Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Приключения - Грин А.С. Весь текст 262.91 Kb

Золотая цепь

Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4  5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 23
входящего. Пока что я чувствовал себя гостем  этого  отличного  помещения  с
зеркалом, зеркальным шкапом, ковром и письменным столом, не говоря о  другой
мебели. Я шел за Попом с сердцебиением. Он толкнул дверь вправо, где в более
узком пространстве находилась кровать и другие предметы роскошной жизни. Все
это с изысканной чистотой и строгой приветливостью  призывало  меня  бросить
последний взгляд на оставляемого позади дядюшку Гро.
   - Я думаю, вы устроитесь, - сказал Поп, оглядывая помещение. -  Несколько
тесновато, но рядом библиотека,  где  вы  можете  быть  сколько  хотите.  Вы
пошлете за своим чемоданом завтра.
   - О да, - сказал я, нервно хихикнув. - Пожалуй, что так. И чемодан и  все
прочее.
   - У вас много вещей? - благосклонно спросил он.
   - Как же! - ответил я. - Одних  чемоданов  с  воротничками  и  смокингами
около пяти.
   - Пять?.. - Он покраснел, отойдя к  стене  у  стола,  где  висел  шнур  с
ручкой, как у звонка. - Смотрите, Санди, как вам будет удобно есть  и  пить:
если вы потянете шнур один раз, - по лифту, устроенному в стене,  поднимется
завтрак. Два раза - обед, три раза - ужин;  чай,  вино,  кофе,  папиросы  вы
можете получить когда угодно, пользуясь этим  телефоном.  -  Он  растолковал
мне, как звонить в телефон, затем сказал в блестящую трубку:  -  Алло!  Что?
Ого, да, здесь новый жилец. - Поп обернулся ко мне. - Что вы желаете?
   - Пока ничего, - сказал я с стесненным дыханием. - Как же едят в стене?
   - Боже мой! - Он встрепенулся, увидев,  что  бронзовые  часы  письменного
стола указывают 12. - Я должен идти. В стене  не  едят,  конечно,  но...  но
открывается люк, и вы берете. Это очень удобно,  как  для  вас,  так  и  для
слуг... Решительно ухожу, Санди. Итак, вы  -  на  месте,  и  я  спокоен.  До
завтра.
   Поп быстро вышел; еще более быстрыми услышал я в коридоре его шаги.
 
 
 
   V
 
   Итак, я остался один.
   Было от чего сесть. Я сел на мягкий, предупредительно  пружинистый  стул;
перевел  дыхание.  Потикиванье  часов  вело  многозначительный  разговор   с
тишиной.
   Я сказал: "Так, здорово. Это называется  влипнуть.  Интересная  история".
Обдумать что-нибудь стройно у меня  не  было  сил.  Едва  появилась  связная
мысль, как ее честью просила  выйти  другая  мысль.  Все  вместе  напоминало
кручение пальцами шерстяной нитки. Черт побери! - сказал я наконец, стараясь
во что бы то ни стало овладеть собой, и встал, жаждя вызвать в душе солидную
твердость. Получилась смятость и рыхлость.  Я  обошел  комнату,  механически
отмечая: - Кресло, диван, стол, шкап, ковер, картина,  шкап,  зеркало,  -  Я
заглянул в зеркало.  Там  металось  подобие  франтоватого  красного  мака  с
блаженно-перекошенными чертами  лица.  Они  достаточно  точно  отражали  мое
состояние. Я обошел все помещение, снова заглянул в спальню,  несколько  раз
подходил к двери и прислушивался, не идет ли кто-нибудь, с  новым  смятением
моей душе. Но было тихо. Я еще не переживал  такой  тишины  -  отстоявшейся,
равнодушной и утомительной. Чтобы как-нибудь перекинуть  мост  меж  собой  и
новыми ощущениями, я вынул свое богатство, сосчитал монеты, - тридцать  пять
золотых монет,  -  но  почувствовал  себя  уже  совсем  дико.  Фантазия  моя
обострилась  так,  что  я  отчетливо  видел  сцены  самого  противоположного
значения. Одно время я был потерянным наследником знатной фамилии,  которому
еще не находят почему-то удобным сообщить  о  его  величии.  Контрастом  сей
блистательной гипотезе явилось предположение некой мрачной  затеи,  и  я  не
менее основательно убедил себя, что стоит  заснуть,  как  кровать  нырнет  в
потайной трап, где при свете факелов люди в масках  приставят  мне  к  горлу
отравленные ножи. В то же время врожденная моя предусмотрительность, держа в
уме все  слышанные  и  замеченные  обстоятельства,  тянула  к  открытиям  по
пословице "куй железо, пока горячо", Я вдруг  утратил  весь  свой  жизненный
опыт, исполнившись новых чувств  с  крайне  занимательными  тенденциями,  но
вызванными все же бессознательной  необходимостью  действия  в  духе  своего
положения.
   Слегка помешавшись, я вышел в библиотеку, где никого не  было,  и  обошел
ряды стоящих перпендикулярно к стенам шкапов. Время  от  времени  я  нажимал
что-нибудь: дерево, медный гвоздь, резьбу украшений, холодея от  мысли,  что
потайной трап окажется на том месте, где я стою. Вдруг я услышал шаги, голос
женщины, сказавший: "Никого нет",  -  и  голос  мужчины,  подтвердивший  это
угрюмым мычанием. Я испугался - метнулся,  прижавшись  к  стене  между  двух
шкапов, где еще не был виден, но, если бы вошедшие сделали пять шагов в  эту
сторону, - новый помощник библиотекаря, Санди Пруэль, явился  бы  их  взору,
как в засаде. Я готов был скрыться в ореховую скорлупу,  и  мысль  о  шкапе,
очень  большом,  с  глухой  дверью  без  стекол  была  при  таком  положении
совершенно разумной. Дверца шкапа не была прикрыта совсем плотно, так что  я
оттащил ее ногтями, думая хотя стать за ее прикрытием,  если  шкап  окажется
полон. Шкап должен был быть полон, - в этом я давал себе  судорожный  отчет,
и, однако, он оказался пуст, спасительно пуст. Его глубина была достаточной,
чтобы стать рядом троим. Ключи  висели  внутри.  Не  касаясь  их,  чтобы  не
звякнуть, я притянул дверь за внутреннюю  планку,  отчего  шкап  моментально
осветился, как телефонная будка. Но здесь не было телефона, не было  ничего.
Одна  лакированная  геометрическая  пустота.  Я  не  прикрыл  двери  плотно,
опять-таки опасаясь шума,  и  стал,  весь  дрожа,  прислушиваться.  Все  это
произошло значительно быстрее, чем сказано,  и,  дико  оглядываясь  в  своем
убежище, я услышал разговор вошедших людей.
   Женщина была Дигэ, - с другим голосом я никак не смешал бы ее замедленный
голос особого  оттенка,  который  бесполезно  передавать,  по  его  лишь  ей
присущей хладнокровной музыкальности. Кто мужчина - догадаться не составляло
особого труда: мы не забываем голоса, язвившего нас. Итак,  вошли  Галуэй  и
Дигэ.
   - Я хочу взять книгу, - сказала она подчеркнуто громко. Они переходили  с
места на место.
   - Но здесь, действительно, нет никого, - проговорил Галуэй.
   - Да. Так вот,  -  она  словно  продолжала  оборванный  разговор,  -  это
непременно случится.
   - Ого!
   - Да. В бледных тонах. В виде паутинных душевных прикосновений. Негреющее
осеннее солнце.
   - Если это не самомнение.
   - Я ошибаюсь?! Вспомни, мой милый, Ричарда Брюса. Это так естественно для
него.
   - Так. Дальше! - сказал Галуэй. - А обещание?
   - Конечно. Я думаю, через нас. Но не говорите Томсону. - Она рассмеялась.
Ее смех чем-то оскорбил меня. - Его выгоднее для будущего держать на  втором
плане. Мы выделим его при удобном случае. Наконец просто откажемся от  него,
так как положение перешло к нам. Дай мне  какую-нибудь  книгу...  на  всякий
случай ... Прелестное издание, - продолжала Дигэ тем  же  намеренно  громким
голосом, но,  расхвалив  книгу,  перешла  опять  в  сдержанный  тон:  -  Мне
показалось, должно быть. Ты уверен,  что  не  подслушивают?  Так  вот,  меня
беспокоят... эти... эти.
   - Кажется, старые друзья; кто-то кому-то спас жизнь или в  этом  роде,  -
сказал Галуэй. - Что могут они сделать, во всяком случае?!
   - Ничего, но это сбивает. Далее я не расслышал.
   - Заметь. Однако пойдем, потому что  твоя  новость  требует  размышления.
Игра стоит свеч. Тебе нравится Ганувер?
   - Идиот!
   - Я задал неделовой вопрос, только и всего.
   - Если хочешь знать. Даже скажу больше, - не будь я так хорошо  вышколена
и выветрена, в складках  сердца  где-нибудь  мог  бы  завестись  этот  самый
микроб,  -  страстишка.  Но  бедняга  слишком...   последнее   перевешивает.
Втюриться совершенно невыгодно.
   - В таком случае, - заметил Галуэй, - я спокоен за исход предприятия. Эти
оригинальные мысли  придают  твоему  отношению  необходимую  убедительность,
совершенствуют ложь. Что же мы будем говорить Томсону?
   - То же, что и раньше. Вся надежда на тебя, дядюшка "Вас-ис-дас".  Только
он  ничего  не  сделает.   Этот   кинематографический   дом   выстроен   так
конспиративно, как не снилось никаким Медичи.
   - Он влопается.
   - Не влопается. За это-то я ручаюсь. Его  ум  стоит  моего,  -  по  своей
линии.
   - Идем. Что ты взяла?
   - Я поищу, нет ли... Замечательно овладеваешь собой, читая такие книги.
   - Ангел мой, сумасшедший Фридрих никогда не написал бы своих  книг,  если
бы прочел только тебя.
   Дигэ перешла часть пространства, направляясь в мою  сторону.  Ее  быстрые
шаги, стихнув, вдруг зазвучали, как показалось мне, почти  у  самого  шкапа.
Каким ни был я новичком в мире людей, подобных жителям этого дома, но тонкий
мой слух, обостренный волнениями этого  дня,  фотографически  точно  отметил
сказанные слова и вылущил из непонятного  все  подозрительные  места.  Легко
представить, что могло произойти в  случае  открытия  меня  здесь.  Как  мог
осторожно и быстро, я совсем прикрыл щели двери и прижался в угол.  Но  шаги
остановились на другом  месте.  Не  желая  испытать  снова  такой  страх,  я
бросился шарить вокруг, ища выхода - куда! -  хотя  бы  в  стену.  И  тут  я
заметил  справа  от  себя,  в  той  стороне,  где  находилась  стена,  узкую
металлическую защелку неизвестного  назначения.  Я  нажал  ее  вниз,  вверх,
вправо, в отчаянии,  с  смелой  надеждой,  что  пространство  расширится,  -
безрезультатно. Наконец, я повернул ее влево. И произошло, - ну, не прав  ли
я был в самых сумасбродных соображениях своих? - произошло  то,  что  должно
было произойти здесь. Стена шкапа бесшумно  отступила  назад,  напугав  меня
меньше, однако, чем только что слышанный разговор, и я  скользнул  на  блеск
узкого, длинного, как  квартал,  коридора,  озаренного  электричеством,  где
было, по крайней мере, куда бежать. С неистовым  восторгом  повел  я  обеими
руками тяжелый вырез стены на прежнее место, но он пошел, как на роликах,  и
так как он был размером точно в разрез  коридора,  то  не  осталось  никакой
щели. Сознательно я прикрыл его так, чтобы не открыть даже мне  самому.  Ход
исчез. Меж мной и библиотекой стояла глухая стена.
 
 
 
   VI
 
   Такое сожжение кораблей немедленно отозвалось в сердце и  уме,  -  сердце
перевернулось, и я увидел, что поступил опрометчиво. Пробовать снова открыть
стену библиотеки не было никаких оснований, - перед глазами моими был тупик,
выложенный квадратным камнем, который не понимал, что такое  "Сезам",  и  не
имел пунктов, вызывающих желание нажать их. Я сам захлопнул себя. Но к этому
огорчению  примешивался  возвышенный  полустрах  (вторую  половину   назовем
ликование) - быть одному  в  таинственных  запретных  местах.  Если  я  чего
опасался, то единственно - большого труда выбраться  из  тайного  к  явному;
обнаружение  меня  здесь  хозяевами  этого  дома  я  немедленно  смягчил  бы
рассказом о подслушанном разговоре и  вытекающем  отсюда  желании  скрыться.
Даже  не  очень  сметливый  человек,  услышав  такой  разговор,  должен  был
настроиться подозрительно. Эти люди, ради целей, - откуда мне знать - каких?
- беседовали секретно, посмеиваясь. Надо  сказать,  что  заговоры  вообще  я
считал самым нормальным явлением и был бы очень неприятно задет  отсутствием
их в таком месте, где обо  всем  надо  догадываться;  я  испытывал  огромное
удовольствие, - более, - глубокое интимное наслаждение,  но  оно,  благодаря
крайне напряженному сцеплению обстоятельств,  втянувших  меня  сюда,  давало
себя знать, кроме быстрого вращения мыслей, еще дрожью  рук  и  колен;  даже
когда я открывал, а потом закрывал рот, зубы мои лязгали, как медные деньги.
Немного постояв, я осмотрел еще раз этот тупик, пытаясь  установить,  где  и
как отделяется часть стены, но не заметил никакой щели. Я приложил  ухо,  не
слыша ничего, кроме трений о камень самого уха, и, конечно, не  постучал.  Я
не знал, что происходит в библиотеке. Быть  может,  я  ждал  недолго,  может
Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4  5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 23
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (1)

Реклама