Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
StarCraft II: Wings of Liberty |#20| Outbreak
StarCraft II: Wings of Liberty |#20| Outbreak
Объявление о переносе стрима по Starcraft 2!
Объявление о стриме!

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Юмор - Михаил Веллер Весь текст 724.57 Kb

Легенды Невского проспекта и другие рассказы

Предыдущая страница Следующая страница
1 2  3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 62
если бы не устраивали никакого праздника с выпивкой,  а  получили  выигрыш
деньгами... а лучше  -  взяли  машину,  и  продали  ее  -  это  тысячи  на
полторы-две  дороже!  И  свитера  теплые,  и  туфли  чешские,  и   костюмы
красивые... интересно, сколько все-таки наш костюм мог тут стоить?  А  вот
как раз похожий висит...
     Смотрит она этот черный костюм... похож, только  наш  был  поновее...
девяносто рублей. Погодите... ощупывает. Нет, ну  точно  такой!..  Смотрит
брюки: она их сама подкорачивала, и ленточки перешивала... ее ленточки! ее
строчка! Пиджак: пуговицы она пришивала и укрепляла накрест! Господи...
     Дрожащими руками она надевает очки и читает  бирку.  Костюм  сдан  на
комиссию в следующий день после похорон.
     Не веря себе и происходящему, она запускает руку в  нагрудный  карман
пиджака и вынимает оттуда лотерейный билет.
     Номер она наизусть хорошо помнит. Этот номер.
     Продавщица спрашивает:
     - Бабушка, вам плохо?
     Да сердце что-то... Можно ли посидеть где тут.
     Посидела она, отдышалась, упрятала билет в ридикюль  поглубже.  Глаза
бессмысленные, на щеках румянец выступил,  и  улыбка  плавает  странная...
отвлеченная такая улыбка.
     С одной стороны, ей бы теперь  с  этим  билетом  бежать  подальше  от
магазина - на всякий случай. С другой стороны, соображение к ней  медленно
возвращается, и она  пытается  уложить  в  голове,  как  же  здесь  костюм
оказался. И это она у продавщицы спрашивает.
     Продавщица  пожимает  плечами  -  этим  занимается  приемка,  нас  не
касается; а что? А то, что это костюм моего покойного мужа, в котором  его
как раз за день до приемки костюма похоронили.
     Кого? В чем? За день до чего? Посетители с интересом  прислушиваются,
остановились. Продавщица  меняется  в  лице  и  быстро  уводит  бабушку  в
подсобку. Наливает ей воды, сажает на стул и звонит в приемку: поднимитесь
сюда быстро, быстренько!
     Заходит  заведующий  приемкой:  золотые  часы,   итальянские   туфли,
английский  костюм.  Бабушка  повторяет:  как  это  может  быть?  Он   ей:
невозможно,  вы  спутали.  Костюм  советский,   импортный?   Вот   видите:
"Ленодежда",  расхожий  стандарт,  да  их  тысячи  таких.  Она:  ленточки!
пуговицы! Хорошо, предлагает, пройдемте посмотрим вместе.
     Смотрят: нет этого костюма. Сотня висит, а этого нет. Видите, говорит
заведующий, вам показалось. Вот черный, и вот, и вот...  ну?  Не  этот?  Я
понимаю, вы в потрясении, такое горе, и вам почудилось... это бывает.
     Старушка белеет и пошатывается: понимает,  что  это  был  сон  наяву,
желанный сон... Она лезет в ридикюль  -  и  видит,  что  лотерейный  билет
исправно лежит на месте!
     В полном  ошизении,  прижимая  драгоценный  ридикюль  к  груди  двумя
руками, чудом не попав под машину, она прибредает домой.  Закрывает  дверь
на все запоры. Проверяет задвижки форточек и  задергивает  шторы.  Думает,
прячет урну с прахом в тумбочку и закрывает на ключ. И только  после  этих
мер безопасности извлекает из ридикюля  сказочный  билет,  кладет  посреди
стола и придавливает уголком утюга.
     И сутки боится отвести от него глаза, чтобы он не исчез.  Колет  себя
булавкой и звонит по телефону всем подряд - здоровается и, услышав  ответ,
вешает трубку: боится, что она сошла с ума. Убедиться, значит, что  ей  не
чудится.
     Через сутки успокаивается  в  каком-то  равновесии,  вспоминает  -  и
звонит в милицию: спасибо, не беспокойтесь, билет нашелся.
     Следователь: вот видите! Что ж  вы,  бабуля,  это  не  шутки  -  всех
взбаламутили!  А  вам  известно,  что  за  ложное   заявление   полагается
ответственность перед законом? Где же вы его нашли?
     А в нагрудном кармане костюма мужа.
     Ну! Что же вы - раньше посмотреть не могли?!
     Да как же я могла, он был в магазине.
     В каком магазине?
     В комиссионном.
     Хорошую бы покупочку кто-то совершил, а! Как же вы так невнимательны,
сдавая вещи, даже карманы не проверили?
     Да я его и не сдавала.
     Как? А кто сдавал?
     Да я и не знаю.
     То есть как?
     Да его в этом костюме похоронили.
     Что? А?..
     Вернее, кремировали.
     Подождите, подождите... что-то я не понимаю! А  билет  кто  в  карман
положил?
     Да он сам и положил.
     Так, ясно: тронулась бабка с двойного горя.  Но  у  следователя  свой
интерес: дело закрыть. Приезжайте, говорит, забрать ваше заявление.
     Она  приезжает:  показывает   билет,   хихикает   и   плачет.   Чудо,
рассказывать порывается, Господь явил: билет дал в руки, а  костюм  забрал
обратно.  Следователь  начинает  невольно  заинтересовываться:  значит,  в
комиссионке? В какой? А, Апраксин Двор; знаем  такой,  знаем...  Говорите,
висел, а потом из приемки к вам пришли, а потом  уже  не  висел.  Так-так;
хорошо; возьмите-ка вот этот листок и напишите по порядку все, что с  вами
в магазине было.
     Следователь отправляет практиканта в  Апраксин:  переписать  там  все
имеющиеся в наличии мужские костюмы, подходящие для похорон - кто и  когда
сдавал, кто принимал. А сам дует прямо в крематорий.
     А  там,  в  рабочем,  так  сказать,  подвальном  помещении  видит  он
интереснейшую обстановку. Оплаканные покойники лежат в стеллаже у  стенки,
готовые предстать пред Вседержителем нашим в таком виде, в каком и явились
на сей свет: безо всяких, то есть, суетных подробностей  в  виде  одежд  и
гробов.
     А у стены напротив сложены аккуратно штабели разнообразных  гробов  и
тючки с одеждой. Приготовлены.
     Посередине, в проходе, стоит теннисный стол, и обслуживающий персонал
играет на нем в пинг-понг. На вылет. Двое играют, остальные курят  и  пиво
пьют, ждут своей очереди.
     А надо всем этим кладбищенским покоем, в довершение  картины,  летает
зеленый попугай и лузгает семечки.
     Это, значит, интеллигентные крематорщики наладились все,  что  можно,
пускать на продажу. Внедрили свой вариант утилизации вторсырья. В  порядке
посильной помощи текстильной и деревообрабатывающей промышленности.  Закон
физики: круговорот вещей в природе.
     Потом они мотивировали: больно  смотреть,  как  добро  пропадает  без
всякой пользы - а ведь людям еще понадобится! Вот после этой  истории  всю
первую команду ленинградского крематория и посадили в полном составе.
     А  комиссионщики,  что  характерно,  отмазались:  никакого   сговора,
никакого краденого, знать ничего не знали, какой ужа!
     Да; а ведь хорошее, вспоминают, было качество обслуживания.

                              ТАНЕЦ С САБЛЯМИ


     История  советской  музыки  создавалась  на  пятом  этаже   гостиницы
"Европейская",  в  буфете.  Это  был  самый  музыкальный  буфет  в   мире.
Филармония  находится   прямо   напротив,   через   улицу,   и   музыканты
неукоснительно забегали в этот буфет  до  репетиции,  после  репетиции,  а
иногда и вместо репетиции. Для большей беглости пальцев и бодрости духа. А
также после концерта, перед концертом, и просто так, по привычке. И  свои,
и заезжие - это было почти как ритуал. Любая буфетчица с "Крыши"  знала  о
музыкантской жизни города больше, чем директор Ленфилармонии или секретарь
Союза композиторов. Музыкантов здесь знали, уважали и  прощали  им  многие
артистические выходки  -  творческие  натуры...  слава  города!  Здесь  не
спрашивали, что надо посетителям - их считали по головам и наливали по сто
коньяку, если до работы, а если после - то по сто пятьдесят. А  сто  грамм
коньяка стоили в те времена рубль.
     А поскольку Ленинград был городом более филармоноцентрическим, нежели
театроцентрическим, в отличие от Москвы, что давно отмечено,  и  именно  в
филармонии собирался свет и происходили бомонд,  то  все  обсуждаемые  там
истории автоматически становились достоянием Невского и входили в перечень
тем,  рекомендуемых  к  беседе  меж  людьми  образованными  и  не  чуждыми
искусств.
     А Герой Социалистического Труда и Лауреат до черта всяких премий Арам
Ильич  Хачатурян,  личный  большой  друг  Мравинского,  Рождественского  и
прочих, был там, на улице Бродского угол Невского, стойка  бара  от  лифта
направо, гостем постоянным и музыкальному Ленинграду вполне родным. Он был
человек знаменитый, гость желанный, широкая душа,  кавказской  общительной
щедрости - в доску свой от Москвы  и  Ленинграда  до  родной  Армении,  не
говоря уже о Франциях и Испаниях, из которых просто не вылезал...
     Вот в Испании как-то на гастролях, проходивших с огромным успехом - -
испанцы вообще народ музыкальный, а музыку темпераментную, огневую, ценить
умеют в особенности, - его устроители и спрашивают: что бы  он  хотел  еще
увидеть или  получить  в  Испании,  они  будут  рады  сделать  великому  и
замечательному  композитору   приятное,   услужить,   одарить,   устроить,
расстелиться под ноги, не  ударить  в  грязь  лицом,  и  прочие  цветастые
латинские изъявления.
     Хачатурян, в свою очередь, был  в  быту  человек  скромный,  достойно
несущий свое величие и славу. Принимали его по высшему разряду,  и  желать
он мог только птичьего молока. Но молока он  не  употреблял,  любимым  его
напитком  был,  напротив,  коньяк  "Арарат".  Поэтому  он  развел  руками,
поблагодарил  хозяев,  подумал,  и,  в  порядке  ответной  любезности   на
комплименты своему несравненному гению отвечал, что Испания, в которой  он
имеет честь выступать, является родиной величайшего  художника  двадцатого
века Сальвадора Дали, лидера и славы мировой  живописи  и  его  кумира.  И
никаких  таких  желаний  у  него,  восхищенного   баснословным   испанским
гостеприимством, нету и быть не может; вот разве  только  он  был  бы  рад
встретиться  и  познакомиться  с  мэтром  Сальвадором  Дали,  дабы   лично
засвидетельствовать  ему  свое  глубочайшее  почтение  и  даже   попросить
автограф на альбом с репродукциями.
     При этом заявлении устроители слегка меняются в лице;  переступают  с
ноги на ногу... Потому что Дали славился непредсказуемой эксцентричностью,
и просьба эта вовсе не факт, что выполнима... Более всего она  невыполнима
по той простой причине, что Дали живет в Америке.  В  Испанию  он  изредка
наезжает.
     Но все  устроилось  со  сказочной  быстротой  и  пугающей  легкостью.
Заокеанский Дали благосклонно выслушал по  телефону  пожелание  встречи  и
ответил, что он поклонник великого композитора и почтет за счастье принять
его в своем скромном испанском жилище в любое время, какие разговоры. Ради
этого счастья он бросит все дела, которых у него, в сущности, и нет,  кому
он нужен, бедный старый художник, и сейчас же едет в аэропорт и садится  в
самолет. Скажем, завтра? Допустим,  в  два  часа  дня?  Если  это  устроит
конгениального композитора Хачатуряна, то он, скромный  малевальщик  Дали,
безвестный неудачник, будет весь остаток своих дней  счастлив,  совершенно
счастлив, что его ничтожная особа может представлять какой-то интерес  для
такого гиганта и светила мировой музыки.
     И потрясенный до потери пульса импресарио  передает  это  приглашение
Хачатуряну,  с  испанским  тактом  давая  понять,  что  слава   Хачатуряна
превзошла уже вовсе все мыслимые и немыслимые пределы, если сам мэтр Дали!
который способен послать куда подальше любого президента - просто так, под
настроение и для скандальной саморекламы! - так высоко ценит Хачатуряна.
     И назавтра без  трех  минут  два  лимузин  правительственного  класса
привозит Хачатуряна с импресарио,  секретарем  и  переводчицей  к  воротам
белокаменного мавританского замка Дали, с башенками,  шпилями,  зубцами  и
флажками. Привратник и охранник в ослепительных ливреях распахивают ворота
и сообщают, что хозяин уже ждет, и его пожелание  -  провести  встречу  на
интимном, семейном, можно сказать, уровне, поэтому  переводчик  не  нужен,
ведь у монсеньора Дали жена тоже русская, и машина тоже не  нужна,  потому
что монсеньор Дали распорядился отвезти гостя  после  встречи  обратно  на
своей машине. Который тут из вас синьор Хачатурян? Сделайте честь, синьор,
Предыдущая страница Следующая страница
1 2  3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 62
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (2)

Реклама