Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Explanations of the situation why there is no video
StarCraft II: Wings of Liberty |#14| The Moebius Factor
StarCraft II: Wings of Liberty |#13| Breakout
StarCraft II: Wings of Liberty |#12| In Utter Darkness

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Сказки - Ридьярд Киплинг Весь текст 307.77 Kb

Маугли

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 11 12 13 14 15 16 17  18 19 20 21 22 23 24 ... 27
упала, и люди, онемев от ужаса,  увидели  в  неровном  проломе  измазанные
глиной  головы  разрушителей.  Люди  бросились  бежать  вниз  по   долине,
оставшись без приюта и  без  пищи,  а  их  деревня  словно  таяла  позади,
растоптанная, разметанная и разнесенная в клочки.
     Через месяц от деревни остался рыхлый холмик, поросший нежной молодой
зеленью, а когда прошли дожди, джунгли  буйно  раскинулись  на  том  самом
месте, где всего полгода назад были вспаханные поля.



                             КНЯЖЕСКИЙ АНКАС

     Каа, большой горный удав, переменил кожу - верно, в двухсотый раз  со
дня рождения, - и Маугли, который никогда не забывал,  что  Каа  спас  ему
жизнь однажды ночью в Холодных Берлогах, о чем, быть может, помните и  вы,
пришел его поздравить. Меняя кожу, змея бывает угрюма и раздражительна, до
тех пор, пока новая кожа не станет блестящей и  красивой.  Каа  больше  не
подсмеивался над Маугли. Как и все в  джунглях,  он  считал  его  Хозяином
Джунглей и рассказывал ему все  новости,  какие,  само  собой,  приходится
слышать удаву его величины. То, чего Каа не знал о средних  джунглях,  как
их называют, о жизни, которая идет у самой земли или под землей,  о  жизни
около валунов, кочек и лесных пней, уместилось бы на  самой  маленькой  из
его чешуек.
     В тот день Маугли сидел меж больших  колец  Каа.  перебирая  пальцами
чешуйчатую старую кожу, сброшенную удавом среди камней. Каа очень  любезно
подставил свое тело под широкие голые плечи Маугли, и мальчик сидел словно
в живом кресле.
     - Она вся целая, даже и чешуйки на глазах  целы,  -  негромко  сказал
Маугли, играя сброшенной кожей. - Как странно видеть у своих ног  то,  что
покрывало голову!
     - Да, только ног у меня нет, - ответил Каа, - и я не вижу тут  ничего
странного, это в обычае моего народа. Разве ты никогда не чувствуешь,  что
кожа у тебя сухая и жесткая?
     - Тогда я иду купаться, Плоскоголовый, хотя, правда, в  сильную  жару
мне хочется сбросить кожу совсем и бегать без кожи.
     - Я и купаюсь и меняю кожу. Ну, как тебе нравится моя новая одежда?
     Маугли провел рукой по косым клеткам огромной спины.
     - У  черепахи  спина  тверже,  но  не  такая  пестрая,  -  сказал  он
задумчиво. - У лягушки, моей тезки, она пестрей, но не такая  твердая.  На
вид очень красиво, точно пестрый узор в чашечке лилии.
     - Новой коже нужна вода. До первого купанья цвет все еще не тот. Идем
купаться!
     -  Я  понесу  тебя,  -  сказал  Маугли  и,  смеясь,  нагнулся,  чтобы
приподнять большое тело Каа там, где оно казалось всего толще.
     Это было  все  равно  что  поднять  водопроводную  трубу  двухфутовой
толщины, и Каа лежал неподвижно, тихо пыхтя от удовольствия. Потом  у  них
начала привычная  вечерняя  игра  -  мальчик  в  расцвете  сил  и  удав  в
великолепной новой коже стали бороться друг с другом,  пробуя  зоркость  и
силу. Разумеется, Каа мог раздавить сотню таких, как Маугли, если  бы  дал
себе волю, но он играл осторожно, никогда не  пользуясь  и  десятой  долей
своей мощи.
     Как только Маугли стал достаточно крепок,  чтобы  с  ним  можно  было
бороться, Каа научил мальчика этой игре, и его  тело  сделалось  от  этого
необыкновенно гибким. Иной раз Маугли стоял, захлестнутый почти  до  горла
гибкими кольцами Каа, силясь высвободить  одну  руку  и  ухватить  его  за
шею... Тогда Каа, весь обмякнув, ослаблял хватку, а Маугли своими быстрыми
ногами не давал найти точку опоры огромному хвосту, который тянулся назад,
нащупывая камень или пень. Они качались взад и вперед,  голова  к  голове,
каждый выжидая случая напасть, и наконец, прекрасная, как изваяние, группа
превращалась в вихрь черных с желтым колец и мелькающих ног и  рук,  чтобы
снова и снова подняться.
     - Ну-ну-ну! - говорил Каа,  делая  головой  выпады,  каких  не  могла
отразить даже быстрая рука Маугли. - Смотри! Вот  я  дотронулся  до  тебя,
Маленький Брат! Вот и вот! Разве руки у тебя онемели? Вот опять!
     Эта игра всегда кончалась одинаково: прямым,  быстрым  ударом  головы
Каа всегда сбивал мальчика с ног. Маугли так  и  не  выучился  обороняться
против этого молниеносного выпада; и, по словам  Каа,  на  это  не  стоило
тратить время.
     - Доброй охоты! - проворчал наконец Каа.
     И Маугли, как всегда, отлетел шагов на десять в сторону, задыхаясь  и
хохоча.
     Он поднялся, набрав полные руки травы, и  пошел  за  Каа  к  любимому
месту  купанья  мудрой  змеи  -  глубокой,  черной,  как  смоль,   заводи,
окруженной скалами и особенно привлекательной из-за потонувших стволов. По
обычаю джунглей  мальчик  бросился  в  воду  без  звука  и  нырнул;  потом
вынырнул, тоже без звука, лег на спину, заложив руки под голову, и,  глядя
на луну, встающую над скалами, начал разбивать пальцами ног ее отражение в
воде. Треугольная голова Каа разрезала воду, как бритва, и, поднявшись  из
воды,  легла  на  плечо  Маугли.  Они   лежали   неподвижно,   наслаждаясь
обволакивающей их прохладой.
     - Как хорошо! - сонно сказал Маугли. - А  в  человечьей  стае  в  это
время, помню, ложились  на  жесткое  дерево  внутри  земляных  ловушек  и,
закрывшись хорошенько со всех  сторон  от  свежего  ветра,  укутывались  с
головой затхлыми тряпками и  заводили  носом  скучные  песни.  В  джунглях
лучше!
     Торопливая кобра проскользнула мимо них по скале, напилась,  пожелала
им доброй охоты и скрылась.
     - О-о-ш! - сказал Каа, словно  вспомнив  о  чем-то.  -  Так,  значит,
джунгли дают тебе все, чего тебе только хочется, Маленький Брат?
     - Не все, - сказал Маугли, засмеявшись, -  а  не  то  можно  было  бы
каждый  месяц  убивать  нового  Шер-Хана.  Теперь  я  мог  бы  убить   его
собственными руками, не прося помощи у буйволов. Еще мне  хочется  иногда,
чтобы солнце светило во время дождей или  чтобы  дожди  закрыли  солнце  в
разгаре лета. А когда я голоден, мне всегда хочется  убить  козу,  а  если
убью козу, хочется, чтобы это был олень, а если это олень, хочется,  чтобы
это был нильгау. Но ведь так бывает и со всеми.
     - И больше тебе ничего не хочется? - спросил Каа.
     - А чего мне больше хотеть? У меня есть джунгли и  Милость  Джунглей!
Разве есть еще что-нибудь на свете между востоком и западом?
     - А кобра говорила... - начал Каа.
     - Какая кобра? Та,  что  уползла  сейчас,  ничего  не  говорила:  она
охотилась. - Не эта, а другая.
     - И много у тебя дел с Ядовитым Народом? Я их не трогаю,  пусть  идут
своей дорогой. Они носят смерть в передних зубах, и  это  нехорошо  -  они
такие маленькие. Но с какой же это коброй ты разговаривал?
     Каа медленно покачивался на воде, как пароход на боковой волне.
     - Три или четыре месяца назад, - сказал он, - я охотился  в  Холодных
Берлогах - ты, может быть, еще не забыл про них, - и тварь, за  которой  я
охотился, с визгом бросилась мимо водоемов к тому дому, который я когда-то
проломил ради тебя, и убежала под землю.
     - Но в Холодных Берлогах никто не живет под землей. -  Маугли  понял,
что Каа говорит про Обезьяний Народ.
     - Эта тварь не жила, а спасала свою жизнь, - ответил  Каа,  высовывая
дрожащий язык. - Она уползла в нору, которая шла очень далеко. Я пополз за
ней, убил ее, а потом уснул. А когда проснулся, то пополз вперед.
     - Под землей?
     - Да. И наконец  набрел  на  Белый  Клобук  -  белую  кобру,  которая
говорила со мной о непонятных вещах и показала мне много  такого,  чего  я
никогда еще не видел.
     - Новую дичь? И хорошо ты поохотился? - Маугли быстро перевернулся на
бок.
     - Это была не дичь, я обломал бы об нее все  зубы,  но  Белый  Клобук
сказал, что люди - а говорил он так, будто знает эту породу,  -  что  люди
отдали бы последнее дыхание, лишь бы взглянуть на эти вещи.
     - Посмотрим! - сказал Маугли. - Теперь я вспоминаю, что когда-то  был
человеком.
     - Тихонько, тихонько!  Торопливость  погубила  Желтую  Змею,  которая
съела солнце. Мы поговорили под землей, и я рассказал  про  тебя,  называя
тебя человеком. Белая кобра сказала (а она поистине стара,  как  джунгли):
"Давно уже не видала я человека. Пускай придет, тогда  и  увидит  все  эти
вещи. За самую малую из них многие люди не пожалели бы жизни.
     - Значит, это новая дичь. А ведь Ядовитый Народ  никогда  не  говорит
нам, где есть вспугнутая дичь. Они недружелюбны.
     - Это не дичь. Это... это... я не могу сказать, что это такое.
     - Мы пойдем туда. Я еще никогда не видел белой. кобры, да  и  на  все
остальное мне тоже хочется посмотреть. Это она их убила?
     - Они все неживые. Кобра сказала, что она сторожит их.
     - А! Как волк сторожит добычу, когда притащит ее в берлогу. Идем!
     Маугли подплыл к берегу, покатался по траве, чтобы обсушиться, и  они
вдвоем отправились к Холодным Берлогам - заброшенному  городу,  о  котором
вы, быть может, читали.
     Маугли теперь ничуть не боялся  обезьян,  зато  обезьяны  дрожали  от
страха перед Маугли. Однако обезьянье племя рыскало теперь по джунглям,  и
Холодные Берлоги стояли в лунном свете пустые и безмолвные.
     Каа подполз к  развалинам  княжеской  беседки  на  середине  террасы,
перебрался через кучи щебня  и  скользнул  вниз  по  засыпанной  обломками
лестнице, которая вела в подземелье. Маугли издал Змеиный Клич: "Мы с вами
одной крови, вы и я! " - и пополз за ним на четвереньках.  Оба  они  долго
ползли по наклонному коридору, который несколько раз сворачивал в сторону,
и  наконец  добрались  до  такого  места,  где  корень   старого   дерева,
поднимавшегося над землей футов на тридцать,  вытеснил  из  стены  большой
камень. Они пролезли в дыру и очутились  в  просторном  подземелье,  своды
которого, раздвинутые корнями деревьев, тоже были все в трещинах, так  что
сверху в темноту падали тонкие лучики света.
     - Надежное убежище! - сказал Маугли,  выпрямляясь  во  весь  рост.  -
Только оно слишком далеко, чтобы каждый день в нем бывать. Ну, а что же мы
тут увидим?
     - Разве я ничто? - сказал чей-то голос в глубине подземелья.
     Перед Маугли мелькнуло что-то белое, и мало-помалу он разглядел такую
огромную кобру, каких он до сих пор не встречал, - почти  в  восемь  футов
длиной, вылинявшую от жизни в темноте до желтизны старой  слоновой  кости.
Даже очки на раздутом клобуке стали у нее бледно-желтыми.  Глаза  у  кобры
были красные, как рубины, и вся она была такая диковинная с виду.
     - Доброй охоты! - сказал Маугли, у которого  вежливые  слова,  как  и
охотничий нож, были всегда наготове.
     - Что нового  в  городе?  -  спросила  белая  кобра,  не  отвечая  на
приветствия. - Что нового в великом городе, обнесенном  стеной,  в  городе
сотни слонов, двадцати тысяч лошадей и несметных стад, -  в  городе  князя
над двадцатью князьями? Я становлюсь туга на ухо и давно  уже  не  слыхала
боевых гонгов.
     - Над нами джунгли, - сказал Маугли. - Из слонов я знаю только  Хатхи
и его сыновей. А что такое "князь"?
     - Я говорил тебе, - мягко сказал Каа, - я говорил  тебе  четыре  луны
назад, что твоего города уже нет.
     - Город, великий  город  в  лесу,  чьи  врата  охраняются  княжескими
башнями, не может исчезнуть. Его построили еще до того, как дед моего деда
вылупился из яйца, и он будет стоять и тогда, когда сыновья  моих  сыновей
побелеют, как я. Саладхи, сын Чандрабиджи,  сына  Вийеджи,  сына  Ягасари,
построил его в давние времена. А кто ваш господин?
     - След потерялся, - сказал Маугли, обращаясь к Каа. - Я  не  понимаю,
что она говорит.
     - Я тоже. Она очень стара... Прародительница Кобр,  тут  кругом  одни
только джунгли, как и было всегда, с самого начала.
     - Тогда кто же он, - спросила белая кобра, - тот,  что  сидит  передо
мной и не боится? Тот, что не знает имени князя и говорит на  нашем  языке
устами человека? Кто он, с ножом охотника и языком змеи?
     - Меня зовут Маугли, - был ответ. - Я из джунглей. Волки - мой народ,
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 11 12 13 14 15 16 17  18 19 20 21 22 23 24 ... 27
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (12)

Реклама