Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Проза - Торнтон Уайлдер Весь текст 295.17 Kb

Каббала

Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4 5 6  7 8 9 10 11 12 13 14 ... 26
малорослая,  темнолицая  женщина  с  двумя   аристократическими
бородавками на левом крыле носа, с грязновато-смуглыми руками в
стразовых изумрудах (намекавших на ее португальские притязания:
она  была бы Эрцгерцогиней Бразилии, когда бы Бразилия осталась
португальской), прихрамывающая, совершенно как Делла-Кверчиа --
подобно тому, как  ее  тетушка  страдала  эпилепсией,  присущей
истинным  Вани.  Она  жила  во  дворце  Аквиланера  на  площади
Арачели, в крохотной квартирке, из окон  которой  наблюдала  за
пышными  брачными церемониями своих соперников, -- она получала
на  них  приглашения,  надменно  оставляемые  без  внимания   в
предвидении,  что  место,  которое  ей  придется  там занимать,
окажется ниже ее  притязаний;  смириться  же  с  неприметностью
означало  --  допустить  возможность  отказа от множества самой
историей  освященных  прав.   Ей   уже   не   раз   приходилось
стремительно  покидать  важные  празднества,  обнаружив, что ее
стул  стоит  позади  стула  кого-нибудь  из  ее  же  двоюродных
братьев,  махнувших  рукой на аристократическую разборчивость и
сочетавшихся   браком   с   актрисой   или   американкой.   Она
отказывалась    сидеть    за   колоннами,   среди   обладателей
сомнительных неаполитанских титулов -- и это в  двух  шагах  от
усыпальниц  представителей  ее  рода;  она не желала застревать
среди ливрейных лакеев в дверях  музыкальной  залы;  не  желала
принимать приглашений, присланных в последнюю минуту; не желала
томиться  в  ожидании  по передним. Она почти не покидала своих
неказистых и душных комнат, предаваясь грустным размышлениям  о
забытом  величии своей семьи и завидуя роскоши, в которой живут
ее более богатые родичи. В  сущности  говоря,  с  точки  зрения
итальянца  среднего класса, она была далеко не бедна; но она не
могла позволить себе лимузина, ливрейных лакеев  и  развлечений
на  широкую ногу; а обходиться без всего этого, означало -- при
ее претензиях -- быть беднее последнего  безымянного  бедолаги,
выловленного из Тибра.
     Впрочем, в последнее время ей на долю выпало неожиданное и
приятное  признание.  Как бы редко ни случалось ей выходить, но
когда она появляясь в свете, ее суровое лицо, величавая хромота
и удивительные драгоценности производили  сильное  впечатление.
Люди,  коих  мнение  о  первенстве  одного  рода  перед  другим
почитается решающим, набрались  наконец  смелости  и  намекнули
многочисленным  Одескальчи, Колонна и Сермонета, что эта одетая
чуть ли не в отрепья маленькая женщина, которую они унижали, не
подпуская  к  себе,   будто   какую-нибудь   полоумную   бедную
родственницу,  обладает  неоспоримыми правами предшествовать им
на любых официальных празднествах. Во французских  кругах,  еще
не    утопивших    феодальной    почтительности    в    трясине
республиканизма, ее ультрамонтанские родственные связи получили
высокую оценку. Первой заметив, что принимать ее  стали  лучше,
она,  хоть и несколько озадаченная, поспешила подставить паруса
неожиданно повеявшему ветерку. У нее был сын  и  была  дочь  на
выданьи,  ради  них  она  решилась  пожертвовать гордостью. При
первых же признаках восстановления в правах герцогиня заставила
себя выйти в свет, и обнаружив, что выше всего  она  котируется
среди  живущих  в  Риме иностранцев, принялась с отвратительным
ощущением  униженности  наносить  визиты   американским   женам
родовитых особ и наследницам южно-американских семейств. Прошло
немного  времени,  и  ее уже можно было встретить на полуночных
ужинах мисс Грие. Отраженный свет уважения, с которым герцогиню
принимали  в  подобных  домах,  в  конце  концов  достиг  и  ее
соплеменников,  мало-помалу  избавив  ее от наиболее явственных
унижений.
     Теперь  ей  пришлось  расстаться  с  прежними   подругами,
унылыми,  всем недовольными старухами, еще более скорбными, чем
она,  хоть  и  имеющими  для  скорби  куда  меньше  причин,  --
подругами,   с   которыми  герцогиня  в  привычном  раздражении
коротала послеполуденные и вечерние часы за опущенными  шторами
дворца   на   площади   Арачели.  Равным  образом  пришлось  ей
расстаться  и  с  презренной   привычкой,   не   менее   прочно
соединявшей  ее  с  предшествующими  столетиями,  а  именно,  с
обыкновением  затевать  судебные  тяжбы.   Столь   удивительное
приложение  нашла  для  себя  в  ту  пору,  когда  эта  женщина
пребывала в забвении,  присущая  ей  от  природы  склонность  к
любовным   интригам.   Словно  бы  ведомая  неким  чутьем,  она
отыскивала давние иски и судебные  постановления,  обнаруживала
промахи   торговцев   и   мелкие  упущения  законников.  Всегда
поднимаясь на защиту своих более робких  подруг,  становившихся
жертвами  обмана,  она  всегда  выигрывала  дело  и  зачастую с
немалой для себя выгодой. Она прибегала  к  услугам  никому  не
известных  молодых  адвокатов  и, когда те вызывали ее для дачи
свидетельских показаний, она, пользуясь  случаем,  подытоживала
дело  в  целом,  благо  знала, что при ее знатности прервать ее
никто не посмеет. Прочитав в утренней газете, что Ее Светлейшее
Высочество  Леда  Матильда   Колонна   герцогиня   д'Аквиланера
обратилась  в  суд  с иском против властей города Рима, обвинив
последние в неверной оценке расположенной близ железной  дороги
недвижимости,  или  что  она  намеревается  опротестовать счет,
полученный от какого-нибудь известного фруктовщика с Корсо  или
книготорговца,   средний   итальянец  с  готовностью  высиживал
несколько часов на неудобном сидении в зале суда, чтобы увидеть
эту  злоязыкую  и  решительную  женщину  и  услышать  ее  едкие
сарказмы   вкупе   с   излагаемым   ею   неопровержимым  резюме
свидетельских показаний. При всем том  ее  родня,  презрительно
посмеивавшаяся  над этой страстью, никак не могла взять в толк,
что в герцогине  --  куда  более  ярко,  чем  в  них  самих  --
представлены   качества,   по   которым   всегда  можно  узнать
аристократа.

     Вот  с  этой  женщиной  мы  и  столкнулись,  вернувшись  к
полуночи  в старый дворец, куда нас пригласили в третий за этот
день раз. Ужин был сервирован в самой большой и ярко освещенной
комнате, в какой я когда-либо  бывал.  Пройдя  сквозь  огромные
двери,  я  первым делом увидел странную женскую фигуру, и сразу
понял, что предо мной одна из Каббалисток. Малорослая, смуглая,
некрасивая  женщина  сидела,  держа  между  коленями  трость  и
уставив  на  меня  исполненный  величия  и  неистовства взгляд.
Следом за платьем с корсажем и орлиной  головкой  в  глаза  мне
бросились  ее  драгоценности,  семь  свисавших с шеи громадных,
грубых аметистов на золотой нити. Меня представили этой ведьме,
умевшей с помощью черной  магии  заставить  человека  мгновенно
проникнуться  к  ней приязнью. Услышав, что Блэр вскоре уезжает
из Рима, она сосредоточила все свое внимание на мне.
     Несколько секунд герцогиня сидела,  нервно  водя  по  полу
кончиком  палки,  покусывая  нижнюю губу и напряженно глядя мне
прямо в глаза. Потом спросила, сколько мне лет. Двадцать пять.
     -- Я герцогиня д'Аквиланера, -- начала она.  --  На  каком
языке  мы  станем  говорить? Пожалуй, на английском. Я не очень
хорошо им владею, но мы будем говорить без затей. Нужно,  чтобы
вы  вполне  меня  поняли. Я близкая подруга мисс Грие. Мы часто
обсуждаем с ней большую проблему, -- горе, мой  юный  друг,  --
возникшую  в  моем  доме. Вдруг сегодня в семь она позвонила по
телефону и сказала, что нашла человека, способного мне  помочь,
-- она  имела  в  виду  вас.  Теперь  послушайте:  у  меня  сын
шестнадцати лет. Все, что с ним связано,  очень  важно,  потому
что  он  человек  не  простой.  Как  это  у  вас называется? --
значительная  особа.  Мы   принадлежим   к   старинному   роду.
Представители  нашей  семьи  всегда  были  в Италии на передних
ролях, и в ее победах, и в ее печалях. Впрочем  вы,  у  себя  в
Америке, не питаете симпатии к подобного сорта величию, нет? Но
вы,  должно  быть,  читали историю, не так ли? древние времена,
средние времена и все такое?  Вы  должны  понимать,  как  важны
великие фамилии... как они всегда были важны... для стран...
     (Тут   она   совсем  разволновалась,  на  губах  появились
пузырьки  слюны,  и  красноречие   покинуло   ее,   провожаемое
восхитительным  итальянским жестом, выражающим и затруднение, и
быть  может,  тщетность  любых  попыток  с  ним  справиться,  и
смирение  пред  невозможным.  Я поспешил заверить ее, что питаю
большое уважение к аристократическому принципу.)
     -- Возможно,  питаете,  возможно,  нет,  --  сказала  она,
наконец.  --  Во  всяком  случае, отнеситесь к моему сыну как к
князю, в жилах которого течет кровь множества королей и знатных
особ. Ну вот, а теперь я должна сказать вам, что  он  пошел  по
дурному  пути. Им завладели женщины, я его больше не узнаю. Все
наши итальянские юноши проходят через это в шестнадцать лет, но
Маркантонио, мой Бог, я не понимаю, что на него нашло, я  сойду
с  ума. Вы там в Америке все происходите от этих ваших пуритан,
не так ли, у вас совершенно иные представления.  Сделать  можно
только  одно:  вы  должны  спасти  мальчика.  Вы  должны  с ним
поговорить. Вы должны играть с  ним  в  теннис.  Я  с  ним  уже
разговаривала,  священник разговаривал с ним и мой добрый друг,
Кардинал, он тоже с ним  разговаривал,  но  мальчик  все  равно
занимается  только  тем, что ходит в то ужасное место. Элизабет
Грие сказала мне, что большинство  американских  юношей  вашего
возраста просто... просто по природе своей... добродетельны. Вы
какие-то  vieilles  filles(*1);  вы  воздержаны как я не знаю кто.
Очень странно, если это правда, конечно, потому что мне  как-то
не  верится;  во  всяком  случае, это неблагоразумно. Во всяком
случае, вы должны поговорить  с  Маркантонио  и  заставить  его
держаться подальше от этого ужасного места, иначе мы все сойдем
с  ума.  У  меня  такой  план:  в следующую среду мы собираемся
уехать на неделю за город,  на  нашу  прекрасную  виллу.  Самая
прекрасная   вилла   в   Италии.  Вы  должны  поехать  с  нами.
Маркантонио вас полюбит, вы можете играть в  теннис,  стрелять,
плавать, а потом у вас начнутся длинные разговоры, и вы сможете
его спасти. Итак, неужели вы не сделаете этого для меня, потому
что  никто  еще  не  обращался  к  вам  в таком горе, в каком я
обратилась сегодня?

---------------------------------------------------------------------------

     1) старые девы (фр.)
---------------------------------------------------------------------------

     Вслед за этим, охваченная внезапным страхом,  что  все  ее
усилия  оказались напрасны, она замахала палкой, чтобы привлечь
внимание мисс Грие. Последняя, не  переставашая  уголком  глаза
следить  за  нами,  уже  приближалась,  почти  бегом. Герцогиня
разразилась потоком слез, восклицая сквозь носовой платок:
     -- Елизавета, скажи ему. О, мой  Боже,  я  не  сумела  его
уговорить. Мы не нужны ему, все погибло.
     Я,  раздираемый  сразу  и  гневом, и желанием рассмеяться,
забормотал на ухо мисс Грие:
     -- Я буду рад познакомиться с ним, мисс Грие, но  не  могу
же  я читать этому юноше нотации. Я бы чувствовал себя дураком.
И кроме того, что я там буду делать целую неделю?...
     -- Она вам неправильно все  объяснила,  --  ответила  мисс
Грие. -- Давайте на сегодня оставим этот разговор.
     При  этих  словах  Черная  Королева начала раскачиваться в
кресле, приготовляясь подняться. Ткнув палкою в  мой  башмак  и
обретя  таким  образом  точку  опоры  на  скользких  полах, она
встала.
     -- Нам следует помолиться Господу,  чтобы  он  указал  нам
иной путь. Я просто дура. Молодого человека винить не в чем. Он
не может понять значения нашей семьи.
     -- Глупости,  Леда,  --  перейдя  на  итальянский,  твердо
сказала мисс Грие. -- Угомонись на минуту.
     И повернувшись ко мне:
     -- Хотите вы провести уик-энд на  вилле  Колонна-Стьявелли
или  не  хотите?  Безо всяких условий относительно чтения князю
Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4 5 6  7 8 9 10 11 12 13 14 ... 26
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама