Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Aliens Vs Predator |#9| Unidentified xenomorph
Aliens Vs Predator |#8| Tequila Rescue
Aliens Vs Predator |#7| Fighting vs Predator
Aliens Vs Predator |#6| We walk through the tunnels

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
История - Исаак Бабель Весь текст 202.88 Kb

Рассказы

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 8 9 10 11 12 13 14  15 16 17 18
глаза лукавых  китаянок.  Живот  Каплуна  лежал  на  столе  под
солнцем,  и  солнце  ничего  не  могло с ним поделать. Но потом
бакалейщик увидел Грача в парусовой бурке и побледнел.
     - Добрый день, мосье Грач, - сказал он  и  отодвинулся,  -
Голубчик  предупредил  меня,  что вы будете, и я приготовил для
вас фунтик чаю, что это редкость...
     И он заговорил о новом сорте чаю, привезенном в Одессу  на
голландских  пароходах.  Грач  слушал  его  терпеливо; но потом
прервал, потому что он был простой человек без хитростей.
     - Я простой человек без хитростей, -  сказал  Фроим,  -  я
нахожусь  при моих конях и занимаюсь моим занятием. Я даю новое
белье за Баськой и пару старых грошей, и я сам есть за Баськой,
кому этого мало - пусть тот горит огнем...
     - Зачем нам  гореть?  -  ответил  Каплун  скороговоркой  и
погладил  руку ломового извозчика, - не надо такие слова, мосье
Грач, ведь вы же у нас человек, который  может  помочь  другому
человеку,  и, между прочим, вы можете обидеть другого человека,
а то, что вы не краковский раввин, так  я  тоже  не  стоял  под
венцом  с  племянницей Мозеса Монтефиоре, но... но мадам Каплун
есть у нас мадам Каплун, грандиозная дама, у которой сам бог не
узнает, чего она хочет...
     - А  я  знаю,  -  прервал   лавочника   Грач   с   ужасным
спокойствием,  -  я знаю, что Соломончик хочет Баську, но мадам
Каплун не хочет меня.
     - Да, я не хочу вас,  -  прокричала  тогда  мадам  Каплун,
подслушивавшая у дверей, и она взошла в стеклянную пристроечку,
вся  пылая,  с  волнующейся  грудью, - я не хочу вас, Грач, как
человек не хочет смерти; я не хочу вас, как  невеста  не  хочет
прыщей  на  голове.  Не забывайте, что покойный дедушка наш был
бакалейщик,  покойный  папаша  был  бакалейщик,  и  мы   должны
держаться нашей бранжи.
     - Держитесь  вашей  бранжи,  - ответил Грач пылающей мадам
Каплун и ушел к себе домой.
     Там ждала его Баська, разодетая  в  оранжевое  платье,  но
старик,  не посмотрев на нее, разостлал кожух под телегами, лег
спать и  спал  до  тех  пор,  пока  могучая  Баськина  рука  не
выбросила его из-под телеги.
     - Рыжий  вор,  -  сказала девушка шопотом, непохожим на ее
шопот, - отчего должна я переносить биндюжницкие ваши манеры, и
отчего вы молчите как пень, рыжий вор?..
     - Баська, - произнес тогда Грач с ужасным спокойствием,  -
Соломончик  тебя  хочет,  но  мадам Каплун не хочет меня... Там
ищут бакалейщика...
     И, поправив кожух, старик снова полез под телеги, а Баська
исчезла со двора?..
     Все это случилось в субботу, в нерабочий  день.  Пурпурный
глаз  заката,  обшаривая  землю,  наткнулся  вечером  на Грача,
храпевшего под  своим  биндютом.  Стремительный  луч  уперся  в
спящего  с пламенной укоризной и вывел его на Дальницкую улицу,
пылившую и блестевшую, как зеленая рожь на  ветру.  Татары  шли
вверх  по  Дальницкой,  татары  и  турки со своими муллами. Они
возвращались с богомолья из Мекки к себе домой  в  Оренбургские
степи  и в Закавказье. Пароход привез их в Одессу, и они шли из
порта на постоялый двор Любки Шнейвейс, прозванной Любка Козак.
Полосатые несгибаемые халаты  стояли  на  татарах  и  затопляли
мостовую бронзовым потом пустыни. Белые полотенца были замотаны
вокруг  их  фесок,  и  это  обозначало человека, поклонившегося
праху пророка.  Богомольцы  дошли  до  угла,  они  повернули  к
Любкиному  двору,  но  не смогли там пройти, потому что у ворот
собралось множество людей. Любка Шнейвейс, с кошелем  на  боку,
била  пьяного мужика и толкала его на мостовую. Она била сжатым
кулаком по лицу, как  в  бубен,  и  другой  рукой  поддерживала
мужика,  чтобы он не отваливался. Струйки крови ползли у мужика
между зубами и возле уха, он был задумчив и смотрел  на  Любку,
как  на чужого человека, потом он упал на камни и заснул. Тогда
Любка толкнула его ногой и вернулась к себе в лавку. Ее  сторож
Евзель  закрыл  за  нею  ворота  и  помахал рукой Фроиму Грачу,
проходившему мимо.
     - Почтение, Грач, - сказал он, - если  хотите  чего-нибудь
наблюдать  из  жизни,  то  зайдите  к  нам на двор, есть с чего
посмеяться...
     И сторож повел  Грача  к  стене,  где  сидели  богомольцы,
прибывшие накануне. Старый турок в зеленой чалме, старый турок,
зеленый  и  легкий,  как  лист,  лежал  на земле. Он был покрыт
жемчужным потом, он трудно дышал и ворочал глазами.
     - Вот, - сказал Евзель,  и  поправил  медаль  на  истертом
своем  пиджаке,  -  вот  вам жизненная драма из оперы "Турецкая
хвороба". Он кончается, старичек,  но  к  нему  нельзя  позвать
доктора,  потому что кто кончается по дороге от бога Мухамеда к
себе домой, тот считается у них первый  счастливец  и  богач...
Халваш,  -  закричал  Евзель умирающему и захохотал, - вот идет
доктор лечить тебя...
     Турок посмотрел на сторожа с детским страхом и  ненавистью
и  отвернулся.  Тогда  Евзель,  довольный собою, повел Грача на
противоположную сторону двора  к  винному  погребу.  В  погребе
горели  уже  лампы,  и  играла  музыка. Старые евреи с грязными
бородами играли румынские и еврейские песни. Мендель  Крик  пил
за  столом  вино  из  зеленого стакана и рассказывал о том, как
искалечили его собственные сыновья -  старший  Беня  и  младший
Левка.  Он  орал  свою  историю  хриплым  и  страшным  голосом,
показывал размолотые свои зубы и давал щупать раны  на  животе.
Волынские  цадики  с  фарфоровыми лицами стояли за его стулом и
слушали в оцепенении неслыханную похвальбу Менделя  Крика.  Они
удивлялись всему, что слышали, и Грач презирал их за это.
     - Старый  хвастун,  -  пробормотал  он о Менделе и заказал
себе вина.
     Потом Фроим подозвал  к  себе  хозяйку  Любку  Козак.  Она
сквернословила у дверей и пила водку стоя.
     - Говори,  -  крикнула  она  Фроиму  и в бешенстве скосила
глаза.
     - Мадам Любка, - ответил ей Фроим и усадил рядом с  собой,
- вы  умная  женщина,  и я пришел до вас, как до родной мамы. Я
надеюсь на вас, мадам Любка, сначала на бога, потом на вас...
     - Говори, - закричала Любка, побежала по всему  погребу  и
потом вернулась на свое место.
     И Грач сказал:
     - В колониях, - сказал он, - немцы имеют богатый урожай на
пшеницу,  а  в  Константинополе бакалея идет за половину даром.
Пуд маслин покупают в Константинополе за три рубля,  а  продают
их  здесь  по  тридцать  копеек  за  фунт... Бакалейщикам стало
хорошо, мадам Любка, бакалейщики гуляют очень  жирные,  и  если
подойти  к  ним  с деликатными руками, так человек мог бы стать
счастливым... Но я остался один в моей  работе,  покойник  Лева
Бык  умер,  мне  нет  помощи, ниоткуда и вот я один, как бывает
один бог на небе...
     - Беня Крик, - сказала тогда Любка, - ты пробовал  его  на
Тартаковском, чем плох тебе Беня Крик?
     - Беня  Крик,  -  повторил  Грач, полный удивления, - и он
холостой, мне сдается?..
     - Он холостой, - сказала Любка, - окрути  его  с  Баськой,
дай ему денег, выведи его в люди...
     - Беня  Крик, - повторил старик, как эхо, как дальнее эхо,
- я не подумал об нем.
     Он встал, бормоча и заикаясь,  Любка  побежала  вперед,  и
Фроим  поплелся  за  нею следом. Они прошли двор и поднялись во
второй этаж. Там, во втором этаже, жили женщины, которых  Любка
держала для приезжающих.
     - Наш  жених  у  Катюши,  - сказала Любка Грачу, - подожди
меня в коридоре, - и она прошла в  крайнюю  комнату,  где  Беня
Крик лежал с женщиной, по имени Катюша.
     - Довольно  слюни  пускать,  -  сказала  хозяйка  молодому
человеку, - сначала надо  пристроиться  к  какому-нибудь  делу,
Бенчик, и потом можно слюни пускать... Фроим Грач ищет тебя. Он
ищет человека для работы и не может найти его...
     И  она  рассказала  все,  что  знала  о  Баське  и о делах
одноглазого Грача.
     - Я  подумаю,  -  ответил  ей  Беня,  закрывая   простыней
Катюшины голые ноги, - я подумаю, пусть старик обождет меня...
     - Обожди  его,  -  сказала  Любка  Фроиму,  оставшемуся  в
коридоре, - обожди его, он подумает...
     Хозяйка  придвинула  стул  Фроиму,  и  он   погрузился   в
безмерное  ожидание. Он ждал терпеливо, как мужик в канцелярии.
За стеной стонала Катюша и заливалась смехом. Старик  продремал
два  часа  у  запертой  двери,  два часа и, может быть, больше.
Вечер давно уже стал ночью, небо почернело, и млечные его  пути
исполнились золота, блеска и прохлады. Любкин погреб был закрыт
уже,  пьяницы валялись во дворе, как сломанная мебель, и старый
мулла в зеленой чалме умер к полуночи. Потом  музыка  пришла  с
моря,  валторны  и трубы с английских кораблей, музыка пришла с
моря и стихла, но Катюша обстоятельная Катюша, все еще накаляла
для Бени Крика свой расписной, свой русский и румяный рай.  Она
стонала  за  стеной  и заливалась смехом, старый Фроим сидел не
двигаясь у ее дверей, он ждал до часу ночи и потом постучал.
     - Человек, - сказал он, - неужели ты смеешься надо мной?
     Тогда Беня открыл, наконец, дверь Катюшиной комнаты.
     - Мосье Грач, - сказал он, конфузясь,  сияя  и  закрываясь
простыней, - когда мы молодые, так мы думаем на женщин, что это
товар,  но  это  же  всего  только  солома, которая горит ни от
чего...
     И,  одевшись,  он  поправил  Катюшину  постель,  взбил  ее
подушки  и  вышел  со  стариком  на  улицу. Гуляя, дошли они до
русского кладбища и там,  у  кладбища,  сошлись  интересы  Бени
Крика и кривого Грача, прославленного налетчика. Они сошлись на
том, что Баська приносит своему будущему мужу три тысячи рублей
приданого, две кровных лошади и жемчужное ожерелье. Они сошлись
еще  на том, что Каплун обязан уплатить две тысячи рублей Бене,
Баськиному жениху. Он был повинен в семейной гордости -  Каплун
с  Привозной  площади,  он  разбогател  на  константинопольских
маслинах, он не пощадил первой Баськиной любви, и поэтому  Беня
Крик  решил взять на себя задачу получения с Каплуна двух тысяч
рублей.
     - Я возьму это на  себя,  папаша,  -  сказал  он  будущему
своему   тестю,   -   бог   поможет  нам,  и  мы  накажем  всех
бакалейщиков...
     Это было сказано на рассвете, когда ночь прошла уже, и вот
тут начинается новая история, история  падения  дома  Каплунов,
повесть о медленной его гибели, о поджогах и ночной стрельбе. И
все  это - судьба высокомерного Каплуна и судьба девушки Баськи
- решилось в ту ночь, когда ее отец и внезапный ее жених гуляли
вдоль русского кладбища. Парни тащили тогда девушек за ограды и
поцелуи раздавались на могильных плитах.


     Исаак Бабель.
     Рассказы


     СТАРАТЕЛЬНАЯ ЖЕНЩИНА

     Три махновца - Гнилошкуров  и  еще  двое  -  условились  с
женщиной   об   любовных  услугах.  За  два  фунта  сахару  она
согласилась  принять  троих,  но  на  третьем  не  выдержала  и
закружилась   по   комнате.   Женщина   выбежала   во   двор  и
повстречалась во дворе с Махно. Он  перетянул  ее  арапником  и
рассек верхнюю губу, досталось и Гнилошкурову.
     Это  случилось  утром  в девятом часу, потом прошел день в
хлопотах, и вот ночь и  идет  дождь,  мелкий  дождь,  шепчущий,
неодолимый.  Он  шуршит  за  стеной,  передо  мной в окне висит
единственная звезда. Каменка  потонула  во  мгле;  живое  гетто
налито  живой  тьмой,  и в нем идет неумолимая возня махновцев.
Чей-то конь ржет тонко,  как  тоскующая  женщина,  за  околицей
скрипят  бессонные  тачанки,  и  канонада  затихая укладывается
спать на черной, на мокрой земле.
     И только на далекой улице пылает  окно  атамана.  Ликующим
прожектором  взрезывает  оно  нищету  осенней  ночи и трепещет,
залитое дождем. Там, в штабе батько, играет духовой  оркестр  в
честь  Антонины Васильевны, сестры милосердия, ночующей у Махно
в первый раз. Меланхолические густые трубы гудят все сильнее, и
партизаны, сбившись под  моим  окном,  слушают  громовой  напев
старинных  маршей. Их трое сидит под моим окном - Гнилошкуров с
товарищами,  потом  Кикин  подкатывается  к   ним,   бесноватый
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 8 9 10 11 12 13 14  15 16 17 18
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама