Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
DARK SOULS™ II: Scholar of the First Sin |#7| Lost Sinner
DARK SOULS™ II: Scholar of the First Sin |#6| We are getting closer and closer to the Lost Sinner
DARK SOULS™ II: Scholar of the First Sin |#5| Flexile Sentry
DARK SOULS™ II: Scholar of the First Sin |#4| The Last Giant & The Pursuer

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Зарубежная фантастика - Гаррисон, Шиппи Весь текст 848.05 Kb

Молот и крест

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 56 57 58 59 60 61 62  63 64 65 66 67 68 69 ... 73
забыли  о  римской  церкви.  Когда  ты  отнял  церковную  землю,  когда  я
пригрозил, что отниму в  своем  королевстве  доходы,  церковь  испугалась.
Римский папа испугался.
     - И что же? - спросил Шеф.
     - И сейчас высадилось десять тысяч воинов. Тяжеловооруженные всадники
франков. Их ведет король Карл. И на плащах у них крест. Они  говорят,  что
пришли восстановить церковь в Англии и прогнать язычников.
     - Язычники! Сто лет мы  сражались  с  язычниками,  мы,  англичане!  И
ежегодно посылали в Рим лепту святого Петра, как знак  нашей  верности.  Я
сам... - Альфред негодующе возвысил голос, - я  сам  был  послан  отцом  к
предыдущему папе, доброму папе Льву, когда был  ребенком.  И  папа  сделал
меня консулом Рима. Но никогда взамен нам не присылали ни одного человека,
ни один корабль, ни один серебряный  пенни.  Но  теперь  опасность  грозит
церковным землям, и папа Николай шлет армию.
     - Но эта армия против язычников. Против нас. Может, не против тебя, -
сказал Шеф.
     Лицо Альфреда вспыхнуло.
     - Ты забыл. Даниэль, мой епископ, отлучил меня  от  церкви.  Вестники
сообщают, что крестоносцы, эти воины, носящие крест, всюду  провозглашают,
что в Вессексе нет короля, и требуют подчинения королю Карлу.  Пока  этого
не будет,  они  собираются  грабить  все  округа.  Они  пришли  воевать  с
язычниками. Но грабят и убивают только христиан.
     - Что, по-твоему, мы должны сделать? - спросил Шеф.
     - Выступить немедленно  и  разбить  армию  франков,  прежде  чем  она
разорит  мое  королевство.  Епископ  Даниэль  мертв  или  бежал  вместе  с
мерсийцами. Никто из англичан больше не оспорит моих королевских прав. Мои
таны и олдермены уже собрались, я могу поднять всех рекрутов Вессекса,  из
каждого округа. Говорят, что силы вражеской армии  преувеличивают,  что  я
могу даже сам справиться с ней. Я буду сражаться  на  любых  условиях.  Но
ваша помощь будет принята с благодарностью.
     Он сел, оглядываясь в поисках поддержки.
     В наступившем молчании Бранд произнес одно слово:
     - Айвар.
     Все глаза повернулись к Шефу, который сидел на походном стуле,  держа
точило  на  коленях.  После  болезни  он  по-прежнему  казался  бледным  и
осунувшимся, скулы выпирали, плоть вокруг слепого глаза натянулась, и глаз
казался темной ямой.
     Не знаю, о чем он думает, говорил себе Бранд. Но он не был с нами все
эти дни. Если Торвин говорит правду о  душе,  оставляющей  тело  во  время
видений, может, каждый раз немного души остается там?
     - Да, Айвар, - повторил Шеф. -  Айвар  и  его  машины.  Мы  не  можем
оставить его за собой и пойти на юг.  Он  станет  сильнее.  Теперь,  после
смерти короля Бургреда, только  вопрос  времени,  когда  мерсийцы  изберут
нового короля и постараются заключить мир с  Айваром,  чтобы  спастись  от
грабежей. И тогда у Айвара будут люди и деньги  королевства,  как  он  уже
получил деньги и людей Йорка. Он ведь не сам сделал эти машины.
     - Значит мы должны сражаться с ним.  Я  должен  с  ним  сразиться.  Я
думаю, мы с ним связаны и не сможем расстаться, пока все не кончится.
     - Но ты, господин король. - Точильный камень был у Шефа в руках, и он
гладил строгие неумолимые лица. - Тебе нужно  задуматься  о  своих  людях.
Может, тебе лучше уйти к себе и вести свою  битву,  пока  мы  ведем  свою.
Каждый своим путем. Христиане против христиан и язычники против язычников.
А потом, если пожелает твой  Бог  и  наши  боги,  мы  снова  встретимся  и
поставим страну на ноги.
     - Да будет так, - сказал Альфред,  лицо  его  снова  вспыхнуло.  -  Я
созову своих людей и выступлю.
     - Ты пойдешь с ним, Лалла, - сказал Шеф командиру алебардистов.  -  И
ты, Осмонд. - Он кивнул командиру расчетов катапульт: - Проследите,  чтобы
королю помогли собраться и отобрать лошадей.
     Это были единственные  англичане,  присутствовавшие  на  совете.  Как
только они вышли, Шеф оглядел  оставшихся  и  перешел  на  быстрый  беглый
норвежский с голландским акцентом, который он усвоил у Бранда.
     - Каковы его шансы? Если  он  будет  действовать  один?  Против  этих
франков? Что ты о них знаешь, Бранд?
     - Неплохие шансы, если будет действовать, как мы. Ударит,  когда  они
не ждут. Захватит во сне. Разве сам старый Рагнар - да будет зло его  душе
- не разграбил их большой город во времена  отца  нынешнего  короля  и  не
заставил их платить дань?
     - Но если король будет сражаться по-английски, когда солнце высоко  в
небе и все уже предупреждены...
     Бранд с сомнением хмыкнул.
     - Во дни наших дедов  у  франков  был  король  -  король  Карл,  Карл
Великий, Шарлемань, так его звали. Даже Гутфрит, король  Дании,  покорился
ему. Франки могут победить кого угодно и в любое время. И  знаешь  почему?
Из-за лошадей. Они  сражаются  верхом.  Они  скачут,  прикрываясь  щитами,
подтянув подпруги, раскрасив упряжь -  не  знаю,  как  она  называется,  я
моряк, а не всадник, слава Тору: по крайней мере корабль не гадит у  твоих
ног. И в такой день против них не устоять. И если король  Альфред  подобен
остальным англичанам, он именно такой день и выберет.
     - Лошади с одной стороны,  дьявольские  машины  с  другой,  -  сказал
Гутмунд. - Слишком для нас.
     Все смотрели на Шефа, ждали, что он решит.
     - Сначала справимся с Айваром и машинами, - сказал он.



                                    8

     Два человека, в изорванной, но  некогда  роскошной  одежде,  медленно
ехали по зеленым тропам центральной Англии: Альфгар,  сын  тана,  недавний
королевский фаворит; Даниэль, епископ без свиты,  по-прежнему  смертельный
враг короля. Оба с трудом ушли от всадников Айвара у  Узы,  но  все  же  в
конце дня их окружал десяток охранников и у них было  достаточно  денег  и
продовольствия, чтобы в безопасности вернуться в Винчестер. И тут начались
неприятности.
     Прежде  всего,  проснувшись  утром,  они  обнаружили,  что  стражники
попросту дезертировали, может, виня их в поражении,  а  может,  просто  не
желая больше терпеть ядовитый язык Альфгара и  неожиданные  взрывы  ярости
епископа. Они забрали деньги, еду и лошадей. Бредя по  полям  к  ближайшей
церкви, Даниэль утверждал, что его епископский  сан  даст  им  возможность
получить лошадей и продовольствие. Но до церкви они  так  и  не  дошли.  В
беспокойное время крестьяне оставили свои дома на лето и устроили  в  лесу
временные убежища. Деревенский священник признал статус  Даниэля  и  сумел
уговорить своих прихожан не убивать пару  бродяг,  Даниэлю  даже  оставили
епископское кольцо, крест и позолоченную верхушку посоха.  Все  остальное,
включая оружие и наручные серебряные браслеты Альфгара, отобрали. И  после
этого три ночи подряд  беглецы  проводили  на  сырой  земле,  замерзшие  и
испуганные.
     Но Альфгар, подобно своему сводному брату  и  врагу  Шефу,  вырос  на
болотах. Он умел делать ловушки из ивовых прутьев для угрей,  мог  поймать
рыбу  на  заколку  от  одежды,  прикрепленную  к  длинной  палке.  Беглецы
постепенно переставали надеяться на спасение и учились рассчитывать только
на свои силы. На пятый день Альфгар украл две лошади из  плохо  охраняемой
конюшни, а также нож и полное блох одеяло пастуха. После этого дела  пошли
лучше. Но настроение беглецов не улучшилось.
     У брода через Ли они услышали  новость  о  высадке  франкской  армии.
Новость рассказал торговец, проявивший уважение при виде креста  и  кольца
Даниэля. Услышанное изменило их планы.
     - Церковь не оставляет своих слуг, - провозгласил Даниэль, глаза  его
покраснели от гнева и усталости. - Я знал, что  удар  обрушится.  Не  знал
только, когда и где. Теперь, к вящей славе Господней, набожный король Карл
пришел восстановить веру. Мы пойдем к нему  и  сделаем  свое  сообщение  -
сообщим о том, кого он должен  наказать:  язычников,  еретиков,  слабых  в
вере. И тогда злой Путь и бесчестный принц  Альфред  поймут,  что  жернова
Господни мелют медленно, но до последнего зерна.
     - Куда  же  мы  пойдем?  -  спросил  Альфгар,  не  желая  подчиняться
епископу,  но  в  то  же  время  желая  побыстрее  оказаться  на   стороне
победителей, которые помогут ему  отомстить.  Отомстить  этому  грабителю,
похитителю невест, тому, кто сначала украл его женщину, потом отнял у него
округ, а потом опять украл ту же женщину. Ежедневно он вспоминал  об  этом
десятки раз, каждый раз с дрожью стыда; вспоминал, как проснулся с  пучком
розог в руках, вспоминал, как смотрели на него любопытные: И ты ничего  не
слышал? Он забрал твою женщину? Связал твоего отца,  заткнул  ему  рот,  а
тебя просто оставил лежать? И ты не проснулся?
     - Франкский флот пересек Узкое море и причалил  в  Кенте,  -  ответил
Даниэль. - Недалеко от епархии святого Августина в Кентербери.  Они  стоят
лагерем в местечке под названием Гастингс.


     Глядя  на  стены  Кентербери  -  база  в  Гастингсе   оставлена   для
шестидневного набега, - Карл Лысый, король франков, сидел верхом  и  ждал,
когда процессия, вышедшая из открытых ворот, достигнет его. Он  знал,  что
это. Во главе он  видел  священные  хоругви,  поющих  монахов,  качающиеся
курильницы. За ними в кресле-носилках седовласая фигура в пурпуре и белом,
качается высокая митра: конечно, это архиепископ  Кентерберийский,  примат
Англии. Впрочем, вспомнил Карл, в его лагере в Гастингсе остался Вульфхир,
архиепископ Йоркский; он, вероятно, оспорит полномочия этого архиепископа.
Надо было привезти его с собой и посмотреть, как дерутся  эти  два  старых
дурака.
     - Как его зовут? - спросил он у своего  констебля  Годфруа,  сидящего
верхом рядом с ним.
     Годфруа - подобно королю, он удобно сидел в глубоком седле, с  высоко
поднятой лукой, ноги упираются в стальные стремена - поднял глаза к  небу.
- Геолнот. Архиепископ Канварбайри. Боже, что за язык!
     Наконец процессия достигла цели, гимны  стихли.  Носильщики  опустили
кресло, старик выбрался из него и посмотрел на грозную фигуру перед  собой
- на металлического человека,  верхом  на  покрытой  металлом  лошади.  На
горизонте поднимался дым горящих деревень. Старик заговорил.
     Немного погодя король поднял железную перчатку, повернулся к папскому
легату Альфонсо Ломбардскому, епископу без епархии - пока.
     - Что он говорит?
     Легат пожал плечами.
     - Понятия не имею. Он как будто говорит по-английски.
     - Попробуй поговорить с ним на латыни.
     Легат заговорил легко и бегло, на латинском языке Рима - конечно,  он
говорил на латинском, как его  на  современный  лад  переделали  обитатели
этого древнего города. Геолнот, изучавший латынь по книгам, слушал, ничего
не понимая.
     - Не говори мне, что он и латинского не знает.
     Легат снова пожал плечами, не обращая внимания  на  попытку  Геолнота
ответить.
     - Английская церковь. Мы не знали, что дела здесь обстоят так  плохо.
Священники и епископы. Их  одеяния  не  канонические.  Литургии  устарели.
Священники молятся по-английски, потому что не знают латинского. Они имели
даже безрассудство перевести Божье слово на свою  варварскую  речь.  А  их
святые! Как можно почитать  такое  имя,  как  Виллиброрд?  Гинхельм?  Даже
Фрайдсвайд! Мне кажется, когда я сделаю доклад его святейшеству,  он  всех
их лишит сана.
     - А потом?
     - Это снова будет провинция, управляемая непосредственно из  Рима.  И
доходы пойдут в Рим. Я говорю, конечно,  о  церковных  доходах,  плате  за
посвящение в сан, за крещение и погребение, за все священные обряды. А что
касается самой земли - собственности мирских владельцев, - она принадлежит
мирским правителям. И их слугам.
     Король, легат и констебль обменялись взглядами, полными  понимания  и
глубокого удовлетворения.
     - Ну, хорошо, - сказал Карл. - Смотрите, кажется,  седобородый  нашел
молодого священника, знающего немного  по-латыни.  Скажите  ему,  чего  мы
хотим.
     Начал  развертываться   список   требований:   компенсация   убытков,
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 56 57 58 59 60 61 62  63 64 65 66 67 68 69 ... 73
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама