Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Проза - Том Стоппард Весь текст 174.74 Kb

Аркадия

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 6 7 8 9 10 11 12  13 14 15
книгой, графинчиком, бокалом и папкой с бумагами.
   Септимус. Тише! Что случилось! Милорд! Прошу всех успокоиться. (То-
масина и Огастес расцепляются.) Благодарю вас. (Проходит к своему мес-
ту за столом. Наливает себе бокал вина.)
   Огастес. А, добрый день, господин Ходж!
   На губах его ухмылка.  Томасина принимается прилежно рисовать пира-
миду и конус. Септимус открывает папку.
   Септимус. Не составите ли нам сегодня компанию, лорд Огастес? У нас
урок рисования.
   Огастес. Я рисую лучше всех в Итоне, господин Ходж. Но мы предпочи-
таем обнаженную натуру.
   Септимус. Что ж, рисуйте по памяти.
   Томасина. Какая гадость!
   Септимус. Прошу тишины.
   Он достает из папки проверенную тетрадь Томасины и бросает ей через
стол. Она ловит, открывает.
   Томасина. Никаких отметок?! Тебе не понравилось кроличье уравнение?
   Септимус. Не усматриваю связи с кроликами.
   Томасина. Они же поедают собственное потомство.
   Септимус (после паузы). Я сразу не понял. (Протягивает руку.)
   Томасина (возвращая ему тетрадь).  Дальше сделать - просто места не
хватило.
   Септимус и Ханна листают удвоенные временем страницы.  Огастес вяло
рисует геометрические тела.
   Ханна. Ты хочешь сказать, что мир все-таки спасен?
   Валентайн. Нет.  Мир по-прежнему обречен.  Но  если  он  зарождался
именно так, то, возможно, и следующий мир возникнет по этому образцу.
   Ханна. Из доброй английской алгебры?
   Септимус. И так - до бесконечности, нуля или полного абсурда.
   Томасина. Нет.  Если отбросить отрицательные корни, все снова обре-
тает смысл.
   Септимус перелистывает страницы. Томасина начинает рисовать геомет-
рические тела.
   Ханна закрывает учебник и переключается на "садовые книги".
   Валентайн. А чай-то стынет.
   Ханна. Я не пью горячий.
   Валентайн (не слушая ее).  Нет, ты вдумайся. Твой чай стынет сам по
себе. А нагреваться сам по себе не может. Странно, правда?
   Ханна. Нет.
   Валентайн. Не спорь.  Конечно, странно. Только от горячего к холод-
ному.  Улица с односторонним движением.  Чай будет стынуть и стынуть -
до комнатной температуры. Так происходит везде и всюду. Солнце и звез-
ды тоже остынут. Не так быстро, как чай, но в конце концов все на све-
те придет к комнатной температуре.  Во времена твоего отшельника этого
не понимал никто.  Но - ладно, допустим, что в тысяча восемьсот лохма-
том году этот полоумный действительно  разбирался  в  термодинамике  -
единственный  во  всем мире.  Даром что жил затворником в дербиширской
глухомани.
   Ханна. Он - выпускник Кембриджа. Ученый.
   Валентайн. Да хоть десять раз. Спорить не буду. А девчонка была его
ученицей, ученицей гениального наставника.
   Ханна. Или наоборот.
   Валентайн. Как угодно.  Главное - суть. А до сути они докопаться не
могли!  Как уж он спасал мир с помощью доброй английской алгебры -  не
знаю. Но только не так.
   Ханна. Почему? Потому что у них не было калькулятора?
   Валентайн. Нет. Да. Потому что существует определенный порядок, ход
событий. Нельзя открыть дверь несуществующего дома.
   Ханна. На то и гений.
   Валентайн. Увы - это гений безумцев и поэтов.
   Пауза.
   Ханна.
   Я видел Сон, не все в нем было сном.
   Погасло солнце яркое, и звезды
   Без света, без путей в пространстве вечном
   Блуждали, и замерзшая земля
   Кружилась слепо в темноте безлунной.
   Валентайн. Твои стихи?
   Ханна. Байрон.
   Пауза. Снова - ученые за работой.
   Томасина. Септимус, как ты думаешь, я выйду замуж за лорда Байрона?
   Огастес. Кто еще такой?
   Томасина. Автор "Паломничества Чайльд Гарольда". А Чайльд Гарольд -
самый поэтичный,  самый возвышенный и самый храбрый герой. А еще - са-
мый современный и самый красивый,  потому что для нас, тех, кто знаком
с автором, Чайльд - это сам Байрон. Ну же, Септимус?!
   Септимус (сосредоточен на другом). Нет. (Он убирает тетрадь Томаси-
ны в папку и берется за свою книгу.)
   Томасина. Почему?
   Септимус. Во-первых, Байрон даже не помнит о вашем существовании.
