Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
SCP-127: Живое оружие
StarCraft II: Wings of Liberty |#17| Media Blitz
StarCraft II: Wings of Liberty |#16| Supernova
DARK SOULS™: REMASTERED |#14| Gravelord Nito

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Русская фантастика - А&Б Стругацкие Весь текст 346.28 Kb

Трудно быть богом

Предыдущая страница Следующая страница
1  2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 30
     - Что полагается с ним делать, Тошка? - спросила Анка.
     - Сейчас увидишь, - сказал Антон и удобно  уселся  на  пень,  положив
арбалет на колени. - Имя! - рявкнул он голосом Гексы Ируканского.
     Пашка изобразил спиной презрение и  неповиновение.  Антон  выстрелил.
Тяжелая стрела с треском вонзилась в ветку над Пашкиной головой.
     - Ого! - сказал голос Анки.
     - Меня зовут Бон Саранча, - неохотно признался Пашка. - "И здесь  он,
по-видимому, лжет - один из тех, кто были с ним".
     - Известный насильник и убийца, - пояснил  Антон.  -  Но  он  никогда
ничего не делает даром. Кто послал тебя?
     - Меня послал дон Сатарина Беспощадный, - соврал Пашка.
     Антон презрительно сказал:
     - Вот эта рука оборвала нить зловонной жизни дона Сатарины  два  года
назад в Урочище Тяжелых Мечей.
     - Давай я всажу в него стрелу? - предложила Анка.
     - Я совершенно забыл, - поспешно сказал Пашка. -  В  действительности
меня послал Арата Красивый. Он обещал мне сто золотых за ваши головы.
     Антон хлопнул себя по коленям.
     - Вот брехун! - вскричал он. - Да разве станет  Арата  связываться  с
таким негодяем, как ты!
     - Можно я все-таки всажу в него стрелу? - кровожадно спросила Анка.
     Антон демонически захохотал.
     - Между прочим, - сказал Пашка, - у  тебя  отстрелена  правая  пятка.
Пора бы тебе истечь кровью.
     - Дудки! - возразил Антон. - Во-первых, я все время жую  кору  белого
дерева, а во-вторых, две прекрасные варварки уже перевязали мне раны.
     Папоротники зашевелились, и Анка вышла на тропинку. На щеке  ее  была
царапина, колени были вымазаны в земле и зелени.
     - Пора бросить его в болото, - объявила она. - Когда враг не сдается,
его уничтожают.
     Пашка опустил руки.
     - Вообще-то ты играешь не по правилам, - сказал он Антону. -  У  тебя
все время получается, что Гекса хороший человек.
     - Много ты знаешь! - сказал Антон и тоже вышел на тропинку.  -  Сайва
не шутит, грязный наемник.
     Анка вернула Пашке карабин.
     - Вы что, всегда так палите друг в друга? - спросила она с завистью.
     - А как же! - удивился Пашка. - Что, нам кричать: "Кх-кх!  Пу-пу!"  -
что ли? В игре нужен элемент риска!
     Антон небрежно сказал:
     - Например, мы часто играем в Вильгельма Телля.
     - По очереди, - подхватил Пашка. - Сегодня я стою с яблоком, а завтра
он.
     Анка оглядела их.
     - Вот как? - медленно сказала она. - Интересно было бы посмотреть.
     - Мы бы с удовольствием, - ехидно сказал Антон. - Яблока вот нет.
     Пашка широко ухмылялся. Тогда Анка сорвала у него с головы  пиратскую
повязку и быстро свернула из нее длинный кулек.
     - Яблоко - это условность, - сказала  она.  -  Вот  отличная  мишень.
Сыграем в Вильгельма Телля.
     Антон взял красный кулек и внимательно осмотрел его. Он  взглянул  на
Анку - глаза у нее были как  щелочки.  А  Пашка  развлекался  -  ему  было
весело. Антон протянул ему кулек.
     - "В тридцати шагах промаха в карту не дам, - ровным  голосом  сказал
он. - Разумеется, из знакомых пистолетов".
     - "Право? - сказала Анка и обратилась к Пашке:  -  А  ты,  мой  друг,
попадешь ли в карту на тридцати шагах?"
     Пашка пристраивал колпак на голове.
     - "Когда-нибудь мы попробуем, - сказал он, скаля зубы. - В свое время
я стрелял не худо".
     Антон повернулся и пошел по тропинке, вслух считая шаги:
     - Пятнадцать... шестнадцать... семнадцать...
     Пашка что-то сказал - Антон не расслышал, и Анка громко  рассмеялась.
Как-то слишком громко.
     - Тридцать, - сказал Антон и повернулся.
     На  тридцати  шагах  Пашка   выглядел   совсем   маленьким.   Красный
треугольник кулька торчал у него на голове, как  шутовской  колпак.  Пашка
ухмылялся. Он все еще играл. Антон нагнулся и стал неторопливо  натягивать
тетиву.
     - Благословляю тебя,  отец  мой  Вильгельм!  -  крикнул  Пашка.  -  И
благодарю тебя за все, что бы ни случилось.
     Антон наложил стрелу и выпрямился. Пашка и Анка смотрели на него. Они
стояли рядом. Тропинка была как темный сырой коридор между высоких зеленых
стен.  Антон  поднял  арбалет.  Боевое  устройство  маршала   Тоца   стало
необычайно тяжелым. Руки дрожат, подумал Антон. Плохо. Зря.  Он  вспомнил,
как зимой они с Пашкой целый час кидали снежки в чугунную шишку на  столбе
ограды. Кидали с двадцати шагов, с пятнадцати и с  десяти  -  и  никак  не
могли попасть. А потом, когда уже надоело и они уходили,  Пашка  небрежно,
не глядя бросил последний снежок  и  попал.  Антон  изо  всех  сил  вдавил
приклад в плечо. Анка стоит слишком близко,  подумал  он.  Он  хотел  было
крикнуть ей, чтобы она отошла, но понял, что это было бы глупо. Выше.  Еще
выше...  Еще...  Его  вдруг  охватила  уверенность,  что,  если  он   даже
повернется к ним спиной,  фунтовая  стрела  все  равно  вонзится  точно  в
Пашкину переносицу, между веселыми зелеными глазами.  Он  открыл  глаза  и
посмотрел на Пашку. Пашка больше не ухмылялся.  А  Анка  медленно-медленно
поднимала руку с растопыренными пальцами, и лицо у нее было напряженное  и
очень взрослое. Тогда Антон поднял арбалет еще выше и нажал  на  спусковой
крючок. Он не видел, куда ушла стрела.
     - Промазал, - сказал он очень громко.
     Переступая на негнущихся ногах, он двинулся по тропинке. Пашка  вытер
красным кульком лицо, встряхнув, развернул его и стал  повязывать  голову.
Анка нагнулась и подобрала свой арбалет. Если она этой штукой трахнет меня
по голове, подумал Антон, я ей скажу спасибо. Но Анка даже не взглянула на
него.
     Она повернулась к Пашке и спросила:
     - Пошли?
     - Сейчас, - сказал Пашка.
     Он посмотрел на Антона и молча постучал себя согнутым пальцем по лбу.
     - А ты уже испугался, - сказал Антон.
     Пашка еще раз постучал себя пальцем по лбу и пошел  за  Анкой.  Антон
плелся следом и старался подавить в себе сомнения.
     А что я, собственно, сделал, вяло думал он.  Чего  они  надулись?  Ну
Пашка ладно, он испугался. Только еще  неизвестно,  кто  больше  трусил  -
Вильгельм-папа или Телль-сын. Но Анка-то чего? Надо  думать,  перепугалась
за Пашку. А что мне было делать? Вот  тащусь  за  ними,  как  родственник.
Взять и уйти. Поверну сейчас  налево,  там  хорошее  болото.  Может,  сову
поймаю. Но он даже не замедлил шага. Это значит навсегда, подумал  он.  Он
читал, что так бывает очень часто.
     Они вышли на заброшенную  дорогу  даже  раньше,  чем  думали.  Солнце
стояло высоко, было жарко. За шиворотом кололись  хвойные  иголки.  Дорога
была бетонная, из двух рядов серо-рыжих  растрескавшихся  плит.  В  стыках
между плитами росла густая сухая трава. На обочинах  было  полно  пыльного
репейника. Над дорогой с гудением пролетали  бронзовки,  и  одна  нахально
стукнула Антона прямо в лоб. Было тихо и томно.
     - Глядите! - сказал Пашка.
     Над серединой дороги на ржавой проволоке, протянутой  поперек,  висел
круглый жестяной диск, покрытый облупившейся краской. Судя по  всему,  там
был изображен желтый прямоугольник на красном фоне.
     - Что это? - без особого интереса спросила Анка.
     - Автомобильный знак, - сказал Пашка. - "Въезд запрещен".
     - "Кирпич", - пояснил Антон.
     - А зачем он? - спросила Анка.
     - Значит, вон туда ехать нельзя, - сказал Пашка.
     - А зачем тогда дорога?
     Пашка пожал плечами.
     - Это же очень старое шоссе, - сказал он.
     - Анизотропное шоссе, - заявил Антон. Анка стояла к  нему  спиной.  -
Движение только в одну сторону.
     - Мудры были предки,  задумчиво  сказал  Пашка.  -  Этак  едешь-едешь
километров двести, вдруг - хлоп! - "кирпич".  И  ехать  дальше  нельзя,  и
спросить не у кого.
     - Представляешь, что там может быть за этим знаком! -  сказала  Анка.
Она огляделась. Кругом на много километров был безлюдный лес, и не у  кого
было спросить, что там может быть за этим знаком. - А вдруг это вовсе и не
"кирпич"? - сказала она. - Краска-то вся облупилась...
     Тогда Антон тщательно прицелился и выстрелил. Было бы  здорово,  если
бы стрела перебила проволоку и знак упал бы прямо к ногам Анки. Но  стрела
попала в верхнюю часть знака, пробила  ржавую  жесть,  и  вниз  посыпалась
только высохшая краска.
     - Дурак, - сказала Анка, не оборачиваясь.
     Это было первое слово, с которым она обратилась к Антону после игры в
Вильгельма Телля. Антон криво улыбнулся.
     - "And enterprises of great and moment, - произнес он,  -  with  this
regard their current turn away and loose name of action".  ("И  начинанья,
вознесшиеся мощно, сворачивая в сторону свой ход, теряют  время  действия"
(Шекспир, "Гамлет").
     Верный Пашка закричал:
     - Ребята, здесь прошла машина! Уже после грозы! Вон трава примята!  И
вот...
     Везет Пашке, подумал Антон. Он стал разглядывать следы  на  дороге  и
тоже увидел примятую траву и черную полосу от протекторов в том месте, где
автомобиль затормозил перед выбоиной в бетоне.
     - Ага! - сказал Пашка. - Он выскочил из-под знака.
     Это было ясно каждому, но Антон возразил:
     - Ничего подобного, он ехал с той стороны.
     Пашка поднял на него изумленные глаза.
     - Ты что, ослеп?
     - Он ехал с той стороны, - упрямо повторил Антон. - Пошли по следу.
     - Ерунду ты  городишь!  -  возмутился  Пашка.  -  Во-первых,  никакой
порядочный  водитель  не  поедет  под  "кирпич".  Во-вторых,  смотри:  вот
выбоина, вот тормозной след... Так откуда он ехал?
     - Что мне твои порядочные! Я сам непорядочный, и я пойду под знак.
     Пашка взбеленился.
     - Иди куда хочешь! - сказал он, слегка заикаясь. -  Недоумок.  Совсем
обалдел от жары!
     Антон повернулся и, глядя прямо перед  собой,  пошел  под  знак.  Ему
хотелось только одного: чтобы  впереди  оказался  какой-нибудь  взорванный
мост и чтобы нужно было прорваться на ту сторону. Какое мне дело до  этого
порядочного! - думал он. - Пусть идут, куда хотят... со  своим  Пашенькой.
Он вспомнил, как Анка срезала Павла, когда тот назвал ее  Анечкой,  и  ему
стало немного легче. Он оглянулся.
     Пашку он увидел сразу: Бон Саранча, согнувшись в три погибели, шел по
следу таинственной машины. Ржавый диск над дорогой тихонько покачивался, и
сквозь дырку мелькало синее небо. А на обочине сидела Анка, уперев локти в
голые колени и положив подбородок на сжатые кулаки.


     ...Они возвращались уже в сумерках. Ребята гребли, а Анка  сидела  на
руле. Над черным лесом поднималась красная луна, неистово вопили лягушки.
     - Так здорово все было задумано, - сказала Анка грустно. - Эх, вы!..
     Ребята промолчали. Затем Пашка вполголоса спросил:
     - Тошка, что там было, под знаком?
     - Взорванный мост, - ответил Антон. - И скелет  фашиста,  прикованный
цепями к пулемету. Он подумал и добавил: - Пулемет весь врос в землю...
     - Н-да... - сказал Пашка. - Бывает.  А  я  там  одному  машину  помог
починить.



                                    1

     Когда Румата миновал  могилу  святого  Мики  -  седьмую  по  счету  и
последнюю на этой дороге, было  уже  совсем  темно.  Хваленый  хамахарский
жеребец, взятый у дона Тамэо за карточный долг, оказался  сущим  барахлом.
Он вспотел, сбил ноги  и  двигался  скверной,  вихляющейся  рысью.  Румата
сжимал ему коленями бока, хлестал между  ушами  перчаткой,  но  он  только
уныло мотал головой, не ускоряя шага. Вдоль дороги тянулись кусты, похожие
в сумраке на клубы застывшего дыма. Нестерпимо звенели  комары.  В  мутном
небе дрожали редкие тусклые звезды. Дул порывами несильный ветер, теплый и
холодный одновременно, как  всегда  осенью  в  этой  приморской  стране  с
душными, пыльными днями и зябкими вечерами.
     Румата плотнее закутался в плащ и бросил поводья. Торопиться не имело
смысла. До  полуночи  оставался  час,  а  Икающий  лес  уже  выступил  над
горизонтом черной зубчатой кромкой. По сторонам тянулись распаханные поля,
мерцали под звездами болота, воняющие неживой ржавчиной, темнели курганы и
Предыдущая страница Следующая страница
1  2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 30
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (3)

Реклама