Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Сказки - Алексей Толстой Весь текст 378.54 Kb

Сказки

Следующая страница
 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 33
   Алексей Толстой
   Сказки
 
   Изд. "Худ. Лит. ", 1985 г.
   OCR Палек, 1998 г.
   Собрание соч., т. 8
 
 
   СОДЕРЖАНИЕ
 
   Сорока
   Мышка
   Козел
   Еж
   Лиса
   Заяц
   Кот Васька
   Сова и кот
   Мудрец
   Гусак
   Грибы
   Рачья свадьба
   Порточки
   Муравей
   Петушки
   Мерин
   Верблюд
   Горшок
   Куриный бог
   Картина
   Маша и мышки
   Рысь, мужик и медведь
   Великан
   Мишка и леший
   Полкан
   Топор
   Воробей
   Жар-птица
   Прожорливый башмак
   Снежный дом
   Фофка
   Кот сметанный рот
   Репка
   Курочка ряба
   Колобок
   Теремок
   Кочеток и курочка
   Бобовое зернышко
   Нет козы с орехами
   Лиса и заяц
   Волк и козлята
   Коза-дереза
   Петушок - золотой гребешок
   Лиса и волк
   Медведь - липовая нога
   Мизгирь
   Звери в яме
   Лиса и дрозд
   Лиса и рак
   Лиса и тетерев
   Лиса и петух
   Лиса и журавль
   Журавль и цапля
   Кот и лиса
   Старик и волк
   Как старуха нашла лапоть
   О щуке зубастой
   Байка про тетерева
   Как лиса училась летать
   Пузырь, соломинка и лапоть
   Кот - серый лоб, козел да баран
   Зимовье зверей
   Глупый волк
   Овца, лиса и волк
   Медведь и собака
   Медведь и лиса
   Мужик и медведь
   Глиняный парень"
   Кобылья голова
   Лев, щука и человек
   Заяц-хваста
   Петух и жерновки
   Терешечка;
   Кривая уточка
   Сестрица Аленушка и братец Иванушка
   Хаврошечка
   Кузьма Скоробогатый
   Война грибов
   Гуси-лебеди
   Мальчик с пальчик
   Морозко
   Чивы, чивы, чивычок
   По щучьему веленью
   Книга вторая
   Присказка
   Поди туда - не знаю куда, принеси то - не знаю что
   Сказка о молодильных яблоках и живой воде
   Иван - коровий сын
   Иван-царевич и серый волк
   Царевна-лягушка
   Сивка-бурка
   Сказки из архива писателя
   Лиса топит кувшин
   Лиса-плачея
   Снегурушка и лиса
   Медведь и три сестры
   Василиса Премудрая
 
 
 
 
   РУСАЛОЧЬИ СКАЗКИ
 
   РУСАЛКА
 
   Во льду дед Семен бьет прорубь - рыбку ловить. Прорубь не  простая  -
налажена с умом.
   Дед обчертил пешней круг на льду, проколупал яму, посередине  наладил
изо льда же кольцо, а внутри его ударил пешней.
   Хлынула спертая, студеная вода, до краев наполнила прорубь.
   С водой вошли рыбки - снеток, малявка, плотва.  Вошли,  поплавали,  а
назад нет ходу - не пускает кольцо.
   Посмеялся своей хитрости дед Семен, приладил сбоку к проруби  канавку
- сачок заводить и пошел домой, ждать ночи - когда и  большая  рыбина  в
прорубь заходит.
   Убрал дед Семен лошадь и овцу - все свое хозяйство - и полез на печь.
   А жил он вдвоем со старым котом на краю села в мазанке.
   Кот у деда под мышкой песни запел, тыкался мокрым носом в шею.
   - Что ты, неугомонный, - спрашивал дед, - или мышей давно не нюхал?
   Кот ворочался, старался выговорить на кошачьем языке не понять что.
   "Пустяки", - думает дед, а сна нет как нет.
   Проворочался до полуночи, взял железный фонарь, сачок, ведро и  пошел
на речку.
   Поставил у проруби железный  фонарь,  стал  черенком  постукивать  по
льду.
   - Ну-ка, рыбка, плыви на свет.
   Потом разбил тонкий ледок, завел сачок и вытянул его полный  серебря-
ной рыбешки.
   "Что за диво, - думает дед, - никогда столько рыбы  не  лавливал.  Да
смирная какая, не плещется".
   Завел и еще столько же вытянул. Глазам не верит: "Нам с котом на  не-
делю едева не проесть".
   Посветил фонарем в прорубь - и видит на дне около кольца лежит темная
рыбина.
   Распоясался дед Семен, снял полушубок, рукава засучил, наловчился  да
руками под водой и ухватил рыбину.
   А она хвостом не бьет, - смирная. Завернул дед рыбу в полу, подхватил
ведро с малявками, и - домой...
   - Ну, - говорит, - котище, поедим на старости до отвала, смотри...
   И вывалил из полы на стол. И на столе  вытянула  зеленый  плес,  руки
сложила, спит русалка, личико - спокойное, детское...
   Дед - к двери, ведро уронил, а дверь забухла, - не отворяется.
   Русалка спит...
   Обошелся дед понемногу; пододвинулся поближе, потрогал - не кусается,
и грудь у нее дышит, как у человека.
   Старый кот рыбу рассыпанную не ест, на русалку смотрит, -  горят  ко-
товские глаза.
   Набрал дед тряпья, в углу на печке гнездо устроил,  в  головах  шапку
старую положил, отнес туда русалку, а чтобы тараканы не кусали, -  прик-
рыл решетом.
   И сам на печку залез, да не спится. Кот ходит, на решето глядит...
   Всю ночь проворочался старый дед; поутру скотину  убрал  да  опять  к
печке: русалка спит; кот от решета не отходит.
   Задумался дед; стал щи из снетков варить, горшок валится, чаду напус-
тил...
   Вдруг чихнуло...
   - Кот, это ты? - спрашивает дед.
   Глянул под решето, а у русалки открытые глаза, - светятся. Пошевелила
губами:
   - Что это ты, дед, как чадишь, не люблю я чаду.
   - А я сейчас, - заторопился дед, окно поднял, а горшок с недоваренны-
ми щами вынес за дверь.
   - Проснулась? А я тебя было за щуку опознал.
   Половина дня прошла, сидят дед и кот голодные. Русалка говорит:
   - Дед Семен, я есть хочу.
   - А я сейчас, вот только, - дед помялся,  -  хлебец  ржаной  у  меня,
больше ничего нет.
   - Я леденцов хочу.
   - Сейчас я, сейчас... - Вышел дед на двор и думает: "Продам  овцу,  -
куда мне овца? Куплю леденцов..."
   Сел на лошадь, овцу через шею перекинул, поскакал в село.
   К вечеру вернулся с леденцами. Русалка схватила в горсть  леденцов  -
да в рот, так все и съела, а наевшись, заснула...
   Кот сидел на краю  печки,  злой,  урчал.  Приходит  к  деду  внучонок
Федька, говорит:
   - Сплети, дед, мочальный кнут...
   Отказать нельзя. Принялся дед кнут  вить,  хоть  и  не  забавно,  как
раньше бывало.
   Глаза старые, за всем не углядишь, а Федька на печку да к решету.
   - Деда, а деда, что это? - кричит Федька и тянет русалку за  хвост...
Она кричит, руками хватается за кирпичи.
   - Ах ты озорник! - никогда так не сердился дед Семен; отнял  русалку,
погладил, а Федьку мочальным кнутом: - Не балуй, не балуй...
   Басом ревел Федька:
   - Никогда к тебе не приду...
   - И не надо.
   Замкнулся дед, никого в избу не пускал, ходил мрачный. А мрачнее деда
- старый рыжий кот...
   - Ох, недоброе, кот, задумал, - говорил дед.
   Кот молчал. А русалка просыпалась, клянчила то леденцов, то  янтарную
нитку. Или еще выдумала:
   - Хочу самоцветных камушков, хочу наряжаться.
   Нечего делать - продал дед лошадь, принес из города сундучок камушков
и янтарную нитку.
   - Поиграй, поиграй, золотая, посмейся.
   Утром солнце на печь глядело, сидела русалка, свесив зеленый  плес  с
печи, пересыпала камушки из ладони в ладонь, смеялась.
   Дед улыбался в густые усы, думал: "Век бы на нее просмотрел".
   А кот ходил по пустому хлеву и мяукал хриплым мявом, словно детей хо-
ронил. Потом прокрался в избу. Шерсть дыбом, глаза дикие.
   Дед лавку мыл; солнце поднималось, уходило из избы...
   - Дед, дед! - закричала русалка. - Разбери крышу, чтобы  солнце  весь
день на меня светило.
   Не успел дед повернуться, а кот боком махнул на печь, повалил  русал-
ку, искал усатой мордой тонкое горло.
   Забилась русалка, вывертывается. Дед на печь, оттащил кота.
   - Удуши кота, удуши кота, - плачет русалка.
   - Кота-то удушить? - говорит дед. - Старого!..
   - Он меня съест.
   Скрутил дед тонкую бечевку, помазал салом, взял кота, пошел в хлев.
   Бечевку через балку перекинул, надел на кота петлю.
   - Прощай, старичок...
   Кот молчал, зажмурил глаза. Ключ от хлева дед бросил в колодезь.
   А русалка долго на этот раз спала: должно быть, с перепугу.
   Прошла зима. Река разломала лед, два раза прорывала  плотину,  насилу
успокоилась.
   Зазеленела на буграх куриная слепота, запахло березами, и  девушки  у
реки играли в горелки, пели песни.
   Дед Семен окно раскрыл; пахучий, звонкий от песен  ветер  ворвался  в
низкую избу.
   Молча соскочила с печи русалка, поднялась на руках.
   Глядит в окно, не сморгнет, высоко дышит грудь.
   - Дед, дед, возьми меня: я к девушкам хочу.
   - Как же мы пойдем, засмеют они нас.
   - Я хочу, возьми меня. - Натерла глаза и заплакала.
   Дед смекнул. Положил русалку за пазуху, пошел на выгон,  где  девушки
хоровод водили.
   - Посмотрите-ка, - закричали девушки, - старый приплелся!..
   Дед было барахтаться... Ничего не помогло - кричат, смеются, за боро-
ду тянут. От песней, от смеха закружилась стариковская голова.
   А солнышко золотое, ветер степной... И за самое сердце укусила зубами
русалка старого деда, - впилась...
   Замотал дед головой да - к речке бегом бежать... А русалка  просунула
пальцы под ребра, раздвинула, вцепилась зубами еще раз.  Заревел  дед  и
пал с крутого берега в омут.
   С тех пор по ночам выходит из омута, стоит над водой седая его  голо-
ва, мучаясь, открывает рот.
   Да мало что наплести можно про старого деда!
 
 
   ИВАН ДА МАРЬЯ
 
   Десятая неделя после пасхи - купальские дни. Солнце самый  пуп  земли
печет, и зацветает дивная Полынь-трава. В озера, на самое  зеленое  дно,
под коряги подводные, под водоросли глядит огненное солнце.
   Негде упрятаться русалкам-мавкам, и в тихие  вечера,  в  лунные  ночи
уходят они из вод озерных и хоронятся в деревьях, и зовут их тогда  дре-
вяницами.
   Это присказка, а сказка вот какая.  Жили-были  брат  Иван  да  сестра
Марья в избенке на берегу озера.
   Озеро тихое, а слава о нем дурная: водяной шалит. Встанет над  озером
месяц, начнут булькать да ухать в камышиных заводях, захлюпают  по  воде
словно вальками, и выкатит из камышей на дубовой коряге водяной, на  го-
лове колпак, тиной обмотан. Увидишь, прячься - под воду утянет.
   Строго брат Иван наказывал сестре Марье:
   - Отлучусь я, так ты после сумерек из хаты - ни ногой, песни  не  пой
над озерной водой, сиди смирно, тихо, как мыши сидят...
   - Слушаю, братец! - говорит Марья.
   Ушел Иван в лес. Скучно стало Марье одной за станком сидеть;  облоко-
тилась она и запела:
   Где ты, месяц золотой? -
   Ходит месяц над водой, -
   В глыбко озеро взглянул,
   В темных водах утонул.
   Вдруг стукнуло в ставню.
   - Кто тут?
   - Выдь к нам, выдь к нам, - говорят за ставней тонкие голоса.
   Выбежала Марья и ахнула. От озера до хаты - хороводы русалочьи.
   Русалки-мавки взялись за руки, кружатся, смеются, играют.
   Всплеснула Марья ладошами. Куда тут! - обступили ее мавки, венок  на-
дели...
   - К нам, к нам в хоровод, ты краше всех, будь наша  царица.  -  Взяли
Марью за руки и закружились.
   Вдруг из камыша вылезла синяя, раздутая голова в колпаке.
   - Здравствуй, Марья, - захрипел водяной, - давно я тебя поджидал... -
И потянулся к ней лапами...
   Поздним утром пришел Иван. Туда, сюда, - нет сестрицы. И видит  -  на
берегу башмаки ее лежат и поясок.
   Сел Иван и заплакал. А дни идут, солнце ближе к земле надвигается.
   Настала купальская неделя.
   "Уйду, - думает Иван, - к чужим людям век доживать, вот только  лапти
новые справлю".
   Нашел за озером липку, ободрал, сплел лапти и пошел к чужим людям.
   Шел, шел, видит - стоит голая липка, с которой он лыки драл.
   "Ишь ты, назад завернул", - подумал Иван и пошел в другую сторону.
   Кружил по лесу и опять видит голую липку.
   - Наважденье, - испугался Иван, побежал рысью.
   А лапти сами на старое место загибают... Рассердился Иван, замахнулся
топором и хочет липку рубить. И говорит она человеческим голосом:
   - Не руби меня, милый братец...
   У Ивана и топор вывалился.
   - Сестрица, ты ли?
   - Я, братец; царь водяной меня в жены взял, теперь я древяница,  а  с
весны опять русалкой буду... Когда ты с меня лыки драл, наговаривала  я,
чтобы не уходил отсюда далеко.
   - А нельзя тебе от водяного уйти?
   - Можно, найти нужно Полынь-траву на зыбком месте и мне в  лицо  бро-
сить.
   И только сказала, подхватили сами лапти, понесли Ивана по лесу.
   Ветер в ушах свистит, летят лапти над землей, поднимаются, и вверх  в
черную тучу мчится Иван.
Следующая страница
 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 33
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (3)

Реклама