   Томасина. Но, когда он был в Сидли-парке, мы обменивались многозна-
чительными взглядами.  Странно,  почему он до сих пор не объявился,  -
ведь уже год, как он вернулся из своих странствий.
   Септимус. Короче, миледи, это маловероятно.
   Огастес. Ах, этот лорд Байрон! Помню. Он присвоил моего зайца, хотя
я выстрелил первым.  А он заявил, будто я промахнулся. Большой шутник.
Но на тебе, Томсик, он конечно, не женится. Он ведь не слепой, а толь-
ко хромой...
   Септимус. Все,  господа,  тихо. Мертвая тишина до без четверти две-
надцать. Нельзя непрерывно отвлекать наставника. Это невыносимо.
   Огастес. Вы - не мой наставник. Я пришел к вам на урок по собствен-
ной воле.
   Септимус. На всякую волю есть ньютонов детерминизм, милорд.
   Томасина смеется  -  собственно,  фраза для нее и сказана.  Огастес
злится, чувствуя себя лишним.
   Огастес. Ваш покой меня нисколько не волнует. Раскомандовался тут!
   Томасина (предостерегающе). Огастес!
   Септимус. Я не командую,  милорд.  Я вдохновляю. Я благоговею перед
Просвещенностью и тем самым вдохновляю учеников на умножение познаний,
посредством которых они приблизятся к Богу.  За лучший конус и пирами-
ду,  нарисованные  в  полной  тишине и представленные не ранее чем без
четверти двенадцать, полагается награда - шиллинг.
   Огастес. Сэр,  вам не купить мое молчание!  Я знаю  тайну,  которая
стоит куда дороже.
   Отбросив альбом  и  карандаш,  он  с достоинством покидает комнату.
Захлопывает дверь. Пауза. Септимус вопросительно смотрит на Томасину.
   Томасина. Я рассказала ему,  что ты меня поцеловал. Но он не прого-
ворится.
   Септимус. Я? Целовал вас? Когда?
   Томасина. Вчера!
   Септимус. Как?!.
   Томасина. Как? В губы!
   Септимус. Где?
   Томасина. В эрмитаже, Септимус!
   Септимус. В губы в эрмитаже!  Ах,  вот вы о чем! Разве это поцелуй?
Ни на шиллинг,  ни на полшиллинга не тянет.  Я о нем уж и позабыл сов-
сем.
   Томасина. Какой ты жестокий! Ты что - и уговор наш позабыл?
   Септимус. Боже милостивый! Какой уговор?
   Томасина. Ты учишь меня танцевать вальс!  Подписано и скреплено по-
целуем. А следующий поцелуй - когда я буду танцевать, как маменька.
   Септимус. А,  ну да, ну да. Мы, бывало, вальсировали в Лондоне ночи
напролет.
   Томасина. Септимус!  Я непременно должна научиться!  Иначе все меня
будут презирать.  Вальс - самый модный,  самый веселый и самый дерзкий
танец! Лучшее, что изобрели в Германии.
   Септимус. Ладно,  оставим немцам вальс. Главное, что дифференциаль-
ное исчисление открыл Ньютон, а не Лейбниц.
   Томасина. Маменька привезла из города целый  сборник  вальсов,  они
будут играть с князем Зелинским.
   Септимус. К чему напоминать,  сколь печальна моя участь?  Князь так
немилосердно колотит по клавишам "Бродвуда" и его сыновей- я даже  чи-
тать вынужден на счет три.
   Томасина. А что ты читаешь?
   Септимус. Эта статья получила приз Парижской научной академии.  Ав-
тор заслуживает вашего благосклонного внимания,  поскольку вы - аполо-
гет его идей.
   Томасина. О чем он пишет? О вальсе?
   Септимус. Да.  Он составил уравнение, которое описывает распростра-
нение теплоты в твердых телах.  А пока составлял,  впал в ересь,  пос-
кольку обнаружил природное противоречие законам сэра Исаака Ньютона.
   Томасина. Ого! Он оспаривает детерминизм?
   Септимус. Нет!..  А впрочем...  Пожалуй.  Он показывает,  что атомы
двигаются не по Ньютону.
   Томасина переключается - с характерной для нее легкостью - и спешит
взять книгу в руки.
   Томасина. Дай-ка... Ой! На французском?
   Септимус. Представьте. Париж - столица Франции.
   Томасина. Покажи,  откуда читать. (Он забирает книгу и находит нуж-
ную страницу. Тем временем музыка за стеной становится все более гром-
кой и страстной.) В четыре руки заиграли. Маменька влюблена в князя.
   Септимус. Это в Польше он князь. А в Дербишире - фортепьянный наст-
ройщик.
   Томасина уже взяла книгу и погрузилась в чтение.  Музыка  достигает
бурного экстаза и вдруг обрывается - на полузвуке.  В соседней комнате
воцаряется настолько выразительная тишина, что Септимус невольно смот-
рит на дверь.  Томасина ничего не замечает. Тишина позволяет нам расс-
лышать отдаленный стук и гул парового двигателя - о  нем  пойдет  речь
позже.  Вскоре  из музыкальной комнаты появляется леди Крум.  То,  что
класс не пуст, для нее неприятная неожиданность. Однако она быстро ов-
ладевает собой.  Плотно закрывает дверь и остается: понаблюдать равно-
душно, праздно и тихо, не прерывая урока. Завидев ее, Септимус встает,
но она кивком усаживает его обратно.
   Хлоя, в  платье эпохи Регентства,  входит из комнаты,  что напротив
музыкальной. Видит Валентайна и Ханну, но, не обращая на них внимания,
направляется к музыкальной комнате.
   Хлоя. А где Гас?
   Валентайн. Не знаю.
   Хлоя скрывается за дверью.
   Леди Крум (раздраженно).  Ох! Опять этот Ноукс со своей паровой ма-
шиной!
   Она выходит в сад через стеклянные двери.
   Хлоя возвращается в комнату.
   Хлоя. Черт побери!
   Леди Крум (кричит). Господин Ноукс!
   Валентайн. Он недавно был здесь.
   Леди Крум. Эй! Эгей!
   Хлоя. Сейчас будут фотографировать. Он одет?
   Ханна. А Бернард уже приехал?
   Хлоя. Опаздывает.  (Звуки фортепьяно слышатся снова, но их перекры-
вает стук парового двигателя. Леди Крум входит обратно в комнату. Хлоя
выходит в сад. Кричит.) Гас!
   Леди Крум. Удивляюсь вашему терпению, господин Ходж! Заниматься под
такой аккомпанемент! Сочувствую.
   Возвращается Хлоя.
   Валентайн (вставая с места). Перестань всеми командовать.
   Леди Крум. Нестерпимый шум!
   Валентайн. Фотограф подождет.
   Он ворчит,  но  все же идет за Хлоей - в комнату,  откуда она вошла
вначале.  Дверь за ними закрывается.  Ханна погружена в свои размышле-
ния. В тишине громко и ритмично стучит паровой двигатель.
   Леди Крум.  Нескончаемо!  Тупо!  Монотонно! Я с ума схожу! Придется
вернуться в город.
   Септимус. Ваша светлость может остаться здесь.  А  князь  Зелинский
пусть возвращается в город и не докучает вам своей музыкой.
   Леди Крум.  Да я о паровой машине Ноукса!  (Понизив голос, Септиму-
су.) Вы что же - дуетесь?  И дочь, чего доброго, научите угрюмству? Не
потерплю.
   Томасина (не вслушиваясь). Что, маменька?
   Томасина по-прежнему погружена в чтение. Леди Крум прикрывает стек-
лянную дверь. Шум двигателя стихает.
   Ханна захлопывает одну из "садовых книг",  открывает следующую. Из-
редка делает пометки в блокноте.
   Музыка смолкает.
   Леди Крум (Томасине).  И чем мы сегодня занимаемся?  (Пауза.) Ясно,
что не хорошими манерами.
   Септимус. Мы рисуем.
   Леди Крум (бросает взгляд на работу Томасины). Геометрия. Одобряю.
   Септимус. Одобрение вашей светлости  -  моя  главная  и  неизменная
цель.
   Леди Крум. Не отчаивайтесь, мой друг. Старайтесь. (Нетерпение гонит
ее к окну.) Где же Ноукс? Все-таки Дар Браун был воистину дар, а Ноукс
- настоящая бездарь!!!  (Раздраженно выглядывает.) А-а, теперь он ищет
свою шляпу.  Больше ему перед дамой и снять  нечего.  (Возвращается  к
столу, дотрагивается до горшка с далиями.)
   Ханна сидит,  откинувшись на стуле.  Она поглощена чтением "садовой
книги".
   Леди Крум.  За далии,  что прислала вдова,  можно простить даже же-
нитьбу брата. Слава Богу, обезьяна укусила мужа, а не жену. Во-первых,
несчастное животное непременно бы отравилось.  А во-вторых,  мы теперь
единственные в королевстве обладатели далий.
   Ханна встает, продолжая читать.
   Я послала одну далию Чатсвортам. Герцогиня была в восторге. Когда я
приехала с визитом в Девонширский дом,  она рассыпалась в благодарнос-
тях. Кстати, ваш друг обретается там в качестве придворного поэта.
   Ханна выходит за дверь, за которой скрылись Валентайн и Хлоя.
   Томасина хлопает книгой об стол.
   Томасина. Я же говорила!  Ньютон рассчитывал,  что наши атомы пока-
тятся от рождения к смерти прямиком,  согласно  законам  движения.  Ан
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 6 7 8 9 10 11 12  13 14 15
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (1)

Реклама