Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
SCP-457: Burning man
SCP-081: Spontaneous combustion virus
SCP-381: Pyrotechnic polyphony
Почему нет обещанного видео

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Детектив - Эллис Питерс Весь текст 419.48 Kb

Роковой обет

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 19 20 21 22 23 24 25  26 27 28 29 30 31 32 ... 36
Кадфаэлю,  --  что  эти  паломники  так  неожиданно  и поспешно
покинули  обитель?  Неужели  их  действительно  напугал  приезд
Мессира де Бретань?
     Поразмыслив, брат Кадфаэль покачал головой.
     -- Нет, отец аббат, не думаю. Сегодня утром в обители было
такое  столпотворение,  что  заметить  приезд  одного человека,
которого к тому же никто не ждал, было попросту невозможно.  Но
их  уход действительно кажется мне очень странным. У обоих были
резоны задержаться хотя бы ненадолго. Одному  стоило  подождать
денек-другой  и как следует подлечить ноги -- ему ведь и дальше
идти босым. Что же до второго, то я готов поклясться,  что  еще
утром  он  и  не  помышлял  об  уходе.  Дело в том, что у нас в
аббатстве гостит одна девушка, которая ему очень  дорога,  хотя
он,   возможно,   еще   не   вполне  это  осознал.  Они  вместе
сопровождали святую в сегодняшнем шествии и, стоя  бок  о  бок,
созерцали  чудо.  Он  и думать не мог ни о чем, кроме нее, и от
всей  души  разделял  ее  радость.  Ведь  этот   мальчик   Рун,
сподобившийся  чудесного  исцеления,  --  ее  родной  брат.  Не
представляю, что могло заставить его уйти.
     -- Ее  брат,  говоришь,  --  пробормотал  под  нос  аббат,
припоминая то, о чем чуть не забыл, увлекшись беседой с Оливье.
--  До  вечерни  еще  час,  а  то  и  поболее.  Мне бы хотелось
поговорить с этим пареньком.  Кстати,  Кадфаэль,  ты  ведь  его
лечил.  Как полагаешь, то, что ты сумел для него сделать, могло
привести к такому результату, какой мы видели? Или -- хотя  мне
не хотелось бы подозревать в притворстве столь юное создание --
не  мог  ли  его  недуг  быть  вовсе  не  таким  тяжким, как он
расписывал, и не  мог  ли  он  специально  преувеличивать  свои
страдания, чтобы прославиться?
     --  Ни  в коем случае, -- твердо заявил Кадфаэль, -- он не
способен даже на невинную ложь. Что же касается моего скромного
умения, то будь у меня побольше времени, я, пожалуй,  сумел  бы
несколько  улучшить  его  состояние.  Скорее  всего  он смог бы
слегка опираться на больную ногу, но о том, чтобы она полностью
выздоровела, я и мечтать не мог. Да что  там  я  --  величайший
лекарь  на  свете не сумел бы этого добиться. Отец аббат, в тот
день, когда он пришел ко  мне,  я  дал  ему  снадобье,  которое
должно  было  унять боль и дать ему возможность спокойно спать.
Но он так и не притронулся к нему, а через три дня  вернул  мне
неоткупоренный   флакон.   Этот  парнишка  считал,  что  он  не
заслуживает чести  быть  избранным  для  исцеления,  а  еще  он
говорил, что хочет предложить свою боль в качестве дара святой,
ибо  ничего  другого  он  поднести  ей  не может. Предложить не
затем,  чтобы  купить  ее  милость,   а   именно   в   качестве
добровольной  жертвы,  ничего  не прося взамен. И в видимо, она
приняла этот дар, ибо боль оставила его. Он удостоился  великой
милости.
     --  И  стало  быть,  заслужил  ее, -- промолвил Радульфус,
тронутый рассказом Кадфаэля. --  Но  я  непременно  должен  сам
поговорить  с  этим пареньком. Брат, может быть, ты найдешь его
сейчас и приведешь ко мне...
     -- С радостью, отец аббат, -- отвечал Кадфаэль и не  теряя
времени, отправился на поиски Руна.
     В  монастырском  саду  он  нашел  тетушку Элис, сидевшую в
центре тесного кружка говорливых  кумушек.  Лицо  ее  сияло  от
радостного  возбуждения.  Руна поблизости не было, а Мелангель,
как будто избегая солнечного света, уединилась в тени аркады  и
не  поднимала  глаз  от своего шитья. Она чинила порвавшуюся по
шву полотняную рубаху, принадлежавшую, по  всей  видимости,  ее
брату.  Даже  когда  Кадфаэль  обратился  к  ней,  она  лишь на
мгновение застенчиво подняла глаза и тут же снова опустила  их.
Я  однако и этого хватило, чтобы Кадфаэль заметил: лицо девушки
затуманено  печалью.  Не  осталось  и  следа  того   радостного
возбуждения, что видел он утром. Монаху даже показалось, что на
левой  щеке  у нее какой-то синеватый след. Неужто кровоподтек?
Однако, когда Кадфаэль  помянул  Руна,  лицо  девушки  осветила
слабая  улыбка,  как  будто  ее  посетило  воспоминание о былом
счастье.
     -- Он сказал, что притомился, и пошел в спальню отдохнуть.
Тетушка небось думает, что он лег поспать, но мне кажется,  ему
просто  захотелось  побыть  одному, помолчать да поразмыслить в
тишине. Его ведь без конца тормошат и расспрашивают о том, чего
он и сам-то не разумеет.
     --  Думаю,  --  промолвил  Кадфаэль,--  что  сегодня   ему
открылось многое, недоступное тем, кто не отмечен свыше, мы же,
в   силу   своего   неведения,   пристаем  к  нему  с  нелепыми
расспросами.
     Монах взял девушку за подбородок и  легонько  повернул  ее
лицо к свету, но она вздрогнула и отстранилась.
     --  Ты  что,  ушиблась?  --  спросил  Кадфаэль. -- У тебя,
никак, синяк на лице.
     -- Ничего страшного, -- смущенно пролепетала Мелангель. --
Я сама виновата. Слишком торопилась, а под  ноги  не  смотрела.
Запнулась, вот и упала. Но мне ни капельки не больно.
     Лицо  ее  казалось  совершенно  спокойным,  и только глаза
слегка покраснели, да веки чуть-чуть припухли.
     "На сей раз, -- подумал монах, -- поблизости не  оказалось
Мэтью,  чтобы ее поддержать. Ушел вместе со своим дружком, а ее
оставил, вот она и переживает.  Видно  же,  что  плакала,  хоть
сейчас  глаза и сухие. Но как можно, споткнувшись, набить синяк
на таком месте? Чудно!"
     Кадфаэль хотел было расспросить  девушку  поподробней,  но
раздумал,  почувствовав,  что этот разговор ей неприятен. Она с
усердием углубилась в свою работу и больше не поднимала лица.
     Кадфаэль   вздохнул   и   направился    через    двор    к
странноприимному  дому, размышляя о том, что, по-видимому, даже
такой осененный благодатью день, как сегодня, не обходится  без
малой толики печали.
     В   общей   мужской   спальне  было  пусто,  и  лишь  Рун,
исполненный тихой, благодарной радости, одиноко сидел на  своей
постели.  Он  был  погружен  в  свои  мысли, но, заслышав шаги,
обернулся и улыбнулся Кадфаэлю.
     -- Брат, я как раз хотел с тобой повидаться. Ты  ведь  был
там  и  все видел. Может быть, даже слышал... Посмотри, каким я
стал.
     Нога,  еще  недавно  увечная,  выглядела  --  и  была!  --
совершенно  здоровой.  Юноша  вытянул  ее,  постучал  пяткой по
половицам, затем пошевелил пальцами и даже  подтянул  колено  к
подбородку. Псе это он проделал без малейшего усилия. Нога была
столь же подвижна, как и его язык.
     -- Я здоров! Здоров! А ведь я не просил об исцелении, да и
как бы  я  мог  осмелиться  на  такое. Даже тогда, в тот миг, я
молил ее не об этом, и все же мне  было  даровано...  --  Юноша
осекся и снова погрузился в свои раздумья.
     Кадфаэль присел рядом с юношей, любуясь его новообретенной
гибкостью и грацией. Теперь красота Руна не имела изъянов.
     --  Я  думаю,  --  тихо  сказал  монах,  --  ты молился за
Мелангель.
     -- Да, за нее. И за Мэтью  тоже.  Я  и  вправду  надеялся,
что...  Но видишь, он взял и ушел. Оба они ушли, ушли вместе. И
почему мне не удалось сделать счастливой свою сестру. Ради  нее
я  согласился  бы всю жизнь ходить на костылях. Но, увы, у меня
ничего не вышло.
     -- Рано терять надежду, -- твердо  возразил  Кадфаэль,  --
тот,  кто  ушел,  запросто  может  и  воротиться.  И,  по моему
разумению, молитвы твои еще могут быть услышаны,  ежели  ты  не
станешь  впадать  в уныние и сомневаться, что, безусловно, есть
грех. Почему ты решил, что, коли молитва  угодна  небесам,  они
откликнутся  на нее немедленно. Чудеса, и те требуют времени. В
этом мире все мы большую часть  времени  проводим  в  ожидании.
Нужно уметь ждать терпеливо и с верой в сердце.
     Рун выслушал монаха с рассеянной улыбкой, но ответил:
     --  Конечно,  ты прав, брат. Я подожду. Тем паче, что один
из них, уходя из обители, оставил здесь вот это.
     Он наклонился, пошарил между стоявшими почти вплотную друг
к другу топчанами и вытащил вместительную, хотя и  легкую  суму
из  неотбеленного полотна, с крепкими кожаными ремешками, чтобы
пристегивать к поясу.
     -- Я нашел ее между топчанами, на которых спали те двое --
Сиаран и Мэтью. Сумы у них были очень похожие, и,  чья  эта,  я
сказать  не  могу.  Но  ведь Сиаран всяко не собирается никогда
сюда возвращаться. А вот Мэтью -- как знать.  Может  быть,  он,
намеренно  или  случайно,  оставил  суму здесь как залог своего
возвращения.
     Кадфаэль задумчиво посмотрел на паренька, но  отвечать  на
его вопрос не взялся, а вместо того серьезно сказал:
     -- Ты бы взял эту суму да и отдал на хранение отцу аббату.
Он как раз послал меня за тобой, хочет с тобой поговорить.
     --   Поговорить?   Со   мной?  --  Рун  смутился  и  снова
превратился в простого сельского паренька. -- Сам аббат?
     -- Ясное дело, он, а почему бы и нет? Перед  Господом  все
равны.
     Юноша замялся и нерешительно промямлил:
     -- Да ведь я там совсем заробею.
     -- Ничего подобного. Ты малый вовсе не робкий,да и бояться
тебе нечего.
     Некоторое  время  Рун  сидел молча, вцепившись в одеяло, а
потом поднял ясные,  чистые,  как  льдинки,  голубые  глаза  и,
взглянув на Кадфаэля, промолвил:
     -- Ты прав, брат. Бояться мне нечего. Я пойду с тобой.
     Он  подхватил  льняную  суму,  поднялся  и легкой, упругой
поступью направился к двери.
     -- Останься с нами, брат, --  предложил  Радульфус,  когда
Кадфаэль,  представив ему своего подопечного, собрался уходить.
-- Думаю, наш юный гость будет этому рад.
     Строгий, красноречивый взгляд аббата сказал Кадфаэлю и то,
что он может пригодиться Радульфусу как свидетель.
     -- Рун тебя знает, а меня пока нет, -- добавил  аббат,  --
но мы с ним познакомимся и, думаю, поладим.
     На  столе  перед Радульфусом лежала холщовая сума, которую
ему передали с соответствующими объяснениями.
     -- Охотно, отец аббат, --  ответил  Кадфаэль  и  присел  в
уголке  на  табурет,  чтобы без нужды не вступать в беседу и не
мешать аббату и юноше, пристально, испытующе смотревшим друг на
друга.
     Из пышно зеленеющего сада сквозь узкие окна в покои аббата
проникали пьянящие ароматы лета. Ясное и высокое  голубое  небо
цветом   напоминало   глаза   Руна,  хотя  ему  не  хватало  их
хрустальной чистоты. Лучезарный день чудес медленно клонился  к
вечеру.
     -- Сын мой, -- мягко и доброжелательно заговорил аббат, --
ты сподобился  несказанной,  великой  милости. Небеса излили на
тебя благодать. Я, как и все,  присутствовал  при  этом  и  был
свидетелем  случившегося.  Но  мы  видели  лишь внешнюю сторону
чуда. Я хотел бы знать, как ты  пришел  к  этому,  через  какие
испытания  тебе  довелось  пройти. Я слышал, что ты долгие годы
мучился постоянной, непроходящей болью,  мирился  с  нею  и  не
роптал.  Что  же творилось в твоей душе, когда ты приблизился к
алтарю? Расскажи мне, что ты тогда чувствовал.
     Рун сидел,  скромно  сложив  руки  на  коленях.  Лицо  его
выглядело  одновременно и непринужденным, и отрешенным, взгляд,
казалось, был устремлен куда-то вдаль. Он больше не робел и  не
смущался.
     --  Я  очень  переживал,  --  промолвил  юноша,  тщательно
подбирая верные слова, -- потому что моя сестра и тетушка  Элис
хотели  для  меня слишком многого, а я не считал себя достойным
подобной милости. Я был готов просто помолиться у алтаря и уйти
таким, каким пришел, не сетуя и не скорбя. Но тут я услышал  ее
зов.
     --  Ты  хочешь  сказать,  что  Святая  Уинифред говорила с
тобой, -- мягко уточнил аббат.
     -- Она позвала меня к себе, -- уверенно ответил Рун.
     -- Позвала? Но в каких словах?
     -- Слов не было, святой отец. Какая нужда ей в словах? Она
позвала меня к себе, и  я  пришел.  Она  сказала  мне,  как  бы
сказала:  вот  ступеньки, здесь, здесь и здесь, -- поднимись ко
мне, ты ведь можешь, знаешь, что можешь. А я,  я  действительно
почувствовал,  что  могу, и вот я пошел и поднялся. А потом она
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 19 20 21 22 23 24 25  26 27 28 29 30 31 32 ... 36
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама