Листья тоже вздрогнули и посыпались нам на головы.
     - Ты ведь прибавил себе лет? - спросила она. - Ну хоть немножко?
     Тон был таков, что я счел за лучшее согласиться и честно ответил:
     - Да.
     Она улыбнулась в ответ,  несколько  уверившись  в  моей  человеческой
природе.
     Ха!
     Так мы и сидели, держась за руки и  созерцая  утро.  Через  некоторое
время она стала напевать. Это была грустная  песня  -  баллада,  сложенная
много веков назад. История о молодом борце по имени Фемоклес,  не  знавшем
поражений. Он стал считать себя величайшим из живущих борцов.  Наконец  он
прокричал свой вызов с вершины горы; оттуда до богов было рукой подать,  и
они не замедлили  с  ответом:  на  следующий  день  в  селение  верхом  на
закованной в броню громадной дикой собаке  явился  хромой  мальчишка.  Они
боролись три дня и три ночи - Фемоклес и мальчишка - и на  четвертый  день
мальчишка сломал ему хребет и бросил его на поле. Там, где  пролилась  его
кровь, вырос цветок - Эммет называет его вурдалаком. Это  лишенный  корней
цветок-кровопийца. Ночами бродит  он,  крадучись,  и  ищет  погибшую  душу
мертвого борца в крови своих жертв. Но душа Фемоклеса покинула Землю, и он
обречен вечно продолжать поиски. История, конечно, попроще, чем у  Эсхила,
Следующая страница
 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 29
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама