Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Aliens Vs Predator |#5| I'm returning the supercomputer
Aliens Vs Predator |#4| New artifact
Aliens Vs Predator |#3| Endless factory
Aliens Vs Predator |#2| New opportunities

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Детектив - Эллис Питерс Весь текст 420.55 Kb

Эйтонский отшельник

Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3  4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 36
Людел  поручил опеку сына мне, на тот случай, если он умрет, не
дождавшись его совершеннолетия. Он желал, чтобы его сын получил
достойное образование, дабы, вступив в права наследства, он мог
разумно управлять своими владениями. Я намерен исполнить данное
Ричарду Люделу обещание.  Молодой  Ричард  останется  под  моей
опекой,  пока  не  подрастет  и  не  сможет  отвечать  за  свои
поступки. А до той поры, я уверен, вы будете служить ему  столь
же  верно,  как  служили  его  отцу,  содержа  его  владения  в
надлежащем порядке.
     -- Вы можете быть совершенно уверены, что так оно и будет,
милорд, -- сказал Джон  Лонгвуд  уже  значительно  дружелюбнее,
нежели  когда  он  говорил  о  сути поручения своей госпожи. --
После битвы при Линкольне лорд Ричард оставил все дела на меня,
и у него не было случая пожалеть об этом, и сын его никогда  не
будет в чем-либо ущемлен мною. Можете не сомневаться.
     --  Я  и  не  сомневаюсь, -- улыбнулся аббат. -- А мы тут,
переложив на вас все заботы о владениях Ричарда, продолжим  его
обучение и долженствующее наставление.
     --  Что  же  прикажете  передать леди Дионисии? -- спросил
Джон,  не  выказывая  никаких   признаков   разочарования   или
протеста.
     --  Передайте своей госпоже, что я почтительно приветствую
ее во Христе и  что  Ричард  будет  доставлен  завтра,  и,  как
полагается, с надлежащим эскортом, -- ответил аббат с ударением
на  последних  словах. -- Однако я имею священные обязательства
перед  его  отцом  относительно  опеки  сына,  вплоть  до   его
совершеннолетия, и намерен твердо придерживаться воли покойного
Ричарда Людела.
     --  Так  я  и  передам,  милорд,  --  коротко  сказал Джон
Лонгвуд, глядя в глаза аббату, затем почтительно  поклонился  и
быстрым шагом покинул зал капитула.
     Когда  брат  Кадфаэль  и брат Эдмунд, попечитель лазарета,
вышли на большой монастырский двор,  они  успели  увидеть,  как
подле  привратницкой  посланец  из  Итона  сел верхом на своего
коренастого валлийского коня и  неторопливо  поехал  в  сторону
Форгейта.
     --  Я  не  сильно  ошибусь,  если  скажу,  что  это поехал
настоящий мужчина, -- рассудительно заметил брат  Кадфаэль.  --
Он  не расстроился, получив решительный отказ. И, похоже, вовсе
не боится привезти его своей госпоже. Можно даже  подумать,  он
попросту остался доволен.
     --  Он  ведь  не  зависит от доброй воли своей госпожи, --
возразил брат Эдмунд. -- Покуда  мальчик  не  станет  сам  себе
хозяином,  только  шериф  как сюзерен может угрожать его правам
управляющего,  а  кроме  того,  Джон   прекрасно   знает   свои
достоинства.  Знает  о  них  и  практичная  старая  леди, и она
благодарна ему за рачительное управление владениями Люделов. Не
желая ссориться с нею, Джон исполнил ее приказ, разумеется, без
особой радости. Делал свое дело, да помалкивал.
     Надо заметить, что Джон Лонгвуд и в  куда  более  приятных
обстоятельствах  был молчуном, так что ему не составило особого
труда постоять несколько минут с каменным лицом перед аббатом и
промолчать.
     -- Этим дело не кончится, -- сокрушенно заметил  Кадфаэль.
--  Раз уж эта леди надумала прибрать к рукам Рокстер и Лейтон,
так просто она не отступится. Наверняка мы еще услышим  о  леди
Дионисии Людел.

     Аббат     Радульфус     принял    все    возможные    меры
предосторожности. Юного Ричарда в Итон сопровождали брат Павел,
брат Ансельм и брат Кадфаэль, -- охрана вполне  надежная,  даже
на  случай  попытки  захвата  силой.  Впрочем,  надеялись,  что
обойдется без этого. Куда более вероятной  представлялась  леди
Дионисии использовать личное обаяние и кровные узы, воздействуя
на мальчика слезами и уговорами, чтобы пробудить в нем тоску по
дому  и переманить на свою сторону. Поглядывая по дороге в лицо
Ричарда, Кадфаэль подумал, что если  старая  леди  рассчитывает
обставить  дело  таким образом, то явно недооценивает и детскую
непосредственность, и детскую рассудительность. Мальчик  вполне
отдавал  себе  отчет,  в чем состоят его интересы, и никогда не
упускал  своего.  При  монастырской  школе  он   жил   в   свое
удовольствие,  у него были друзья-сверстники, и вряд ли он ни с
того ни с сего променяет свою накатанную и беззаботную жизнь на
неведомое ему одинокое житье, -- ведь у него не  было  братьев,
--  и  угрозу женитьбы на девушке, которая была по его понятиям
совсем  старой.   Разумеется,   Ричард   высоко   ставил   свои
наследственные права и жаждал поскорее вступить в них, но они и
без  этого оставались при нем, и, будь он при школе, либо дома,
все одно он  пока  не  мог  воспользоваться  своими  правами  и
поступать  по  своему  усмотрению.  Нет,  чтобы  завоевать ум и
сердце   Ричарда,   леди   Дионисия   наверняка   прибегнет   к
какому-нибудь более сильному средству, нежели бабушкины слезы и
объятия.  Тем  более,  что  этих ее слез и объятий никто от нее
никогда не ожидал и не видел.
     От аббатства до Итонского манора было немногим больше семи
миль, но, к чести монастыря Святых  Петра  и  Павла,  по  столь
печальному  случаю  монахов  и  мальчика отправили верхом. Леди
Дионисия заранее прислала грума с крепким валлийским  пони  для
своего возлюбленного внука, что было, видимо, первым шагом в ее
кампании  по  переманиванию  мальчика  на  свою  сторону.  Этот
подарок был принят с огромным удовольствием, но  леди  Дионисии
вряд  ли  стоило  этим  особенно обольщаться. Поскольку подарок
есть подарок, а дети достаточно проницательны, остро чувствуют,
что движет старшими,  и  знают,  когда  дар  приносится  им  от
чистого  сердца, без тайного умысла получить что-то взамен. Тем
не менее осенним утром, ясным  и  росистым,  Ричард,  гордый  и
счастливый,  сел верхом на своего пони, радуясь, что сегодня не
будет уроков и почти забыв о печальном  поводе  своей  поездки.
Грум,  длинноногий парень лет шестнадцати, бежал рядом и, держа
пони под уздцы, перевел его через брод у Рокстера, в том  самом
месте,  где  несколько сот лет назад переходили Северн римляне.
Здесь от  их  пребывания  не  осталось  ничего,  кроме  мрачной
разрушенной стены, бурой лентой тянувшейся вдоль зеленых полей;
камни,  из  которых  она  была  некогда сложена, местные жители
давным-давно растащили на  свои  хозяйственные  нужды.  В  этих
местах,  где  прежде,  говорят,  стоял  город с крепостью, ныне
раскинулся богатый  манор  с  плодородными  тучными  землями  и
процветающей церковью с четырьмя канониками.
     В  дороге  Кадфаэль  с  интересом  поглядывал по сторонам,
поскольку Рокстер был одним из тех двух маноров,  которые  леди
Дионисия  вознамерилась присоединить к владениям Люделов, женив
Ричарда на Хильтруде Эстли. Это был и впрямь  лакомый  кусочек.
Земли.  раскинувшиеся  перед ними к северу от реки, были заняты
заливными лугами и волнообразными полями, поднимавшимися там  и
сям  на  пологие  зеленые  холмы;  по краям виднелись небольшие
рощицы,  уже  тронутые  золотом  осенней  листвы.   Вдали,   на
горизонте,  маячил  лесистый  кряж  Рекин, тяжелое кружево леса
тянулось вниз по склонам к Северну, обволакивая  темной  гривой
деревьев земли Люделов и принадлежащий монастырю Эйтонский лес.
Между фермой Эйтон и домом Ричарда Людела в Итоне было не более
мили.  Да  и  сами  эти  названия, Эйтон и Итон, происходили от
одного корня, однако время развело их, а нормандская страсть  к
порядку закрепила различие в их написании.
     Вскоре  путники достигли манора Люделов. Перед ними теперь
возвышался даже не холм, а целая гора  со  скальными  выходами,
видневшимися  среди  древесных  крон  ближе к вершине. У самого
подножья,  на  лугу,  располагалась  деревня.  Сам  же   манор,
окруженный  высоким  частоколом,  стоял  над  криптой  вместе с
расположенной рядом церковкой. Первоначально  она  была  просто
часовней,  подчинявшейся  Лейтонской  церкви,  что была всего в
двух милях ниже по реке.
     У частокола путники спешились, и как только Ричард  ступил
на  землю,  брат  Павел  крепко  взял его за руку. Тем временем
навстречу им из дома вышла леди Дионисия,  поспешно  спустилась
по   ступенькам,   решительно   подошла   к   своему  внуку  и,
склонившись,  поцеловала  его.  Ричард  безропотно  поднял  для
поцелуя  несколько  испуганное  лицо,  но  руку  брата Павла не
отпустил, продолжая крепко держаться за нее. С  одной  стороны,
он знал, что его охраняют, но был не вполне уверен в надежности
этой охраны.
     Кадфаэль   с   любопытством  поглядывал  на  старую  леди,
поскольку, хоть и был наслышан о ней, никогда прежде  не  видел
ее.  Леди  Дионисия была высока и стройна, ей никак нельзя было
дать  больше  пятидесяти  пяти,  и  на  здоровье  она  явно  не
жаловалась.   Более   того,  она  была  по-своему  красива,  --
правильные черты лица, серые глаза, холодный взгляд.  Однако  в
этом   ледяном   взоре   трудно   было   не  заметить  пламени,
вспыхнувшего в ее глазах, когда она увидела  эскорт  Ричарда  и
осознала  силу  противника.  За  ее спиной толпились домочадцы,
рядом  стоял  приходской  священник.  Приступ,   похоже,   пока
откладывался. Быть может, после, когда покойного Ричарда Людела
похоронят  и  гости  войдут  в дом на поминки, она сделает свой
первый ход. Едва ли в такой день  наследнику  удастся  избежать
общества своей бабушки.
     Пышная   похоронная   процессия   направилась   в  сторону
кладбища. Не без интереса брат Кадфаэль разглядывал  домочадцев
покойного,  начиная  от Джона Лонгвуда и кончая совсем еще юным
деревенским пастухом. Все говорило о том,  что  Итон  процветал
под  управлением  Джона  и  все  его жители были довольны своей
судьбой. Так что у Хью были все основания не  беспокоиться.  На
похороны   пришли  и  соседи,  среди  них  Фулке  Эстли,  жадно
оглядывавший владения Люделов, которые намеревался заполучить в
свое пользование, в случае если намечавшийся брак его дочери не
сорвется. Кадфаэль видел его пару раз в Шрусбери,  --  крупный,
начинающий   полнеть   осанистый  мужчина  лет  под  пятьдесят,
движения замедленные -- полная  противоположность  неугомонной,
темпераментной  женщине,  с  мрачным видом стоявшей над могилой
своего сына. Рядом с ней замер Ричард, бабушкина рука лежала  у
него  на  плече,  -- скорее рука хозяйки, а не защитницы. Глаза
мальчика были широко распахнуты, равно как отверстая могила его
отца, которая вот-вот должна была закрыться. Одно  дело,  когда
смерть далеко, и совсем другое, когда она прямо перед тобой. До
этой  минуты  Ричард  не вполне еще понимал всю бесповоротность
этого разрыва и этой потери.
     Бабушка так и не сняла своей руки  с  плеча  внука,  когда
процессия  плакальщиц  потянулась  обратно  в манор, где в доме
были накрыты столы для поминок.
     Старческие  пальцы  леди  Дионисии,  длинные  и   крепкие,
намертво  вцепились  в  ткань  плаща  мальчика. Бабушка провела
внука среди гостей и соседей, не особенно подталкивая  его,  но
властно,  как  бы показывая всем, что он здесь хозяин и главная
персона на похоронах своего отца. Ничего худого в этом не было.
Впрочем, Ричард и  без  того  был  вполне  осведомлен  о  своем
положении  и  мог  дать  отпор  любым  посягательствам  на свои
привилегии. Брат  Павел  наблюдал  за  всем  этим  с  некоторой
тревогой  и шепнул Кадфаэлю, что надо бы увезти мальчика отсюда
еще до того, как разъедутся гости, а иначе они рискуют остаться
вообще без него, поскольку свидетелей уже  не  будет.  Вряд  ли
мальчика   станут  удерживать  силой  на  глазах  священника  и
приезжих соседей.
     Кадфаэль разглядывал прибывших в Итон: кое-кого он никогда
раньше не видел. Вот, в серых одеждах двое монахов,  приехавших
из   монастыря   Савиньи,   что  в  Билдвасе,  расположенном  в
нескольких милях ниже по реке, за Лейтоном. Монастырь находился
под патронажем Люделов. Вместе с монахами был еще один человек,
державшийся  скромно,  но  достойно,  и   Кадфаэль   не   сразу
догадался,  кто это такой. Тот был в черном монашеском одеянии,
Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3  4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 36
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама