Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
SCP-081: Spontaneous combustion virus
SCP-381: Pyrotechnic polyphony
Почему нет обещанного видео
Aliens Vs Predator |#6|

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Научная фантастика - Евгений Филенко Весь текст 188.52 Kb

Рассказы

Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4  5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 17
     - Простите, что вмешиваюсь  не  в  свое  дело,  -  деликатно  заметил
когитр. - Но  информация  не  указывает  на  какого-либо  рода  опасности,
достойные применения против них оружия...
     - Возможно, исследователи не имели времени, чтобы  их  обнаружить,  -
обрезала Дорис.
     - Вполне логично, - с поспешностью согласился  когитр,  хотя  женщине
почудилось, будто в  его  голосе  проскользнул  почти  неуловимый  оттенок
иронии.



                                    10

     Эйнола ступила на мелкий вязкий песок, будто на вражескую территорию.
     На каждом шагу она  озиралась,  и  ствол  фогратора  следовал  за  ее
взглядом. Планета встречала гостью безразличным  молчанием.  Ни  малейшего
движения воздуха. Ни единого  всплеска  на  гладкой,  будто  отшлифованный
бриллиант, поверхности вод. Только шорох песка, ссыпающегося в  углубления
следов. "Наверное, я выгляжу нелепо, - подумала Дорис. - Но в чужих  мирах
предосторожность редко бывает излишней."
     Вскоре она вынуждена была признаться себе, что последнее  соображение
все сильнее кажется ей чисто умозрительным. Здесь не было ничего, несущего
угрозу.
     Испытывая внутреннее борение, Эйнола откинула светофильтр,  а  затем,
поколебавшись,  и  забрало.  Сначала  лица  ее  коснулся  теплый,  свежий,
невзирая на безветрие, воздух. А затем пришло  прохладное  дыхание  озера.
Чистого розового озера, что могло бы лизнуть носки ее сапог,  если  бы  на
его поверхности вдруг возникла хоть небольшая  рябь.  "Опасностей  нет,  -
вспомнила Дорис. - Только "эффект зизезап". О котором никто не говорит как
об опасности..." Она перекинула фогратор за спину и медленно опустилась на
песок.
     Сидеть в скафандре высшей защиты было весьма неловко. Функция  такого
снаряжения - обеспечивать безопасность владельца, а отнюдь не заботиться о
его комфорте в условиях отсутствия внешней угрозы... Через  пару  минут  у
Дорис затекли колени, а еще немного погодя онемела спина. В то же время ей
непонятно отчего  не  хотелось  возвращаться  на  корабль,  к  оставшемуся
невыключенным  мемографу,  к  наполнявшим  его  полезным  соображениям   о
недопущении впредь летных происшествий.
     Эйнола разгерметизировала скафандр и  неспешно  освободилась  из  его
оков. Теперь он валялся рядом, будто доспехи  древнего  рыцаря:  такой  же
громоздкий, такой же пустой и  такой  же  неуместный,  когда  нет  речи  о
турнирах и никому не угрожают огнедышащие драконы.
     Дорис даже не глядела в его сторону. Она  сбросила  заодно  и  легкое
белое трико, в котором путешествовала, и вообще все, что на  ней  было,  и
теперь сидела голышом на теплом песочке, обхватив колени руками.  Она  уже
не беспокоилась  о  том,  что  кто-то  накинется  на  нее  из  злокозненно
обустроенной засады. Впрочем, дотянуться до фогратора ей не  составило  бы
никакого труда...
     "Почему здесь никто не живет? -  думала  она,  жмурясь  от  солнышка,
будто разнеженная кошка. - Можно было бы  прямо  тут  выстроить  небольшой
домик, хижину. Два этажа. Разбить палисадник. Вряд ли на  песке  возьмется
расти что-нибудь, кроме  нелепого  саксаула.  Взять  и  привезти  с  Земли
кубогектар чернозема. И тогда здесь будет  оазис.  С  яблонями  и  грушами
вместо пальм. Впрочем, пальмы тоже можно посадить. Воды  вдосталь.  Вопрос
только, придется ли  она  по  вкусу  нашим  деревьям.  Но  даже  если  они
откажутся от нее в чистом виде, походный синтезатор в единый  миг  обратит
ее в то, что привычно их метаболизму. Будут сложности с поливкой. Но  есть
два выхода: заказать оросительную  робосистему,  чтобы  она  без  людского
присмотра заботилась о растительности. Либо раздобыть коромысло  и  носить
воду в старинных лубяных ведрах, как века тому назад.  И  еще  неизвестно,
что предпочтительнее. Развести с десяток  овец,  пару  коров.  Обязательно
понадобится лошадь. Нет, конечно же, на заднем дворе либо в пристрое будет
стоять небольшой двухместный гравитр. Но  это  на  самый  крайний  случай,
когда непременно понадобится в течение часа пересечь полпланеты. И вряд ли
такой случай приключится... Во всех же иных ситуациях лошадь как транспорт
подойдет идеально. Я никогда не пробовала ездить верхом, поэтому на первое
время потребуется маленькая тележка. Двуколка. Почему двухместный гравитр,
двуколка? Но я же не собираюсь жить здесь одна. Будет кто-то еще.  Второй.
Но кто? Мне тридцать лет, и я ни на  секунду  не  представляла  себе,  что
рядом со мной  окажется  этот  самый  "второй".  Чужой  человек,  который,
говорят, со временем становится ближе всех родных. Вот  этого-то  я  и  не
могла никогда себе вообразить. И сейчас не могу. Но,  наверное,  смогу  же
когда-то!..  А  если  это  произойдет?  Значит,  будет  нужен  отнюдь   не
двухместный транспорт. Трехместный. Или  четырех.  А  может  быть,  шести?
Десяти? Нет, не то странно, что до сих пор  об  этой  планете  знают  лишь
когитры, в чьей памяти собраны атласы и каталоги. А  то  странно,  что  я,
дожив до тридцати лет, так до конца и не ощутила себя женщиной..."
     Дорис рассердилась на себя. И за эти непрошенные, непривычные  мысли,
которые так способны помешать работе. И за то, что они почти  не  посещали
ее прежде. Досадливо кусая губы, она встала и приблизилась к воде. К этому
огромному колдовскому зеркалу,  которое  отражало  все  в  розовом  свете,
потому что и было розовым. Вошла  в  него  по  щиколотку,  зябко  поджимая
пальцы ног.
     Оттуда на нее глядела прекрасная молодая женщина.
     На сменного диспетчера  галактической  базы  "Гончий  Пес",  человека
серьезного, обладающего исключительными деловыми качествами, ни с того  ни
с сего напало дурашливое настроение.
     - Как, разве вам не нравятся эти ноги? -  пораженно  спросила  Дорис,
мысленно обращаясь к этому  несуществующему  "второму".  -  Да,  не  самые
длинные, не растут  прямо  из-под  мышек,  но  вполне  стройные...  Бедра,
конечно, чуть полноваты, только портит ли это общее впечатление?  И  талия
вовсе не самая тонкая в мире, но стану ли  я  из-за  этого  переживать?  И
станете ли вы? Она - там, где ей и  полагается  быть,  отчетливо  и  мягко
очерченная. Конечно, я могу втягивать живот и тянуться на  цыпочки,  чтобы
казаться более изящной и утонченной, но никогда не стану этого  делать.  -
Она тут же приподнялась на носочки и окинула  свое  отражение  оценивающим
взглядом. Нет, все же лишняя пара дюймов роста не помешала бы... - Я  буду
такой, какая есть, - упрямо сказала Дорис. -  Разве  не  кажется  вам  мой
живот  чашей  из  бесценного  белого  фарфора,  по  сравнению  с   которым
мейсенский выглядит грубой неолитической глиной?  А  как  вам  моя  грудь?
Почти идеальной формы... чуточку пышнее, чем подразумевает  этот  ни  разу
никем в глаза не виданный идеал. А плечи, которые так удобно обнимать? Вот
сюда, в изгиб шеи, чуть ниже завитка волос, можно целовать. Когда-нибудь я
позволю вам это. И многое  другое.  Пока  вы  можете  об  этом  помечтать.
Когда-нибудь...
     Дорис воровато огляделась - в самом деле,  не  наблюдает  ли  за  ней
кто-нибудь исподтишка, не  застигнет  ли  ее  за  столь  неподобающим  для
сменного диспетчера занятием, как самолюбование. Но нет -  она  продолжала
оставаться одна, если не считать неодушевленный когитр на борту корабля  в
полутора десятках шагов отсюда, с которым при желании  можно  поддерживать
беседу на любую тему, но бесполезно  ждать  хоть  какого-то  неподдельного
интереса к самой личности собеседника. Эйнола поймала  себя  на  том,  что
даже  слегка  сожалеет  об  отсутствии  посторонних  глаз.   Конечно   же,
естественно, разумеется, возник бы чудовищный скандал, много шума и крика,
возможно - визга, обвинений  и  упреков.  Но  хотя  бы  кто-нибудь,  пусть
незаслуженно, не вовремя, да прикоснулся взглядом к ее красоте...



                                    11

     - Хватит!
     Дорис  ткнула  носком  собственное  отражение,  и   розовое   зеркало
рассыпалось мелкими холодными брызгами. Наваждение сгинуло. Осколки тут же
склеились воедино, и опять на нее из  воды  взглянула  нерожденная  покуда
Афродита озерная...  Эйнола,  разозлясь,  погнала  прочь  от  берега  этот
призрак, тесня его и все глубже заходя в озеро. Отталкивала его  от  себя,
била  кулаками,  снова  и  снова  обращала  в  невнятную  бликующую  рябь.
Отражение понемногу уступало. Вот  от  него  осталась  половина,  вот  уже
треть, вот уже одно только застывшее злое лицо. Вот и нет его.
     Нога на мгновение утратила опору, подвернулась,  и  Дорис,  не  успев
даже ойкнуть, с головой ушла под воду. В глазах заплясали радужные  круги.
Женщина судорожно трепыхнулась, пытаясь ускользнуть  из  холодных  объятий
озера... не больно и все же вполне ощутимо ударилась затылком  о  песчаное
дно, которое оказалось отчего-то не там, где ему полагалось бы, то есть не
внизу, под ногами, а уже сверху. Как будто, падая,  Эйнола  неощутимо  для
себя вдруг совершила цирковой кульбит.
     Чувствуя,  как  лопаются  скомканные  легкие,  Дорис  изо  всех   сил
отбрыкнулась пятками ото дна там, где оно возникло, и торпедой устремилась
в противоположном направлении. В мозгу тяжким молотом забухал  секундомер,
отковывая бесценные мгновения жизни. Бумм...  Бумм...  Бумм...  А  водяной
капкан все никак не не отпускал жертву.  Запрокинув  лицо  с  лезущими  из
орбит глазами, исступленно загребая руками и бурно работая  ногами  -  или
это ей казалось? - Эйнола  пробивала  себе  путь  сквозь  упругий  розовый
кисель. Впереди было так же темно, как и на дне. Или там ее  тоже  ожидало
дно, а поверхности попросту не существовало?..
     Грохот  в  ушах  сменился  плеском   воды.   Дорис   еще   продолжала
барахтаться, обрушивая на  себя  тучи  брызг,  но  она  уже  всплыла,  она
победила.  Теперь  можно  было   дышать   сколько   хочется.   Однако   ей
потребовалось изрядное усилие, чтобы заставить себя сделать первый вдох  и
прозреть.
     И  тогда  она   обнаружила,   что   парит   над   самой   сердцевиной
угольно-черного провала. Свет обернулся тьмой,  нет  и  в  помине  теплого
солнечного неба, под которым она неосмотрительно  позволила  себе  чуточку
помечтать о счастливой женской доле.



                                    12

     Амелинчук рыскал вокруг озера. Он все еще питал надежду наткнуться  в
своих поисках на "марабу" или хотя бы на опрометчиво оставленную на берегу
одежду. Жизнь его не лишена была перипетий,  однако  же  впервые  в  своей
биографии он принужден был очутиться на совершенно неведомой планете не то
что с голыми руками, а и вовсе нагишом. Это состояние начисто выбивало его
из колеи.
     Холода он не ощущал. Особенных неудобств тоже, если не  принимать  во
внимание оседающий на влажной коже песчаный налет. Как всякий  долгожитель
дальнего космоса, неплохо ориентировался в  темноте,  хотя  и  не  мог  бы
сейчас с уверенностью сказать, какого цвета было то озеро,  в  котором  он
всплыл. Ночью все цвета  представлялись  ему  оттенками  серого  различной
насыщенности. Иными словами, несмотря на пережитое, Тикси не был  ввергнут
в панику и ни на гран  не  утратил  самообладания.  Но  при  всем  том  он
сознавал, что по собственной вине вляпался в историю за  пределами  своего
понимания. И далеко за рамками того приключения, на какое он  рассчитывал,
сажая "марабу" на пятачок между трех озер.
     - "Марабу", "марабу", пташечка... - тихонько напевал Тикси.
     Отчего-то  ему  не  хотелось  посреди  этой  чужой  ночи  по   своему
обыкновению орать во весь голос.
     Что же стряслось? Каким фантастическим образом  он  пронизал  планету
насквозь и вынырнул в другом ее полушарии? То, что произошло  именно  это,
для него, бывалого межзвездного волка - по крайней мере, за какого он  сам
себя  почитал  -  было  очевидно.  С  одной   стороны,   выходило,   будто
дфаанлийские озера по маловообразимым законам местной планетофизики вообще
не имели дна,  соединяясь  между  собой  каналами  наподобие  сообщающихся
Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4  5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 17
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама