Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Machinarium |#5| The Bremen Town Musicians (1)
Machinarium |#4| Lower street
Machinarium |#3| Jail
Machinarium |#2| Pit & Boiler

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Политика - Серго Берия Весь текст 944.2 Kb

Мой отец - Лаврентий Берия

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 45 46 47 48 49 50 51  52 53 54 55 56 57 58 ... 81
масса урана-235 и получено,  по словам самого академика, ее весьма прав-
доподобное, но из-за приближенного знания ядерных констант неточное зна-
чение...
   Небезынтересны, как мне кажется, и рассуждения Юлия Борисовича о том,
что запрет на разглашение самого факта получения подобной информации был
суров. И уж кому-кому, а нашим "атомным" разведчикам должно быть особен-
но ясно, почему советские физики не обсуждали эту тему.
   Я не  собираюсь  вступать в полемику ни с академиком Харитоном,  ни с
кем-либо другим.  Но поговорить на эту тему стоит. Ведь так и не сказано
главное  -  о  роли моего отца в создании ядерного оружия.  К тому же он
умолчал о некоторых деталях своей биографии...
   Из официальных источников:
   Юлий Харитон. Академик. Трижды Герой Социалистического Труда, лауреат
Ленинской и нескольких Государственных премий.
   Родился в 1904 году в Петербурге. Окончил Ленинградский политехничес-
кий институт.  С 1921 года работал  в  Ленинградском  физико-техническом
институте под руководством академика Н.  Н.  Семенова. В 1926-1928 годах
был командирован в Кавендишскую лабораторию Э.  Резерфорда (Великобрита-
ния), где получил степень доктора философии. С 1931-го - в Институте хи-
мической физики АН СССР,  других научно-исследовательских учреждениях. В
1939-1941 годах совместно с Я.  Б. Зельдовичем впервые осуществил расчет
цепной реакции деления урана.  Основатель и глава новой школы  в  теории
взрывчатых веществ.
   Более 45 лет академик Ю. Б. Харитон возглавлял Российский федеральный
ядерный центр - ВНИИ экспериментальной физики - знаменитый Арзамас-16. В
возрасте 88 лет ушел с официальной должности и стал почетным научным ру-
ководителем важнейшего научно-исследовательского центра России.
   Один из "отцов" советской атомной бомбы.  До недавнего времени жил  и
работал в условиях строжайшей секретности, никогда не выступают в откры-
той печати. Впервые публично заявил о своем участии в реализации атомно-
го проекта в декабре 1992 года.
   В свое  время  Юлия  Борисовича  дважды пытались отстранить от работ,
связанных с созданием ядерного оружия,  и даже обвиняли в шпионаже. Были
люди, которые с самого начала не хотели, чтобы Харитон занимался научной
деятельностью.  Главный аргумент,  который использовали его  противники,
был такой - Харитон работал в Англии, а следовательно, верить такому че-
ловеку нельзя. А Юлий Борисович действительно работал в Кавендишской ла-
боратории у Э.  Резерфорда. По тем временам "компромат" достаточно серь-
езный...
   Так вот,  к этим работам Харитон был допущен по настоянию моего отца.
Я понимаю,  почему Юлий Борисович об этом не вспоминает и, поверьте, ни-
каких претензий к нему не имею.  Он замалчивает этот факт по той же при-
чине, почему не говорят всю правду и остальные. Я это понимаю...
   К счастью, тогда все обошлось, и академик Харитон продолжил работу. А
спустя несколько лет, отец к тому времени уже не имел и косвенного отно-
шения к органам безопасности, его вызвал Сталин:
   - Это материалы на Харитона... Убеждают меня, что английский шпион...
Что скажешь?
   Не берусь точно утверждать,  кто именно возглавлял тогда  госбезопас-
ность  -  Абакумов или Игнатьев,  - но "дело" было состряпано в этом ве-
домстве.  Материалы на Харитона были собраны и представлены  Сталину.  А
коль ядерный проект курировал отец, Сталин вызвал его.
   Отец хорошо помнил предыдущие попытки "убрать" Харитона и не особенно
удивился, что вновь зашел разговор о работе академика на английскую раз-
ведку.
   - Все  люди,  которые  работают над этим проектом,  - сказал отец,  -
отобраны лично мною.  Я готов отвечать за действия каждого из них. Не за
симпатии и антипатии к советскому строю, а за действия. Эти люди работа-
ют и будут честно работать над проектом, который нам поручен.
   Разговор происходил в кабинете Сталина,  дело на  академика  Харитона
лежало на столе Иосифа Виссарионовича,  и можно только догадываться, что
там было написано.
   - А насчет Харитона могу сказать следующее, - доложил отец. - Человек
это абсолютно честный,  абсолютно преданный тому делу, над которым рабо-
тает, и на подлость, уверен, никогда не пойдет. Отец изложил свое мнение
в  письменной форме и отдал бумагу Сталину.  Иосиф Виссарионович положил
ее в сейф:
   - Вот и хорошо, будешь отвечать, если что...
   - Я головой отвечаю за весь проект,  а не только за Харитона, - отве-
тил отец.
   Бумага, написанная отцом,  так и осталась у Сталина, а Харитон благо-
получно дожил до наших дней, плодотворно проработав в науке многие деся-
тилетия.
   Таких случаев, кстати, было немало, когда ученым предъявлялись вздор-
ные обвинения.  Одних подозревали в шпионаже, других во вредительстве. И
точно так же, как в случае с академиком Юлием Борисовичем Харитоном, мо-
ему отцу приходилось в письменной форме гарантировать их лояльность.
   Были случаи и посерьезней,  скажем, в 1939-1940 годах, когда отец был
наркомом внутренних дел.  Точно так же ему удалось тогда "вытащить" мно-
гих военных,  специалистов. Разумеется, ни в чем эти люди не были винов-
ны,  но те же Ворошилов, Жданов всячески препятствовали их освобождению,
потому что сами были повинны в массовых репрессиях.
   В 1936-1938 годах в результате повальных арестов страна, по сути, ли-
шилась цвета технической интеллигенции.  Туполев, Мясищев, Петляков, Ко-
ролев,  Томашевич, один из заместителей Поликарпова... Десятки и десятки
людей. А вместе с ними и их ближайшие помощники. Фактически в этот пери-
од была парализована техническая элита, занятая разработкой военной тех-
ники. Аресты охватили самолетчиков, специалистов по двигателям, танкост-
роителей.  Пострадали и те,  кто впоследствии  участвовал  в  реализации
ядерного,  ракетного проектов. Кто отправлял этих людей в тюрьмы и лаге-
ря, я уже говорил. Да и они сами хорошо об этом знали...
   Когда отец стал наркомом внутренних дел,  ему, вполне понятно, потре-
бовалось какое-то время, чтобы изменить ситуацию. Нелепо было бы утверж-
дать, что до прихода в НКВД он не знал, что творится в стране. Знал, ко-
нечно.  Знал и понимал, к чему все это ведет. Обстановка была такая, что
были обезглавлены целые научные направления.
   Конечно, проще всего сказать сегодня,  что тут же следовало выпустить
всех  репрессированных  и  тем самым восстановить и попранную справедли-
вость,  и решить возникшие проблемы.  К  сожалению,  даже  нарком  такой
властью не обладал. Лучше бы было вообще не подвергать людей арестам, но
коль так случилось до его прихода на должность главы НКВД,  отец начал в
меру сил поправлять дело. И тут же столкнулся с колоссальным сопротивле-
нием партийной бюрократии.
   Скажем, Туполева, как ни стремился, освободить он сразу не смог. Уда-
лось  это лишь тогда,  когда Туполев закончил один из проектов самолета.
Был такой самолет Ту-2.  И только потом,  через Сталина,  хотя партийная
верхушка и мешала всячески этому,  Туполева удалось освободить. Мало то-
го, конструктор и его помощники тогда же получили высокие награды, воин-
ские звания. Туполев получил генеральское звание, к примеру, а через ка-
кое-то время за второй самолет - звание Героя Социалистического Труда.
   Коль мы уже заговорили о советских ученых,  конструкторах, работавших
в оборонных отраслях, давайте проследим судьбу того же Туполева. Пример-
но такими же трагическими были и судьбы многих других  ныне  широко  из-
вестных людей.
   Так называемое "Дело Туполева" от начала до конца было выдумано. Отец
это понял.  Но было признание самого  осужденного.  Какими  способами  в
тридцать седьмом получали такие признания, известно...
   Когда мой  отец впервые вызвал его на беседу,  был потрясен.  Туполев
находился в тяжелейшем физическом и психическом состоянии.
   - Я был буквально ошеломлен тем,  что говорил Лаврентий  Павлович,  -
рассказывал мне уже позднее сам Туполев. - Откажитесь, сказал, от своего
признания Вас ведь заставили это подписать...
   И Туполев отказался. Нужны ли еще какие-то комментарии?
   По его же словам,  он просто не поверил новому наркому и расценил все
это  как  очередную провокацию НКВД.  Он уже отчаялся ждать,  что кто-то
когда-то хотя бы попытается разобраться в его судьбе. Три месяца Туполев
упорно  настаивал  на  том,  что  он понес заслуженное наказание за свои
преступления.  Окончательно,  рассказывал мне,  поверил отцу лишь тогда,
когда услышал:
   - Ну, хорошо, ну, не признавайтесь, что вы честный человек... Назови-
те мне лишь тех людей,  которые нужны вам для работы, и скажите, что вам
еще нужно.
   По приказу отца собрали всех ведущих его сотрудников, осужденных, как
и сам Туполев,  по таким же вздорным обвинениям,  и создали  более-менее
приличные условия для работы.  Жили эти люди в общежитии, хотя и под ох-
раной,  а работали с теми специалистами, которым удалось, к счастью, из-
бежать репрессий.
   Моего отца  нередко обвиняют в создании таких "шарашек"...  Но он мог
лишь добиваться освобождения этих людей,  но отменять решения  судов  не
мог.  Проходило какое-то время,  пока разбирались и принимали решение об
освобождении.  Чтобы как-то облегчить участь ученых, оказавшихся в лаге-
рях, их и собирали в такие "шарашки".
   Ни в  коей мере не собираюсь опровергать воспоминания людей,  которые
там работали после лагерей. Допускаю, что рядовые исполнители многого не
знали.  Наверняка  они искренни в своих рассказах о пережитом.  Как и те
люди,  которые с тридцать шестого,  тридцать седьмого, тридцать восьмого
годов находились в тюрьме.  Они знали фамилию нового наркома, не больше.
А позднее,  уже в пятидесятые,  был создан тот образ Берия, о котором мы
говорили...
   Туполев, Королев, Мясищев, Минц, многие другие люди, ставшие жертвами
репрессий,  рассказывали мне о роли моего отца в освобождении  советских
ученых - и ядерщиков, и авиаконструкторов, и всех остальных - и тогда, и
до моего ареста,  и позднее, когда отца уже давно не было в живых. Какая
нужда была этим людям что-то приукрашивать?
   Они считали,  что  их  спас мой отец.  Двурушничать передо мной в той
обстановке им не было никакого смысла.  Напротив,  их заставляли  давать
показания на отца...
   Они были благодарны отцу за то,  что он "вытащил" их из тюрем и лаге-
рей,  добился того,  что им были созданы условия для работы,  а затем  и
полного освобождения всех этих людей.
   Я уже говорил,  что в СССР аресты не проводились по инициативе ЧК-ОГ-
ПУ-НКВД-НКГБ-МГБ... Речь в данном случае лишь о крупных фигурах типа Ту-
полева,  Королева, Мясищева, ученых-ядерщиков и других. Жертвами репрес-
сий они становились только по инициативе или  с  санкции  Орготдела  ЦК.
По-другому не бывало.  Мы говорили о массовых арестах военных. Тухачевс-
кий,  Блюхер, Якир... Только с санкции этих людей, а главное, Ворошилова
можно было арестовать того или иного военного. Многие из тех, кто стано-
вился соучастником преступлений против честных людей,  впоследствии сами
попали под каток репрессий.
   Так было и с учеными.  Возьмите любое "дело" тех лет. В каждом непре-
менно найдете визу наркома,  другого ответственного  работника.  Скажем,
если ученый был из Наркомата авиационной промышленности,  резолюцию нак-
ладывал нарком этой отрасли.  Знаю, что единственным человеком, не зави-
зировавшим своей подписью ни один подобный документ,  был Серго Орджони-
кидзе, чего не могу сказать о многих из тех, кого мы сегодня считаем не-
винными жертвами. Как ни горько, но даже Сергей Миронович Киров, если уж
быть до конца объективным,  давал согласия на аресты того или иного дея-
теля. Этот человек никогда не был сторонником репрессий, но что было, то
было...
   Почему он так иногда поступал, разговор особый. А вот Орджоникидзе не
оставил после себя ни одного такого документа. В архивах наверняка долж-
ны сохраниться другие документы,  где он категорически возражает  против
арестов.  Пусть эти специалисты не любят Советскую власть, говорил Серго
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 45 46 47 48 49 50 51  52 53 54 55 56 57 58 ... 81
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (4)

Реклама