Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Фэнтези - Борис Штерн Весь текст 288.6 Kb

Записки динозавра

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 7 8 9 10 11 12 13  14 15 16 17 18 19 20 ... 25
передумал, вернулся. В своей короткой искусственной шубе он похож на
пугало - старая шуба на палке. Он причитает:
  - Что с вами случилось, что с вами случилось? Я так волновался, я так
волновался!
  Все, приехали.


         25

  Выбираемся из "ЗИМа", и, пока Владислав Николаевич объясняет Татьяне,
"как он переволновался", я тихо, но решительно требую у марсианина:
  - Наган!
  Космонавт, поколебавшись, отдает мне наган. Я прячу наган в пальто.
  - Патроны!
  - Я их выбросил, - отвечает Космонавт. - Я же предупредил: пока я с
вами, умереть не дам.
  Что ему ответить? Я делаю вид, что очень недоволен, хотя я ловко его
провел: во-первых, у меня в запасе последний патрончик; а во-вторых,
насчет "умереть не дам" - это дело можно прекрасно обделать и без всяких
наганов.
  Татьяна в генеральской шинели уходит в гостиницу с моим паспортом
устраивать меня в мою старую комнату, Владислав Николаевич, как хвост,
плетется за ней, а марсианин опять заглядывает мне в глаза.
  - Умойтесь снегом, - советует он.
  Моя левая щека сладка от торта, на правой горит царапина от
генеральского погона, а борода пахнет рыбой. Сгребаю снег с елки и
умываюсь. Они что-то задумали, но я настороже. Наверно, хотят заточить
меня в гостинице и не пустить в Дом ученых на благотворительный вечер со
"Звездными войнами".
  Ну, это мы еще посмотрим!
  Какой все-таки суетливый этот Владислав Николаевич Бессмертный! Он
припустился было за Татьяной, но передумал и вернулся к нам. Мы стоим у
входа в гостиницу и почему-то молчим. Владик чем-то недоволен... Ага, он
недоволен присутствием марсианина и смотрит поверх его фуражки,
гипнотизируя громадную гофрированную сосульку, свисающую с крыши
гостиницы. Владик очень сердит. Льдина, не выдержав его взгляда,
срывается, летит вниз и с глухим гулом разбивается у наших ног, больно
обдав нас ледяными осколками. Лучше отойти к елке от греха подальше - с
крыши свисает еще одна сосулька, покруче; и Владик переводит взгляд на
нее.
  Вот оно что: он ревнует Татьяну к генеральской шинели! Он
почувствовал соперника и вместо того, чтобы улететь в больницу на
персональном "ЯКе", потребовал вертолет и отправился на поиски моего
черного "ЗИМа". Это поступок. Хвалю. Вообще, поступки Владислава
Николаевича Бессмертного отличаются особым целенаправленным сумбуром -
если он втемяшит что-нибудь в голову, то, стесняясь, извиняясь,
возвращаясь и переспрашивая, доведет дело до конца. Я до сих пор с
удивлением вспоминаю новогоднее утро середины прошлого века, когда мы с
ним познакомились, - это сумбурное событие достойно занять скромное место
в истории отечественной науки. В тот год Владик проходил срочную службу на
берегу Финского залива и в предновогодний вечер, моя полы в полковом
штабе, снял трубку штабного телефона, чтобы позвонить в Ленинград и
поздравить с Новым годом свою любимую детдомовскую воспитательницу. Заодно
он попросил у нее домашний адрес ее неуловимого родственника академика
Невеселова, которому Владик из армии отправил письмо в Академию наук, но
не получил ответа.
  Мой адрес по тем временам составлял военную тайну, но и Владику и мне
повезло: я как раз находился в Ленинграде и перевязывал оставшиеся в живых
блокадные книги жены, чтобы забрать их с собой в Кузьминки. В этот момент
сестра жены сообщила, что со мной желает говорить ее лучший воспитанник -
"тот самый, Бессмертный, помнишь, я тебе о нем рассказывала", который
летом срезался на химическом факультете, потому что, кроме гениального
знания химии, никаких других способностей не обнаружил.
  Я боязливо взял трубку, и Владик, заикаясь от смущения, принялся
излагать все, что он думает о небольшом отклонении графика
постоянной-дельта в моей теории слабого сигма-взаимодействия. Я ничего не
мог разобрать, пока он прямым текстом не выдал по телефону формулу
компоненты-зет, которую моя лаборатория безуспешно искала более полугода.
Я усмотрел в этом новогоднем звонке самую настоящую дьявольщину - после
полугодичной бессонницы мне надо было сбежать из Кузьминок в Ленинград,
чтобы в виде новогоднего подарка услышать от какого-то бессмертного салаги
с Финского залива простое и абсолютное решение проблемы!
  Я тут же приказал Владику заткнуться! Враг подслушивает!
  Я тут же приказал: сейчас же, ночью, немедленно прибыть в Ленинград
на квартиру учительницы!
  Конечно, я не сообразил, что для молодого воина подобные передвижения
в пространстве-времени весьма затруднительны. Конечно, мне надо было
самому приехать к нему в воинскую часть на своем "ЗИМе"...
  Дальнейшие события развивались стремительно. Перепуганный от счастья
Владик бросился за увольнительной к отцам-командирам, но в новогоднюю ночь
никого из них не обнаружил, кроме сундука-старшины, заставившего Владика
мыть полы в штабе. Владик упал старшине в ноги и доложил, что
отечественная наука понесет невосполнимую утрату, если он, рядовой
Бессмертный, не встретится завтра утром с академиком Невеселовым.
  К счастью, старшина оказался хомо сапиенсом сапиенсом. Он ответил:
  - Вот что, Кащей Бессмертный... Мне так не нравится твоя фамилия, и
подтянуться на перекладине ты ни разу, а выдать тебе увольнительную за сто
километров от части я не имею права. Но я закрою глаза на твою самоволку.
Если все обойдется, помоешь два раза полы в казарме. Рискни для науки. Но
помни, что в Питере есть две гауптвахты. На первой висит мемориальная
доска: "Здесь сидел великий русский поэт Михаил Юрьевич Лермонтов", на
второй: "Здесь сидел великий советский летчик Валерий Павлович Чкалов".
Если нарвешься на патруль, то судить тебя будут как дезертира, и пусть эти
надписи тебя утешат. Рискнешь? Орел! По Питеру ходи переулками, на Невском
не появляйся, а пива - ни-ни! Я дал бы тебе переодеться в цивильное, да у
самого нету.
  Владик выслушал наставления старшины, перемахнул через забор и на
первом же продуваемом товарняке прибыл на Балтийский вокзал. Стояла
середина двадцатого века. Патрули и трамваи еще спали в эту новогоднюю
рань. Полуобмороженный Владик пешком добрался до улицы Победы, поднял меня
с постели, и мы три часа беседовали на кухне о состоянии дел в химической
науке. Сестра кормила его тушенкой, а я отпаивал чаем из серебряного
подстаканника; Владик же ни словом не обмолвился о своих намечающихся
особых отношениях с великим русским поэтом и великим советским летчиком, и
поэтому я не догадался отвезти его на "ЗИМе" в воинскую часть. Напоследок
я твердо пообещал провести через Министерство обороны приказ о его
переводе в мою лабораторию и налил Владику на коня стопку коньяка, чтобы
он окончательно не замерз на обратном пути. Счастливый Владик ушел
навстречу неизвестности, а я заторопился в Кузьминки, где ошеломил своих
сотрудников компонентой Бессмертного (с тех пор, естественно, сия
компонента носит его имя, а иностранцы язык ломают).
  Из Кузьминок я позвонил академику Эн.
  Тот сказал: "Умереть не дадут спокойно", позвонил куда-надо и
потребовал выдачи в мое распоряжение рядового Бессмертного. Его два раза
переспросили: "Какого-какого?"... А еще через день позвонили в Кузьминки и
доверительно объяснили мне, что молодой советский рядовой гений
Бессмертный таинственно исчез под Новый год из расположения родной
воинской части, что его вот уже четвертый день не могут найти у известных
девиц в окрестных селах, и что в исчезновении Бессмертного подозреваются
козни нескольких иностранных разведок, а меня просят не сообщать об этом
академика Эн.
  Как бы не так!
  Я тут же опять позвонил академику Эн. Тот ударил тростью по столу,
взбешенный всей этой шпиономанией, и тут такое началось!
  Не знаю, может быть Владик мне потом врал, зато врал красиво: будто
бы усиленная опергруппа Министерства обороны прибыла на Финский залив с
жутким намерением взломать лед, тело найти, а Владикино начальство
разжаловать в рядовые; будто бы его матрац дали понюхать какому-то
сверх-Джульбарсу - и пес в точности повторил весь путь рядового
Бессмертного от воинского забора до дверей детдомовской воспитательницы, а
потом от ее дома до Невского проспекта, где Бессмертного пять дней назад
арестовал патруль. (Мне не следовало давать ему стопку на коня - конь не
выдержал. После нашей беседы Владик шагал по Ленинграду, как пьяный, и
таки забрел на проспект). На Невском овчарка сорвалась с поводка и
прямиком примчалась к старой питерской гауптвахте, где когда-то сидел
Михаил Юрьевич Лермонтов, а сейчас в ожидании трибунала страдал от острого
приступа радикулита Владислав Николаевич Бессмертный.
  Иногда мне кажется, что эти и другие события происходили во сне или
на киноэкране. Будто наши роли исполняли артисты, а меня и Владика в
помине не было. Мне кажется, что мне всю жизнь было под сто лет, и я уже
не представляю себя другим, а Владислав Николаевич был всегда при мне
любимым учеником и директором этого учреждения.
  Таким вот образом.


         26

  Мы продолжаем молчать. В гостиницу никто не уходит. Владислав
Николаевич ревнует Татьяну к марсианину, а тому без шинели в конце зимы
совсем не жарко, но и он не уходит. Мотаю на ус: появился третий
претендент в женихи.
  - Идите в гостиницу, - советую я ему. - А я еще подышу воздухом.
  Нет, не уходит... Похоже, он меня телохраняет. Они в самом деле
что-то задумали.
  А вот и наши подъезжают, израненные, но победоносные!
  Впереди пожарная машина тащит на буксире наш искалеченный, но полный
рыбы автобус. За ними в автобусе Центрального телевидения везут моих
натерпевшихся страху сотрудников, а кавалькаду замыкает "скорая помощь".
Милицейский "жигуленок" и Олин "Запорожец" пожарники, наверно, спихнули с
дороги, и там, на обочине, они еще долго будут устрашать своим видом
путников и странников.
  В общем, зрелище.
  Очередь за валенками обернулась и разглядывает загадку: без окон, без
дверей, переполнен карасей. Свежую рыбу привезли. Значит, сегодня вечером
все Кузьминки пропахнут жареной рыбой. Из окна ресторана выглядывают
жующие вертолетчики. В дверях гостиницы появляется Татьяна с моим
паспортом... Если я промедлю, то за меня сейчас возьмутся - запрут в
гостинице и начнут лечить. Внимание Космонавта отвлечено, он не ожидает от
меня подвоха.
  - Слушай, Владик... - я дергаю за рукав Владислава Николаевича,
который гипнотизирует вторую сосульку. - Ты с этими фокусами поосторожней.
Лучше скажи, нас чаем напоят в твоем Доме ученых?
  - Во-первых, это ваш Дом ученых, - Владислав Николаевич с трудом
отводит взгляд и размышляет. - Во-вторых, пусть попробуют не напоить!
  - Тогда, в-третьих, поехали! А этих - к черту!
  Я подталкиваю Владислава Николаевича к "ЗИМу", мы быстренько садимся,
Павлик трогает и проезжает мимо растерявшихся Татьяны и марсианина. А
пусть не зевают! Ехать тут недолго, минут десять, прямо вверх по
Академическому спуску. Обойдемся без телохранителей.
  - Юрий Васильевич, вы из чего чай собираетесь пить? - продолжает
чайную тему Владислав Николаевич.
  - Да хоть из кружки.
  - А где же ваш третий подстаканник?
  - Пропал. Давно. Еще до запуска первого спутника.
  - Или украли, - вздыхает Владислав Николаевич. - Жаль, серебряный
все-таки.
  - Точно, украли! - со злостью вмешивается Павлик. У него задумчивый
вид. Ему хочется выговорить свои дорожные впечатления, но ураганы и смерчи
как-то не входили раньше в круг его непосредственных интересов, и он не
знает, как к этой теме подступиться. Зато воровство серебряных
подстаканников Павлику предельно понятно.
  - Такой подстаканник потянул бы сейчас рублей на триста... Да за
такие штуки надо морду бить!
  - Согласен, - кивает Владислав Николаевич. - Это я украл
подстаканник. На счастье. Еще тогда, в клинике... От злости, что вас
выписали раньше меня.
  - Тогда это называется не "украли", а "одолжили", - делает поправку
Павлик. - "На счастье" - это совсем другое дело.
  - А ты мне грехи не отпускай. Украл - значит, украл.
  - А помогло? - интересуюсь я, разглядывая почерневшее серебро. -
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 7 8 9 10 11 12 13  14 15 16 17 18 19 20 ... 25
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама