Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Юмор - Сергей Солоух Весь текст 393.22 Kb

Клуб одиноких сердец унтера Пришибеева

Следующая страница
 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 34
   Сергей Солоух.
   Клуб одиноких сердец унтера Пришибеева


 c Copyright Сергей Солоух
 From: sova@fobos-plus.ru
 Date: 27 May 1999
 Изд: Кемеровское изд., 1996


 поэма




                            Then in comes a man all dressed up
                            like a Union Jack
                                               M.J. - K.R., 1965









                           Pour une garce c'en etait vraie. Faut ca
                           d'ailleurs pour  faire bien jouir.  Dans
                           cette cuisine-la,  celle du derriere, la
                           coquinerie, apres  tous,  c'est comme le
                           poivre  dans  une   bonne  sauce,  c'est
                           indispensable et ca lie.
                                                 L.-F.C.,1932








 * ВТОРНИК часть первая *

ЛЕРА


     В  половине  одиннадцатого утра,  в час автобусного межвременья, когда,
ковыряя  обломками  спичек  в  прокопьевским   табаком  просмоленных  зубах,
шоферюги  всех  без  исключения  пассажирских  автотранспортных  объединений
индустриального   города   Южносибирска  только-только   начали  теснить  за
"козлиными" столами с  утра уже  навоевавшихся слесарей,  Валерия Николаевна
Додд,  юная  особа  недурной,  хотя  зачем  кривить душой, весьма  и  весьма
аппетитной, исключительно привлекательной наружности,  имевшая  среди не  по
годам развитых  сверстников  мужского,  конечно  же,  пола  репутацию  крали
ветреной,  ненадежной,  неверной,  одним  словом, ... впрочем, нет,  нет, от
слова уж избавьте, увольте, так вот, сидела одна-одинешенька в молочном кафе
"Чай" на Советском проспекте и ела, забавно морща носик, скорее на воде, чем
на молоке замешанную, скорбную, голубую манную кашу.
     Усилия требовались необыкновенные.
     Организм Валерии  Николаевны,  Леры,  "Эх,  Валюши",  -  как восклицал,
бывало, на  стол вываливая мятые червонцы два раза в месяц папаша  Додд, все
ее  юное и прекрасное  существо отказывалось принимать пищу в каком бы то ни
было виде, твердом, жидком или же газообразном. Все, кроме сосущей тоскливой
пустоты за  левым межреберьем,  коя  несмотря на гадостные  позывы, время от
времени холодившие отвратительной дрожью нежные девичьи сфинктеры, требовала
и немедленно,  свою  обязательную порцию диетического продукта,  умягчителя,
адсорбента, и опыт, увы, определенный  не позволял гордой  красавице Валерии
Додд попросту игнорировать угрюмую настойчивость вчерашней невоздержанностью
в  напитках   растревоженного  желудка.  Страдания  физические  усугублялись
дефицитом теплоты,  душевности  и сердечности.  Человечество, прискорбно, но
это так, не  спешило расслабить лицевые  мускулы,  не торопилось  подставить
братское,  сестренское  плечо   под  милую,  но  непутевую  голову  силы  не
рассчитавшей девицы.  Как раз напротив, один  его типичный  представитель  -
здоровая  краснорукая подавальщица в непотребном, давно нестиранном фартуке,
несмотря на  две  робкие,  необычайно  вежливые,  церемонные даже  и  оттого
особенно трогательные просьбы, тем не менее все-таки брякнула с механическим
безразличием в  самую середину (не  обойти -  не объехать)  жидкой  размазни
гнусную кляксу по раскладке обязательных жиров.
     И вот из-за  отсутствия любви и понимания простое сгребание липкой каши
с белой  общепитовской  глазури обернулось  деликатнейшими манипуляциями  со
скользкой  ложкой  алюминиевой.  Да, едва лишь калькуляцией  предусмотренное
несчастие  случилось,  Лерин  мучитель,  тиран  и  инквизитор,  малохольный,
гастритный  чемпион возгонки  желудочных секретов сейчас же недвусмысленно и
грубо  предупредил  свою  хозяйку  незадачливую  о  последствиях  ужасных  и
непоправимых, каковые  немедленно повлечет за собою растекание мутной желтой
жижицы с мерзкими созвездиями белой нездоровой взвеси.
     Эх,  непруха,  козья  морда,  чертовское  невезение.  И  надо  же  было
несчастью случиться, произойти в  это  самое утро, именно  этого самого дня,
что скоротать  предстояло не в кругу плотоядных олухов-сослуживцев на мягком
кресле-   полудиванчике,  глотки   коричневого  вязкого   напитка  перемежая
затяжками,  колечками  сизого дымка, увы,  на  заднем  сидении  агрономского
"УАЗа" с чванливой надписью от крыла к крылу "редакционный",  назначено было
бедной  именно сегодня вести  ухабам  счет, колдобинам и  светофорам,  катя,
колбася, уносясь неизвестно куда.
     М-да,  работа, тяжкий  крест,  суровая  необходимость делать  вид,  что
озабочена  со всеми  наравне проблемой  мировой,  как  честно  свою  копейку
отработать  и стаж поднакопить почетный трудовой, ох,  не облегчить  обещала
режиссеру-стажеру   отдела  программ  для   учащейся  молодежи  и  юношества
Южносибирской областной студии  телевидения Валерии  Додд, а  лишь продлить,
усугубить  процесс  и  без  того  несладкий  выведения  токсинов,  продуктов
агрессивных распада аквы виты из юных жил.
     Но,  Боже,  воскликнет, пожалуй,  в недоумении читатель искушенный,  до
принципов  ли  тут, высшие  соображенья в сей невеселый час уместны  ли  они
вообще,  надо идти, ползти домой, или воспользоваться прямо на углу железным
автоматом с трубкой неоткушенной, диском вращающимся, и звонить:
     - Алло, Кира Венедиктовна,  тут тетку мою верхнекитимскую выписывают из
больницы, а дядька почему- то не приехал, так вот  не знаю даже, как и быть,
только что с ней говорила, она в истерике, конечно ...
     Нет, нет, даже к сердечной и наивной Кире, начальнице добрейшей сегодня
лезть  с  такими  вот  импровизациями  тухлыми  вне  всякого  сомненья  дело
недостойное,  саму возможность простой  спасительной  отмазки  заказала лапе
нашей  высокомерной  пара  мерзких глаз,  что сузились,  зажглись,  уперлись
взглядом в  спину  вечером  вчера, тогда,  когда стояла  Лера  Додд в тумане
радужном  перед  зеркальною  стеной кафе  с ужасной  репутацией,  кошмарной,
"Льдинка", Анюта, злючка - нос в веснушках,  двухпальцевая машинистка, какая
занесла ее  нелегкая в гнездо порока ни раньше и не позже, все теперь, брать
в руки  себя надо, держать фасон и марку, никаких глупостей с родственниками
и знакомыми, ехать,  спешить  туда, где  вышка  ретранслятора телевизионного
отпугивает  самолеты рейсовые по  ночам смешными огоньками красными,  ехать,
улыбаться, жмуриться, шуточки отпускать,  и не  забыть,  конечно,  ни в коем
случае  всем  на  прощанье  сделать  ручкой из  пыльного чрева  вездеходного
"УАЗика" "арриведерче". Вот так-то.
     И тем не менее прогресс, заметные сдвиги во всех  отношениях, есть  чем
гордиться, скажем  прямо, папаше Додду, например,  простодушному мужлану, ни
разу не случалось в момент, когда в коробке его  черепной силы зла исполняли
сатанинским  квинтетом "полет шмеля", задумываться,  беспокоиться о том, как
изделия  ширпотреба уберечь  снову, а субстанцию общественную, неосязаемую -
смолоду.
     Вообще, заметить следует,  разительное несходство близких родственников
возбуждало и поддерживало к жизни угасающий интерес доброй  дюжины отставных
техничек,  завхозов,   работников  бытового  обслуживания  и   коммунального
хозяйства, обыкновение имевших все дни свободные заслуженного отдыха вопреки
своеволию азиатской погоды, континентального климата, всегда в теплых пальто
и  ботах, проводить  на скамеечке под тополями напротив распахнутых и  вечно
незашторенных окон квартиры семейства Додд.
     Ну, а  нежные  чувства, любовь,  кою со всей очевидностью питали друг к
другу  длинноногая  вертихвостка  дочь  и  папаша,  неуклюжий   красноглазый
увалень, уж не сомневайтесь,  заставляла багровые  бородавки старческих  губ
увлажняться слюной невиданно  гадких предположений. Что ж, празднуй,  ликуй,
флаги  развешивай  фантазия  убогая  старых  калош,  в  самом  деле  Валерия
Николаевна Додд,  вполне может статься,  и  не  дочь  Николая Петровича,  но
несходство характеров и несовпадение  форм даже  с  бантом в петлице, даже с
кумачом  на   шесте,  все  равно  объяснить  не  удастся,  ибо  единственным
претендентом  на отцовство  в  этом случае оказывается  родной  брат Николая
Петровича, близнец однояйцевый,  такой же грузный  и белолицый грубиян Додд.
Конечно,   течение   времени,   некоторые  завихрения,  смена  темпа,   зыбь
повседневного  мелководья и волны  внезапных перемен безусловно, определенно
играли  пигментацией, вносили (не  без  этого) некоторую несимметричность  в
разводы морщин, шалили с волокнами  сосудов, нитями  тканей, дав посторонним
людям после четвертого десятка шанс худо-бедно отличать одного от другого. В
канун  же   ядреного,   парного  двадцатилетия,   ну,  разве  отец,  учитель
природоведения Петр  Захарович, или мама-домохозяйка,  Анастасия Кузьминична
еще  могли,  способны  были  определить,  догадаться,  которого  ж  из  двух
паршивцев поглотила, приняла в свою душную, пряную мглу под старыми таежными
кедрами вечерняя темнота.
     Могли,  но, увы, Петр Захарович летом тридцать девятого (когда вроде бы
выпускали)  вышел  посреди урока  "Лесостепи Сибири" на  минутку за дверь и,
мысль свою недосказав,  просто  исчез,  а  мама Анастасия,  еще  раньше  под
железной пирамидой с латунным штырем вместо креста была забыта среди берез и
кленов  старого, а  тогда главного  южносибирского  кладбища, ну,  в  общем,
ничего  не  мешало озорникам  летом  шестьдесят  второго  поочереди ходить к
Синявину логу, хозяйским промысловым свистом и зверя смущать, и птицу.
     Да.
     Но отнюдь не темноокое существо по имени Валера, Валерия Караваева, что
днем  в  отдельной  комнате   летом  пустого   дома  охотников  спала,  либо
солдатскими  байками  немца с французким  литературным  псевдонимом  портила
глазенки  дивные, а  ночью  из лежебоки, чеховской  героини  превращалась  в
безумную и бесстыжую бестию,  настоящее наказание,  алым папиросы огоньком с
ума сводившее дремучую, инсектами озвученную ночь.
     Красивый,  статный  доцент,   заманивший   ее,   бедную  и   доверчивую
лаборантку,  в   романтическую   экспедицию,  оказался  подлецом,   заболел,
задержался и вовсе не приехал, а второй, тоже ничего себе кобель, недели две
улыбался  асприрантке Любаше,  прогулку  подбивая  совершить  волшебную  под
синими звездами июньского меридиана, соблазнил, показал разок-другой дурочке
Альфа-Центавру  и Тау-Кита  после  чего, конечно, вспомнил о делах, о семье,
собрал рюкзачок и был таков,  свалил, оставив Любе, младшей научной Наташе и
обманутой Валерии  два ящика баночек, кои следовало  к концу  лета заполнить
доверху  (работая исключительно  в  резиновых перчатках) разнообразными,  но
одинаково  омерзительными  катышами,  катышками  звериного  помета,  дерьма,
прости Господи, попросту говоря.
     Но,  нет,  определенно, перспектива пополнить коллекцию  биологического
института томского  государственного новыми видами  специфических  сибирских
ленточных, круглых, а может быть, если повезет, конечно,  чем черт не шутит,
и  плоских, гадких немыслимо, просто отталкивающих  паразитов, не  улыбалась
лаборантке Караваевой, не возбуждала и все тут воображение возможность егерю
Додду  существенно  сократить  объем  санитарных  работ, лишала  рассудка  и
чувства меры  возможность  заставить его,  семижильного, не разбирая дороги,
идти в рассветом разведенном молоке тумана, спотыкаясь, скользя, оступаясь и
даже  роняя  в  траву  свое  легкое необыкновенно, воздушное  тело,  которое
неспособны оказывались, тем не менее, нести чужие, непослушные, слабые ноги.
     В ситуации  этакой, кажется  даже самые  строгие моралисты,  блюстители
нравственности  согласятся, конечно, акт  добровольного  обмена телогрейками
между егерем  Колей и  навещавшим его в то лето необычайно  часто охотоведом
Васей  иначе  как  братским, исполненым  великого  милосердия  жестом  и  не
назовешь.
     Но,  впрочем, к середине июля трезвый расчет  и осторожность взяли верх
над  безоглядным   гуманизмом,  любовью  к   ближнему,   незнающей   границ,
Следующая страница
 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 34
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама