Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Expedition SCP-432-3 DATA EXPUNGED
Expedition SCP-432-2
Expedition SCP-432-1
SCP-432: Cabinet Maze

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Фэнтези - Генри Олди Весь текст 249.06 Kb

Перекресток

Следующая страница
 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 22
Олди.
Перекресток.
 
В Доме было ужасно холодно. Временами мне казалось, что я неправ, и лучше 
было бы сказать -- зябко и сыро -- но ознобу, сотрясавшему мое тело, все эти 
словесные кружева казались глупыми и смешными. И, главное, не меняющими 
сути. 
Изредка я протягивал руки к витому подсвечнику, к его бронзовым, 
позеленевшим от времени розеткам, где покорно истекали черным воском три 
толстые свечи, и их пламя послушно согревало мои пальцы, подрагивая и 
колеблясь в выборе собственного цвета -- от охры до кармина. 
Странный тюльпан, напоминавший залитый свежей кровью пергамент, 
склонился ко мне из вазы и попытался прочесть написанное. Я прикрыл слова 
ладонью, улыбнулся и пощекотал любопытный цветок кончиком пера. Он 
обиженно качнулся на упругом стебле и сомкнул лепестки. Тюльпан мерз, как и 
я. Он был уже очень старый, этот преступно-багровый тюльпан, ему скоро 
придется умереть, засыпав сморщенными крылышками неведомых бабочек мой 
стол, и я ничего не мог изменить в реальности срезанной жизни. Реальность -- 
это вообще не моя стихия... 
Я встал и вышел из комнаты. Почти от самого порога начиналась лестница -- 
сегодня она была узкая и деревянная -- и я спустился по ней в нижний зал, 
слегка касаясь перил и поглаживая приятную на ощупь матовую полировку. 
Внизу горел камин, и отблески огня метались по оружию, развешанному на 
массивных, потемневших от времени стенах. Я подошел к креслу с затейливо 
выгнутыми подлокотниками и принялся разглядывать секиру, висевшую над 
ним. Лезвие было тонким, непривычно-декоративной формы, но древко 
охватывали металлические кольца с гравировкой. Вчера вечером здесь висел 
ковер. Большой такой ковер, в темно-зеленых тонах, и в самом центре 
орнамента чуть покачивалась кривая сабля в золоченых ножнах. Я отчетливо 
помнил их -- ковер и саблю -- потому что никак не мог понять тайну гармонии 
прямых углов ковра и дуги клинка, и все стоял, смотрел... 
-- Дура, -- сказал я секире. Она не ответила. 
Раньше я думал, что Дом смеется надо мной. Теперь я так не думаю. Даже 
Предстоятели не властны над изменениями Дома, и их иллюзии теряют силу на 
пороге. На пороге, который сегодня выглядит так, а завтра -- совсем иначе. А 
через час вообще никак не выглядит. 
В западной стене зала обнаружилось окно. Высокое стрельчатое окно с 
леденцовыми витражами в верхней части... Вдалеке виднелся косогор, и силуэт 
черного всадника несся по его кромке на фоне чуть посветлевшего неба. Только 
контур, слегка размытый движением, контур двухголового кентавра с 
крыльями за человеческой спиной -- лук, что ли?.. или плащ... -- и я машинально 
забарабанил пальцами по подоконнику, качнув шнур занавеси с кисточкой на 
конце. 
Всадник резко осадил коня, заплясавшего на рыхлой крутизне, и их тени на 
мгновение слились в одну бесформенную массу. До меня донеслось 
приглушенное ржание и сдавленный вопль ужаса. Огромное гибкое тело 
вознеслось перед ошалевшим кентавром, и оскалившаяся пасть с пушистым 
подбородком закачалась из стороны в сторону, повинуясь причудливому, 
срывающемуся ритму... 
Я выругался, отдернув руку от шнура занавеси, и мои пальцы намертво 
впились в подоконник. Небо над холмами вновь опустело, но конь и человек 
уже исчезли по ту сторону гряды, став невидимыми для меня, и лишь далекий 
топот копыт отозвался легким дребезгом оконного стекла... 
-- Спасибо, Сарт.., -- услышал я у себя за спиной тихий голос, в котором играло 
на серебряном ксилофоне время от заката до восхода. 
-- Не за что, -- угрюмо буркнул я и, чуть помедлив, добавил тоном ниже: 
-- Рад служить, Предстоящая... 
И повернулся навстречу смеху -- призраку, тени, намеку на смех. 
Там, где еще недавно горел камин, стояла миниатюрная женщина в бархатной 
накидке с капюшоном, и добрая дюжина тройных шандалов напрасно тратила 
свой свет, пытаясь высветить хоть что-то внутри этой агатовой накидки. 
Она шагнула вперед, сбрасывая капюшон и легко касаясь тонкими пальцами 
ковра на стене -- темно-зеленый ковер и золото кривых ножен в центре -- и все 
исчезло. 
Тайна исчезла. Обычная женщина, мне по плечо, и вьющиеся волосы 
обрамляли овал лица, и это лицо улыбалось мне, а я, как дурак, улыбался в 
ответ, хотя в Доме было по-прежнему холодно, и настроение мое было по-
прежнему мерзким. 
"Надолго, Лайна?.." -- хотел спросить я. И не спросил. 
"Что произошло, Предстоящая?.." -- хотел спросить я. И тоже не спросил. 
-- Это было хорошо придумано,-- сказала она, и звездные камни ее перстней 
обожгли мне глаза. 
"Что именно?" -- хотел спросить я. И не спросил. Я знал -- что именно. 
-- Со шнуром,-- сказала -- пропела Лайна, опускаясь на дубовую скамью. -- 
Просто и изящно. Мастерски... Я полагаю, что гонец Махметкул-арра уже 
захлебывается в ближайшей таверне красным вином и собственным враньем. 
Еще одна легенда, еще один глоток пряного страха, еще один камень в 
пирамиде мифа... Спасибо, Сарт. Прекрасная работа. 
Тонкие губы Лайны-Предстоящей еле заметно подрагивали, породистый нос с 
легкой горбинкой словно принюхивался к далекому, слабому аромату, и я 
понимал, что неизвестный мне гонец Махметкул-арра в эту минуту с восторгом 
рассказывает кому-то о случившемся, привирая добрую четверть, если не 
половину, и его слушатели кивают головами, шепча темное имя Ахайри, 
Матери-Ночи. 
Лайна резко поднялась и направилась к мраморной лестнице, покрытой чем-то 
алым и ворсистым. Она шла по ступенькам, чуть подобрав подол длинного 
платья, и перила рядом с ней наверняка были гладкими и ледяными. 
Каменными были перила. А мои ладони еще помнили дерево, дерево этих же 
перил пятиминутной давности... 
Шутки шутишь, Дом, Дом-на-Перекрестке? Мы бродим, мечемся, спешим, а ты 
стоишь и поджидаешь всех нас, и твоя вечная изменчивость хранит внутри, в 
самой сердцевине, некий тайный зародыш... 
Чем прорастешь, Дом, Дом-на-Перекрестке?!. 
...Я смотрел вслед Предстоящей, а за моей спиной молчала стена с обоями в 
цветочек, стена без всяких признаков окна с витражами, но я знал, что там, 
снаружи, занимается рассвет. 
Иначе бы Она не ушла. 
-- До заката, Предстоящая,-- прошептал я и вновь почувствовал, что мерзну. 
-- До заката, Мифотворец... 
В Доме было ужасно холодно. 
*** 
2 
Я вернулся в свою комнату, мрачно подмигнул просиявшему тюльпану и 
открыл тумбочку у кровати, где у меня еще оставалось с полбутылки 
хиразского бальзама. Темнотопазовый, чуть горчит, тридцать две травы в 
настое, а крепость... 
Такую крепость не в одиночку штурмовать... Я подумал, вытащил пробку и 
двинулся на приступ. 
...Пятый глоток настроения не улучшил, но ощутимо добавил тепла в 
окружающую сырость. Зря все-таки Лайна назвала меня Мифотворцем. Ведь 
знает же, что не люблю, и я знаю, что она знает, и тем не менее... 
Шестой глоток. Седьмой. Я попытался расслабиться и вспомнить, какой 
покорно-томительной любовницей бывает хрупкая Лайна, Предстоящая 
Матери-Ночи Ахайри, но в голову упрямо лезло совсем другое: пинки, 
теряющее чувствительность тело, смех разгоряченной толпы, в которую 
судорожно швырял бесполезные слова чужак по имени Сарт... Я только что 
выпал из своего, привычного мира, я еще не успел понять, что Тяжелое Слово 
Магистра Сарта здесь, в этом простом и старом существовании, превратилось в 
горсть побрякушек, раздавленных в крошку сандалиями зевак. Я еще жил тем, о 
чем не хочу рассказывать -- не здесь, не сейчас -- и не научился пока жить 
заново. Пинки, смех, стыд -- и порог неизвестно откуда взявшегося Дома, 
шелест убегающих ног позади, и -- глаза, внимательные, оценивающие глаза 
Лайны-Предстоящей... 
Временами я ненавидел эти глаза. Мне казалось, что в них сосредоточилась вся 
тяжесть здешнего практичного бытия, где тщательно продуманные чудеса 
отмеряются по чайной ложке для здоровья тупеющего человечества; и мы -- 
личные Мифотворцы Предстоятелей -- укладываем иллюзорные кирпичи 
легенд, лжи, сказок, чтобы люди могли жрать, спать, размножаться и изредка, 
на сон грядущий, тешить ожиревший разум словами о том, чего нет и не может 
быть... 
Мой бедный, глупый ночной всадник! Ты же знал, верил, ты был готов 
испугаться, ты испугался почти радостно, ты так и не понял, что это твой 
сладкий ужас вырос перед твоим конем!.. А я лишь помог, помог нелепо, 
случайно, я ощутил твой страх и помог ему принять форму -- и лишь я видел, 
что конь, глупое животное, вставал на дыбы, повинуясь власти поводьев и 
обиженно выкрикивая свои конские проклятия... 
Ничего не видел конь. И поэтому не понимал жгучей боли в разрываемом рту. 
Он не знал, что он должен увидеть. Кони не молятся в храмах Ахайри. А люди 
молятся. Люди верят. Люди знают, кто может встретиться им в ночи. 
Некоторые даже видели саму Темную Мать, когда она несется по заброшенным 
дорогам, гоня упряжку крылатых вепрей... 
Меня всегда интересовало, какому болвану первому пришла в голову идея 
свиньи с крыльями?!. И почему они -- люди, а не свиньи, хотя иногда и весьма 
похожие друг на друга -- почему они не смеются, а боятся?!. 
Не положено Мифотворцу думать о таких вещах. Традиция есть традиция. А я 
думал. И втайне посмеивался. Если не злился. 
В конце концов, я был чужой. Первый чужой в Доме. Спасибо Лайне -- учуяла, 
высмотрела талант... 
Первый -- и, наверное, последний. 
Я пил бальзам и еще не знал, что я уже действительно -- последний. 
Только не в этом смысле. 
Я сидел, смачивая губы пряной жидкостью, и с каким-то мазохистским 
удовольствием мурлыкал себе под нос один и тот же куплет старой, 
полузабытой песенки, по многу раз повторяя каждую строку... 
-- Среди бесчисленных светил 
Среди бесчисленных светил 
Я вольно выбрал мир наш строгий, 
И в этом мире полюбил 
Одни веселые дороги... 
*** 
3 
-- ...Иди в мир. Пройдешь через нижний зал, потом по коридору, третья 
комната; дверь рядом с кроватью под балдахином. Кровати может и не быть, 
но дверь там одна, так что не ошибешься... И поторапливайся, Дом тебя 
побери!.. 
Я еще не окончательно проспался, упрямые остатки хмеля бродили в налитой 
свинцом голове, но шершавый голос выдергивал меня из забытья, и я не сразу 
сообразил, что этот властный, озабоченный, пренеприятнейший голос 
принадлежит Лайне. 
И совсем не похож на обычный, повседневный (или повсенощный?) 
хрустальный голосок Лайны-Предстоящей. 
-- Выйдешь в город и направишься к храму Эрлика, Зеницы Мрака. У 
Трайгрина, его Предстоятеля, новая забота. Пророк у них на площади об 
явился. Говорит, нет Бога Смерти, и смерти нет, но есть жизнь вечная... А эти 
остолопы рты разинули и слушают! Пойди, разберись... 
К голосу Лайны вернулись звонкость и прозрачность, но в нем изредка, как 
вертлявые угри в чистой воде, проскальзывали визгливые нотки базарной 
торговки. Я улыбнулся в подушку, не успев понять, что делаю, но успев 
спрятать улыбку. 
-- У Предстоятеля Трайгрина свой Мифотворец есть,-- пробормотал я 
спросонья. -- Я для Зеницы Мрака не работаю... Тоже мне, нашли мальчика на 
побегушках... 
Я знавал Мифотворца при Трайгрине. Вернее, Мифотворицу. Злобная такая 
старуха, с дымящейся трубкой в желтых зубах, горбатенькая, нос до губы 
свисает... Одного ее вида хватало, чтобы все вокруг поминали Бога Смерти 
Эрлика и сплевывали от сглаза. На мифы она не тянула, нет, хоть и неглупа 
была бабка, а вот сказок вокруг нее -- как блох на собаке... 
Хлопнула дверь. Забытая бутылка упала со стола и, стуча по коврику, 
откатилась в угол. Я с трудом приподнялся, морщась и глубоко дыша, и увидел 
пустую комнату. 
Моих возражений попросту не расслышали. Не до того, видно, было. 
Я вылез из-под одеяла, кряхтя и ругаясь оделся, спустился по лестнице -- на этот 
раз винтовой и почему-то без перил -- нашел нужную комнату, нужную дверь 
(балдахин был, а кровать отсутствовала) и вышел на площадь.На крупный 
булыжник площади Хрогди-Йель перед приземистым храмом Эрлика, Зеницы 
Мрака. 
-- Куда прешь, козел? -- хмуро сообщил мне вислоусый ремесленник из задних 
рядов гудящей толпы. -- И без тебя тесно... 
Следующая страница
 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 22
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама