Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Зарубежная фантастика - Курт Воннегут Весь текст 457.06 Kb

Сирены Титана

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 29 30 31 32 33 34 35  36 37 38 39 40
   - Прежде чем я и мой пес умчимся в бесконечность, щелкая, как
хлысты в руках у сумасшедшего,- сказал Румфорд,- мне бы очень
хотелось узнать, что написано в послании, которое ты несешь.
   - Я-я не знаю,- сказал Сэло.- Оно запечатано. И мне строго
запрещено...
   - Вопреки всем тральфамадорским запретам,- сказал Уинстон
Найлс Румфорд,- в нарушение всех заложенных в тебя, как в
машину, программ,- во имя нашей дружбы, Сэло, я прошу тебя
вскрыть послание и прочесть его мне - сейчас же.

   Малаки Констант, Беатриса Румфорд и их угрюмый сын, Хроно,
устроили невеселый пикник на свежем воздухе, в тени гигантской
маргаритки, на берегу Моря Уинстона. Каждый из них опирался
спиной о свою отдельную статую.
   Заросший бородой Малаки Констант - первый повеса в Солнечной
системе - все еще был в своем ярко-желтом комбинезоне с
оранжевыми вопросительными знаками. Больше ему нечего было
надеть.
   Констант прислонился к статуе святого Франциска Ассизского.
Св. Франциск пытался приручить пару свирепых и устрашающе
громадных птиц, похожих на белоголовых орланов*. Констант не мог
узнать в них местных синих птиц, потому что ни разу не видел
синих птиц Титана. Он прилетел на Титан всего час назад.

   /* Белоголовый орлан - птица, изображенная на гербе США./

   Беатриса, похожая на королеву-цыганку, застыла у подножия
статуи, изображавшей молодого студента-физика. На первый взгляд
казалось, что этот облаченный в белый лабораторный халат ученый
служит верой и правдой только истине, и только ей одной. С
первого взгляда каждый верил, что он добивается только правды и
радуется только ей, восхищенно вглядываясь в пробирку, которую
держит в руках. На первый взгляд можно было поверить, что он
выше низменных, животных страстей рода человеческого, как и
гармониумы в пещерах Меркурия. Перед зрителем, на первый взгляд,
стоял юноша, свободный от тщеславия, от алчности,- и зритель
принимал всерьез надпись, которую Сэло вырезал на пьедестале:
"_Открытие_мощи_атома_".
   Как вдруг зритель замечал, что молодой человек находится в
состоянии крайнего полового возбуждения.
   Беатриса этого пока еще не заметила.
   Юный Хроно, темнокожий и таящий угрозу, под стать своей
матери, уже приступил к первому акту вандализма - по крайней
мере, он пытался совершить надругательство над искусством. Хроно
норовил нацарапать грязное земное ругательство на пьедестале
статуи, к которой он прислонился. Он старался нацарапать его
острым уголком своего талисмана.
   Но затвердевший титанический торф не только не поддался, а
сам сточил острый уголок стальной полоски.
   Хроно трудился у пьедестала скульптурной группы, изображавшей
семью - неандертальского человека, его подругу и их младенца.
Группа была необыкновенно трогательная. Нескладные,
взлохмаченные, многообещающие существа были настолько уродливы,
что казались прекрасными.
   Впечатление значительности и всеобъемлющая символика этой
группы нисколько не пострадали от того. что Сэло снабдил ее
сатирической подписью. Он вообще давал своим скульптурам ужасные
названия, словно изо всех сил старался показать, что сам себя
вовсе не считает художником, творцом. Название, которое он дал
группе, изображающей неандертальцев, было подсказано, очевидно,
тем, что ребенок тянулся к человеческой ступне, которая жарилась
на грубом вертеле. Скульптура называлась "Ай да поросенок!".

   - Что бы ни случилось - самое прекрасное или самое печальное,
или самое радостное, или самое ужасное,- говорил Малаки Констант
своему семейству, прибыв на Титан,- будь я проклят, если я хоть
бровью поведу. В ту самую секунду, когда мне покажется, что кто-
нибудь или что-нибудь хочет заставить меня совершить
определенное действие, я застыну.
   Он взглянул наверх, на кольца Сатурна, скривил губы.
   - Красота-то какая!- слов нет,- и он сплюнул.
   - Если еще кто-нибудь захочет использовать меня в своих
грандиозных замыслах,- сказал Констант,- его ждет большое
разочарование. Ему будет легче довести до белого каления одну из
этих вот статуй.
   И он снова сплюнул.
   - Если вы меня спросите,- сказал Констант,- то вся Вселенная
- просто свалка старья, за которое норовят содрать втридорога.
Хватит с меня - больше не собираюсь рыться на свалках, скупать
старье по дешевке. Каждая мало-мальски пригодная вещь,- сказал
Констант,- подсоединена тонкими  проволочками к связке
динамитных шашек.
   Он сплюнул еще раз.
   - Я отказываюсь,- сказал Констант.
   - Я увольняюсь,- сказал Констант.
   - Я ухожу,- сказал Констант.
   Маленькая семья Константа равнодушно согласилась. Этот
короткий спич успел им порядком надоесть. Констант произносил
его много раз за те семнадцать месяцев, пока они летели к
Титану. И вообще это была привычная, стандартная философия
марсианских ветеранов.
   Собственно говоря, Констант и не обращался к своему
семейству. Он говорил во весь голос, чтобы было слышно как можно
дальше - и в густой чаще статуй, и за Морем Уинстона. Это было
политическое кредо, которое он высказывал во всеуслышание,-
пусть слышит Румфорд или еще кто, кому вздумалось подкрасться
поближе.
   - Мы в последний раз дали себя впутать,- заявил Констант во
весь голос,- в эксперименты, и в сражения, и в празднества,
которые нам противны и непонятны!
   - _Понятны_,- откликнулось эхо, отраженное от стен дворца,
стоявшего в двух сотнях ярдов от берега. Дворец, разумеется,-
это "Конец Скитаниям", румфордовский Тадж-Махал. Констант
нисколько не удивился, увидев вдалеке этот дворец. Он заметил
его, высадившись из космического корабля, видел, как он
сверкает, словно Град Господень, о котором писал святой
Августин.
   - Что дальше?- спросил Констант у эха.- Все статуи оживут?
   - _Живут_? - отозвалось эхо.
   - Это эхо.- сказала Беатриса.
   - Знаю, что эхо,- сказал Констант.
   - А я не знала, знаете ли вы, что это эхо, или нет,- сказала
Беатриса. Она разговаривала с ним отчужденно и вежливо. Она
проявила удивительное благородство по отношению к нему: ни в чем
его не винила, ничего от него не ждала. Женщина, лишенная ее
аристократизма, могла бы устроить ему не жизнь, а сущий ад,-
винила бы его во всех несчастьях, требовала бы невозможного.
   В дороге они любовью не занимались. Ни Констант, ни Беатриса
этим не интересовались. Любовь не интересовала никого из
марсианских ветеранов.
   Долгое путешествие неизбежно должно было сблизить Константа с
женой и сыном - они стали ближе, чем там, на золоченых
подмостках, пандусах, лесенках, балкончиках, приступках и
сценах - в Ньюпорте. Но если в этой семье была любовь, то только
между юным Хроно и Беатрисой. Кроме этой любви матери и сына
была лишь вежливость, хмурое сочувствие и скрытое недовольство
тем, что их вообще заставили стать одной семьей.
   - Боже ты мой,- сказал Констант,- смешная штука - жизнь, если
призадуматься на минутку.
   Юный Хроно не улыбнулся, когда его отец сказал, что жизнь -
смешная штука.
   Юному Хроно жизнь вовсе не казалась смешной - меньше, чем
любому другому. Беатриса и Констант, по крайней мере, могли
горько смеяться над теми дикими
случайностями, которые их постигли. Но юный Хроно не имел права
смеяться вместе с ними - он и сам был одной из диких
случайностей.
   Стоит ли удивляться, что у Хроно было всего два сокровища:
талисман и нож с выскакивающим лезвием.
   Юный Хроно вытащил нож, небрежно выпустил лезвие. Глаза у
него сузились в щелочки. Он готовился убивать, если придется
убивать. Он всматривался вдаль - от дворца на острове к ним
плыла золоченая лодка.
   На веслах сидело существо с кожей, как мандариновая кожура.
Разумеется, это был Сэло. Он подгонял лодку к берегу, чтобы
переправить семью Константа во дворец. Сэло греб из рук вон
плохо - раньше ему грести не приходилось. Весла он держал своими
ногами с присосками.
   Единственным его преимуществом в гребле перед людьми было то,
что у него на затылке был глаз.
   Юный Хроно пустил ослепительный зайчик прямо в глаз Сэло
зайчик, отраженный от блестящего лезвия ножа.
   Затылочный глаз Сэло заморгал.
   Хроно пускал зайчики вовсе не для развлечения. Это была
военная хитрость обитателей джунглей, которая сбивала с толку
любое зрячее существо. Это была одна из тысяч лесных уловок,
которым юный Хроно и его мать научились за год скитаний по
джунглям Амазонки.
   Беатриса зажала в смуглой руке камень.
   - Поддай-ка ему еще,- негромко сказала она. Юный Хроно снова
пустил зайчик прямо в глаза старому Сэло.
   - Туловище у него мягкое,- сказала Беатриса, почти не шевеля
губами. - Не попадешь в туловище, целься в глаз.
   Хроно молча кивнул.
   Константа мороз подрал по коже, когда он понял, что его жена
и сын способны постоять за себя, и всерьез. Константа они в свою
маленькую армию самозащиты не включили. Они в нем не нуждались.
   - А мне что делать?  шепотом спросил Констант.
   - Т-ш-ш-ш! - резко выдохнула Беатриса
   Сэло причалил к берегу свое золотое суденышко. Он неумело
привязал ею "бабушкиным узлом" к запястью статуи, стоявшей у
самой воды. Статуя изображала обнаженную женщину, играющую на
тромбоне. Ее загадочное название гласило:- "Эвелин и ее
волшебный тамбурин".
   Сэло был настолько убит собственным горем, что не боялся за
свою жизнь,- он даже не мог понять, что кто-то его опасается. Он
на минуту встал на кусок намертво затвердевшего титанического
торфа. Его ноги, горестно всхлипывая, переминались по влажной
поверхности камня. У него едва хватило сил отодрать присоски от
камня.
   Он двинулся вперед, ослепленный вспышками света, которые
пускал Хроно.
   - Прошу вас...- сказал он.
   Из слепящего сверканья вылетел камень.
   Сэло пригнулся.
   Чья-то рука сжала его тонкое горло, швырнула на землю.
   Юный Хроно поставил ноги по обе стороны поверженного Сэло и
приставил нож к его груди. Беатриса стояла на коленях возле
головы Сэло, подняв камень, чтобы сразу же размозжить его
голову.
   - Ну что же, убивайте меня,- сказал Сэло скрипучим голосом.-
Окажите мне милость. Я хочу умереть. Хоть бы меня никогда не
собирали, никогда не включали! Убейте, избавьте меня от мучений,
а потом идите к нему. Он вас зовет.
   - Кто зовет?- спросила Беатриса.
   - Ваш несчастный муж - мой бывший друг, Уинстон Найлс
Румфорд,- ответил Сэло.
   - А где он?- спросила Беатриса.
   - Во дворце на острове,- сказал Сэло.- Он умирает в полном
одиночестве, с ним только его верный пес. Он зовет вас,- сказал
Сэло,- он всех вас зовет. И он сказал, чтобы я не смел
попадаться ему на глаза.

   Малаки Констант смотрел на свинцовые губы, беззвучно целующие
воздух. Язык, скрытый за ним, почти неслышно щелкнул. Губы
внезапно развинулись, обнажая великолепные зубы Уинстона Найлса
Румфорда.
   Констант тоже оскалился, приготовившись заскрежетать зубами,
как и подобало при виде человека, который причинил ему столько
зла. Но так и не заскрежетал. Во-первых, никто на него не
смотрит, никто не увидит и не поймет. А во-вторых, Констант не
нашел в своем сердце ни капли ненависти.
   Он готовился скрежетать зубами - а вместо этого разинул рот,
как деревенский простак,- разинул рот, как деревенщина, при виде
человека, больного ужасной, смертельной болезнью.
   Уинстон Найлс Румфорд, полностью материализованный, лежал на
спине в своем бледно-лиловом шезлонге на берегу бассейна. Его
немигающие глаза глядели прямо в небо, они казались незрячими.
   Тонкая рука свешивалась с кресла, а в слабых пальцах висела
цепь-удавка Казака, космического пса.
   Удавка была пустая.
   Взрыв на Солнце разлучил человека с его собакой.
   Если бы Вселенная была основана на милосердии, она позволила
бы человеку и его собаке остаться вместе.
   Но Вселенная, в которой жили Уинстон Найлс Румфорд и его пес,
не была основана на милосердии. Казак отправился впереди своего
хозяина выполнять великую миссию - в никуда и в ничто.
   Казак с воем исчез в облаке озона и зловещем сверканье
огненных языков, со звуком, похожим на гудение пчелиного роя.
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 29 30 31 32 33 34 35  36 37 38 39 40
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама