Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
SCP-127: Живое оружие
StarCraft II: Wings of Liberty |#17| Media Blitz
StarCraft II: Wings of Liberty |#16| Supernova
DARK SOULS™: REMASTERED |#14| Gravelord Nito

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Русская фантастика - А. и С. Абрамов Весь текст 302.61 Kb

Всадники ниоткуда

Предыдущая страница
1 ... 19 20 21 22 23 24 25  26
	- Нет, оговорка. Я это знаю.
	- От кого?
	- Ни от кого. Просто знаю.
	- Что значит "просто"? Из каких источников?
	- Они во мне самом. Как наследственная память. Я многое знаю вот так, ниоткуда. О том, что я модель. О своей суперпамяти. О двух Анохиных. О том, что я должен сохранить и передать всю полученную им информацию.
	- Передать кому?
	- Не знаю.
	- Пришельцам?
	- Не знаю.
	- Не могу разобраться в ваших "знаю" и "не знаю".- Тон Зернова уже приобретал оттенки несвойственного ему раздражения,- Давайте без мистики.
	- Какая же это \ мистика! - снисходительно усмехнулся "анти-я".- Знание - это качество и количество полученной и переработанной информации. Мое знание запрограммировано, вот и все. Я бы назвал его субзнанием.
	- Может быть, подсознанием?- поправил Зернов.
	Но двойник отклонил поправку:
	- Кто знает процессы, происходящие в подсознании? Никто. Мое знание неполно, потому что исключает источники, но это знание. Что такое субсветовая скорость? Почти световая. Так и мое субзнание - нечто противоположное суперпамяти.
	- А что вы знаете кроме того, что вы модель?- вдруг спросила Ирина. 
	Мне показалось, что я в зеркале улыбнулся с этакой пижонской развязностью. Но это был он, конечно. И ответил он в той же манере:
	- Например, то, что я влюблен в вас не меньше Юры Анохина.
	Все засмеялись, кроме меня. Я покраснел. Почему-то я, а не Ирина.
	А она продолжала:
	- Синтезированная любовь. 
	Последовало молчание.
	- Вы же пустышка! - не без жалости в голосе сказала Ирина - Они дунут - и вас нет.
	- Но я что-то предчувствую... что-то знаю совсем иное.
	- О чем?
	- О моей жизни за пределами психики Юры Анохина.- Мой двойник впервые мечтательно, может быть, грустно даже, о чем-то задумался.-Иногда мне кажется, что она есть. Как многое из того, что запрограммировано. Например, уверенность в том, что самым близким к истине было выступление писателя-фантаста на Парижском конгрессе. Или, например, убежденность, что догадка Зернова о контактах верна. И еще ощущение, что нас все-таки не совсем понимают,- я говорю "нас", как человек, не сердитесь, я ведь не "розовое облако",- ощущение, что многое в нашей жизни и в нашей психике еще остается для них неясным, требует изучения, что изучение будет продолжаться. Не спрашивайте, где и как,- не знаю. Не спрашивайте, что делается под куполом,- не видел. Вернее, видел глазами Анохина. Я твердо знаю одно: как только выскажу все это вам, запрограммированные функции выключатся. Извините за терминологию: я не кибернетик. И тогда меня позовут.- Он улыбнулся.- Уже зовут. Прощайте.
	- Я провожу тебя,- сказал я.
	- И я,- присоединился Вано.- Хочется на "Харьковчанку" взглянуть.
	- Ее уже нет.- Юрий Анохин-второй отворил дверь в тамбур.- Не провожайте. То, что со мной произойдет, вы знаете: Юра это уже заснял.- Он грустно улыбнулся.- Я пока еще человек, и мне, пожалуй, было бы неприятно такое любопытство.
	Он вышел и уже из-за двери помахал мне рукой.
	- Не сердись, старин, за мистификацию. А разговор с тобой мы еще продолжим. Сколько успеем,- усмехнулся он и скрылся за дверью.
	
	
	На века!
	
	Никто не понял его последних слов и не решался заговорить после его ухода. Дыхание смерти, где-то поджидавшей на ледяной дороге, казалось, проникло и к нам. Что ни говори о моделировании и синтезации, а он все-таки был человеком!
	- Жалко,- вздохнул наконец Толька,- наверно, они уже летят...
	- Брось,- остановила его Ирина,- не надо. Но молчать уже не хотелось.
	- А я тебя поначалу и не узнал. Юрка,- смущенно признался Вано.- Мне тот посмышленее показался.
	- Всем показался,- ввернул Дьячук не то иронически, не то восхищенно.- Память, как у библиотеки. С такой памятью жить да жить!
	"А ему, наверно, очень хотелось жить".
	Я подумал, он ответил:
	- А я полено, по-твоему? Мне и сейчас очень хочется жить.
	Все прозвучало у меня где-то в сознании. Я не сочинял, не придумывал, не воображал. Я слушал.
	- А где ты сейчас? - также мысленно спросил я его.
	- На ледяном шоссе. Кругом белым-бело. А снега нет.
	- Страшно?
	- Это же не смерть, а переход в другое состояние. Как сон.
	- Сон проходит. А у тебя?
	- И у меня.
	- Думаешь, вернешься?
	- Когда-нибудь да.
	- А если не уходить?
	- Не могу.
	- А ты взбунтуйся.
	- Это сильнее меня, старик.
	- Какой же ты человек после этого? Нет свободы силы воли? Нет.
	- Пока нет.
	- Что значит "пока"?
	- Ты что шепчешь. Юрка, стихи? Я, должно быть, пошевелил губами, потому Ирина и спросила:
	- Чьи стихи - твои? Пришлось соврать:
	- Блока. "Узнаю тебя, жизнь, принимаю и приветствую звоном щита!"
	- Чью жизнь?
	- А не все ли равно? Даже синтезированную.
	- Неточная формулировочка,-тотчас же вмешался он,- ортодоксы придраться могут. Живая, мол, собака лучше мертвого льва. Девиз коллаборационизма. Призываешь и сотрудничеству с враждебной цивилизацией.
	- Опять Томпсон. Надоело.
	- Им тоже. Разобрались.
	- Предполагаешь?
	- Знаю.
	- А что ты хотел мне сказать?
	- То, что мы еще встретимся.
	- А хочешь честно?
	- Что?
	- Не восторгает меня сие. Отнюдь не восторгает.
	- Ты опять что-то шепчешь? Это вслух. Это опять Ирина. А Зернов почему-то молчит. И никто не замечает. Нет, заметили.
	- Почему вы молчите, Борис Аркадьевич? - спросил Дьячук.
	- Просто задумался.-Зернов, как всегда, тактичен.- А интересный эксперимент! Поразительный по замыслу: получить всю нужную им информацию через Анохина. Создать нений дубль памяти. Видимо, они пока еще не воспринимают языковую, смысловую информацию непосредственно,- слово не доходит до них, ни произнесенное, ни начертанное. Доходит только переработанная человеком информация - мысль, образ.
	- Но почему Анохин? Неужели потому, что его синтезировали первым?
	- Первый опыт, наверное, имеет большое значение. Но, возможно, еще и потому, что образное восприятие у Анохина особенно ярко. У каждого оно есть, лишь выражено по-разному, причем у одного сильнее,у другого слабее. Математик видит мир иначе, чем художник или музыкант, у поэта тоже свое поэтическое видение мира.
	- И у тебя? - спросил я его.
	- Не задавай глупых вопросов. Кстати, Зернов верно подметил необходимость образного восприятия информации.
	- Ты весь наш разговор слышал?
	- Сквозь тебя. Я же воспринимаю всю переработанную тобой информацию.
	- Так я и сам не все слушаю.
	- Не слушаешь, но слышишь. А я накапливаю все это в своей копилке памяти. Кстати, прислушайся. Наш Борис Аркадьевич о ней и вещает.
	- ...В такой копилке многое накапливается. А тренированная память сразу извлекает необходимое. Вообще "сверхпамять" не чудо. Вспомните Араго - феномен! А шахматисты? Поразительная профессиональная память. Если б мы только знали ее код и механизм запоминания...
	- А они знают?
	Это снова Ирина. Почему-то недоверчиво, даже с иронией. Но Зернов не замечает иронии, он серьезен.
	- Не убежден. Скорей всего Анохин - только удачный эксперимент. Но узнают обязательно. Где-нибудь у себя.
	- И вы поверили в эту гипотезу?
	- А почему бы нет? Чем она хуже других? Столько же доводов "за", сколько и "против". И потому она не обидна для человечества, даже импонирует ему. Последнее звено контакта, взаимоизучения и, как следствие, обмена информацией между двумя космическими цивилизациями.
	- Слыхал? Умница наш Борис Аркадьевич. Недостающее звено.
	- Ты тоже веришь в эту гипотезу?
	- Я молчу.
	- Почему?
	- Пока еще рано. У меня еще нет свободы воли. Но придет время...
	- Начинается мистика. Я что-то не верю в твою загробную жизнь.
	- А в скачок из царства необходимости в царство свободы веришь? Можно ведь и так сформулировать. Свободы воли. Свободы мысли. Свободы творчества. Почему бы и нам не повторить ваш путь?
	- Что ж, значит, мечтатель прав? Появится где-то планетка, этакая Земля-бис с нашей водой, с нашим воздухом, с нашими городами?
	- Вышутить все можно. А что появится и где появится, никому еще не известно. Изучение не всегда повторение, чаще поиск.
	- Чего? Синтезированных грез? Суперпамяти?
	- Все это пробы, старик. Только пробы. Мы живем в мире констант. Для условий Земли и белковой жизни природа давно уже создала оптимальные размеры и формы. Так зачем же им менять константы? 
	Я, должно быть, повторил это вслух, потому что Зернов, улыбнувшись, ответил:
	- Конечно, незачем.
	Я покраснел. Как объяснить им свои "мысли вслух" и о чем? Выручил меня Вано.
	- Может, двинемся, Борис Аркадьевич,- сказал он.- Мотор в порядке.
	Зернов внимательно посмотрел на меня.
	- А ты как думаешь, пора? 
	Неужели понял?
	- Давным-давно понял. И ты понял, что он понял. Не притворяйся. Можешь доложить: пора. Анохин-второй к отбытию готов.
	- Не мути душу.
	- Так действительно пора. Я - далеко, они - близко. 
	Мне вдруг стало тяжко, так тяжко, будто перехватило горло и нечем дышать. Я уже никого и ничего не видел, кроме путника в белом поле.
	- Значит, прощай.
	- Не прощай, а пока. До новой встречи.
	- А она будет?
	- Непременно.
	- Там или здесь?
	- Не знаю. Юрка. Чего не знаю, того не знаю. Так ведь не мы с тобой встретимся, вернее, не только мы с тобой. Миры. Мы и они. Помнишь, нам он кончил свою речь на конгрессе? "И если вернутся они, то вернутся уже понявшими нас, обогащенными таким пониманием, что-то сумевшими взять от нас и знающими, что дать нам на взаимном пути к совершенству". Хорошо было сказано, старик! 
	И вдруг что-то оборвалось. Я ощутил полную свободу ничем не связанной мысли.
	- Можно ехать,- сказал я Зернову, чувствуя, как у меня дрожит голос. Только бы он не заметил.
	- А почему это решает Анохин? - задорно спросил Дьячук.
	Ответил Зернов: у меня не было сил.
	- Из трех миллиардов человек на Земле только один Анохин сейчас связан с неземной, может быть, даже с внегалактической цивилизацией. Таи что же мы скажем человечеству, Юра? Есть контакт, и надолго?
	- На века,- сказал я.
	
	Конец первой книги.
	"Смена", 1967, № 7 - 13
	
Предыдущая страница
1 ... 19 20 21 22 23 24 25  26
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама