Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Русская фантастика - Сергей Снегов Весь текст 1489.59 Kb

Диктатор

Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4  5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 128
слабой иронии. Генерал Прищепа стар, в недавнем бою едва не вывели его  из
строя.  И  он  думает  о  будущем  армии.  Война   выдвигает   талантливых
полководцев. Прищепа считает Гамова выдающимся  офицером.  Он  верит,  что
такие люди способны спасти нас от поражения.
     - Но Гамов  не  командует  армией.  Он  заместитель  командира  одной
дивизии.
     - Он будет командовать армией, Андрей!  И  для  этого  должен  раньше
стать известным всей стране. Неужели тебе непонятно?
     Нет, я этого не понимал. Я научился уважать Гамова, видел его военные
способности - он стал душой нашей дивизии, - ценил его умение  успокаивать
людей в опасной обстановке, воодушевлять в бою.  Но  военный  руководитель
страны? Нет, таким я себе его еще не представлял. Гамов потом назвал  меня
своим первым учеником и последователем. Павел Прищепа,  командир  разведки
добровольной дивизии "Стальной таран", с большим правом мог носить звание:
"первый ученик Гамова". Он сразу поверил в него.
     - Какие еще новости, Павел?
     - Пока никаких. Аэроразведка не показала сосредоточения противника на
нашем участке. Ты тревожишься?
     - Очень! Меня пугает безоблачность неба, тишина... Слышишь эти звуки,
Павел?
     - Птицы поют. Это плохо?
     - Ужасно!  Столько  дней  мы  не  слышали   птиц!   Когда   запускают
метеогенераторы, птицы немеют, звери замирают. Врагу самый раз напасть  на
нас, пока мы не укрепились на этом берегу. Так бы сделал  любой  грамотный
военачальник. А они бездействуют!
     - Известий об их действиях нет, - повторил Павел.
     - На войне отсутствие новостей - очень неприятная новость, - сказал я
со вздохом. - Пойдем в штаб.
     Штаб разместился в небольшом особняке. В зале работали офицеры разных
отделов дивизии. Я прошел к генералу. Прищепа лежал на  диване.  Я  присел
рядом. В одном из недавних боев неподалеку разорвался резонансный  снаряд.
Прищепу трясло с такой силой, что сбежавшиеся санитары  едва  натянули  на
него тормозной жилет и  еще  минут  пять  возились,  пока  ввели  жилет  в
противорезонанс.  После  такой  вибрационной  пытки  обычно  отправляют  в
госпиталь, но генерал не захотел оставлять командования.  Он  уверял,  что
чувствует себя неплохо. Леонид Прищепа принадлежал к здоровякам. Но что до
выздоровления далеко, мы все понимали.
     Он повернул ко мне темнощекое,  темноглазое  лицо,  встопорщил  седые
усы. Он  здоровался  улыбкой,  такова  была  его  манера  для  близких.  Я
принадлежал к самым близким из его подчиненных.
     - Холодно, генерал? - спросил я.  Все  вытерпевшие  сильную  вибрацию
долго страдают от недостатка тепла.
     - Не холодно, а зябко. Что на позиции, Андрей?
     - Полное спокойствие.
     - Тебя тревожит спокойствие?
     - А как иначе? Враг подсунул загадку своей невозмутимостью.
     В комнату, - как всегда, очень быстро - вошел Гамов. За ним показался
Павел. У Гамова зло сверкали глаза. Павел был бледен.
     - Новая беда, полковник? - спросил Прищепа.
     - Пусть скажет ваш сын!
     Павел  способен  запоминать  сводки  и  сообщения  наизусть.  Дар  из
кратковременных, на часы, в особо важных случаях - на  сутки.  В  пределах
этого времени он излагает известия, словно  читая  их.  Внятно  отчеркивая
запятые и точки, он передал свежую радиограмму из Адана. Патина не вынесла
удара соединенных армий и  запросила  сепаратного  мира.  Вилькомир  Торба
объявил, что не  хочет  подвергать  военным  разрушениям  свою  прекрасную
страну. Он переоценил могущество Латании.  Председатель  Маруцзян  обманул
его, выставив не профессиональную, а добровольную армию. Надежды на победу
нет. Великодушный президент Кортезии господин Аментола  заверил  его,  что
никто из  сложивших  оружие  патинов  не  подвергнется  репрессиям.  Блюдя
достоинство своего великого народа и  полный  высокого  рвения  прекратить
кровопролитие, президент Патины Вилькомир Торба приказывает своим  войскам
организованно прекратить борьбу.
     - Измена! - сказал Прищепа. -  Спровоцировали  нас  на  войну  за  их
интересы. И при первой же неудаче изменяют нам!
     - Пока только предательство, а не измена, - мрачно поправил Гамов.  -
Пока только отходят в сторону, оставляя нас один на  один  с  врагами.  Но
скоро они открыто перейдут на сторону Кортезии и  повернут  оружие  против
нас. Я говорил это вам уже давно. Верить такому  лицемеру,  как  Вилькомир
Торба!
     - Да, вы говорили, Гамов, что верить патинам нельзя. А я им верил,  а
вам не верил. Да что я!  Как  Маруцзян,  столько  лет  стоявший  в  центре
мировой политики, не раскусил его?
     В глазах Гамова загорелась злая издевка.
     - Вы спрашиваете, почему Маруцзян столь непроницателен?  Все  просто,
генерал. Маруцзян - тупица. Хитрец всегда обведет  дурака  вокруг  пальца.
Именно это и произошло.
     Прищепа с усилием приподнялся.
     - Пойдемте к операторам. Боюсь, что выход Патины  из  войны  прояснит
загадку спокойствия на нашем участке.
     По дороге в операторскую я тихо сказал Гамову:
     - Укоротите язык!  Майор  Альберт  Пеано  все-таки  родной  племянник
Маруцзяна.
     - И не подумаю! - резко бросил Гамов. - Пеано не просто племянник, а,
как вы точно выразились, "все-таки племянник". Альберт - умнейший юноша  и
наблюдал Маруцзяна со своего младенчества, это кое-что значит. Неужели вас
не удивляет, что Пеано заслали в боевую дивизию? Если Пеано попадет у  нас
под резонансный удар, дядюшка вздохнет с облегчением. При  Альберте  можно
говорить свободно.
     В зале два оператора склонились над картой, расстеленной  на  длинном
столе. Один, двадцатидвухлетний, невысокий, живой  Альберт  Пеано,  и  был
племянником главы правительства. Что он не  в  чести  у  своего  дяди,  мы
слышали. Но я сам дважды присутствовал при его разговорах с Маруцзяном:  и
голоса, и слова, самые душевные, слухи о вражде не  подтверждали.  Второго
оператора, Аркадия Гонсалеса, преподавателя университета, я уже  видел  на
"четверге" у Бара и кое-что говорил о нем. Теперь скажу подробней.  Я  уже
упоминал, что он был высок, широкоплеч, очень красив, с женственным тонким
лицом. Внешность обманывала. Все в нем было противоречиво.  Он  как-то  на
моих глазах ухватил за трос идущий  мимо  трактор  и  потащил  его  назад.
Человек такой силы и такого роста мог  стать  светилом  баскетбола,  а  он
ненавидел спорт. К  нему  устремлялись  тренеры  знаменитых  баскетбольных
команд, но ни одному не удалось вытащить  его  в  спортивный  зал.  Самого
настойчивого тренера он взял  за  шиворот  и  снес  из  своей  комнаты  на
четвертом этаже на  университетский  дворик  и,  в  присутствии  хохочущих
зрителей, обвел широкий круг его размякшим телом с бессильно  болтающимися
ногами. Потом ласково сказал: "Будь здоров! Больше не приходи!"  Оба  они,
Пеано и  Гонсалес,  сами  напросились  в  операторы.  Но  если  Альберт  с
интересом вникал в военные дела и успешно спланировал  операции  отхода  с
боями,  то  Гонсалес  оставался  равнодушным  к  тому,   что   делал.   Он
добросовестно выполнял приказания Прищепы и  Гамова,  но  не  было  в  нем
"военной жилки". Он никогда сам не просился из штаба  в  бой.  Он  не  был
трусом, но воинскую доблесть недолюбливал. В  свободные  минуты  он  читал
исторические книги. Вначале мне казалось, что он приставлен  к  Пеано  для
тайного наблюдения и охраны. Потом  я  убедился,  что  он  ненавидел  саму
войну. Исправно воевал, внутренне презирая свое занятие,  таков  был  этот
человек, Аркадий Гонсалес, сыгравший впоследствии столь грозную роль.
     - Плохие дела, генерал, -  сказал  Пеано,  показывая  на  исчерканную
карандашами карту. - Родеры нас окружают.
     - Пока не окружают. Но окружат, если патины сложат оружие.
     - Вы в этом сомневаетесь, генерал? - Пеано усмехнулся. В  его  улыбке
была какая-то отчаянная веселость. - По-моему, здравомыслящие люди никогда
не верили в союзническую надежность патинов.
     - Вы не высказали своих сомнений дяде, Альберт?
     Улыбка Пеано стала шире. Он любил улыбаться. Я не верил  его  улыбке.
Она камуфлировала истинное настроение.
     - Моему дяде не говорят того, что ему не нравится.
     Мы с Гамовым рассматривали карту. Позади  и  с  боков  нашей  дивизии
стояли патины - третий их корпус слева, четвертый и пятый позади и справа.
За пятым корпусом  патинов  располагалась  добровольная  дивизия  "Золотые
крылья", потрепанная в недавних боях. На левом крыле, за третьим  корпусом
патинов, восстанавливалась  сплошная  линия  наших  войск.  Здесь  держали
оборону профессиональные части, они прикрывали путь на Адан.
     Картина была удручающая.
     - Если патины сложат оружие, мы в мышеловке, генерал,  -  резюмировал
Гамов общее впечатление.
     - Они могут прекратить  сражение,  но  остаться  на  своих  позициях.
Положение и тогда незавидное, но хоть без окружения.
     - Они уступят свои позиции родерам! Генерал,  сколько  еще  мы  будем
предаваться иллюзиям?
     Прищепа среди нас, принужденных стать "военными добровольцами",  один
был профессиональным военным. И действовал по-военному.
     - Приказываю организовать круговую оборону, майор, - сказал он мне. -
Капитан  Прищепа,  задействуйте  всех  своих   разведчиков   -   живых   и
автоматических. Через  час  жду  донесения,  что  на  флангах  и  в  тылу.
Полковник, проводите меня в мою комнату.
     Павел выскочил в дверь. Гамов ушел с генералом.  Пеано  посмотрел  на
меня. Я пожал плечами.
     - Уже,  Пеано.  Плохой  бы  я  был  командир,  если  бы   ограничился
устройством одной передовой позиции. Солдаты  сейчас  усиливают  защиту  с
тыла. Надо срочно создать подвижное соединение. Дивизии придется цепляться
за землю, чтобы уцелеть до помощи извне. Но понадобится сильный отряд  для
нанесения внезапных ударов в глубь неприятельского окружения. Я  выделю  в
диверсионный отряд своих лучших солдат. Прикажите другим полкам сделать то
же. И поставьте диверсионный отряд под мое командование.
     - Отлично, майор. Сейчас  мы  с  Гонсалесом  подработаем  техническую
сторону и доложим генералу.
     Я уже собрался уходить, но меня задержал обмен репликами между  двумя
операторами.
     - Насчет помощи извне, о которой говорит майор  Семипалов,  -  сказал
Гонсалес. - Ты не хотел бы, Альберт,  соединиться  с  дядей,  чтобы  лично
обрисовать ему наше положение?
     - Дядя хорошо знает наше положение на фронте.
     - Он мог бы приказать маршалу двинуть на выручку свободные силы.
     - Маршал ответит, что  свободных  сил  нет.  И  что  славная  дивизия
"Стальной таран" отлично  вооружена  и  командует  ею  испытанный  генерал
Прищепа - и потому она может одна противостоять целой армии врага.
     - Я так тебя понимаю, - медленно произнес Гонсалес, - что нас оставят
на произвол капризной военной судьбы?
     - Ты меня неправильно  понял,  -  отпарировал  Пеано.  -  Нам  окажут
великую помощь самыми высокими словами, какие  найдутся  в  словарях.  Как
будет  вещать  стерео  о  нашей  доблести!  Какие  покажут  картины  нашей
героической обороны! А под конец маршал вышлет два водолета, чтобы вывести
в тыл тех, кто остался в живых.  Тебя  не  устраивает  такая  перспектива,
хмурый друг мой,  выдающийся  -  в  будущем,  конечно  -  историк  Аркадий
Гонсалес?
     - Не устраивает. История полна глупостей и подлостей.
     - Верно! Еще ни одна  эпоха  не  жаловалась  на  нехватку  дураков  и
мерзавцев. В этом главная сущность истории. Но чего бы ты пожелал другого?
     - Я пожелал  бы  повесить  на  одной  всемирной  виселице  всех,  кто
устраивает войны.
     - Тогда бы тебе пришлось начать с моего дядюшки,  -  сказал  Пеано  и
улыбнулся самой веселой улыбкой - слишком веселой, чтобы выражать истинную
веселость.
     Взгляд,  какой  на  него  бросил  Гонсалес,  я  при  всей  нелюбви  к
выспренности должен назвать зловещим.
     - Ты думаешь, это меня остановит, Альберт?
     Как часто я потом вспоминал этот взгляд Гонсалеса и его слова!
Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4  5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 128
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама