Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Приключения - Грин А.С. Весь текст 262.91 Kb

Золотая цепь

Предыдущая страница Следующая страница
1  2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 23
вдруг согрелся. Если бы я мог, я предложил бы  этим  людям  стакан  грога  и
сигару. Я решился без оговорок, искренно и со всем согласясь,  так  как  все
было правда и Гро сам вымолил бы этот билет, если бы был тут.
   - В таком  случае".  Вы,  конечно,  знаете..  Вы  не  подведете  меня,  -
пробормотал я.
   Все переменилось: дождь стал  шутлив,  ветер  игрив,  сам  мрак,  булькая
водой, говорил "да". Я отвел пассажиров  в  шкиперскую  каюту  и,  торопясь,
чтобы не застиг и не задержал Гро, развязал паруса, -  два  косых  паруса  с
подъемной реей, снял швартовы, поставил  кливер,  и,  когда  Дюрок  повернул
руль, "Эспаньола" отошла от набережной, причем никто этого не заметил.
   Мы вышли из гавани на крепком ветре, с  хорошей  килевой  качкой,  и  как
повернули за мыс, у руля стал Эстамп, а я и Дюрок очутились  в  каюте,  и  я
воззрился на этого человека, только теперь ясно  представив,  как  чувствует
себя дядя Гро, если он вернулся с братом из трактира. Что  он  подумает  обо
мне, я не смел даже представить, так как его мозг, верно, полон был  кулаков
и ножей, но я отчетливо видел, как он говорит брату: "То ли  это  место  или
нет? Не пойму".
   - Верно, то, - должен сказать брат, - это то самое место и  есть,  -  вот
тумба, а вот свороченная плита; рядом стоит "Мелузина"... да и вообще...
   Тут я увидел самого себя с рукой Гро, вцепившейся в мои волосы.  Несмотря
на отделяющее меня от беды расстояние, впечатление предстало столь  грозным,
что, поспешно смигнув, я стал рассматривать Дюрока, чтобы не удручаться.
   Он сидел боком на стуле, свесив правую руку через  его  спинку,  а  левой
придерживая сползший плащ. В этой  же  левой  руке  его  дымилась  особенная
плоская папироса с золотом на том конце, который кладут в  рот,  и  ее  дым,
задевая мое лицо, пахнул, как хорошая  помада.  Его  бархатная  куртка  была
расстегнута у самого горла, обнажая белый  треугольник  сорочки,  одна  нога
отставлена далеко, другая - под стулом, а лицо думало, смотря мимо  меня;  в
этой позе заполнил он собой всю маленькую каюту. Желая быть на своем  месте,
я открыл шкафчик дяди Гро согнутым гвоздем, как делал это всегда,  если  мне
не хватало чего-нибудь по кухонной части (затем запирал), и поставил тарелку
с яблоками, а также синий  графин,  до  половины  налитый  водкой,  и  вытер
пальцем стаканы.
   - Клянусь брамселем, - сказал я, - славная водка! Не пожелаете  ли  вы  и
товарищ ваш выпить со мной?
   - Что ж, это дело! - сказал, выходя из задумчивости, Дюрок.  Заднее  окно
каюты было открыто. - Эстамп, не принести ли вам стакан водки?
   - Отлично, дайте, - донесся ответ. - Я думаю, не опоздаем ли мы?
   - Л я хочу и надеюсь, чтобы все оказалось  ложной  тревогой,  -  крикнул,
полуобернувшись, Дюрок. - Миновали ли мы Флиренский маяк?
   - Маяк виден справа, проходим под бейдевинд. Дюрок вышел со  стаканом  и,
возвратясь, сказал: - Теперь выпьем с тобой, Санди. Ты,  я  вижу,  малый  не
трус.
   - В моей семье не было трусов, - сказал я с скромной гордостью. На  самом
деле, никакой семьи у меня не было. - Море и ветер - вот что люблю я!
   Казалось, мой ответ удивил его, он посмотрел на меня сочувственно, словно
я нашел и поднес потерянную им вещь.
   - Ты, Санди, или большой  плут,  или  странный  характер,  -  сказал  он,
подавая мне папиросу, - знаешь ли ты, что я тоже люблю море и ветер?
   - Вы должны любить, - ответил я.
   - Почему?
   - У вас такой вид.
   - Никогда не суди по наружности, - сказал, улыбаясь, Дюрок. - Но  оставим
это. Знаешь ли ты, пылкая голова, куда мы плывем?
   Я как мог взросло покачал головой и ногой.
   - У мыса Гардена стоит дом моего друга Ганувера. По  наружному  фасаду  в
нем сто шестьдесят окон, если не больше. Дом в три  этажа.  Он  велик,  друг
Санди, очень велик. И там множество потайных ходов, есть  скрытые  помещения
редкой красоты, множество затейливых  неожиданностей.  Старинные  волшебники
покраснели бы от стыда, что так мало придумали в свое время.
   Я выразил надежду, что увижу столь чудесные вещи.
   - Ну, это как сказать, - ответил Дюрок рассеянно. - Боюсь, что нам  будет
не до тебя. - Он повернулся к окну и крикнул: - Иду вас сменить!
   Он встал. Стоя, он выпил еще один стакан,  потом,  поправив  и  застегнув
плащ, шагнул в тьму. Тотчас пришел Эстамп, сел на покинутый Дюроком стул  и,
потирая закоченевшие руки, сказал: - Третья смена будет твоя. Ну, что же  ты
сделаешь на свои деньги?
   В ту минуту я сидел, блаженно очумев  от  загадочного  дворца,  и  вопрос
Эстампа что-то у меня отнял. Не иначе как я  уже  связывал  свое  будущее  с
целью прибытия. Вихрь мечты!
   - Что я сделаю? - переспросил я.  -  Пожалуй,  я  куплю  рыбачий  баркас.
Многие рыбаки живут своим ремеслом.
   - Вот как?! - сказал Эстамп. - А я  думал,  что  ты  подаришь  что-нибудь
своей душеньке.
   Я пробормотал что-то, не желая признаться, что моя душенька -  вырезанная
из журнала женская голова, страшно пленившая меня,  -  лежит  на  дне  моего
сундучка.
   Эстамп выпил, стал рассеянно и нетерпеливо оглядываться. Время от времени
он спрашивал, куда ходит "Эспаньола", сколько берет  груза,  часто  ли  меня
лупит дядя Гро и тому  подобные  пустяки.  Видно  было,  что  он  скучает  и
грязненькая, тесная, как курятник, каюта ему  противна.  Он  был  совсем  не
похож  на  своего  приятеля,   задумчивого,   снисходительного   Дюрока,   в
присутствии  которого  эта  же  вонючая  каюта  казалась  блестящей   каютой
океанского парохода. Этот  нервный  молодой  человек  стал  мне  еще  меньше
нравиться, когда назвал меня, может быть, по рассеянности, "Томми",  -  и  я
басом поправил его, сказав: - Санди, Санди мое имя, клянусь Лукрецией!
   Я вычитал, не помню где, это слово, непогрешимо веря,  что  оно  означает
неизвестный остров. Захохотав,  Эстамп  схватил  меня  за  ухо  и  вскричал:
"Каково! Ее зовут Лукрецией, ах ты, волокита! Дюрок, слышите? - закричал  он
в окно. - Подругу Санди зовут Лукреция!"
   Лишь впоследствии я узнал, как этот  насмешливый,  поверхностный  человек
отважен и добр, - но в этот момент я ненавидел его наглые усики.
   - Не дразните мальчика, Эстамп, - ответил Дюрок.
   Новое унижение! - от человека, которого я уже  сделал  своим  кумиром.  Я
вздрогнул, обида стянула мое лицо, и, заметив,  что  я  упал  духом,  Эстамп
вскочил, сел рядом со мной и схватил меня за руку, но в этот  момент  палуба
поддала вверх, и он растянулся  на  полу.  Я  помог  ему  встать,  внутренне
торжествуя, но он выдернул свою руку из моей  и  живо  вскочил  сам,  сильно
покраснев, отчего я понял, что он самолюбив, как кошка. Некоторое  время  он
молча и надувшись смотрел на  меня,  потом  развеселился  и  продолжал  свою
болтовню.
   В это время Дюрок прокричал: "Поворот!". Мы выскочили и перенесли  паруса
к левому борту. Так как мы теперь были под берегом, ветер дул слабее, но все
же мы пошли с сильным боковым креном, иногда с всплесками  волны  на  борту.
Здесь пришло мое время держать руль, и Дюрок накинул на мои плечи свой плащ,
хотя я совершенно не чувствовал  холода.  "Так  держать",  -  сказал  Дюрок,
указывая румб, и я молодцевато ответил: "Есть так держать!"
   Теперь оба они были в каюте, и  я  сквозь  ветер  слышал  кое-что  из  их
негромкого разговора. Как сон он запомнился мной.  Речь  шла  об  опасности,
потере, опасениях,. чьей-то боли, болезни; о том, что "надо точно узнать". Я
должен был крепко держать румпель и стойко держаться на ногах сам,  так  как
волнение метало "Эспаньолу", как качель, поэтому  за  время  вахты  своей  я
думал больше удержать курс, чем  что  другое.  Но  я  по-прежнему  торопился
доплыть, чтобы наконец узнать, с кем имею дело и для чего. Если бы я мог,  я
потащил бы "Эспаньолу" бегом, держа веревку в зубах.
   Недолго побыв в каюте, Дюрок вышел, огонь его папиросы направился ко мне,
и скоро я различил лицо, склонившееся над компасом.
   - Ну что, - сказал он, хлопая меня по плечу, - вот мы подплываем. Смотри!
   Слева, в тьме, стояла золотая сеть далеких огней.
   - Так это и есть тот дом? - спросил я.
   - Да. Ты никогда не бывал здесь?
   - Нет.
   - Ну, тебе есть что посмотреть.
   Около получаса мы провели, обходя камни "Троячки". За береговым  выступом
набралось едва ветра, чтобы идти  к  небольшой  бухте,  и,  когда  это  было
наконец сделано, я  увидел,  что  мы  находимся  у  склона  садов  или  рощ,
расступившихся вокруг черной, огромной массы, неправильно помеченной  огнями
в различных частях. Был небольшой мол, по одну сторону его покачивались, как
я рассмотрел, яхты.
   Дюрок выстрелил, и немного спустя явился человек,  ловко  поймав  причал,
брошенный мной. Вдруг разлетелся  свет,  -  вспыхнул  на  конце  мола  яркий
фонарь, и я увидел широкие ступени,  опускающиеся  к  воде,  яснее  различил
рощи.
   Тем временем "Эспаньола" ошвартовалась,  и  я  опустил  паруса.  Я  очень
устал, но меня не клонило в сон;  напротив,  -  резко,  болезненно-весело  и
необъятно чувствовал я себя в этом неизвестном углу.
   - Что,  Ганувер?  -  спросил,  прыгая  на  мол,  Дюрок  у  человека,  нас
встретившего. - Вы нас узнали? Надеюсь. Идемте, Эстамп. Иди  с  нами  и  ты,
Санди, ничего не случится с твоим суденышком.  Возьми  деньги,  а  вы,  Том,
проводите молодого человека обогреться и устройте его всесторонне, затем вам
предстоит путешествие. - И он объяснил, куда отвести судно. -  Пока  прощай,
Санди!  Вы  готовы,  Эстамп?  Ну,  тронемся,  и  дай  бог,  чтобы  все  было
благополучно.
   Сказав так, он соединился с Эстампом, и  они,  сойдя  на  землю,  исчезли
влево, а я поднял глаза на Тома и увидел косматое лицо с  огромной  звериной
пастью, смотревшее на меня с двойной высоты моего  роста,  склонив  огромную
голову. Он подбоченился. Его плечи закрыли горизонт. Казалось, он  рухнет  и
раздавит меня.
 
 
   III
 
   Из его рта, ворочавшего, как жернов соломинку, пылающую  искрами  трубку,
изошел мягкий, приятный голосок, подобный струйке воды.
   - Ты капитан, что ли? -  сказал  Том,  поворачивая  меня  к  огню,  чтобы
рассмотреть. - У, какой синий!
   Замерз?
   - Черт побери! - сказал я. - И замерз, и голова  идет  кругом.  Если  вас
зовут Том, не можете ли вы объяснить всю эту историю?
   - Это какую же такую историю?
   Том говорил медленно, как тихий, рассудительный младенец, и  потому  было
чрезвычайно противно ждать, когда он договорит до конца.
   - Какую же это такую историю? Пойдем-ка, поужинаем. Вот это будет,  думаю
я, самая хорошая история для тебя.
   С этим его рот захлопнулся - словно упал трап. Он  повернул  и  пошел  на
берег, сделав мне рукой знак следовать за ним.
   От берега по ступеням, расположенным полукругом, мы поднялись в  огромную
прямую аллею и зашагали меж рядов гигантских деревьев. Иногда слева и справа
блестел свет, показывая в глубине спутанных растений колонны или угол фасада
с массивным узором карнизов. Впереди чернел холм, и, когда мы подошли ближе,
он  оказался  группой   человеческих   мраморных   фигур,   сплетенных   над
колоссальной чашей в белеющую, как  снег,  группу.  Это  был  фонтан.  Аллея
поднялась ступенями вверх; еще  ступени  -  мы  прошли  дальше  -  указывали
поворот влево, я поднялся и прошел арку внутреннего двора.  В  этом  большом
пространстве, со всех сторон и над головой ярко озаренном большими окнами, а
также висячими фонарями, увидел я в первом этаже вторую  арку  поменьше,  но
достаточную, чтобы пропустить воз. За ней было светло, как днем; три двери с
разных сторон, открытые настежь, показывали ряд коридоров и  ламп,  горевших
под потолком. Заведя меня в угол, где, казалось, некуда уже идти дальше, Том
открыл дверь, и я увидел множество людей вокруг очагов и плит;  пар  и  жар,
хохот и суматоха, грохот и крики, звон  посуды  и  плеск  воды;  здесь  были
мужчины, подростки, женщины, и я как будто попал на шумную площадь.
   - Постой-ка, - сказал Том, - я  поговорю  тут  с  одним  человеком,  -  и
Предыдущая страница Следующая страница
1  2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 23
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (1)

Реклама