Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Проза - Франц Кафка Весь текст 412.94 Kb

Процесс

Предыдущая страница Следующая страница
1  2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 36
по крайней мере по  сравнению  с  вами,  люди  свободные,  а  это  немалое
преимущество. Однако, если у вас  есть  деньги,  мы  готовы  принести  вам
завтрак из кафе напротив.
     К. немного постоял, но на это предложение ничего  не  ответил.  Может
быть, если он откроет дверь в соседнюю комнату или даже  в  прихожую,  эти
двое не посмеют его остановить; может быть, самое простое решение -  пойти
напролом? Но ведь они  могут  его  схватить,  а  если  он  потерпит  такое
унижение,  тогда  пропадет  его  превосходство  над  ними,  которое  он  в
некотором отношении еще сохранил. Нет,  лучше  дождаться  развязки  -  она
должна прийти сама собой, в естественном ходе вещей; поэтому К.  прошел  к
себе в комнату, не обменявшись больше со стражами ни единым словом.
     Он бросился на кровать и взял с умывальника прекрасное  яблоко  -  он
припас его на завтрак еще с вечера. Другого  завтрака  у  него  сейчас  не
было, и откусив большой кусок, он уверил себя, что  это  куда  лучше,  чем
завтрак из грязного ночного кафе напротив, который он мог бы  получить  по
милости своей стражи. Он чувствовал себя хорошо и уверенно; правда, он  на
полдня опаздывал в банк, где служил, но  при  своей  сравнительно  высокой
должности, какую он занимал, ему простят это опоздание. Не привести  ли  в
оправдание истинную причину? Он так  и  решил  сделать.  Если  же  ему  не
поверят, чему он нисколько не удивится, то он  сможет  сослаться  на  фрау
Грубах или на тех стариков напротив - сейчас они, наверно, уже переходят к
другому своему окошку. К. был удивлен, вернее, он удивлялся, становясь  на
точку зрения стражи: как это они прогнали его в другую комнату и  оставили
одного там, где он мог десятком способов покончить с собой? Однако он  тут
же подумал, уже со своей точки зрения: какая же причина могла  бы  его  на
это толкнуть? Неужели то, что рядом сидят  двое  и  поедают  его  завтрак?
Покончить с собой было бы настолько бессмысленно, что при всем желании  он
не мог бы совершить такой бессмысленный поступок.  И  если  бы  умственная
ограниченность этих стражей не была  столь  очевидна,  то  можно  было  бы
предположить, что и они пришли к такому  же  выводу  и  поэтому  не  видят
никакой опасности  в  том,  что  оставили  его  одного.  Пусть  бы  теперь
посмотрели, если им угодно, как  он  подходит  к  стенному  шкафчику,  где
спрятан отличный коньяк, опрокидывает  первую  рюмку  взамен  завтрака,  а
потом и вторую - для храбрости, на тот случай, если храбрость понадобится,
что, впрочем, маловероятно.
     Но тут он так испугался окрика из соседней комнаты, что зубы лязгнули
о стекло.
     - Вас вызывают к инспектору! - крикнули оттуда.
     Его напугал именно крик, этот короткий, отрывистый солдатский  окрик,
какого он никак не ожидал от Франца. Сам же приказ его очень обрадовал.
     - Наконец-то! -  крикнул  он,  запер  стенной  шкафчик  и  побежал  в
гостиную. Но там его встретили оба стража и сразу, будто так  было  нужно,
загнали обратно в его комнату.
     - Вы с ума сошли! - крикнули они. В рубахе идти к  инспектору!  Он  и
вас прикажет высечь, и нас тоже!
     - Пустите меня черт побери! - крикнул К., которого  уже  оттеснили  к
самому гардеробу. - Напали на человека в кровати,  да  еще  ждут,  что  он
будет во фраке!
     - Ничего не поделаешь! - сказали оба; всякий раз,  когда  К.  подымал
крик, они становились не  только  совсем  спокойными,  но  даже  какими-то
грустными, что очень сбивало его с толку, но отчасти и успокаивало.
     - Смешные церемонии! - буркнул он, но сам уже снял пиджак со стула  и
подержал в руках, словно предоставляя стражам решать, подходит ли он.
     Те покачали головой.
     - Нужен черный сюртук, - сказали они.
     К. бросил пиджак на пол и сказал, сам не зная, в каком смысле он  это
говорит:
     - Но ведь дело сейчас не слушается?
     Стражи ухмыльнулись, но упрямо повторили:
     - Нужен черный сюртук.
     - Что ж, если этим можно ускорить дело, я не возражаю, - сказал К., -
сам открыл шкаф, долго рылся в своей многочисленной одежде, выбрал  лучшую
черную пару - она сидела так ловко,  что  вызывала  прямо-таки  восхищение
знакомых, - достал свежую рубашку и стал одеваться со всей  тщательностью.
Втайне он подумал, что больше задержек  не  будет  -  стража  забыла  даже
заставить его принять ванну. Он следил за ними  -  а  вдруг  они  все-таки
вспомнят, но им, разумеется, и в голову это  не  пришло,  хотя  Виллем  не
забыл послать Франца к инспектору доложить, что К. уже одевается.
     Когда он оделся окончательно, Виллем, идя за ним по пятам, провел его
через пустую гостиную в следующую  комнату,  куда  уже  широко  распахнули
двери. К. знал точно, что в этой комнате недавно поселилась некая фройляйн
Бюрстнер,  машинистка;  она  очень  рано   уходила   на   работу,   поздно
возвращалась домой, и К. только обменивался с ней обычными  приветствиями.
Теперь ее ночной столик был выдвинут для допроса на середину комнаты, и за
ним сидел инспектор. Он скрестил ноги и закинул одну руку на спинку стула.
     В  углу  комнаты  стояли  трое  молодых  людей  -  они   разглядывали
фотографии фройляйн Бюрстнер, воткнутые в плетеную циновку  на  стене.  На
ручке открытого окна висела белая блузка. В окно напротив  уже  высунулись
те же старики, но зрителей  там  прибавилось:  за  их  спинами  возвышался
огромный мужчина в раскрытой на груди рубахе, который все время  крутил  и
вертел свою рыжеватую бородку.
     - Йозеф К.? - спросил инспектор, должно быть, только для того,  чтобы
обратить на себя рассеянный взгляд К.
     К. наклонил голову.
     - Должно быть, вас очень удивили события сегодняшнего утра? - спросил
инспектор и обеими руками пододвинул к себе  немногие  вещи,  лежавшие  на
столике, - свечу со спичками, книжку, подушечку для булавок, как будто эти
предметы были ему необходимы при опросе.
     - Конечно, - сказал К., и  его  охватило  приятное  чувство:  наконец
перед ним разумный человек, с которым можно поговорить о  своих  делах.  -
Конечно, я удивлен, но, впрочем, и не очень удивлен.
     - Не очень? - переспросил инспектор и, передвинув свечу  на  середину
столика, начал расставлять вокруг нее остальные вещи.
     - Возможно, что вы не так меня поняли, - заторопился К.  -  Я  только
хотел сказать... - Тут он осекся и стал искать, куда бы ему сесть.  -  Мне
можно сесть? - спросил он.
     - Это не полагается, - ответил инспектор.
     - Я только хотел сказать, - продолжал  К.  без  задержки,  -  что  я,
конечно, очень удивлен, но когда проживешь тридцать лет на свете,  да  еще
если пришлось самому пробиваться в жизни, как приходилось мне, то поневоле
привыкаешь ко всяким неожиданностям и не принимаешь их  слишком  близко  к
сердцу. Особенно такие, как сегодня.
     - Почему особенно такие, как сегодня?
     - Нет, я не говорю, что все считаю шуткой, по-моему,  для  шутки  это
слишком далеко зашло. Очевидно, в этом  принимали  участие  все  обитатели
пансиона, да и все вы, а это уже  переходит  границы  шутки.  Так  что  не
думаю, чтоб это была просто шутка.
     - И  правильно,  -  сказал  инспектор  и  посмотрел,  сколько  спичек
осталось в коробке.
     -  Но,  с  другой  стороны,  -  продолжал  К.,  обращаясь   ко   всем
присутствующим  -  ему   хотелось   привлечь   внимание   и   тех   троих,
рассматривавших фотографии, - с другой стороны, особого значения  все  это
иметь не может. Вывожу я это из того, что меня в чем-то  обвиняют,  но  ни
малейшей вины я за собой не чувствую. Но и это не имеет значения,  главный
вопрос - кто меня обвиняет? Какое ведомство ведет дело? Вы  чиновники?  Но
на вас нет формы, если только ваш костюм, - тут он обратился к  Францу,  -
не считать формой, но ведь  это,  скорее,  дорожное  платье.  Вот  в  этом
вопросе я  требую  ясности,  и  я  уверен,  что  после  выяснения  мы  все
расстанемся друзьями.
     Тут инспектор со стуком положил спичечный коробок на стол.
     - Вы глубоко заблуждаетесь, - сказал он. - И эти господа, и я  сам  -
все мы никакого касательства к вашему делу не имеем. Больше того, мы о нем
почти ничего не знаем. Мы могли бы носить самую настоящую  форму,  и  ваше
дело от этого ничуть не ухудшилось бы. Я даже не могу вам сказать, что  вы
в чем-то обвиняетесь, вернее, мне об  этом  ничего  не  известно.  Да,  вы
арестованы, это верно, но больше я ничего не знаю. Моет быть,  вам  стража
чего-нибудь наболтала, но все это пустая болтовня. И хотя я не отвечаю  на
ваши вопросы, но могу вам посоветовать одно: поменьше думайте о  нас  и  о
том, что вас ждет, думайте лучше, как вам быть. И  не  кричите  вы  так  о
своей невиновности,  это  нарушает  то,  в  общем  неплохое,  впечатление,
которое вы производите. Вообще вам надо быть сдержаннее в разговорах. Все,
что вы тут наговорили, и без того было ясно из вашего поведения, даже если
бы вы произнесли только два слова, а кроме того, все это вам на пользу  не
идет.
     К. в недоумении смотрел на инспектора. Его отчитывают, как школьника,
и кто же? Человек, который, вероятно, моложе  его!  За  откровенность  ему
приходится выслушивать выговор! А о причине ареста, о том, кто  велел  его
арестовать, - ни слова! Он даже разволновался, стал ходить взад  и  вперед
по комнате, чему  никто  не  препятствовал.  Сдвинул  под  рукав  манжеты,
поправил манишку, пригладил волосы,  сказал,  проходя  мимо  трех  молодых
людей: "Какая бессмыслица!", на что те обернулись к нему  и  сочувственно,
хотя и строго, посмотрели на него, и наконец  остановился  перед  столиком
инспектора.
     - Прокурор Гастерер - мой давний друг,  -  сказал  он.  -  Можно  мне
позвонить ему?
     - Конечно, - ответил инспектор, - но я не знаю, какой в  этом  смысл,
разве что вам надо переговорить с ним по личному делу.
     - Какой смысл? - воскликнул К. скорее озадаченно, чем сердито. Да кто
вы такой? Ищете смысл, а творите такую бессмыслицу, что и  не  придумаешь.
Да тут камни возопят!  Сначала  эти  господа  на  меня  напали,  а  теперь
расселись, стоят и глазеют всем скопом, как я пляшу под вашу дудку. И  еще
спрашиваете, какой смысл звонить  прокурору,  когда  мне  сказано,  что  я
арестован! Хорошо, я не буду звонить!
     - Отчего же? - сказал инспектор н повел рукой в сторону передней, где
висел телефон. - Звоните, пожалуйста!
     - Нет, теперь я сам не хочу, - сказал К. и подошел к окну.
     Вся компания еще стояла у окна напротив, но  то,  что  К.  подошел  к
окну, нарушило их спокойное созерцание. Старики  хотели  было  встать,  но
мужчина, стоявший сзади, успокоил их.
     - А эти там тоже глазеют! - громко  крикнул  К.  инспектору  и  ткнул
пальцем в окно. - Убирайтесь оттуда! - закричал он в окошко.
     Те трое сразу отступили вглубь, старики даже  спрятались  за  соседа,
прикрывшего их своим большим телом, и по его губам было видно, как  он  им
что-то говорил, но издали трудно было разобрать слова. Однако они не  ушли
совсем, а словно  выжидали  минуту,  когда  можно  будет  незаметно  опять
подойти к окну.
     - Какая назойливость, какая бесцеремонность - сказал  К.,  отходя  от
окна.
     Инспектор как будто с ним согласился, по крайней мере так  показалось
К., когда он искоса на него взглянул. Впрочем,  возможно,  что  тот  и  не
слушал, потому что он плотно прижал ладонь к столику и как будто сравнивал
длину своих пальцев. Оба стража сидели на сундуке, прикрытом  для  красоты
ковриком, и потирали коленки. Трое молодых  людей,  уперев  руки  в  бока,
бесцельно  смотрели  по  сторонам.  Было  тихо,  словно   в   какой-нибудь
опустевшей конторе.
     - Ну-с, господа! - воскликнул К., и ему показалось, что  он  отвечает
за них за всех. - По вашему виду можно заключить, что мое дело  исчерпано.
Я  склонен  считать,  что  лучше  всего  не  разбираться,  оправданны  или
неоправданны ваши  поступки,  и  мирно  разойтись,  обменявшись  дружеским
рукопожатием. Если вы со мной согласны, то прошу вас...  -  И,  подойдя  к
Предыдущая страница Следующая страница
1  2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 36
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама