Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Проза - Эфраим Севела Весь текст 378.84 Kb

Зуб мудрости

Следующая страница
 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 33
        Эфраим Севела. Зуб мудрости

--------------------
 OCR, правка: Aleksandr Evmeshenko (A.Evmeshenko@vaz.ru)
--------------------


                (Записки тринадцатилетней девочки)

     Стоит ребенку сказать  что-нибудь  дельное,  мало-мальски
толковое, и вокруг сразу ахи да охи.
     - Подумать только, он рассуждает совсем как взрослый.
     А  почему  нам  не  рассуждать  как  взрослым?  Чего   вы
удивляетесь нашей смышлености, как будто мы безнадежные дебилы
из школы для дефективных?
     Мы такие же люди. Но почестнее. Только и всего. И  ростом
меньше. Даже зубов у нас  столько  же,  сколько  у  вас.  Если
считать ваши фальшивые зубы.
     У вас, правда, есть зубы мудрости.
     Ну и что?
     Моя мама, хоть и совсем не старая,  а  уже  потеряла  два
зуба мудрости. Их пришлось удалить вместе с корнями.
     От этого она глупее стала?
     - Не терпится стать взрослой, - уколол меня папа,  застав
у зеркала, где я пробовала мамину помаду на своих губах.
     - Нисколечко.
     - Хочешь остаться маленькой?
     - Да. Лилипуткой. Со старушечьим личиком.
     - Тогда тебя возьмут в цирк.
     - А разве я не в цирке?
     Папа с воспитательной целью шлепнул меня по заду.
     Меня зовут Ольга. Это красивое русское женское имя,  и  я
его люблю. Хотя я  не  русская,  а  еврейка.  Вернее,  русская
еврейка.
     Мне тринадцать лет. Прекрасный  возраст,  не  правда  ли?
Возраст  Джульетты,  когда  она  по  уши  влюбилась  в  Ромео.
Возраст, когда девочка  уже  не  девочка,  а  девушка.  Короче
говоря, когда гадкий утенок по мановению палочки  превращается
в лебедя.
     У христиан  в  тринадцать  лет  дети  проходят  в  церкви
конфирмацию, где в торжественной обстановке под звуки органа в
белых  платьях  с  цветами  в  руках  отмечают  это   чудесное
превращение.
     У  евреев  даже  раньше,  в   двенадцать   лет,   девочка
переступает  этот  порог,  и  торжественный  обряд  называется
Бат-мицва.
     У меня нет религии. Я выросла в коммунистической  стране,
где религия считается опиумом для народа. Мой собственный отец
зарабатывал на жизнь чтением лекций на антирелигиозные темы, и
поэтому хлеб, который я ела, никак не мог вызвать у меня любви
к Богу.
     Я  перескочила  порог  без  звуков  органа  и  без  пения
кантора. Просто на своем дне рождения. И не в  Москве,  где  я
родилась и провела одиннадцать лет своей жизни, а в Нью-Йорке,
куда мы приехали два  года  назад  эмигрантами,  бежавшими  от
антисемитизма в  свое  родное  еврейское  государство,  но  на
полпути свернувшими  в  совершенно  другую  сторону,  в  самый
большой город на земле - Нью-Йорк. Где, кстати сказать, евреев
живет больше, чем во всем Израиле, и эти  евреи (нью-йоркские)
очень любят  государство  Израиль,  но  переселяться  туда  не
спешат.
     Я люблю Москву  и  вообще  Россию  (это  моя  родина),  и
никогда бы мы оттуда не уехали, если бы евреев  там  не  стали
преследовать. Откровенно говоря, мне теперь очень жаль Россию.
Ее ожидают большие  неприятности  в  ближайшем  будущем.  Один
умный человек, о котором речь будет ниже, сказал  вещие  слова
по этому поводу:
     - История показала, что каждый, кто поднимает руку против
евреев,  кончает  плохо.  Так  было  с  египетским   фараоном,
которого постигли десять напастей. Так было с  русским  царем,
которого свергли и убили  большевики.  Так  было  с  Гитлером,
которого разгромили во второй мировой войне...
     Живу я в Нью-Йорке, но, конечно, не  в  Манхэттене,  а  в
Квинсе. И не в самой лучшей части Квинса. Там,  где  метро  не
под землей, а гремит над головами, лязгая колесами по рельсам,
уложенным на высоких  железных  столбах.  Ржавых  от  времени.
Соединенных не электросваркой,  как  это  делается  сейчас,  а
старомодными заклепками.
     И улицы  тут  какие-то  неопрятные,  малоэтажные,  как  в
провинциальном городишке. Население смешанное, как  на  Ноевом
ковчеге.  Негры,  пуэрториканцы,  итальянцы,  греки,  китайцы,
индусы и, конечно, евреи.  Которые  победнее.  Евреи  побогаче
живут в другой части Квинса - Форрест Хиллс.  А  еще  побогаче
живут вообще не в Нью-Йорке, а в его роскошных пригородах:  на
Лонг-Айленде, в Нью-Джерси, в Коннектикуте. Там живут  богатые
неевреи тоже.
     Когда я еду  в  метро,  и  поезд  проносится  над  серыми
крышами, грязными дворами и  фабричными  трубами,  и  лишь  на
горизонте  вырисовываются  серебристые   силуэты   небоскребов
Манхэттена,  я  смотрю  на  лица  пассажиров   и   прихожу   к
удивительному умозаключению. Бедность некрасива.  Богатство  -
элегантно и изящно.
     Меня окружают в вагоне, как на подбор,  некрасивые  лица.
Не  на  ком   глаз   остановить.   Коротконогие   бесформенные
пуэрториканки с бигуди на головах. Подумать только,  появиться
на людях в бигуди! На какой низкой стадии развития надо  быть,
чтоб красоваться в бигуди, то  есть  как  бы  выйти  в  нижнем
белье. И никто не обращает внимания. Всем наплевать. В  Москве
бы такую даму вывели  из  метро  и  оштрафовали,  чтоб  впредь
неповадно было.
     У китайцев только детишки красивые, а сами  они  какие-то
маленькие, неуклюжие, с плоскими лицами и одеты безвкусно.
     Негры толстые, ожиревшие. Даже совсем молодые.
     У греков и у  итальянцев  лица  некрасивые,  хотя  эти-то
народы всегда славились хорошей породой. Те, кто живут  вокруг
нас, исключение из этого правила.
     Евреи попадаются редко и обычно это дряхлые  старики,  со
слезящимися глазами и мокрыми носами, одетые неопрятно, как  в
польском местечке.
     Вот такая публика меня окружает, когда  я  еду  в  метро.
Интернационал бедности и уродства. Бедность  никак  не  красит
человека.
     Зато в центре, в Манхэттене, на Пятой авеню этих людей не
встретишь, словно полиция  им  туда  категорически  воспрещает
вход. По Пятой  авеню  мимо  роскошных  витрин  самих  дорогих
магазинов в мире ходят толпами красивые люди. Одетые,  как  на
картинке. Породистые женщины, холеные  мужчины.  Одеты  они  с
таким изяществом, с  таким  вкусом,  что  красавцы-манекены  в
витринах кажутся их  отражением  в  зеркальном  стекле.  Какие
носы, глаза, подбородки! Выставка породы.
     На Пятой авеню негров мало, но  те,  которые  встречаются
там, не уступают белым, а даже превосходят их в стройности и в
красоте. И одеты они порой похлеще белых. Потому что эти негры
очень богаты.  Это  актеры,  танцовщицы,  манекенщицы  высшего
класса.
     Пятая авеню - парад богатства и красоты. Эти люди никогда
не опускаются до метро, и живут они не в нашем районе.
     Мои  соседи  по  метро  -  словно  человеческие  отбросы,
некачественный товар. Сливки - на Пятой авеню.
     В Москве я такого разделения никогда не замечала.  Там  в
метро ездят все. И красивые, и некрасивые.  И  у  кого  больше
денег, и у кого меньше денег. Там хоть под землей равенство.
     Я сижу на железной скамье, сжатая соседями, в  грохочущем
вагоне, стены которого разрисованы  хулиганскими  несмываемыми
надписями разного цвета, отчего вагон похож на зебру.  Я  -  в
шубке из кроличьего меха, из  которой  я  выросла,  и  поэтому
рукава мне коротки. Шубка облезлая, с залысинами. На коленях -
холщовая сумка с книгами. На ногах мамины сапоги на меху -  ей
они малы. Я  еду  в  школу.  И  не  одна.  А  в  сопровождении
взрослого. Из нашей семьи, если так  можно  выразиться.  Меня,
созревающую девицу,  оберегают  от  возможного  посягательства
хулиганов, которых в этом городе, и особенно в метро,  больше,
чем где-либо в мире.
     Сейчас самое время рассказать о нашей семейке. Я  живу  с
мамой. Папа тоже в Нью-Йорке, но живет  отдельно.  Потому  что
мой отец - гомосексуалист. Он стал им в  Нью-Йорке,  уехав  из
Москвы на два года раньше нас. Дорвался до западной  культуры.
Выскочил в свободный мир, чтоб вываляться в дерьме.
     Но не мне  судить  его.  Я  уже  свыклась  с  этим,  хотя
поначалу чуть не  сошла  с  ума.  Когда  он  меня  касался,  я
брезгливо отстранялась. Сейчас  уже  не  отстраняюсь.  Но  вся
покрываюсь гусиной кожей.
     Мама в школу меня отвозить не может - опоздает на работу.
Поэтому меня возит папа. Специально приезжает за мной, ждет на
нашей станции метро, где мама передает ему меня из рук в руки.
     Из школы домой папа не может меня отвозить - в  эти  часы
он работает. А мама еще не освободилась из своей конторы.  Кто
же меня сопровождает? Умора!  Папин  любовник  по  имени  Джо.
Американец. Он поджидает меня у школы, едет со мной в метро  и
доводит до  самых  дверей  дома,  которые  я  отпираю  ключом,
висящим на длинной цепочке у меня на шее.
     В дом Джо не входит, а, попрощавшись со мной,  спешит  на
станцию метро. И  я  его  не  приглашаю.  Потому  что  в  доме
находится человек, с которым мне  предстоит  провести  наедине
час или полтора до прихода  мамы.  Тот  самый  человек,  умные
слова которого я приводила вначале, когда шла речь о евреях  и
тех, кто их угнетает. Этого человека я уважаю  больше  всех  в
мире. Он  немолодой.  Намного  старше  моего  отца.  Но  он  -
настоящий  мужчина.  Большой.   Огромный,   как   медведь.   С
обворожительной  улыбкой,  перед  которой  не  всякая  женщина
устоит. С татуировкой на руках, потому  что  долго  служил  во
флоте. По профессии  врач.  Хирург.  По  характеру  -  горячий
спорщик и искатель истины. Эмигрант, как и я. Но не из Москвы,
а из Ленинграда. Из бывшей столицы Российской империи. На нас,
москвичей, взирает как аристократ на плебеев.
     Имени я его называть не хочу. Только инициалы.  Б.С.  Для
этого у меня есть свои причины.
     Он живет в нашей квартире, занимая одну комнату, а  мы  с
мамой еще по одной. Гостиная - общая. Он  оплачивает  половину
всех счетов, это очень выручает нас. Иначе не знаю, как бы  мы
смогли извернуться.
     Он не квартирант. Он - больше. Он - мамин любовник.  Мама
влюблена в него  по  уши.  А  он  в  нее  -  сомневаюсь.  Мама
мучительно хочет задержать его, не упустить, чтоб  он  женился
на ней. А вот этого он как раз и  не  хочет.  Он  предпочитает
спать с мамой, не беря на себя никаких обязательств.
     У меня с ним отношения самые странные. Он меня любит. Как
ребенка. Даже сажает к себе на колени  и  щекочет  бородой  за
ухом. Я же его обожаю.
     Сколько у ребенка  дедушек  и  бабушек?  Я  имею  в  виду
нормального обычного ребенка. В нормальной  обычной  семье.  И
каждый дурак мне ответит, как дважды два  четыре,  что  такому
ребенку положено четыре старших родственника: по две бабушки и
по два дедушки. Папины папа и мама. И мамины папа и мама.
     А у меня их шесть. И все законные. Никто  не  примазался.
Три бабушки  и  три  дедушки.  И  еще  прадед  Лапидус.  Самый
почетный и заслуженный человек в нашей семье. И во всей Москве
тоже. Наш прадед  Лапидус  лично  знал  Ленина.  Он  -  старый
революционер и своими руками устанавливал советскую власть.  И
за это не вылезал из Сибири. До революции, при  царе.  За  то,
что хотел свергнуть  царя  и  установить  советскую  власть  -
власть рабочих и крестьян. И сидел после  революции,  уже  при
советской рабоче-крестьянской  власти.  За  что?  За  то,  что
установил ее, эту власть. В наш век за такие дела  спасибо  не
говорят, а загоняют за решетку.
     Почему у меня с дедушками и бабушками получился  перебор?
Как шутит мой папа. Он любит играть в карты. И слово "перебор"
- из карточного лексикона. Когда, играя  в  "очко",  набираешь
больше, чем надо. Надо  "двадцать  одно".  А  набрал,  скажем,
двадцать два или двадцать три.
     Вот и у меня - перебор. Вместо четырех - шесть дедушек  и
бабушек. И все меня любят. Потому что у них больше никого нет.
Я - единственная внучка на шесть стариков. И, как говорит  моя
мама, из-за меня они все очень подружились и  стали  как  одна
семья. Я - как цемент. Скрепляю эту семью. Каково мне?  Это  -
другой вопрос. Когда тебя любят, нельзя  устанавливать  норму.
Чем больше любви, тем лучше. Хотя ею  и  можно  объесться  как
Следующая страница
 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 33
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама